Глава 10. Скандал, осколки и незваная гостья

Игорь откинулся на спинку лавочки и закрыл глаза. Прошло почти два месяца с начала учёбы, а он чувствовал себя выжатым, как лимон. Он знал, что сам находит причины не решать проблему в их с Олей отношениях. Сначала он скидывал все на ЕГЭ и выбор предметов, теперь — на расследование. Но так больше продолжаться не может — ему нужно принять решение. Вот только какое?

Он провёл в своих мыслях какое-то время, и чуть даже не пропустил момент, когда Усов, держа в руках какой-то небольшой пакет, вернулся обратно. Игорь вдруг будто подпрыгнул, чтобы двинуться за ним, но тут же сел обратно — нет, он просто подождёт Риту здесь, следить за Усовым вряд ли есть какой-то смысл.

Игорь немного успокоился. Он посмотрел на время и понял, что тренировка вот-вот должна закончиться, а значит ждать Риту осталось совсем недолго.

Но он был неправ.

Игорь видел, как с катка выходят девочки, которые тренируются вместе с Лебедевой. Он приметил и кудрявую Женю, и скромную Яну — она шла вместе с девочкой, которую мальчикам не представили. Повалил народ, и вскоре даже Анна Александровна вышла с Кренделем под ручкой, не обратив на Крузенштерна никакого внимания. Казалось, что время тянулось вечно, и Круз даже начал волноваться. А вдруг Ритка сегодня вообще не приходила на каток? Может, что-то случилось?

Он решил действовать и кинулся в здание катка. Быстро пробежал через толпу людей и каким-то образом по памяти нашел нужный ему коридор к выходу на лёд.

Все волнения оказались напрасными — Лебедева оказалась там. Она была в привычном тренировочном костюме, сосредоточенная и грациозная. Рита отрабатывала какие-то движения, а хореограф внимательно следила за каждым её шагом и иногда мягко поправляла спортсменку:

— Нет-нет, колено чуть выше, — говорила женщина, демонстрируя правильное исполнение. — Вот так, чувствуй музыку.

Рита кивала и повторяла снова, стараясь добиться идеального исполнения. Вдруг хореограф заметила Игоря, стоявшего у борта. На её губах мелькнула хитрая улыбка, и она что-то шепнула Рите.

Девочка резко обернулась, и её щёки залились румянцем. В глазах фигуристки мелькнуло удивление, но, судя по лёгкой улыбке, она была рада видеть Игоря.

Рита поехала к борту, за которым стоял Крузенштерн:

— Игорь! — девочка затормозила прямо перед ним. — Ты что тут делаешь? Мы сегодня вроде не договаривались встречаться. Я не знала, что вы тут. И где Петька?

— Рит, новости есть... — сообщил Круз. — Но лучше, наверное, не тут...

— Конечно! Подожди меня на улице, я быстро.

***

Лебедеву и правда долго ждать не пришлось. Уже через десять минут она выскочила из здания.

— Так что случилось? — спросила она Игоря, когда подошла к нему.

Медленным шагом они двинулись по парку. Петьки нигде не было видно.

— Да, понимаешь, тут такое дело... Мы сегодня из школы выходили, и у Квитко интуиция включилась.

— Интуиция? — удивилась девочка.

— Ну да, у него интуиция иногда хорошо работает, мы так много дел раскрыли, — кивнул Игорь. — Говорит он мне, Крузик, пошли на каток, может, чего интересного увидим.

— И увидели? — ахнула Рита.

— Скорее, услышали, — сказал Круз, после чего подробно рассказал ей, как они с Петькой услышали в буфете разговор Усова и как Квитко решил выследить человека, с которым встречается врач.

Рита долго молчала, но Игорь заметил, как в её глазах блеснул огонёк надежды. Он дал ей время переварить информацию, после чего она сказала:

— И что теперь? Петьке удалось его выследить?

— Этого я пока не знаю, — вздохнул Круз. — Раз где-то шляется, может, и удалось. Но тут надо Петьку ждать, слежка может долго продлиться!

