Глава 20. Шаг седьмой. Учимся доверять

Фрея

Виль: Sonne, спасибо, что уговорила меня поехать в Швецию. Я многое понял, когда встретился с Эмили.

Я: Что?

Он не отвечает, и я хаотично обновляю страницу, надеясь на то, что у меня просто проблемы с интернетом. Вильям пропадает из сети, моё дыхание сбивается, а тревожность растёт с каждой секундой всё больше и больше. Проходит десять минут, прежде чем мне приходит ответ, и я, тут же схватив телефон, вижу сообщение от Вильяма, которое заставляет меня моментально впасть в панику.

Виль: Я понял, что хочу быть с ней. Прости, малыш, но я не вернусь в Лондон. Нам придётся расстаться.

Два дня назад

— Доброе утро, — подойдя к Вильяму сзади, обнимаю его за плечи, проскользнув ладонями на широкую грудь, и заглядываю в экран его ноутбука. — Уже работаешь?

— Доброе, — он не отрывается взглядом от компьютера, но поворачивает голову в мою сторону, небрежно поцеловав меня в щёку. — Да. Слишком много всего. — Отхожу от него и подхожу к плите, бросив взгляд на металлический чайник. — Как спалось?

— Да вот кто-то полночи по телефону разговаривал, бизнес-дела решал какие-то, а я уснуть не могла из-за этого успешного бизнесмена, — разворачиваюсь, облокотившись спиной на кухонный гарнитур, и встречаюсь глазами с Раском. — Не знаешь случайно, кто?

— Какой-то статный, влиятельный мужчина, — Вильям, прищурив глаза, легко, но виновато улыбается. — Сказала бы мне, я бы был потише, — вновь опускает взгляд в экран.

— Я говорила, — вздыхаю, присев за стол напротив него. — Ты не помнишь?

— Помню. Прости, sonne, — Раск на секунду поднимает глаза к моим, выгнув бровь. — Я тебе кофе принёс. И круассан свежий. Простишь меня? — он широко улыбается, а я нахожу глазами картонные стаканчики, мягко улыбнувшись.

— Я подумаю, — беру один из стаканов, открыв крышку, и вдыхаю пряный кофейный аромат полной грудью.

— А вообще, я ведь дверь закрывал. Неужели слышно?

— Да, — делаю глоток кофе. — Такие уж тут стены в лондонских квартирах, слишком тонкие.

— Значит, твои соседи тоже услышат, как тебе будет хорошо со мной сегодня вечером? — Вильям облокачивается предплечьями на стол, подавшись корпусом вперёд, и двусмысленно улыбается, блуждая взглядом по моему лицу.

— Да, возможно, — опускаю глаза в кружку, наклонив голову вбок. — А, может, и вовсе ничего не услышат. От тебя зависит, — поднимаю взгляд к его лицу, моментально встретившись с ним глазами.

— Понял, — едва слышно произносит Раск и снова откидывается на спинку стула. Устремляет взгляд в экран, начав набирать текст.

— А ты правда типа переехал ко мне? — сумбурная фраза вырывается из моего рта, и Вильям сразу же находит меня глазами, обхватив стаканчик кофе пальцами.

— А что? Уже думаешь о том, чтобы выставить меня за дверь, потому что сегодня не выспалась? — издевательски кидает, и я злостно прищуриваюсь.

— Просто... Тебе не кажется, что всё у нас как-то стремительно развивается? — мягко улыбаюсь. — Мы буквально вчера начали встречаться и сразу стали жить вместе. — Вильям приподнимает уголок губ, подарив мне ответную нежную улыбку. — Следуя этой логике, завтра ты должен сделать мне предложение. А послезавтра мы должны завести ребёнка, — закусываю губу, теребя кончик кухонного полотенца. — А послепослезавтра мы с тобой отметим серебряную свадьбу, — широко улыбаюсь и наконец перестаю мучать бедное полотенце, найдя Вильяма глазами.

