⭐⭐⭐⭐⭐БОНУС. Доктор Бен 3

Недавнее прошлое.

Клаус сидел на скамейке в зоне отдыха. Солнечные лучи пригревали, легкий ветерок освежал и шевелил кроны сиреневых деревьев. Люди, расположившиеся по скамейкам, занимались своими делами. Со стороны казалось, что он ничем не отличался от них. Никто бы и не подумал, что он вампир, оборотень и гибрид. Живет уже тысячу лет и убил тысячи людей.

Лениво осматривая окружение, он невольно задержал взгляд на экране чужого телефона. Там шел сериал про вампиров. Девушка, что смотрела его в наушниках, временами закрывала руками экран и прищуривала глаза, а потом вновь возвращалась к обычному просмотру. Такое странное поведение заинтересовала Клауса. Он присмотрелся и обнаружил, что она закрывает руками сцены, когда вампиры пили кровь. Это удивило его и заставило любопытство разыграться. Он незаметно подсел к ней и дождался, чтобы она его заметила.

Она развернулась удивленно, но понимающе улыбнулась и вопросительно подняла брови. Клаусу понравилась ее теплая улыбка.

- Любите сериалы про вампиров?

- Да, немного. Также как и все, - ответила она.

- Я невольно увидел.

Она кивнула, наконец выключив приглушенный звук, идущий из наушников. Для слуха Клауса это разумеется было слышно так, как будто наушники не валялись беспомощно на скамейке, а были прямо воткнуты в его уши.

- Но зачем вы закрывали экран? – вернулся он к заинтересовавшему его вопросу.

- Мне не нравятся сцены, где они пьют кровь.

Клаус по-настоящему удивился. Его глаза и брови округлились в живейшей гримасе, а губы сложились трубочкой.

- Как можно смотреть что-то про вампиров, избегая темы крови, разве эти две вещи не являются прямой взаимосвязью, как причина и следствие. Одно не отделимо от другого.

- Тут вы правы, но меня просто заинтересовал сюжет. Скажем так, мне нужно было ознакомиться с ним. Так-то я не люблю истории про вампиров. В основном, потому что мне противны кровавые сцены и жестокости.

- Так вы боитесь вампиров, ведь они источники жестокости? – Клаус очаровательно улыбнулся.

- Нет, - она почти рассмеялась, - как можно бояться вампиров. Они не существуют.

- Тогда я запутался в вашей логике, мадмуазель.

- Я боюсь не самих вампиров. Просто у меня что-то вроде венофобии.

- Это что еще такое? – заинтересованно спросил Клаус, протянув руку за ее спиной вдоль лавочки. Она заметила этот жест и слегка улыбнулась, как будто ее забавлял этот флирт.

- У меня боязнь не просто крови, а боязнь укуса вампиров. Хоть я и не верю в их существование. Я не знаю как это объяснить, - рассмеялась она, - я не верю, что вампиры существуют, но я боюсь их укусов настолько, что если я вижу это в фильмах или читаю в книгах описание мне становится физически нехорошо. Не правда ли глупо?

- Наоборот это очень умно, - философски заметил Клаус и убрал руку, он посмотрел в небо. Какая странная девушка со странной боязнью.

- Если бы я верила в перевоплощения, я бы решила, что умерла в прошлой жизни от вампира.

- Как! – шутливо воскликнул Клаус, - а вы не верите в прошлые и будущие жизни?

Она покачала головой.

- И значит ни у кого из нас нет шансов исправиться?

- Боюсь, что нет.

- Могу узнать ваше имя, наверно, оно такое же необычное, как и все что вы мне сказали до этого.

Она улыбнулась и ее губы приоткрылись, чтобы ответить, но в этот момент у Клауса зазвонил телефон. Он извинился и извлек из кармана куртки допотопный телефон, нажав на зелененькую трубочку. Дела звали его, он незаметно исчез. Так что эта девушка даже и не заметила, куда он делся.

