2 глава

Разумеется, никто в фойе в назначенный час не появился. Я уже успела скромно посидеть на деревянной скамеечке, развалиться на подоконнике, смахнуть носовым платочком пыль с бюста Ломоносова... А ведь на большой перемене у меня не получилось вырваться в столовую. В животе уже урчало. Кажется, в моей сумке завалялся «Чоко Пай». Сумка моя – штука бездонная. Я несколько минут беспорядочно ворошила ее содержимое, на дне – и мне попадалось все, что только можно, кроме вожделенного печенья. Наконец я психанула и вытрясла все, что было в сумке, на скамейку. Странное дело, но первым вылетел проклятый «Чоко Пай», а уж потом все остальное добро. Многое полетело на пол: пенал, несколько блокнотов, расческа и мои любимые сережки, которые я предусмотрительно сняла вчера перед походом в бассейн... Бижутерия, безделушка, конечно, но они мне так нравились. Будто в замедленной съемке я наблюдала, как мои любимые сережки катятся под лавку, прямиком за многочисленные кадушки с растениями в глубине фойе. Отлично! Проклятущий Заяц! Все, все из-за него! Я быстро покидала вещи обратно в сумку, в том числе и чертов «Чоко Пай» (не до него теперь), и отправилась в заросли на поиски своих сережек. Пока я ползала на коленях между ярких цветочных горшков, на единственную скамейку успела приземлиться влюбленная парочка. В главном корпусе давно прозвенел звонок, коридор и фойе опустели. В тишине я отчетливо слышала страстный шепот и какое-то чавканье. Супер. Супер-пупер просто! Понятия не имею, сколько эта парочка уже лобзалась на скамейке, а я горшки пятой точкой протирала. Зато не зря ползала на четвереньках: в зажатой ладони покоятся любимые сережки. Только как мне из этих джунглей незаметно выбраться? Влюбленные чудики решат еще, что я за ними подсматриваю. У меня уже затекли спина и ноги. Чем дольше я сидела в цветочных зарослях, тем глупее себя чувствовала. Я наблюдала за страстно целующейся парочкой сквозь листья кустовой пальмы. Мне бы еще камуфляжную бандану на голову, бинокль в руки и черную раскраску на лицо: под глаза и на щеки.«Ну пожалуйста, ну сбрызните уже отсюда! Что, больше миловаться негде? Ой, мамочки, ногу отсидела!»Я нащупала в кармане телефон, он был на беззвучном режиме. У меня всегда так. Никто и никогда не может мне дозвониться. Я набрала смс Алке:«Ты в универе?»Сейчас у нас было «окно», я отправилась на встречу с представителем семейства ушастых, а Алка... а черт знает, куда подевалась Алка. Она и домой слинять способна. Ей пары прогулять – раз плюнуть.«На первом этаже кофе пью из автомата!» – ответила Алка. Спустя пару минут, будь она неладна.«Ты уже освободилась?» – прилетело мне следом еще одно сообщение от подруги.Ага, как же! Десять раз освободилась.«Нет! Не освободилась еще! Не могу! Тут в фойе парочка сидит, целуется. Ты не могла бы их согнать как-нибудь отсюда?»Алка опять долго не отвечала. Кажется, у меня уже пар из ушей пошел от злости.«В смысле?» – наконец разродилась ответом подруга.«Они сидят на лавочке и меня напрягают! Поднимись сюда и прогони их!» – настрочила я.«Ритик, ты как бабка старая! Тебе неприятно на них смотреть? Пусть целуются! Тебе-то что? Или тебе нравится этот парень?»Боже, какой еще парень? Я попыталась лучше разглядеть огромного качка, который страстно целовал свою подругу. Сейчас Алка разведет тут Санта-Барбару.«ПРОГОНИ ИХ!!!» – написала я капслоком.«Сама че?» – тут же ответила мне Алла.«Сама не могу, я тут в кустах!»«В каких еще кустах?»«Алка, ты можешь ни о чем не спрашивать? Просто помочь мне! Я тебе все потом объясню!» – взмолилась я.Алла опять отвечала целую вечность...«Сейчас. Погоди. Я не одна. Попрощаюсь тут».Опять с кем-то сидит болтает. За что мне это?