— Ну, поехали за кольцом, — серьёзно произносит Раск, и я даже раскрываю рот от удивления. — Ладно, ладно, что испугалась сразу, пошутил я, — Вильям смеётся, и я кидаю в него полотенце. — Ну... на пару недель могу остаться. Я всё-таки не могу бросить маму, она там одна без меня не справится, — он растягивает губы в горделивой улыбке.

— Как у вас дела, кстати? — продолжаю пить божественный напиток и вести диалог с божественным мужчиной. Только Раску не говорите, что я так сказала!

— Хорошо. Она... — Вильям внезапно становится капельку серьёзнее, наполовину прикрыв крышку ноутбука. — Она меня поддержала. Мы поговорили. Я бы этого не сделал без твоего совета. — Закусываю губу, слабо улыбнувшись. — Поэтому, спасибо тебе, — он, не моргая, смотрит в мои глаза, вынуждая меня отвести взгляд в сторону.

— Всегда пожалуйста, — кручу полупустой стаканчик кофе в руках, наблюдая за тем, как пенка скользит по картонным стенкам. — Значит, мне всё-таки продолжать поиски соседки? — поднимаю взгляд на Раска, заметив, что он упирается кулаком в щёку и рассматривает меня, довольно улыбаясь. — Или соседа? — игриво улыбаюсь.

— Я могу и дальше скидывать тебе половину квартплаты. Как за этот месяц.

— Ты скинул, что ли? — хватаю телефон, молниеносно зайдя в мобильное приложение банка, и вижу входящий перевод от мистера В. Р. Паульсена. — Вилья... — генерирую поучающий монолог в мыслях, начав его с официального обращение к мистеру В. Р. Паульсену, но он лихо меня перебивает.

— Миллз, мне несложно, — небрежно, даже устало, бросает, вновь открыв крышку ноутбука, и устремляет в экран взгляд. 

У меня возникает ощущение, что он делает это каждый раз, когда хочет избежать какой-то неудобной для себя темы. Хорошо устроился.

— Виль, я так не могу, — мои слова всё же заставляют Вильяма поднять голову. — Сначала мне помогал папа, теперь ты хочешь заняться благотворительностью, — продолжаю объясняться, и он выгибает бровь. — Я не могу всю жизнь зависеть от мужчин, это... — замолкаю, прикусив губу. — Неправильно как-то.

Я бы сказала по-другому — мне страшно, что я стану от тебя зависеть, потому что у меня был всего лишь один парень, с которым я пыталась строить серьёзные отношения, и он был полным мудаком и самым настоящим абьюзером. И да, теперь я не особо доверяю мужчинам, но ты тут не причём. Я не доверяю никому. Не только тебе. Но ты этого не поймёшь, если я тебе об этом так прямо скажу, ведь так? Тебя это заденет. Ты примешь это на личный счёт, скажешь, что не можешь быть со мной, потому что я тебе не доверяю. А я не хочу тебя потерять... Поэтому, я просто-напросто говорю, что твоя бескорыстная помощь мне — это неправильно. Нет, я не вру, я правда думаю, что это не совсем правильно, но глубинная причина тут кроется совершенно в другом.

— Во-первых, это не благотворительность, а вложение в будущее. Во-вторых, я могу занять своими вещами ровно половину твоей квартиры. Всё будет честно, — Вильям нежно улыбается. — Смогу приехать в любое время, и у тебя не будет права меня выгнать. Я ведь плачу за аренду этой квартиры, — его улыбка становится самодовольной, и я закатываю глаза.

— Так и скажи, что ревнуешь и не хочешь, чтобы я искала себе соседа, — подаюсь корпусом вперёд, стрельнув в него игривым взглядом.

— Нет, не ревную. — Не верю. — Просто так будет проще, — Раск вновь утыкается взглядом в экран ноутбука, а я довольно улыбаюсь. Да, это определённо закономерность. — Кстати, где моя рубашка? — он переводит тему, и теперь я снова могу любоваться его глазами.

Молчу несколько секунд, прищурившись, а в моей голове зреет гениальный план мести Раску за все его бесконечные приколы. Приготовьтесь: сейчас будет самая отменная актёрская игра в моей жизни.