***

США, Нью-Йорк

Прошло слишком много времени прежде, чем Клаус говорил с кем-то. И он понимал, что мысли снедали его изнутри. Ему необходимо было выговориться. Он шел по улицам Нью-Йорка, куда приехал совсем недавно, скажем так на каникулы, отдохнуть от дел в Нью-Орлеане. Обычно он сторонился таких городов как Нью-Йорк, но в этот раз ему захотелось кое-чего необычного. Да и к тому же до него дошли слухи о том, что все не так чисто в этом мегаполисе как он мог думать раньше.

В одном из районов он внезапно увидел вывеску: «Психиатрическая клиника им. Маршала Мезерса 3». Он вспомнил о сеансах психотерапии, на которые ходил благодаря Камилл. Сердце его сжалось, и несмотря на то, что в прошлый раз это не закончилось ничем хорошим, он живо представил как милая, добрая Ками смотрит на него своими молящими глазами и говорит, что он должен попытаться еще раз. Найти радость в чем-то обычном. Исправить все, побороть свои слабости. И хотя он был не из тех, кто легко сдается. Он никак не мог противостоять этой слабости и тем уговорам представляемой им Камилл, что он свернул на аллею, ведущую к старинному зданию, утопавшему в зелени сада.

Оказавшись у порога, он заметил, что здание было хорошо отремонтировано и имело множество панорамных стекол. На регистратуре он послушно, будто все люди записался на прием, использовав вместо документов внушение, и уже спустя несколько мгновений провожаемый сексапильной медсестрой в вызывающем халатике, вышагивал на прием к главному доктору. Он узнал, что заведующими являются два доктора: Доктор Джеки Ли По и Доктор Бен Кафка. Он выбрал Бена Кафку, так как полагал, что это мужчина, а он хотел минимизировать свои потери. В этот раз он поступит, как и должен поступать – не станет сближаться со своим психотерапевтом. Ками бы это одобрила.

***

Доктор Бен вошла в кабинет. Там сидел человек. Среднего роста, худощавый и бледный. На лице нервное возбуждение и трехдневная щетина. Глаза лихорадочно блестят. Он беспокойно потирал кулаки со сбитыми костяшками и постукивал ногой.

Она удовлетворенно кивнула. Это был тот самый человек, что пришел в клинику сам с улицы и без записи потребовал встречи с главврачом. Она согласилась.

Заметив ее, мужчина встал. Он обескуражено открыл рот и округлил брови, разведя руками. Наблюдается нарочная вычурность манер, театральное поведение. Возможно, истерическое расстройство личности.

- Мадмуазель, я здесь жду Доктора Бена Кафку.

- Это я, а вы представитесь?

- Оу, ну что ж, - он вздохнул, хлопнув себя по лбу, - мое имя Клаус Майклсон.

- Присядем, что заставило вас прийти на прием?

- Мне нужно с кем-то поговорить, возможно, мне нужна помощь психотерапевта. Со мной, знаете ли, много чего случается. Хотелось бы это как-то упорядочить.

- Хорошо, что вы сами это осознаете. Давайте поговорим по порядку о том, что привело вас сюда, мистер Майклсон.

- Вы можете звать меня просто Клаус.

- Как скажите, Клаус.

- А я вас буду звать, пожалуй, доктор Бен.

- Так будет лучше всего, ведь это мое имя.

- Тогда приступим. Я бы не прочь выпить, у вас есть виски?

- Нет. Здесь это было бы недопустимо. Алкоголь может оказать губительное воздействие на психику моих пациентов.

- А ну да. Точно. Ну да ладно, - Клаус вскочил, как будто не мог сидеть на месте, нервно походил из стороны в сторону, чем ни капли не удивил Доктора Бен, которая этого и ожидала из-за его гипервозбудимости.

- Итак, я расскажу вам все, - театрально заявил он, - я вампир, чудовище, монстр, гибрид. Наполовину вампир, наполовину оборотень. И я один из первородных. То есть я бессмертный, и я первый вампир на земле, как и вся моя семья. Такими мы стали в результате проклятья нашей матери, ведьмы по имени Эстер. Мы живем уже тысячу лет и никак не найдем покоя. Постоянно воюем, пытаемся убить друг друга, преследуем и убиваем. Но вы должны знать, док, что я один не такой как все в своей семье.