— Но раз он долго не возвращается, это хороший знак? — подняла глаза Рита.

— Будем надеяться!

И вдруг, среди всех тревог и дум, Игорь вдруг ощутил настоящий голод. Сосиски в тесте, которую они с Петькой схомячили в буфете, оказалось явно мало. В животе что-то предательски заурчало, и он произнес:

— Рит, а ты не хочешь есть? Я что-то с голода просто умираю, — остановился Круз.

— Есть? Да нет, не очень... Я перед тренировкой плотно поела. Может, зайдем куда-то, чтобы ты перекусил?

— А может, ко мне заскочим? — предложил Игорь. — У меня родители только вечером приедут, а Петька, если что, сразу туда позвонит.

— Даже не знаю, — произнесла вслух Рита, но, увидев жалобное лицо Игоря, тут же сказала. — Ладно, пойдём. Но я ненадолго.

И они поплелись к дому, где жил Крузенштерн. По дороге разговаривали о школе и предстоящих выпускных экзаменах. Рита делилась впечатлениями от учёбы в школе, ведь до этого она появлялась там очень редко и большую часть времени обучалась дома.

— Мне нравится математик, — сказала Лебедева. — Он чем-то похож на Анну Александровну. Строгий, конечно, но забавный.

— Да, наш математик любит пошутить, — согласился Игорь. — Правда, я его юмор раньше не улавливал. Но как с Петькой стал сидеть и матешу подтянул, мне его приколы тоже начали заходить.

— А ты давно с Петей сидишь? — поинтересовалась Рита.

— Вообще с девятого класса. Потом я с Олей долго сидел, но в этом году... Скажем так, снова произошла рокировочка.

— А Оля не обиделась?

— Обиделась, наверное, — пожал плечами Игорь. — Но ещё до этого... Там сложная ситуация.

— Извини, это не мое дело, — потупилась Лебедева.

— Да ладно, — махнул рукой Круз. — Вся школа только об этом и говорит, что Крузенштерн и Квитко поругались с Жуковой и Лаврецкой. Мы же раньше не разлей вода все вместе были!

Игорь и сам не ожидал, но вдруг перед его глазами пронеслись все годы их дружбы. И как в их класс пришла Оля, и как он спас Петьку от его бывшей соседки, и как их похищали, и как делали ремонт в новой квартире Даши и Стаса. Он улыбнулся, вспоминая, как его раздражала рыжая Танька и как они с Олей целовались в кустах. А та история с сектой! Им с Олей пришлось изображать полудурочных и лезть в самое пекло, чтобы спасти сестру Зинаиды Михайловны, их учительницы истории по кличке Зануда.

— Всегда мечтала о таких друзьях, — прервала его воспоминания Рита. — Они у тебя золотые!

— Это правда, — Игорь незамедлительно согласился.

Когда они добрались до квартиры Крузенштерна, то сразу расположились на кухне. Игорь предложил Рите поесть или попить чаю, но та наотрез отказывалась — правила такие, она ничего у чужих не ест. Тогда Игорь достал из холодильника себе пюре с котлетами, налил приготовленный мамой компот из яблок и сел за стол. Петька не звонил ни на сотовый, ни на домашний. Игорь посмотрел на время и прикинул, что прошло уже около двух часов с тех пор, как он ушёл за Генкой.

— Игорь, а может, сами Петьке позвоним? — предложила Рита, когда Круз закончил обедать. Он предупредил её, что о делах они за едой не разговаривают.

— Да, я думал об этом, но понимаешь... А вдруг он в засаде, а мы позвоним и всё испортим?

— В засаде? — у девочки дрогнул голос.

— Ну да. Ой, Рит, ты только не переживай, ладно? Петька, он такой, он своё дело знает. Всё хорошо будет!

Рита недоверчиво покачала головой, но спорить не стала — все равно это ничего не даст, остаётся только ждать. Хотя Игорь и сам уже начинал волноваться. Они, дураки, даже не договорились о времени, вдруг Петька за ним до вечера теперь ходить будет? Но Игорь был настоящим джентльменом, а значит, не мог допустить, чтобы Рита нервничала. Так что он вдруг широко улыбнулся.