— Виль, я... — моментально мрачнею, рвано вздохнув, и вижу, что Вильям заметно напрягается. Игра началась. — Мне так жаль, но я...

— Что? — сквозь зубы произносит Раск, а я сдерживаюсь из последних сил, чтобы коварно не улыбнуться.

— Я её выбросила, — тихо проговариваю, опустив глаза вниз, и закусываю губу, продолжая бороться с желанием рассмеяться. Слышу шумный вздох и жалобно добавляю: — Понимаешь, я по тебе так скучала, что я её носила немного, — поднимаю глаза к его лицу, а он сжимает челюсть и, не отрываясь, прожигает меня внимательным взглядом. — Ну, и я, в общем, пошла гулять как-то и, не посмотрев, села на скамейку. А она окрашена была. Знаешь, красная краска такая. Свежая. — Вильям закрывает глаза, приставив пальцы к переносице, и делает глубокий звучный вздох, похожий на тяжёлый стон. — Ну, ничего ведь не сделаешь, пришлось выбросить... Пятно там на всю спину было.

— Фрея, она стоит шестьсот пятьдесят евро. Стоила, — уровень боли в голосе Раска оказывается настолько высок, насколько не был даже тогда, когда он рассказывал мне про маму. Встречаюсь с ним взглядом и вижу в его глазах ту же самую боль. Месть удалась.

— Ну... я же не специально, — смотрю на него умоляюще, заметив, что его взгляд смягчился, но буквально на грамм. Боже, сколько я ещё так продержусь? — Ты же не злишься на меня? — мягко вскидываю брови, продолжая испепелять его невинным взглядом.

— Нет, солнышко, не злюсь, конечно, — Вильям ещё раз тяжело вздыхает, а его губы образуют натянутую, слабоватую улыбку. — Мне нужна минута молчания, — он устремляет пустой взгляд в стол, а я поджимаю губы, сдерживая новые порывы безудержного смеха.

— Не буду тебе мешать.

Аккуратно привстаю, опустив ладони на край стола, и, обогнув мебель, подхожу к Раску, мягко прикоснувшись к его плечу. Он молча прикрывает глаза, снова отчаянно вздыхает, а я легонько киваю, мол — понимаю его, такая утрата, и тихонько ухожу в спальню, прикрыв за собой дверь. Подхожу к шкафу, раскрываю его, достаю белую рубашку за шестьсот пятьдесят евро, висящую на новых мягких плечиках, и медленным шагом возвращаюсь на кухню. Вильям сидит в том же положении, а когда слышит мои шорохи, открывает глаза, моментально встретившись взглядом с рубашкой. Его дыхание учащается, а я подхожу ближе, внимательно его рассматривая.

— Я купила тебе такую же, — не выдерживаю и, выгнув бровь, издевательски улыбаюсь, пока Вильям пытается понять, что здесь происходит. — Только плюс ко всему этому, отнесла её в химчистку, где её ещё и выгладили и отпарили бесплатно.

— Ты, значит, была у моего портного? Я ту рубашку на заказ делал, — Вильям, досконально изучив произведение искусства, которое я держу прямо сейчас в руках, неторопливо поднимает взгляд к моим глазам, и я понимаю, что он, кажется, догадывается, что я только что натворила.

— Ладно, ты меня раскусил, — мягко усмехаюсь. — Я пошутила, — протягиваю рубашку Раску, и он с трепетом забирает её у меня.

— Пошутила она, — Вильям поглаживает белую ткань, прожигая меня взглядом, пока я с довольной улыбкой на лице присаживаюсь на своё место. — У меня чуть инфаркт не случился из-за твоего беспощадного юмора.

— Может, ты меня накажешь за это? — непринуждённо кидаю, рассматривая свой маникюр, и, не торопясь, поднимаю глаза к его глазам. Вильям выгибает бровь, совершенно не меняясь в лице.

— А ты так этого хочешь, я смотрю?

— Хочу, — закусываю нижнюю губу, вызывающе улыбнувшись, и Вильям одаривает меня удовлетворённой улыбкой.