Перед моим взором тут же нарисовался небольшой паучок. Он спокойно себе спускался по блестящей ниточке с одного листочка на другой. Какая прелесть. Делает что хочет. Я ему даже немного завидую. Да что там немного. Я ему жутко завидую! Столько ног – и всеми ими он может шевелить!...Вроде бы девчонки должны бояться насекомых, но эта история не про меня. У нас дома как-то даже тарантул жил. Ромка откуда-то его притащил. Хотел меня попугать, да не вышло. Я, наоборот, перенесла террариум с пауком в свою комнату и исправно кормила его тараканами. От тарантула втихаря избавилась наша мама. Просто в один прекрасный день мы с Ромкой пришли со школы, а питомца нашего и след простыл. Мама унесла его в какой-то живой уголок и сообщила, что в следующий раз скорее разрешит нам завести поросенка, чем тарантула. Мы с Ромкой скромно промолчали. Поросенка нам заводить не хотелось. Особенно Ромке. Его комната и без того напоминала свинарник.Ага! Вроде бы девчонки должны бояться насекомых! С моей мамой ведь такое сработало? Может, и с этой влюбленной студенткой прокатит. Я осторожно взяла паука в руки и начала пробираться сквозь заросли к скамейке. Пролезать между цветочными горшками было непросто, я ведь практически ползла по-пластунски. Добравшись до скамейки, я оказалась за спинами влюбленной парочки. Они уже не целовались, а сидели, прижавшись друг к другу, и перешептывались. Качок и его хрупкая пассия. Идеальная пара.Я осторожно приподнялась на ноги и, затаив дыхание, отпустила паучка на голову девушке, а сама тут же отползла обратно в цветы. Пару минут ничего не происходило, зато потом...– Вика! – раздался истошный вопль. – Что у тебя на голове?!– Что у меня на голове? – забеспокоилась Вика. – Влад, что там такое? Прическа помялась?Но качок уже вскочил на ноги.– Вика, там... там...– Что там, Влад, что? Не пугай меня!– Вика, там паук!!! – верещал по-девчачьи парень.– Господи, Влад, ну и что? Смахни его!– С ума сошла?– Влад, куда ты... пятишься?– Смахни его сама!– Влад...Но Влада и след простыл. Вика тут же кинулась за ним, по-моему, прямо с паучком на голове.Я выбралась наконец из своего укрытия и тут же увидела, как в фойе заходит растерянная Аллочка со стаканчиком кофе в руках.– Психи какие-то! – пожаловалась подруга. – Чуть с ног меня не сбили! А если б я кофе на новую блузку пролила? Где твоя парочка-то?– Это были они! – кивнула я в ту сторону, куда упорхнул Влад. И Вика.– А чего они? Поссорились, что ли?– Там паук был...Алка нахмурила брови.– Забей! – махнула я рукой.– А ты-то где была? – все еще не врубалась Алла.Я указала на кадушки с цветами.– Господи, Рита, зачем ты за ними подглядывала? Извращенка!– Ничего я не подглядывала! – возмутилась я. – Я там сережки искала, ползала... вот!Я разжала левую ладонь и продемонстрировала Алке свои «драгоценности».– Было б там из-за чего ползать! – фыркнула Алка.– Но-но! Попрошу!Алка уселась на скамейку, на которой пару минут назад целовалась парочка, и запричитала:– Я там с таким парнем классным познакомилась – спешу тебе на выручку, а тут какая-то ерунда! Паук, сережки... Цветочные горшки!– Ну и как бы ты мне помогла? – плюхнулась я рядом с Аллой.– Сказала бы, что тот парень – мой! И эта бледная моль не смела бы его целовать!Я раскрыла рот от удивления.– Алл, ты серьезно?– А то!– Могла бы что получше придумать, – промямлила я. Конечно, моя идея с пауком была тоже не гениальной... Но ведь сработало.– Ну а теперь, – продолжила Алка, – зачем мне такой парень, если он от паучка убегает?Алка мне подмигнула. Я рассмеялась:– Знаешь, подружка, арахнофобия – штука страшная и распространенная.– Архано... что?– Забудь!Я взяла из Алкиных рук стаканчик и допила уже давно остывший кофе.– Ты с Зайцем-то встретилась? – задала вопрос Алка. В принципе из-за чего мы тут и торчим...