Он чувствовал, как ему жаль одноклассницу. Да, на льду она казалась сильной и мужественной, и он только диву давался, как она может так легко кататься и прыгать, но сейчас... Вся её стойкость осталась на катке, и теперь Игорь видел перед собой просто хрупкую и сломленную девочку, которая изо всех сил пыталась держаться.

Интересно, каково ей быть совсем одной? Они с Петькой, конечно, поддерживают её, как могут, но ведь это совсем не то. Как всегда замечал Игорь, девчонкам просто необходимо иметь закадычную подружку, которой можно поплакаться в жилетку. Вот у Верки, его сестры, до истории с духами была Марьяна, а после появилась какая-то Анька. У Ольги была Дашка, и даже о переезде в Питер Лаврецкая на правах лучшей подруги наверняка узнала раньше него...

Нет, сейчас ему об этом думать нельзя. Нужно как-то поддержать Лебедеву! И даже есть ей ничего нельзя... Как же всё просто, когда девчонку можно накормить, например, мороженым. Раньше он этого не ценил.

— Рит, слушай, мне, конечно, легко говорить, но ты только не раскисай, ладно? Если тебе чем-то хочется поделиться, мы с Квитко тебя всегда готовы выслушать! Мы, конечно, не девчонки, но тоже не лохи бесчувственные, — заявил Игорь, немного смущаясь.

— Вы уж точно не лохи, — засмеялась девочка. — Да и если бы не вы... Не знаю, что бы я делала без вас, если честно! Другой жизни, кроме катка, у меня и не было никогда. А теперь я так глупо могу всё потерять.

— Может, экзамены сдашь и просто в институт поступишь? Знаю, после стольких лет в спорте этот вариант кажется ужасным, но зато...

— Знаешь, Игорь, может, ты и прав, — неожиданно легко согласилась Рита. — Если бы не проблемы в спорте, я бы с вами никогда не начала общаться, а вы такие клёвые ребята!

И вдруг раздался звонок телефона. Рита вздрогнула, а Круз тут же вскочил со своего места и кинулся к телефону — звонили на домашний.

— Алло? Квитко, мы тебя заждались уже! Да, вот с Риткой сидим, подвалишь? Аа, ну раз предки... Петь, ты вот скажи, что-нибудь удалось выяснить? Понял, тогда утром на стадионе все расскажешь. Давай, старик, до завтра!

Он положил трубку и вздохнул:

— Говорит, кое-что удалось выяснить, но что именно — расскажет завтра только, его мама запрягла к бабкам съездить, отвезти им что-то. Поэтому он так долго и не звонил. До утра дотерпишь?

— Дотерплю, конечно! Главное, что с Петькой всё нормально.

— Это точно, — Игорь перевел дух. Только сейчас он признался себе, как волновался. — Слушай, Рит, может всё-таки по компотику? Мама сама варила из яблок дачных, точно без допинга! Мне просто... Одному как-то неудобно.

Рита задумалась, а потом всё-таки сказала:

— Ладно, но только один стаканчик!

— Вот это разговор!

И Игорь хлопнул в ладоши, потянувшись к холодильнику. Он достал оттуда банку компота и поставил на стол.

— Давай помогу! — воскликнула Рита и потянулась уже было за банкой, но неудачным движением руки случайно задела её так, что та упала и вдребезги разбилась.

Раздались и визг, и треск стекла, и чертыхания Крузенштерна, и извинения Лебедевой.

— Боже, я идиотка! Хотела помочь, а в итоге...

— Да ничего, всего лишь банка. Не поранилась?

— Нет, и даже не облилась.

— И отлично! Знаешь, ты пока иди в комнату, а я тут стекло соберу, а то не хватало ещё пораниться.

Рита хотела предложить помощь, но промолчала — как выяснилось, помощник из нее никакой. Постояв немного в проходе, она все же послушала Игоря и пошла в другую комнату.