— Значит, не буду наказывать, — шёпотом произносит, растянув губы в улыбке шире, и я шумно вздыхаю, отвернувшись от него. — Это моя любимая рубашка. — Украдкой поглядываю на Раска, а он опускает голову вниз, с любовью рассматривая своё сокровище. — А ты её чуть не похоронила. Я уже почти смирился с её смертью, — встречаюсь с ним глазами, равнодушно окинув его взглядом. — Не делай так.

— А ты, что, получается, отдал мне свою любимую рубашку? — на моём лице сияет торжествующая улыбка, ведь до меня наконец доходит, что Вильям доверил мне самое дорогое, что у него было. — Ты мне настолько доверяешь?

— Я вообще тебе готов всё отдать, — кажется, Вильям говорит, не подумав, о чём жалеет моментально, потому что тут же нахмуривается, отведя взгляд в сторону. — Даже своё сердце, — он встречается со мной глазами, вопросительно меня разглядывая, как будто пытается понять мою реакцию на его слова, но я лишь растягиваю губы в искусственной улыбке, слегка приподняв брови.

— Нет, не надо больше таких фраз, слишком поэтично, — отрицательно мотаю головой, физически почувствовав неловкость, повисшую в воздухе.

— Да я уже сам понял, — неловко произносит Вильям, встрепенувшись, и откладывает рубашку на соседний стул. Сгибаю ноги в коленях, прижав их к груди. — Какие у тебя планы на ближайшее время?

— На сегодняшний день? — рассматриваю, как Раск вновь принимается за работу, и удивляюсь тому, что при этом он всё равно может поддерживать со мной разговор. — Ну, пообедать. Погулять. Поужинать, — мечтательно улыбаюсь, и Вильям поднимает на меня полный скептицизма взгляд. — Ну, что ты так смотришь?

— А более глобальные цели у тебя есть? — Закатываю глаза. — Например, саморазвитие, обучение чему-то новому, и так далее. Учёба у тебя уже началась, да?

— Да, началась. Ну... есть планы, да.

— Расскажи, — Вильям не смотрит на меня, продолжая печатать что-то, но у меня это почему-то вызывает нежную улыбку.

— Я хочу пойти поработать в кофейне в качестве бариста. — Голубые глаза вновь прожигают меня скептическим взглядом, а этот успешный бизнесмен выдаёт что-то близкое к: «А?», и я сразу же добавляю: — Да ты дослушай сначала, — усаживаюсь поудобнее.

— Внимательно тебя слушаю, — Вильям улыбается. — А то я успел уже подумать, что ты решила идти варить кофе с двумя высшими, и хотел предложить тебе сходить к врачу, провериться, — надменно бросает, вновь уткнувшись взглядом в экран ноутбука, а я прищуриваюсь.

— А ты думай поменьше, — моя очередная колкость становится причиной для возникновения довольной ухмылки на лице Вильяма. — Я хочу немножко поработать, научиться всему, а потом открыть свою кофейню, — наконец-то мои слова заинтересовывают мистера предпринимателя, и я встречаюсь с ним взглядом.

— Как интересно, — я же говорила, что заинтересовала его. — Я тебя поддерживаю.

— Спасибо, — дарю Раску благодарную улыбку, на что он отвечает мне лёгкой, даже небрежной улыбкой, как будто говоря: «Да не за что, моя маленькая». — Только это всё всего лишь мечты.

— Почему?

— Потому что для открытия нужны вложения. А у меня на данный момент даже нет личного капитала, — мягко вздыхаю.

— Я могу тебе помочь.

— Виль... — устало произношу, и Вильям перебивает меня.

— Да знаю я, что ты скажешь, — он закрывает ноутбук, отодвинув его в сторону, и встречается со мной взглядом. — Что хочешь быть независимой, не хочешь быть мне должна, — тон его голоса становится строгим: таким же, каким он был сегодня ночью. Можно было бы подумать, что у нас была ролевая игра, но... я про его ночную работу. К сожалению.

— Именно так, — слабо улыбаюсь.

— Но теперь дослушай ты меня, — Раск скрещивает руки, облокотившись на стол.

— Хорошо. Слушаю, — мои губы образуют нежную улыбку.