Она слегка кивнула, подтверждая, что слушает, не поведя и бровью, что удивлена заявлениями Клауса. Он посмотрел внимательно в лицо доктора, но не обнаружил признаки страха. Странно. Но так даже лучше. У него уже был план, поэтому он продолжил без всякого зазрения совести.

- Мой брат Элайджа и моя сестра Реббека, которых я беззаветно люблю и считаю своей семьей, предатели и трусы. Они как мать и отец. Из страха они служат мне, а из подлости предают. А еще у меня есть приемный сын Марселус. Я его облагодетельствовал еще в 19-м веке в Нью-Орлеане, воспитал, все дал, а он больше любит Элайджу, представьте, только я отвернусь, а они спелись с Элайджей и веселятся вместе. Я так разозлился. А потом еще хуже, он стал встречаться за моей спиной с Реббекой. Как это назвать , если не подлостью. Это я его спас, это я заменил ему отца. А он любит их вместо меня. Но и это еще не все. Я сто пятьдесят лет думал, что он мертв, запрещал всем даже произносить его имя. А этот подлец был жив и строил козни за моей спиной, все отнял и жил в моем доме, спал в моей кровати. Как это понимать, доктор?

- Мы это разберем, продолжайте.

- Но больше всего меня терзает не то, что меня все предают, а то, что я приношу всем несчастья. Недавно я встретил девушку, она была человеком. Добрая и хорошая. Я честно пытался не лезть в ее жизнь, но не вышло. Она была психотерапевтом кстати прям как вы. Я отталкивал ее как мог. Но если честно я все равно общался с ней. Но старался не давать ей надежды. А потом один раз сдался, и как итог она мертва. Ее убила моя злобная бывшая перед этим превратив ее в вампиршу. Что скажите?

- Чувствуете себя виноватым из-за этого?

- Да, иногда вижу ее образ в своих мыслях. Как будто она разговаривает со мной, дает советы.

- Понятно.

- Что именно?

- Она была для вас голосом разума. Вы же сами сказали, что она была вашим психотерапевтом. Вы непостоянная личность, склонная к спонтанным решениям. Но работа с психотерапевтом, либо другие события и груз всех ваших проблем привели вас к осознанию, что вам нужна помощь извне. Так как из-за случившейся трагедии – гибели вашего прошлого психотерапевта вы долгое время не решались кому-то открыться, ваше сознание стало воспроизводить образ единственного человека, которому вы можете доверять. Из вашего краткого описания я понимаю, что вы страдаете параноидальным бредом, и вам кажется, что вы никому не можете довериться, особенно вашим родственникам. Именно из-за этого вы и представляете образ этой девушки, на самом деле разговаривая сами с собой. Но это хороший симптом.

- Разве говорить с самим собой хорошо? – удивился Клаус.

- Конечно, это признак здоровой личности. Человек должен обсуждать со своим внутренним голосом свои проблемы и анализировать свои поступки.

- Так значит это не призрак Ками?

- Конечно, нет.

Клаус радостно кивнул и потер руки, ему понравился прием, который оказали ему в этой клинике.

- Спасибо, доктор, мне стало гораздо легче. Я приду еще завтра, или в какой-то другой день. Точно не могу сказать. Но я не хочу, чтобы с вами что-то случилось, у меня много врагов. Будем держать в секрете наши встречи.

- Об этом не стоит беспокоиться, Клаус, вы можете на меня рассчитывать.

- Я позабочусь о том, чтобы вы не беспокоились о том, что сегодня услышали, - с довольной улыбкой Клаус мгновенно оказался очень близко к сидящей в кресле доктору. Он присел на корточки заглянув в глаза. Его зрачки расширились и он произнес:

- Сейчас вы забудете все что услышали, и не сможете вспомнить меня. Вспомните все только когда я вновь окажусь перед вами в этом кабинете.

И не дожидаясь ответа, он исчез.

****

Нью-Орлеан.

- О Элайджа, привет, дорогой брат, - глаза Клауса радостно блестели, в них отражался свет полной луны. Он попивал виски и, завидев брата, тут же налил еще один бокал и опять занял свое место возле открытого французского окна. Ведь известно, что Клаус питает пристрастие ко всему французскому.

Элайджа потянул терпкое виски и уселся в кресло, положив ногу на ногу, облаченный в аккуратный костюм в отличие от бандитского стиля Клауса.