***

Оля после школы, как обычно, пошла домой. За Дашей заехал Стас, поэтому после уроков девочки успели только обняться на прощание. Лаврецкая прыгнула в машину старшего брата и они быстренько умчались, что-то оживлённо обсуждая. Оля даже вздохнула от зависти — ей бы так хотелось иметь кого-то близкого рядом, чтобы вот так вместе о чем-то говорить, делиться переживаниями и радостями. Конечно, у Оли была бабушка. Но девочка боялась лишний раз беспокоить её по пустякам. Да и разве с бабушкой можно обсудить всё, что тебя беспокоит?

После возвращения из Питера, где Оля всё лето провела с родителями, она особенно чувствовала своё одиночество. Раньше его скрашивала их компания — свидания с Игорем, общение с Петькой, их вечные детективы, но сейчас ничего из этого не было. С Игорем они уже пару недель не разговаривают, Петька, конечно, во всем поддерживает друга. Даже с Дашей они стали видеться после школы гораздо реже — подружка усиленно занималась английским. И Оля, конечно, понимала, что у каждого из них теперь своя жизнь. Но это не помогало ей грустить меньше.

Больше всего Оле было обидно из-за Игоря. Она толком и не понимала, что произошло. Конечно, скрывать переезд в Питер было её ошибкой, но неужели одна ошибка может перечеркнуть всё, что было?

А было ведь не так уж и мало. Они встречались уже не первый год, и Оля считала Круза членом своей маленькой семьи в Москве. С тех пор, как её родители переехали, она стала проводить времени с Игорем больше, чем с кем-либо. Она поладила с его семьей, нравилась его маме, подружилась с Верой, его старшей сестрой.

Игорь, в свою очередь, покорил Ираиду Антоновну своим воспитанием и манерами. Мама Оли постоянно восторгалась, приговаривая: «До чего красивый мальчик у тебя, Олечка!» Даже папа Оли одобрил выбор дочери, от чего её глаза светились радостью и гордостью.

И вот отношения дали трещину. Больше всего Оле не нравилась неизвестность — прошло уже так много времени, а Игорь даже не удосужился поговорить с ней и объяснить своё решение. Конечно, он попросил время, но она даже не предполагала, что времени понадобится так много...

За всеми этими мыслями она сама не заметила, как добрела до дома. На душе было кисло, да ещё и бабушки дома не оказалось. Ираида Антонова оставила записку, что поехала повидать подругу и вернётся вечером. Тут уж Оле стало совсем тоскливо...

Интересно, а где сейчас Круз? Может, ей всё-таки позвонить ему? Нет, слишком много чести... К чёрту этих мальчишек! Дашка всегда говорила, что любовь у них не на первом месте. Что ж, раз так, то и у неё любовь будет не на первом месте. Если они позволяют себе думать о любви в последнюю очередь, то и она, Оля, сначала будет думать о себе, а уже потом — о Крузе.

С этим решением Оля пообедала, а потом отправилась делать уроки. Задали им не очень много, так что девочка быстро расправилась с заданиями по алгебре, прочитала параграф по географии и выполнила упражнение по русскому языку. Но сколько она ни пыталась делать вид, что думает о себе, все её мысли все равно занимал Игорь.

И она не выдержала. Девочка взяла телефон, набрала номер Крузенштернов, но никто не ответил. Позвонить на сотовый? Наверняка ведь он где-то с Петькой бегает! Но тогда разговаривать будет неудобно, ведь Петя будет рядом... Оля, барабаня пальчиками по столу, посмотрела на часы. А ведь в прошлый раз она в это время встретила их в парке с Риткой недалеко от ледового дворца. Вдруг они и сейчас там? Ну и что, не следить же за ними!

И вдруг Оле эта идея показалась не такой уж и глупой — точно, нужно проследить, чем они с этой Лебедевой занимаются! Гениально! Не долго думая, Жукова взяла с вешалки плащ и вынеслась на улицу. Сегодня она решила выключить свои аналитические мозги и на все сто довериться интуиции.

Вылетев из дома, девочка прямиком направилась в парк, где в прошлый раз так глупо спряталась за деревом. Ничего, если сегодня она увидит их, то ни прятаться, ни молчать больше не станет — может, Игорь и решил закончить их отношения, но пусть сначала объяснится с ней!