— Я буду инвестором в нашей сделке, а ты — молодым предпринимателем. Хочешь, даже подпишем договор, — Вильям приподнимает уголок губ. — В зависимости от успешности твоего проекта ты будешь либо постепенно, либо единым платежом выплачивать мне долг — средства, которые я инвестирую в твой малый бизнес. Успешность проекта можно рассчитать по показателям: по прибыли, выручке, доходу. Я тебе всё покажу. — Продолжаю пялиться на Вильяма, хлопая глазами, ведь совершенно не вижу причины, по которой ему это всё может быть интересно. — Единственное, в Лондоне почти самая высокая плата за аренду коммерческой недвижимости. Это проблема. Можем уйти в минус, если первое время у нас с тобой не будет клиентов. Но я оценю риски, прикину примерно размер вложений и вернусь к тебе с подробным отчётом.

Вильям моментально входит в рабочее состояние и по какой-то причине начинает меня в этом состоянии безумно возбуждать. Прекрасно. Этого мне ещё не хватало. Закусываю губу и начинаю выдыхать чаще, уже красочно представляя в мыслях, как я буду в случае своей бизнес-неудачи выплачивать ему долг. Надеюсь, натурой.

— Ты в порядке? Испугалась? — Раск наклоняет голову вбок, вглядываясь в моё лицо, и я резко дёргаюсь, обхватив себя руками. — Не бойся, я это уже много раз делал. Помогу тебе во всём разобраться, — он мягко улыбается, а я, сделав глубокий вздох, задерживаю дыхание, отчаянно пытаясь хоть немного прийти в чувство.

— А если... — мой голос хрипит, и я неловко прокашливаюсь, вызвав на лице Вильяма неоднозначную ухмылку. — А если получится так, что бизнес окажется совсем безуспешным?

— Это риск всех инвесторов. И я готов его на себя взять, — его губы вновь образуют тёплую улыбку, от которой я физически согреваюсь. Такое вообще возможно? — Но это так, на крайний случай. Вообще, я в тебя верю, — Вильям выпрямляет руки, протянув их ко мне, и я вкладываю свои заледеневшие ладони в его. Они оказываются намного теплее моих, и он в тот же момент удивлённо вскидывает брови. — Ты замёрзла?

— Не совсем, — скорее наоборот. Мне слишком жарко. Разденешь меня?

— Может, закрыть окно?

— Не надо, — слишком быстро отвечаю, заставляя Вильяма нахмуриться. — Мне и так дышать трудно, — закусываю губу, встретившись с ним взглядом, и моё сердце начинает биться чаще.

— Что, проблемы с давлением? — Вильям игриво улыбается, расслабленно приподняв бровь, а мои губы размыкаются, образуя мягкий выдох.

— Вегетососудистая дистония, — слабо улыбаюсь, не отрывая глаза от его глаз, и он начинает поглаживать внутреннюю сторону моей ладони, медленно и нежно двигая большим пальцем. Чувствую покалывания на кончиках пальцев на ногах, невольно глубоко вздыхаю, и Вильям опускает взгляд на мои губы.

— Надо заниматься физической активностью, разгонять кровь по организму, — Раск понижает голос, и я резко выдыхаю. — Ходить на пробежку, — довольно улыбается, вновь встретившись со мной глазами.

— Ты сегодня не ходил, — едва слышно произношу.

— Да, сегодня я не ходил, — Вильям задумчиво повторяет мою фразу. — На улице дождь. Он, кстати, весь день идти будет?

— Возможно, — прищуриваюсь. — Что же делать?

— Заняться физической активностью дома, — он выгибает бровь, вызывающе улыбнувшись. Боже, я не понимаю, как я всё ещё выдерживаю эту пытку. — Сделать зарядку, например. — Дёргаю уголком рта, окинув Вильяма злобным взглядом, и его губы в тот же момент расплываются в широкой издевательской улыбке. — Я понимаю, может, тебе не хочется, но спорт — это полезно.

— Да ну тебя, — выдёргиваю руки из его, резко отодвинув стул назад, и поднимаюсь на ноги.