- Ник, в последнее время ты такой довольный, и твое лицо иногда становится таким глупым, что я начинаю думать, что ты вновь влюбился, - заключил Элайджа.

Клаус только рассмеялся и сделал еще глоток.

- Оо, Ник, все настолько серьезно. Кто она? – Элайджа не знал радоваться или опасаться, ведь никогда не знаешь, что принесет очередное увлечение Клауса.

- Она из Нью-Йорка, - наконец ответил Клаус и уселся в кресло напротив, налив себе еще.

- Это что-то новенькое, брат, и?

- Что сказать, она понимает меня как никто другой. Только не подумай ничего плохого, она мой новый психотерапевт.

- Клаус... - в глазах Элайджи заплескалась боль.

- Я учел ошибки прошлого. Элайджа, ты что не веришь в психотерапию, а ведь сам спорил с пеной у рта с Фрейдом, помнишь в 1926?

- Помню, Клаус, но ведь...

- Ничего не говори, я знаю, что я делаю. Кстати тебе тоже не помешает профессиональная помощь. Хочешь я и тебя запишу к доктору. Я знаю одну очень хорошую клинику. Там есть им другие доктора. Своего я не отдам.

- Нет, обойдусь, - мрачно заключил Элайджа.

- Ну и дурак. Я знаю теперь даже про твои травмы.

- А она основательно прочистила тебе мозг, Ники, ну давай говори, кто она, как ее зовут, как выглядит. Мне безумно интересно, кто завладел мыслями тысячелетнего вампира настолько, что он несет эту психологическую ерунду и смотрит на луну по ночам. Еще чуть-чуть и ты поведешь ее на оперу.

- Ахаха, я так и сделаю. Уже купил билеты. Она ничего не знает. Я скрывал свои чувства. Так вот ее имя... - Клаус внезапно запнулся, как будто наткнулся на невидимую стену, его глаза потухли, а лицо внезапно приобрело растерянность. Элайджа, мгновенно уловив изменения настроения неврастеничного брата, обеспокоенно заерзал на кресле.

- Ее имя? – почти шепотом повторил Элайджа.

- Доктор Бен... Кафка, - все тем же растерянным голосом сказал Клаус.

- Как писатель?

- Ммм? – вопросительно поднял брови Клаус.

- Как тот бедный писатель из Чехии?

- Ты его знал?

- Да, были немного знакомы. Тебе кстати понравится кое-что из него. И если говорить о спектаклях, пригласи свою таинственную незнакомку на Превращение. Я достану для тебя билеты.

Клаус растерянно кивнул.

- Что с тобой, Ник? – спросил Элайджа.

- Меня не покидает странное ощущение.

- В чем оно заключается?

- Это имя...мне на одно мгновение показалось, что я так и не узнал ее имени.

- А разве ее имя не Бен Кафка... Ты знаешь, имя звучит немного странно. Можешь рассказать мне, как она выглядит?

- Да, конечно, - Клаус мысленно представил себя в кабинете клиники, где тихо опускаются сумерки. Вот они садятся друг напротив друга. Он рассказывает ей каждый вечер все что накипело, а она ровным и беспристрастным голосом отвечает. Временами он слышит нотки горечи, осуждения или страсти в ее голосе. Она пытается скрыть эмоции, но он слышит, видит и чувствует больше чем все люди, по малейшим признакам чувствует проявление человеческих чувств. Если только он не придумал это. Если только сам не захотел этого видеть.

- Так что ты молчишь, Ник? – спросил Элайджа. Его сердце болезненно сжалось от предчувствия, он понимал, что с Клаусом творится что-то не то.

- Я не могу описать словами, но я могу нарисовать, - ошарашенный Клаус вскочил с кресла, опрокинув виски, но это его не заботило. Он выглядел как человек, потерявший память после комы. Найдя мольберт и карандаш, Клаус стал лихорадочно рисовать почти с закрытыми глазами. Элайджа не знал, что и думать. Он взял телефон и что-то клацал там.