Но интуиция сегодня тоже дала сбой, и в парке Оля никого не обнаружила. Она походила там около получаса, но ни Игоря, ни Риты, ни даже Петьки там не было. Но тогда где же они?

Она вдруг ощутила такое сожаление, что не может позвонить Дашке. Та, конечно, сказала бы ей, что она рехнулась — следить за мальчишками, как же надо себя не уважать! Но подруга наверняка не оставила бы её одну, а вдвоем всё-таки гораздо веселее... Она устало поплелась домой, но вдруг задумалась. До Круза она не дозвонилась, но ведь она может сходить к нему и поговорить лично! Да, пожалуй, так будет лучше всего. Убежать ему будет некуда — ну и не прогонит же он её?

«Но ведь на телефон никто не отвечал, он вполне может быть и не дома», — подумала Оля. — «Хотя и со звонка уже много времени прошло. Ничего, если его нет, я подожду!»

Во двор, где жил Крузенштерн, Оля буквально летела — она чувствовала, что вот-вот, они поговорят и всё наладится. Наверняка он объяснит ей, почему они с Петькой шатались с Ритой, и скажет, что жить без неё, Оли, не может! Правда, что-то не давало Оле покоя... Ведь если он не может без неё, то почему тогда не звонит?

Оля подошла к подъезду и огляделась, нет ли мальчишек. Никого не обнаружив, она смело двинулась внутрь и подошла к окошку, за которым сидела Татьяна Петровна, консьержка. Женщина вязала что-то похожее на шапку и смотрела телевизор в своей маленькой комнатке. На Олю она не обратила никакого внимания, и тогда девочка, набрав в грудь побольше воздуха, спросила:

— Извините, а Крузенштерны дома?

— Крузенштерны? — так и подскочила консьержка. — Алевтина Сергеевна сказала, что они завтра вернутся с дачи! А, нет, погоди, Игорёк-то заходил. Да, верно, он дома! — Оля уже обрадовалась, а Татьяна Петровна вдруг как-то ехидно улыбнулась. – Ой, он же с девочкой какой-то шёл. Я сначала даже подумала: «Наверное, опять Ольгу привёл, пока родители уехали!». А потом смотрю, девчушка совсем низенькая, маленькая. Нет, на Ольгу не похожа! И сумку он ещё нёс здоровенную, во!

Оля почувствовала, как слёзы подступают к горлу. Нет, ну надо же, он эту Лебедеву даже домой привёл! От обиды Оля не сумела ничего сказать, лишь всхлипнула и выбежала прямиком из подъезда.

Предатель, вот он кто! Настоящий предатель! Неужели она в нём так ошиблась? Оля села на скамейке и заплакала. Наверное, Дашке было так же больно расставаться и с Юриком, и с Вадимом. Да, после такого вряд ли захочешь когда-то снова любить...

«А может, Даша права и у них с Петькой какое-то детективное дело, связанное с Риткой?» — попыталась ободрить себя девочка. – «Но тогда почему Петька не с ними? Ведь про него ничего консьержка не сказала... Только про девчушку».

— Эй, девка, чего ревёшь? Украли что?

Оля услышала мужской голос и подняла голову — на неё пристально смотрел старик с тросточкой. Видок у старика был неважный, да и пахло от него неприятно. Но он так жалостливо смотрел на Олю, что та разрыдалась ещё пуще прежнего.

— Дядь Борь, да не приставай ты к девчонке! — раздался другой голос, уже женский, и Оля разозлилась: даже поплакать в одиночестве нельзя, все лезут! Она резко встала с лавочки и побежала прочь.

— Да, молодёжь нынче нервная! — крикнул вслед дядя Боря.

***

— Ну вот, я всё убрал! — заявил Игорь, выходя из кухни.

Видок у него был тот ещё: тёмные волосы растрепались в разные стороны, по лбу стекали капли пота. Убирать стекло — занятие не из легких. Сначала пришлось собирать всё веником, а потом ещё и с тряпкой ползать, потому что осколки разлетелись по всей комнате. Хорошо ещё, что он не порезался!