– Не-а, не пришел твой Заяц драгоценный, как я и предполагала. Дисциплины – ноль!– Похоже, тебе первой придется отказаться от «партнерства», – покачала головой Алка.– Вот еще!– Но как же ты его достанешь, если он даже на встречу не приходит? – развела руками Алка.Она была права. Я кипела от негодования.– Может, еще придет? – жалобно вопросила я.– Кто? Артем? – Алка захохотала. – Забудь, Ритик! Сейчас «окно»! Все нормальные студенты в это время домой сваливают!Я поднялась со скамейки.– Как? – подскочила вслед за мной довольная Алка. – И мы тоже... вдруг стали нормальными?– В столовку перед следующей парой зайдем? – невозмутимо предложила я.– Ну и зануда... – разочарованно протянула подруга. – Зайдем!Мы наконец выбрались из фойе в длинный, слабо освещенный коридор. Не успела я сделать и пару шагов, как Алка пискнула:– Ритик, гляди!Я перевела взгляд в сторону, куда указывала Алка. Там у расписания спокойненько себе стоял Артем Заяц. «На расслабоне», засунув одну руку в карман джинсов, другой рукой набирал сообщение на телефоне. И гаденько улыбался. Ну, может, не совсем гаденько, может, обычно улыбался. Но мне показалось именно так.– Ах он прыщ! – воскликнула я. – Алла, ты видела, каков нахал?Алка молчала, с интересом поглядывая то на меня, то на Артема.– Твои дальнейшие действия? – спросила подруга. – В столовку?– Какая теперь столовка? – зашипела я. – Тебе лишь бы пузо набить!У меня уши пылали от негодования! Я даже позабыла, что пойти в столовую было моей идеей.– Можешь идти... куда хочешь! – продолжила я. – Хоть домой!Алка просияла.– А я этого жука теперь никуда не пущу! Хитренький, я за него должна пятьдесят задач решать, пока он универ прогуливает?– Но разве это не твоя цель – одной решать задачи? – ехидно уточнила Алка.– Знаешь, одно дело пятерку для себя получить, и другое – еще и для этого паразита! – рассердилась я. – Все, Алка, иди! Я настроена решительно!Мне кажется, у меня ноздри от возмущения раздувались. Алла предпочла меня больше не сердить, а поскорее ретироваться. В кои-то веки я великодушно отпустила ее домой, а не заставила сидеть со мной на всех занятиях.Алка тут же испарилась, а я побрела в сторону Артема. Чем ближе я подходила к одногруппнику, тем сильнее меня охватывала ярость. Кем он себя возомнил? Я что, бегать еще за ним должна? В жизни ни за кем не бегала, тем более за такими, как он. Корону бы поправил, принц заячий.В общем, к Артему я подошла настолько рассерженной собственными мыслями, что просто схватила его за рукав толстовки и потащила в сторону фойе. Кажется, парень от неожиданности чуть не выронил дорогой смартфон из рук.– Ромашкина, ты? – удивленно проговорил Заяц.– Умница, запомнил! – сквозь зубы проговорила я, не поворачивая головы. – Только не Ромашкина, а Ромашина!Я затащила Тему в фойе, круто развернулась и тут же начала рассерженно бубнить:– Ты что себе позволяешь, Заяц? Так дело не пойдет! У меня вообще-то мало свободного времени, чтобы тебя тут дожидаться стоять...– Разве ты тут стояла? – удивился Артем.– Ты о чем? – еще больше рассердилась я. – Ну, разумеется, стояла! И даже сидела!Я резким движением указала на скамейку.– Ну, не зна-аю, – протянул Артем. – Я опоздал немного, признаю, но когда заглядывал в фойе, тебя уже тут не было. Или это ты тут в десны долбилась с тем здоровячком?– Сам ты долбился! Долбанутый!– Ромашкина, полегче! – покачал головой Заяц. – Я говорю то, что видел! Тебя здесь не было... Ну, если, как вариант, ты не пряталась в пальмах в это время...Кажется, я покраснела.– Нам нужно обговорить все детали итогового проекта! – выпалила я, предпочтя перевести тему.– Задачи пополам и расходимся! – невозмутимо ответил Артем и уже развернулся, чтобы уйти...– Так, стоп-стоп-стоп! – вновь схватила я парня за рукав.