Когда Клаус закончил, он тихо позвал брата. Элайджа подошел мрачнее некуда. На картине, что нарисовал Никлаус был изображен доктор. Маленькая фигура, полностью закрытая черно-белым костюмом и белым халатом. Лица не разглядеть, зеркальные очки закрывают глаза, а на черных волосах, уложенных в прямое каре, шляпа котелок. Доктор был так закрыт, что нельзя было понять, мужчина это , женщина, или вообще ребёнок.

- Я не понимаю, Элайджа, - сжал дрожащие пальцы Клаус, - я не помню, как она выглядит. То что я нарисовал, это даже не то, я ничего не помню, помню только кабинет, вот она сидит, и ее очки, в них отражаюсь я. И все. Как это? Что это значит? Со мной что-то происходит? - Клаус с отчаянием уставился на брата.

- Скажу тебе даже больше, - ответил вампир, - я не нашел сайта этой клиники и никакого упоминания о таком докторе.

Братья уставились друг на друга.

- Что за дьявольское наваждение, - наконец Клаус расхохотался, - не стоит беспокоиться, Элайджа. Мне даже это нравится. Что бы это значило. Ведьмы? Колдовство? Еще что-то? Я ведь гипнотизировал ее каждый вечер, чтобы она ничего не вспомнила, но теперь это я ничего не помню. Что это значит? Раньше мы никогда не встречали ничего подобного.

- Что ты намерен делать, Клаус?

Клаус загадочно улыбнулся.

- Не переживай, я разберусь с этим явлением.

И он вновь улыбнулся своей мечтательной улыбкой, что в последнее время проскальзывала на его лице. Элайджа покачал головой и ушел. Он верил, что Клаус действительно сможет с этим разобраться, а еще очень скоро придет к нему с разгадкой этой тайны.

***

Наступила ночь. Клаус лежал в кровати. Сон не шел. Было темно, но в темноте он видел очень хорошо, поэтому он просто смотрел в потолок и вдыхал запах виски, которым упился сегодня под завязку. Что впрочем для него ничего не значило. Внезапно веки его потяжелели, и он заснул.

Наконец, наступило время долгожданной встречи и он снова оказался в кабинете Доктора Бен. Она уже была на месте. Сидела в кресле и ждала его. Он подошел аккуратно и бесшумно, не собираясь скрывать, что он сверхъявственное существо. Сегодня он собирался быть внимательным и узнать ее тайны.

- А еще один случай на суде был... - начал свой рассказ Клаус.

Договорив как обычно и выслушивая ее ответ, Клаус, испытывая весёлый азарт, подался вперед из своего кресла и внезапно поймал руку Доктора Бен за запястье. Он посмотрел прямо в ее глаза и сказал мягко:

- Хочешь не хочешь, а ты расскажешь мне свою историю. Кто ты и откуда. Твое настоящее имя.

Его взгляд между тем уперся в зеркальные стекла очков, хотя он готов был поклясться, что еще секунду назад он видел ее глаза, а сейчас даже не мог припомнить цвета. Как же так. Его взгляд опустился ниже, на ту часть лица, что можно было разглядеть в темноте. Белая ровная кожа и бледно розовые губы, похожие на лук амура. Клаус сглотнул, ощутив внезапное желание прикоснуться к ним, чего позволить он себе никак не мог. И в то же мгновение он ощутил на своей руке на запястье прикосновение холодных цепких пальцев. Он перевел взгляд и понял, что не только он держал как он думал ее руку. Ее тонкие пальцы обхватили его запястье, губы изогнулись в коварной улыбке и она произнесла:

- Нет, Клаус, это ты забудешь все, что ты здесь видел, не сможешь вспомнить ни меня ни эту клинику, но сможешь вернуться и поговорить, когда захочешь.

Его ресницы удивленно дрогнули, и он успел усмехнуться прежде, чем контакт был разорван.

Клаус проснулся один в своей постели, разметавшись по огромной шёлковой постели с массивным резным надголовником. Не вставая, он не шевелился, все еще ощущая прикосновение ее пальцев на своем запястье. Он помнил это. И держал в голове, и запоминал легкий, едва уловимый запах, который он смог почувствовать на себе в тот момент. Он запечатлел это в своей голове, чтобы с помощью этого найти загадочную девушку. Доктор Бен.