— Кстати, мне показалось, или ты уже согрелась? — кидает мне вслед, когда я оказываюсь около кухонной двери.

— Да, — разворачиваюсь вполоборота, взглянув на него с претензией. — И я, такая горячая, ухожу от тебя прямо сейчас, оставляя тебя одного. Понятно? — касаюсь ручки двери, и меня вновь догоняет голос Раска.

— Нет. — Усмехаюсь, развернувшись полностью, и скрещиваю руки на груди, облокотившись спиной на дверь. — Мы не договорили ещё.

— Что ещё?

— Сядь. — Даже не задумываясь, отталкиваюсь от стены и возвращаюсь к столу. — Всё-таки так нравится мне подчиняться, да? — Вильям самодовольно улыбается, и я демонстративно закатываю глаза, тут же развернувшись, и делаю шаг обратно к двери. — Ладно, Миллз, прости, — он хватает меня за руку, притянув ближе, и усаживает к себе на колени.

— Когда ты перестанешь называть меня «Миллз»? — обвиваю его шею руками, устроившись поудобнее, а его рука ложится на мою ногу, неторопливо поднимаясь выше.

— Завтра, — Вильям приближается ко мне, едва коснувшись губами моих губ. Его ладонь забирается под ткань моего шёлкового халата, проскользнув на бёдра.

— Почему завтра? — сквозь вздох произношу, опустив взгляд на его губы.

— Ну, мы же завтра поженимся. Завтра ты будешь уже «Раск», — Вильям успевает довольно улыбнуться, прежде чем я подаюсь вперёд, накрыв его губы своими.

— Я тебя хочу. Сейчас, — отрываюсь на мгновение, прошептав четыре слова, и вновь целую его, раздвинув его губы языком.

— Сначала дела, sonne, — охрипший голос Раска заставляет меня сделать рваный вздох.

— Какие дела, Виль? Я без белья, — опускаю правую ладонь на его, передвинув её выше по своей ноге. Его пальцы упираются в тазовую кость, а большой проскальзывает на внутреннюю часть, едва коснувшись половых губ. Прикрываю глаза, сжав пальцы левой руки на его спине, и сминаю ткань его футболки, приготовившись получать божественное удовольствие (как обычно), но Вильям, неожиданно для меня, выдаёт:

— Дела, sonne. Мне нужно с тобой поговорить.

— Да иди ты! — отталкиваю его руками, вскакивая на ноги.

— Не обижайся.

— Я не обижаюсь! — слишком агрессивно вскрикиваю, и Вильям мягко улыбается, окинув меня сочувствующим взглядом.

— Дай руку, — он протягивает руку ко мне, а я делаю шаг назад. — Пожалуйста. — Неуверенно касаюсь его ладони, и он притягивает меня к себе, опустив мою руку на нижнюю часть своего живота. — Я тоже тебя хочу, — едва слышно произносит Раск и ведёт мою ладонь ниже, и через секунду я нащупываю твёрдый член сквозь мягкую ткань его джинс. — Теперь не обижаешься?

— Да я и раньше не обижалась, — начинаю двигать рукой, и Вильям хрипло вздыхает, тут же накрыв мою ладонь своей, и убирает мою руку в сторону.

— Ну-ну, — он разворачивается, задвинув стул глубже. — Прошу вас, мисс Миллз, — добавляет Вильям и указывает на моё место напротив него, развернув ладонь тыльной стороной вниз. — Давайте закончим.

— Могли бы закончить по-другому, — бормочу себе под нос, нехотя присев обратно.

— Мне нравятся твои пошлые шутки, — Раск довольно улыбается, а я устало вздыхаю.

— Это уже не шутки, Виль, — пронзаю его равнодушным взглядом. — Я в Англии живу уже два месяца. Одна. На свидания не хожу. Я скоро забуду, как член выглядит, — выгибаю бровь.

— Показать? — Вильям закусывает губу.

— Ты же сам отказался, или ты уже забыл?

— Ну, так показать-то быстро. Раз и всё. Чтобы ты не забывала, — его губы расплываются в издевательской улыбке.