Риту Игорь обнаружил в зале. Она рассматривала семейные фотографии Крузенштернов, а их было немало. Алевтина Сергеевна обожала делать снимки и в отпусках заставляла семью фотографироваться у каждого камня. Не надоедало это только Верочке. Правда в последние разы она не ездила с ними, так что отдуваться приходилось Крузу с отцом.

— Какое у тебя тут несчастное лицо! — заметила Рита, разглядывая снимок из зоопарка в Геленджике. Несчастный и слегка обгоревший Игорь держал в руках павлина. Вместо пышного хвоста у птицы было буквально несколько пёрышек, и выглядел он просто ужасно.

— Ага, и у павлина тоже, — хмыкнул Игорь. — Мы с ним друзья по несчастью.

— Обоих заставляют фотографировать?

— Вот именно!

— Ой, это Верка теперь так выглядит? — заинтересовалась Рита, глядя на фотографию сестры Игоря с Марьяной. — Помню, она как-то приходила за тобой в садик!

— Да, было дело, — вспомнил Игорь. Он всё время забывал, что они с Риткой знакомы так давно.

— Ой, а вот это после моего клея!

— Ну тут волосы уже отросли!

— Да, но совсем чуть-чуть... — и Рита усмехнулась.

Ребята провели ещё немного времени, смеясь и рассматривая фотки. Они даже вспомнили, как Рита позвала Игоря на свой день рождения в пять лет, а он один съел все пончики и не оставил ничего другим детям. Все были очень расстроены, зато Игорь заявил родителям, что это был лучший праздник в его жизни и теперь он будет ходить на все дни рождения Риты!

— Кстати, ты меня больше не приглашала! — возмутился Игорь. — Пончиков пожалела?

— Нет, что ты! — сказала девочка сквозь смех. — Мне для тебя пончиков только не жалко, просто мой день рождения стал выпадать на сборы, так что... Стало не до этого.

Повисла тишина. Рите вдруг стало так жаль того времени, что она потратила на фигурное катание, что ей захотелось плакать. Может, зря всё это? Если не теперь ещё и отстранят... А могла бы, как нормальная девчонка, ходить в школу, встречаться с мальчиками. И Игорь бы её не забыл! А теперь и говорить не о чем — Петя ясно дал понять, что лучше ей не вмешиваться в отношения Игоря с Жуковой.

Вдруг Рите стало так обидно, что она с трудом сдержала эмоции и сказала:

— Ты знаешь, мне пора!

Игорь спорить не стал, только предложил проводить, но она наотрез отказалась. Конечно, ей приятна его забота, но она знала, что из-за этого будет ещё больнее. Не нужно привязываться, строить надежд, да и вообще... Она уверяла его, что и с сумкой справится сама, и в конце концов Круз предпочёл не спорить.

Лебедева наскоро накинула куртку на плечи и уже приготовилась прощаться, как в дверь позвонили. Они переглянулись, а звонок повторился. Другой раз, третий... Звонил явно кто-то настойчивый.

— Может, Квитко от бабок приехал и всё-таки зайти решил? — предположил Игорь и сделал шаг вперед, а Рита отошла в сторону. — Странно, а в глазок почему-то не видно никого.

— Тогда лучше не открывать?

— Глупости какие! Кого мне бояться в собственной квартире?

Круз решительно открыл дверь и замер. На пороге стояла Оля Жукова собственной персоной, вот только видок у неё был такой, будто она тоже вместе с Игорем ползала по кухне.

— Оля? — ошалело спросил Игорь.

— Здорово, что ты меня ещё узнал, — хмыкнула девочка. — Вот, я собрала вещи, которые ты у меня оставил. И подарки твои тоже там, мне от тебя ничего не надо!

Только сейчас Крузенштерн наклонил голову и увидел, что в руках Оля держит большую картонную коробку, прикрытую жёлтой тканью.