Заяц многозначительно посмотрел на мою руку, и мне пришлось отпустить его. Что это я, правда, прицепилась, как репей. Еще растяну толстовку, черт знает, сколько его вещи стоят...– Там еще теория есть вообще-то! – грубо напомнила я.– Теорию тоже пополам! – пожал плечами Артем.То есть как? Все-то у него просто... Пополам... Нарешает там неправильно, голова садовая, а я отметку плохую получу!– Тогда, может, поделим сейчас задачи? – сердито поинтересовалась я. – Чем раньше начнем работу, тем лучше! Быстрее закончим!«Быстрее отделаюсь от тебя!» – с раздражением подумала я.Артем вздохнул и, подойдя к подоконнику, бросил на него свой рюкзак. Я поплелась следом за парнем, попутно пролистывая тетрадь с лекциями по электродинамике. Когда я причалила к окну, Заяц неожиданно схватил меня на руки и усадил на огромный подоконник. Все это произошло так быстро, что я даже возмутиться как следует не успела.– Можно в следующий раз без рук? – буркнула я.– Как скажешь, Ромашкина! – усмехнулся Заяц, стоя рядом и опершись рукой о подоконник. Он был значительно выше меня, сейчас наши глаза находились примерно на одном уровне. Он заглядывал в мою раскрытую тетрадь, куда был вклеен лист с заданием. Лицо его, пусть даже и очень симпатичное, маячило прямо передо мной. Я даже слышала его мерное дыхание...– Ты можешь не нарушать мое личное пространство? – не выдержала я. – Рассопелся тут!– Ну, мне ведь нужно узнать, какие там вопросы...– Тебе должны были выдать точно такой же лист с условиями, – раздраженно проговорила я.– Точно, где-то лежит у меня, наверное! – беспечно пожал плечами Заяц.Я перевела дыхание. Фух-фух... Три-четыре. Дышать глубже. Нужно расслабиться и не раздражаться, расслабиться и не раздражаться...– Я вообще не понимаю, как ты попал на наш факультет! – рявкнула я в конце концов. Расслабиться и не раздражаться не получилось.– Я думал, что физфак – это и есть физкультурный... – лениво проговорил Артем.Немая сцена. Я несколько секунд молча пялилась на одногруппника, не понимая, всерьез он или шутит. Если всерьез, то ты, Ромашина, крупно попала...Но Артем громко заржал:– Ты правда думаешь, что я настолько тупой? Ты меня явно недооцениваешь.Как же, недооцениваю я его! «Гы-гы-гы...»– Послушай... Артем, – устало начала я. – Ты даже не представляешь, как мне важна эта оценка...– Представляю, – серьезно ответил Заяц.– То есть ты знаешь, что я иду на красный диплом? – удивилась я.– Понятия не имею, куда ты там идешь, – улыбнулся Артем. – Но мне тоже кровь из носу нужно написать эту работу на «отлично».Так! Приехали! А я ведь только хотела предложить ему самоликвидироваться.– Тебе-то зачем? – искренне удивилась я.– Скажем так, тут личные интересы... – ушел от ответа Тема. – Меркантильные.По-любому папочка пообещал новую машину или что-то в этом роде... А уж его друг-декан точно проконтролирует, чтобы Артем вовремя сдал работу...– А я подумала, вдруг у тебя нет свободного времени на выполнение итоговой работы... Хоккей там, все дела... – как бы между делом начала я.– Ну почему же, – пожал плечами Тема. – Моя команда вылетела из плей-офф, и планов у меня на весну нет...Вот черт!– Или бы ты хотел позаниматься один... – продолжила намекать я.– Ромашкина, я тебе прямо сказал: мне тоже не нужен «минус балл», – перебил меня Артем.– Я Ро-ма-ши-на! – сердито по слогам проговорила я.Заяц опять улыбнулся. Чему лыбится, непонятно.– Значит, ты не откажешься работать вместе со мной? – в лоб спросила я парня.– Так же, как и ты не откажешься работать со мной! – немного с вызовом ответил Артем.– И мы прям партнеры, все делаем вместе и ты не откажешься работать вместе со мной? – упрямо повторила я.– Так же, как и ты не откажешься работать вместе со мной! Мы повязаны, – вновь повторил Заяц. – До гробовой доски!