— Нет. Потом посмотрю специализированное видео, чтобы тебя не отвлекать лишний раз, — дарю ему надменную улыбку. — Там и побольше будет, — едва слышно добавляю, отведя взгляд вверх.

— Не будет, — сквозь зубы произносит Вильям, а я в тот же момент нахожу его глазами. Широко улыбаюсь, склонив голову набок, молчу, поджав губы, и смотрю на него так, как будто не хочу расстраивать его горькой правдой. Вильям шумно вздыхает, дёрнув уголком рта. — Ладно. Я хотел сказать тебе, чтобы ты сделала презентацию.

— О плюсах секса со мной?

— Нет, их я и сам найти в состоянии. — Делаю вид, что не верю ему: небрежно усмехаюсь, закатив глаза. — Про свой проект. Продай мне его. Заставь меня вложить в него деньги, — Вильям вновь словно по щелчку пальцев становится серьёзным, и мне приходится отложить оставшиеся шутки в долгий ящик.

— Зачем? — подгибаю под себя ногу, опустив руки вниз. — Ты же уже согласился.

— Потренируешься, — Раск мягко улыбается.

— Хорошо, — дарю ему ответную нежную улыбку.

— Я ещё кое-что хотел у тебя спросить. — Поднимаю брови в немом вопросе, и Вильям продолжает: — Ты когда-нибудь чувствовала, что я... — он опускает взгляд вниз, слегка нахмурившись. — Заставляю тебя что-то делать?

— Что делать?

— То, чего ты не хочешь. В сексе, — Вильям встречается со мной глазами, и я читаю в них неподдельную напряжённость.

— Никогда, — наклоняюсь вперёд, немного приблизившись к нему. — Почему ты спрашиваешь?

— Я думал о том, что случилось с Эмили. Возможно, она неправильно меня поняла. Я сказал, что секс — это важно. Для меня, — впервые вижу Вильяма таким взволнованным и невольно закусываю губу из-за передавшегося от него волнения. — Но... без подтекстов. Возможно, я сказал слишком резко, не знаю.

— Что именно ты сказал?

— Ты уверена, что хочешь знать? — мы встречаемся глазами.

— Да.

Воспоминание Вильяма

Поворачиваю голову в её сторону, взглянув на аккуратно вздёрнутый носик. Спускаюсь взглядом ниже, найдя глазами пухловатые губы. Её лицо выглядит особенно кукольным при таком тусклом освещении: единственный источник света в её комнате на данный момент — мелькающие кадры кинофильма, включённого на ноутбуке.

Подаюсь корпусом вперёд, приблизившись к ней, наклоняю голову влево и медленно целую её в щёку. Она не двигается, замерев, и я продолжаю целовать её, спускаясь ниже на шею. Она немного отстраняется, но не отсаживается дальше. Выжидаю секунду и касаюсь правой рукой её шеи, притянув её ближе к себе. Дотрагиваюсь губами до её губ, пытаюсь углубить поцелуй, но она вновь мягко отталкивается от меня, когда моя рука спускается ниже, касаясь тонкой лямки её майки.

— Эмили, в чём дело? — лениво произношу, отстранившись от неё, и она непонимающе хлопает глазами.

— Я просто... пока не хочу, — она обхватывает себя руками, а я тяжело вздыхаю. — Это же не самое главное в отношениях. Самое главное — взаимопонимание, уважение.

— Малыш, в сексе тоже есть взаимопонимание и уважение, — легко улыбаюсь. — Для меня это важно. Я не вижу развития наших отношений, если в них не будет секса. — Замечаю, что её взгляд наполняется разочарованием, будто она ожидала, что я с ней соглашусь. — Я, наверное, пойду. Прости, что так получилось.

— Как это ты пойдёшь, Виль? Значит, тебе нужен от меня только секс? — Эмили вскакивает на ноги, наблюдая за тем, как я беру телефон в руки. — Ты придурок! Я думала, ты нормальный! Я тебя ненавижу! — она дубасит меня по спине, и я разворачиваюсь, устало взглянув на неё.

— Ты меня поймёшь, возможно, когда-нибудь, но сейчас я не готов тратить время на отношения, у которых нет будущего.