— Может, второпях не все собрала... Что найду, верну позже! — и Оля гордо подняла голову, а потом посмотрела на Риту, которая выглядывала из-за плеча Игоря. — Надеюсь, что тебе, Лебедева, подарки придутся по душе!

И не успел Игорь опомниться, как Оля уже побежала вниз по лестнице, не дожидаясь лифта.

— Что это..? — повернулся Круз к Рите, но она толкнула его вперед.

— Да беги ты, Круз, упустишь же! Давай сюда, — и она махом отобрала у него коробку.

Крузу и правда ничего не оставалось – только броситься вслед за Олей. Благо ноги у него длинные, а бегает он быстро, так что догнать её ему ничего не стоило. Он поймал девочку прямо у скамейки, на которой она недавно плакала. Правда, Круз об этом не знал.

— Оля, Оля! Оля, подожди! Ты чего? Что за сцена? Зачем коробка?

Дёрнув Олю за руку, он повернул её к себе и лишь сейчас заметил, какие у нее красные глаза! Она стояла ни жива ни мертва, отвернувшись в сторону, будто Игорь был ей неприятен.

— Да объясни же ты в конце концов! — крикнул он.

— А что мне объяснять? Ты объясни лучше, что происходит!

— Я ничего не понял, — Круз почесал затылок. — Это ты пришла ко мне в слезах, отдала коробку, убежала... Я-то в чем виноват?

— Ой, Круз, точно, ты ни в чем не виноват, ты у нас святой! Парень с добрым сердцем, который всем поможет, сумки потаскает, домой сводит. Знаешь, мне это надоело! Я за тобой больше бегать не хочу. Нравится Рита? Вот и таскайся с ней, чего за мной-то побежал?

— Ольга, ты вообще в своём уме? Какая Рита?

— А у тебя их еще и несколько? — взвизгнула Оля.

— Нет, у тебя точно не все дома! — разозлился обычно спокойный Игорь.

— Знаешь, Крузик, когда ты попросил время на подумать, я и предположить не могла, что тебе это нужно, чтобы девушек других домой водить!

— Да что ты такое мелишь? Каких девушек?

— А Лебедева кто? Парень? — возмутилась Оля. Нет, надо же, какая наглость! Даже сейчас он не спешил извиняться и даже не пытался объясниться.

— У меня уже голова болит, — пожаловался Игорь.

— Бедненький, — съехидничала девочка. — А ты сходи домой, может, тебе Риточка любимая анальгинчика даст.

— Ольга, кончай бадягу!

И они замолкли. Оба приземлились на лавочку и уставились куда-то вперёд, не глядя друг на друга. Эмоции немного стихли, и Оля вдруг пожалела обо всём, что наговорила.

— Круз, я... — начала она и повернулась к Игорю. — У тебя с Ритой ничего нет?

Крузенштерн лишь тяжело вздохнул:

— Я думал, что за столько лет ты научилась мне доверять.

— Да, но когда консьержка сказала мне, что... — её губы задрожали. — Я тебя везде искала, звонила, решила зайти к тебе, а потом... У меня и правда крыша поехала.

— Я и правда взял время, чтобы подумать.

— Подумал?

— Вроде как... Оль, я тебе когда-нибудь больно делал?

— Больно? — удивилась девочка. — Нет.

— А подводил?

— Нет...

— Тогда почему ты всегда думаешь обо мне только самое худшее?

Он внимательно посмотрел на неё своими синими глазами, и у Оли сердце упало. Круз прав: он этого не заслужил, он никогда от неё не отказывался. Может, он был не силен в романтике, но уж точно никогда её не обманывал и не подводил. А разве этого мало?

— Мне, наверное, просто страшно очень, — призналась Оля шёпотом.

— Страшно?

— Ну да. Я знаю, Игорь, ты надёжный человек, ты прекрасный друг и вообще... Все тебя обожают. Дашка, Петька, бабушка моя, родители... Но иногда я даже не понимаю, что ты ко мне чувствуешь. Всё время сомневаюсь, что разонравилась тебе. Наши отношения развились так быстро, что мы и не говорили толком о наших чувствах, верно? Крупных ссор у нас не было, а тут случилась, и ты взял время подумать, пересел к Петьке, молчишь, потом я вечно вижу тебя с Ритой...Я знаю, что сама виновата, что сразу про Питер не сказала. Но мы столько не виделись, так мало общались летом, мне хотелось найти подходящий момент, чтобы всё обсудить. А вышло... как вышло.