Заяц громко заржал. Ха! Это мы еще посмотрим! Я в ответ коварно усмехнулась. Он не знает, с кем связался. Ведь я кого угодно могу довести до белого каления...– Значит, смотри... Теоретические вопросы... Первый...Я дотошно разделила вопросы, вырвала из альбома лист, достала линейку и карандаш из пенала.– Сейчас я выпишу тебе, чем ты должен заняться в первые три дня...– А линейка с карандашом тебе зачем? – устало поинтересовался Заяц.– Как зачем? – сделала я невозмутимое лицо. – Сейчас разлиную строчки... Чтобы тебе понятнее и приятнее было читать... У меня, знаешь, такой неразборчивый почерк...– Мне и так понятно будет! И очень приятно! – испуганно отозвался Заяц.Кажется, со стороны я выгляжу как сумасшедшая. Но я этого и добиваюсь.– Ой, да брось! – хихикнула я. – Мне несложно! Все должно быть по правилам! Кому приятно читать поехавшие строчки?Этот риторический вопрос я задала в никуда. В пустоту. Тема не ответил. Хотя мог бы резонно отметить, что единственная здесь поехавшая – это не строчка, а я.Я специально долго и аккуратно разлиновывала лист, каждый раз отступая от предыдущей строчки сантиметр. Даже кончик языка высунула, так старалась. Один раз карандаш сорвался с линейки, тогда я полезла в пенал за ластиком...– Ты издеваешься? – простонал Заяц.– А что такого? – пожала я в ответ плечами.Разлиновав альбомный лист и аккуратно исписав его гелевой ручкой, я наконец протянула свое творчество Артему.– Пожалуйста, вот вопросы, которые ты должен проработать. И давай обменяемся номерами телефонов... – учительским тоном попросила я. – Мы всегда должны быть на связи!Тема продиктовал мне свой номер, я тут же набрала его. Сбросив вызов, парень нервно поинтересовался:– Теперь я наконец могу быть свободен?В душе я ликовала. Кажется, мне удалось вывести его из равновесия. Не он меня вывел, а я его! Так-то, Зайчик! Так-то!Тема уже удалялся из фойе, глядя в экран телефона, а я продолжала сидеть на подоконнике, довольно болтая ножками... Когда внезапно он обернулся и крикнул мне:– А как тебя зовут-то? Хотя, конечно, могу просто Ромашкиной записать...– Меня зовут Маргарита! – злобно пропыхтела я. Вот же козел велкопоповицкий, вывел опять! 1:1!* * *Домой я пришла в самом скверном расположении духа. Громко хлопнув дверью, я прошла в свою комнату и плюхнулась на кровать. Прямо в верхней одежде.– Куда, куда в пальто? – зашла следом за мной мама. Мамочка у нас переводчица с итальянского языка, работает непосредственно из дома. Поэтому они с Ромкой чаще всего в квартире торчат, когда брат не на тренировке, а мама не на маникюре.– Ты чего распласталась-то? – вновь спросила мама, не дождавшись от меня реакции. Я прикрыла глаза.– Ты веришь в энергетических вампиров? – простонала я. – Ну, это люди, после общения с которыми чувствуешь себя выжатым лимоном...– Я знаю, кто такие энергетические вампиры, – кивнула мама. – У меня таких целых двое: сидят по своим комнатам.Это она нас с Ромкой имеет в виду.– Очень смешно! – буркнула я.Мама присела на край кровати:– Ну, кто там тебя так сегодня вымотал? И сними ты верхнюю одежду, ради бога! Спасибо, что не в ботинках улеглась...Я послушно стянула пальто и вновь растянулась на кровати.– Сегодня раздавали темы итоговых проектов, над которыми нужно работать в паре... Так вот, мне достался в партнеры настоящий кретин!Кажется, я даже зубами от злости скрипнула.– За что ты так его? – удивилась мама.– Тупой как пробка... – Я для убедительности постучала о деревянную спинку кровати. – Хоккеист. Все хоккеисты непроходимые тупицы...– Вообще-то твой брат занимается хоккеем! – напомнила мама.– Так а я о чем?Мама укоризненно покачала головой.– Если этот мальчик, как ты выражаешься, пробка, у тебя есть отличный шанс проявить великодушие и подтянуть его по учебе!– Вот еще! – фыркнула я. – Меня от одной его рожи тошнит.