— И где здесь резкие высказывания? — непонимающе рассматриваю Вильяма, и он поджимает губы. Он всерьёз думает, что я стану ревновать его к Эмили?

— Ну... там фраза была, — Вильям нервозно теребит пальцы, и я, протянув к нему руку, накрываю его ладонь своей. — «Значит, тебе нужен от меня только секс», — он начинает поглаживать мою руку. — Вдруг у неё после моих слов и поступков появятся какие-то нездоровые представления об отношениях? Может, я неправ? Я облажался, Фрея.

— Успокойся, — встаю и подхожу к Раску, присев к нему на колени. Он обнимает меня за талию, прижав к себе, а я обвиваю его шею руками. — Во-первых, ты вправе делать так, как тебе комфортно. И если кого-то это не устраивает, это их проблемы, — зарываюсь пальцами в русые волосы, мягко улыбнувшись. — Во-вторых, я тебя понимаю. — Вильям небрежно усмехается, и я тут же добавляю: — Нет, серьёзно понимаю, о чём ты говоришь. Секс — это важно, это почти самая главная составляющая отношений двух взрослых людей. И я тоже не вижу, каким образом можно построить серьёзные доверительные отношения, просто держась за руки и гуляя по парку. Может, если только лет в пятнадцать, — вижу в глазах Вильяма начинающее зарождаться спокойствие, и мне самой в тот же момент становится спокойнее. — А, в-третьих...

— Как много у тебя мыслей по этому поводу. Ты, что, вебинаров насмотрелась? — Вильям издевательски улыбается.

— Я тебе обещаю: я встану и уйду, если услышу ещё хоть одну шутку, которая посмеет вылететь из твоего болтливого рта. — Раск жестом показывает, что он попытается молчать. Я не особо ему верю, но всё равно продолжаю: — В-третьих... Виль, ты не можешь контролировать то, как именно люди будут интерпретировать твои слова. Наверняка, Эмили задолго до тебя ещё внушили, что все мужики козлы и им всем нужен только секс. Я почему-то на сто процентов в этом уверена. И она, в силу своей неопытности, подумает, что ты имел в виду одно, а я, в силу своего высокого интеллекта, пойму тебя совершенно по-другому, — самодовольно улыбаюсь, вызвав такую же довольную улыбку на лице Вильяма. — Понимаешь, о чём я?

— Понимаю, кажется, — Вильям проводит ладонью по моей спине, и я выгибаюсь в пояснице, прильнув к нему. — Но мне до тебя далеко ещё. Ты слишком умная, — едва слышно произносит и оставляет лёгкий поцелуй на моих губах. — Спасибо, sonne, только вот...

— Что?

— Я всё равно... я понимаю, что, возможно, тебе будет неприятно это слышать, но... я бы хотел поговорить с ней. Чтобы объяснить ей всё. Чтобы она на меня не обижалась, понимаешь? Я только сейчас понял, что для меня это важно. Не потому что она нужна мне, а потому что так мне будет спокойней, — Вильям выдаёт практически на одном дыхании, и я нежно улыбаюсь, ибо в тот же момент понимаю, насколько он замечательный.

— Знаешь, что? Поговори с ней, — привстаю на ноги, и Вильям окидывает меня непонятливым взглядом. — Что? Правда, я не против. Я хочу, чтобы тебе было спокойно.

— Солнце, ты действительно...

— Да-да, Раск, — небрежно усмехаюсь, взглянув ему в глаза, чтобы он наконец мне поверил. — Поезжай в Швецию. А я тут как раз вещи твои разберу, — игриво улыбаюсь, и Вильям притягивает меня к себе за талию.

— Миллз, ты знаешь, что ты лучшая?

— Знаю.

Сейчас

Я: В смысле? Ты серьёзно?

Я: Виль?

Я: Что за бред?

Задаю ему миллион вопросов, но Раск вылетает из сети сразу же после того, как отправляет мне последнее сообщение. Звоню ему и слышу автоответчик: Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети.

Неужели я сама поспособствовала воссоединению моего парня с его бывшей?