Судьба

Хорошо, Стайлз, — выдохнул он. — Я постараюсь. Спать. И... быть пофигистичным.

Он знал, что это будет тяжело. Невероятно тяжело. Но ради нее. Ради себя. Ради них всех. Он должен был попробовать. Потому что теперь, когда она раскрыла им все, они были на грани новой, самой страшной битвы. Битвы за Стайлза. И она была их единственным, непредсказуемым козырем.

Сирена, однако, не выглядела удовлетворенной. Она внимательно посмотрела на него. В ее глазах не было ни намека на шутку.

— Но если не будешь спать, — сказала она, ее голос был низким и совершенно серьезным, как у командира, отдающего приказ, — и не будешь слушать меня...

Стайлз нахмурился. Он уже чувствовал, куда она клонит.

— ...Я лично приду и вырублю. Хорошо?

Наступила гробовая тишина.

Скотт и Лидия, которые слушали их диалог, широко раскрыли глаза. Дерек, как всегда, сохранял невозмутимый вид, но даже в его глазах мелькнуло легкое удивление.

Стайлз смотрел на Сирену. Его челюсть медленно отвисла. Он? Вырубит его? Она? Маленькая, хрупкая, доводящая его до белого каления девчонка, которая платит кровью из носа за свои "видения"?

— Ты... ты... — он не мог подобрать слов. — Ты угрожаешь мне? Серьезно?

Сирена лишь слегка улыбнулась. Эта улыбка была полна вызова. И какой-то странной, пугающей решимости.— Это не угроза, Стайлз. Это обещание. Ради твоего же блага.

Она посмотрела на него так, словно он был особо упрямым ребенком, которому нужна строгая рука.— Подумай об этом. Я, конечно, не такая сильная, как Скотт или Дерек. Но я довольно быстрая, когда паникую. А ты... ты будешь слишком усталым, чтобы сопротивляться.

Она подмигнула ему.

Стайлз закрыл глаза, запуская пальцы в волосы. Он был побежден. Полностью. Абсолютно. Он был на грани нервного срыва, но, черт возьми, это было ее безумие, которое держало его в тонусе.

— Я понял, — прорычал он. — Я все понял. Ты... ты просто... невыносима.

Сирена лишь хихикнула. Она знала, что он принял это. Принял ее новую роль. Ее новый метод воздействия.

В последующие дни, несмотря на надвигающуюся угрозу Ногицунэ, Стайлз действительно старался спать. Он ложился раньше, чем обычно, и старался не перегружать себя информацией по ночам. Он все еще нервничал, но на его лице иногда появлялось выражение усталой смиренности.

Сирена, между тем, продолжала свою миссию. Она была рядом, всегда наблюдая. Ее подсказки на доске становились все более детальными, все более критичными. Она продолжала ненавязчиво подталкивать Стайлза и Малию друг к другу, создавая "случайные" ситуации, которые способствовали их сближению. Она видела, как между ними растет связь. И боль в ее сердце от этого никуда не девалась.

Но самое главное: Стайлз действительно старался быть менее нервным. И когда он ловил себя на мысли, что слишком сильно переживает, он вспоминал ее слова: «Будь пофигистичным, как Малия». И «Я лично приду и вырублю».

И эта мысль, странным образом, иногда работала. Потому что, черт возьми, он знал, что Сирена вполне способна это сделать. И это было страшнее любого сверхъестественного существа.