– Маргарита! – строго проговорила мама. – Не этому я тебя учила!Я пожала плечами. Пожалуй, не буду посвящать маму в свои планы избавиться от зайчатины. А то начнет лекции читать.Мама поднялась с кровати.– Рит, у меня еще столько работы... и вебинар в семь вечера. Займешься ужином? Покорми наших мужчин. И хлеба, кстати, нет. Спустишься в магазин?Я простонала:– Ужин, так и быть, приготовлю. Ну а хлеб? Неужели Ромке сложно за ним сгонять?В нашей семье было принято, что за продуктами обычно ходили или мама, или брат. Мне таким некогда было заниматься. Приготовить – это еще можно. Это я умела и даже немного любила. Но почему я должна идти за хлебом... когда есть брат? Тем более Ромка после универа и тренировок все равно дома обычно торчит. А я это... энергетически истощена. Вот!– А Ромки дома нет! – развела руками мама.Я аж подскочила на кровати от неожиданности:– То есть как?– А вот так! Он уж пару недель как вечерами где-то пропадает. Какая-то новая компания у него... Вот как ты сбратом общаешься!Ага, вот так я с братом и общаюсь... никак.– И что это за компания? – заинтересовалась я.– Я думала, может, ты мне подскажешь, – грустно проговорила мама. – Но смотрю, с тебя взятки гладки. Переживаю я за него, Рит. Вдруг компания эта плохая?Я гоготнула:– Мам, ну, ему же не пятнадцать лет... Что переживать? У него какая-никакая, хотя скорее всего никакая, голова на плечах есть!– Я так привыкла, что Ромка всегда дома... И все равно интересно, что там за ребята с ним... Рит...Мама замолчала. Понятно, что сейчас скажет. Раз-два-три...– Может, ты тихонечко попробуешь узнать, как там и что?Мама с детства подначивает нас с братом на «откровенные» разговоры, чтобы мы потом передавали всю полученную из первых уст информацию ей. Не знаю, было бы проще, если б она сама напрямую задавала нам свои вопросы. Но так ей, видимо, легче. А еще она очень расстраивается, что с возрастом мы с Ромкой практически перестаем общаться. А ведь раньше были неразлейвода. Оно и понятно: у нас совершенно разные образ жизни, интересы... Но мама не упускает возможности, чтобы попытаться нас сблизить.И если я могу как бы невзначай, как бы между делом расспросить Ромку обо всем, что интересует маму, то брат по отношению ко мне делает это чересчур наигранно. Или может зайти ко мне в комнату и без «здрасте» начать: «Маргарита, скажи мне одну вещь, тут мама интересуется...» В общем, совсем не заморачивается чувак.Я знала, что маме совершенно не о чем беспокоиться... Да Рома уже, можно сказать, взрослый мужик!– Попробую, куда я денусь! – успокоила я маму. Та просияла. Для нее мы всегда будем малышами, за которыми нужен глаз да глаз.Мне все-таки пришлось тащиться в магазин за продуктами и готовить к приходу «наших мужчин» гуляш. Отец – очень занятой человек, владелец небольшой типографии, обычно приходил домой около девяти вечера. Ужинали они всегда вдвоем с мамой на кухне под итоговый выпуск новостей. Ромка, когда был дома, ел в это время в своей комнате, за компом. А я... я так поздно не ем. Это вообще-то очень вредно – наедаться на ночь.Единственное время, когда мы все вместе сидели за столом, – это завтрак. Но с утра мы не вели задушевные беседы, не смеялись: «Ах, братишка, передай омлет! Всем продуктивного дня!» Сидели угрюмые, сонные, уткнувшись в свои тарелки.На часах уже было около двенадцати, когда я из своей комнаты услышала, как поворачивается ключ в замочной скважине. Вообще я уже планировала лечь спать, но долг «понимающей» сестры не отпускал меня в царство Морфея. Я отложила учебник, на цыпочках пробралась в темный коридор, прислушалась. У родителей в комнате тишина – спят. А Ромка, предусмотрительно прикрыв за собой дверь, копошится на кухне. Ну что, голубчик! Сейчас мы выпытаем, где ты там по вечерам пропадаешь...