Оля заплакала, да и у Игоря по щеке скатилась скупая мужская слеза, только он быстро смахнул её и аккуратно обнял Олю за плечи. Да, Петька был прав, девчонки всё подмечают! И обижаются, а потом в один прекрасный момент взрываются, вот как Олька сейчас. Он и не знал... Он даже не думал, что она так переживает! Он был так увелечён своими мыслями о будущем и делом Ритки, что совсем не подумал о том, как чувствует себя Оля. Петька бы сейчас сказал: «Верблюд безмозглый!» — и был бы абсолютно прав.

— Оль.

— Мм?

— Ты что, правда не знаешь, за что ты мне нравишься?

— Ну только если мой аналитический склад ума... — слегка улыбнулась Оля.

— Дурочка ты! Аналитическим складом ума ты вон Петьке да Стасу нравишься. А мне тем, что ты искренняя, настоящая. А какая самоотверженная — помнишь, как ты ради Вероникиного романа рисковала? Да и ума тебе не занимать, это правда... А ещё, — Круз наклонился к Оле поближе. — Ты отлично целуешься!

Она шутливо ударила его по плечу, и теперь они оба рассмеялись. По-настоящему.

— Сначала назвал меня дурочкой, а потом умной. А потом говорят, что это у девчонок логика хромает!

— Куда нам до...

— Хватит про аналитический склад ума! – взмолилась Ольга. — Круз, а Питер?

— Питер? А что Питер? Ночной поезд, восемь часов, и вот я в Питере, верно?

— Так ты меня не бросаешь? — Оля расцвела.

— Да, придётся тебе коробку обратно тащить.

— Очень смешно! Я ведь серьёзно. Ты согласен встречаться со мной, если я буду жить в Питере?

— Только если ты не будешь заставлять меня общаться по телефону каждый день, – заявил Игорь.

— А как же мы тогда будем связь поддерживать?

— Телефоны есть, будем смски писать!

— Это ж сколько смсок надо...

— Ничего, я тебе буду постоянно писать, чтобы ты не расстраивалась, идёт? Вот как сразу как проснусь, отправлю: «Доброе утро!»

Оля нахмурилась, а потом покачала головой:

— Ладно, может, это и не так плохо.

— Но только, Оль, ты меня не ревнуй ко всем девчонкам, договорились? А то мы оба изведёмся, а нам оно не надо. Я тебе заявляю, что у меня чувства только к тебе есть.

— А Танька? — пошутила Оля, захлопав глазами.

— Я предупредил!

— Да ладно-ладно, я же шучу!

— За такие шутки...

И они снова рассмеялись. Кажется, напряжение, в котором они жили последние пару месяцев, вышло наружу. Как стало легко! Один разговор изменил так много, закрыл столько вопросов. Правда, один всё ещё остался...

— Круз, а у вас с Петькой что, дело детективное? — спросила наконец Оля.

— С чего ты взяла?

— Рита тебе не нравится, но носитесь вы с ней как с писаной торбой... Колись, я вас двоих знаю слишком хорошо!

— Понимаешь, это не мой секрет...

— А ты слово, что ли, дал?

— Ну вроде как...

— Вроде как или дал?

— Дал, я обещал, что будем знать только мы с Петькой! Ой, а Ритка ведь до сих пор у меня в квартире! Оль, пойдём поднимемся, а то и так натерпелась она...

У Оли снова кольнуло в груди чувство ревности, но виду она не подала — всё, что она хотела, она услышала. Игорь взял её за руку, и они вместе поднялись на лифте в квартиру Крузенштернов.

— Если Ритка захочет, она всё сама расскажет, ладно?

— Да ладно, мне-то что, — повела плечиком Оля и поджала губы.