Ромка стоял перед открытым холодильником, с задумчивым видом заглядывая в кастрюлю.– Салют! Может, тебе подогреть? – поприветствовала я брата.От неожиданности Рома чуть не выронил из рук кастрюлю с гуляшом, громко звякнув крышкой.– Тш-ш-ш! – испугалась я. – Родителей разбудишь!– Что ты шипишь! – также шепотом накинулся на меня брат. – Подкралась, как привидение!– Как женщина в белом? – уточнила я, указывая на свою нарядную светлую сорочку.– Нет, как привидение с мотором, – буркнул брат, усаживаясь за стол. – Разогревать не нужно, холодное поем.– Тогда я дикое, но очень симпатичное! – констатировала я, приземлившись на стул напротив Ромки.– С диким согласен, а насчет симпатичного бы поспорил.Невозможный человек. Хочется запустить в него кастрюлей.Ромка уплетал за обе щеки гуляш, а я все это время на него смотрела.– Ты фе приперлафь-то? – не выдержал брат.– Не разговаривай с набитым ртом! – привычно откликнулась я.Ромка прожевал и внимательно посмотрел на меня:– Спать иди.Мне пришлось подняться из-за стола и для конспирации поставить чайник.– Сейчас чайку попью да пойду! – безмятежно отозвалась я. – А ты где вечерами пропадаешь?– Гуляю! – ответил брат, накладывая себе вторую порцию.– Ты весь день не ел? Или накурился?– Ты дура, что ли?.. Весь день не ел, – огрызнулся брат.Так, самое важное для мамы узнала – не наркоман. Можно и без ночного чаепития обойтись.– Ну, хоть что за друзья? – осторожно поинтересовалась я. – Интересно же... Кто вывел тебя на солнечный свет из онлайна.– Встретил старых друзей из секции, – нехотя откликнулся Ромка. – Твой допрос закончен?– Какой допрос? – рассердилась я. – Нужен ты мне сто лет в обед! Это я так, поддержала светскую беседу... За чашечкой чая!Я указала на чайник, который уже начинал закипать.Брат продолжал с подозрением смотреть на меня.– Ну, чего ты вылупился? – пришла я в негодование. – Знаешь, да ну тебя! Обойдусь без чаепития!Я демонстративно вышла из-за стола.– Ладно тебе, Рита, не обижайся! – вдруг остановил меня брат. – Я тут кое-что вспомнил...Что он там еще вспомнил? Я заинтригована.– Там... хм, – Ромка откашлялся. – Там один мой приятель очень хочет с тобой познакомиться!– Что за приятель? – воскликнула я, забыв о позднем времени. – Что за приятель?Второй раз я уже уточнила это шепотом.– Ну, как я тебе объясню... просто старый знакомый, из секции.– Из твоей новоявленной компашки? – уточнила я.Ромка кивнул.– Так-так, а с чего это вдруг он заинтересовался мной? – вновь плюхнулась я на стул. – Наверное, ты рассказал, какая у тебя классная сестренка с активной жизненной позицией?Ромка тихо заржал:– Ну-ну, нет, конечно!– Тогда как? – растерялась я.– Ты, оказывается, ему в детстве еще нравилась, видел тебя, когда маман нас по очереди по секциям распихивала.Я задумалась.– Знаешь, Ромка, заманчивое, конечно, предложение... Но я, пожалуй, откажусь.Рома пожал плечами:– Как знаешь. Парень хороший.– Не уверена, что сейчас мне нужны отношения... Мне пока неплохо живется без них. К тому же через пару месяцев сессия начнется... А без отношений у меня такое чувство легкости, свободы...– Все, Рит, я понял тебя! – поморщился Ромка. – Завелась... Будь добра, не посвящай меня в свои девичьи тайны, пожалуйста...Я вздохнула. Ну вот и как мы должны сближаться с ним, по маминому мнению?Выходя из кухни, я обернулась:– Ром, а он прям вот с детства в меня влюблен, да? Жалко ведь его.Брат покачал головой:– Да он все эти годы не жил, а просто существовал. Говорит мне: «Ромыч, если твоя прекрасная сестра мне откажет, уйду в монастырь, дам обет безбрачия... Или со скалы спрыгну».Я уставилась на Рому. Чайник начал тихонько насвистывать.– Какая же ты, Рита, все-таки самодовольная! – фыркнул брат. – Спокойной ночи!