Адаптация?

Стайлз замер. Он посмотрел на Скотта, потом на Лидию. Его мозг лихорадочно работал. Ногицунэ. Кицунэ. Они. Это была новая, сложная, и очень опасная глава в их жизни. И у них была Сирена, их ходячая энциклопедия, которая, казалось, была единственной, кто знал, куда их ведет этот безумный сюжет.

— Хорошо, — Стайлз кивнул. Его лицо было серьезным. — Понял. Значит, нам нужно поговорить с Дитоном. И подготовиться. К... Они.

Когда они закончили обсуждение, все выглядели измотанными. Очередное откровение Сирены, очередная угроза, очередной план.

Сирена встала из-за стола, потягиваясь.— Что ж, — сказала она, и в ее голосе прозвучала легкая усталость, но и неуловимая, привычная нотка озорства. — Раз уж мы все решили, и у нас есть новый, ужасающий вид проблем...

Она посмотрела на Стайлза, который уже собирался идти звонить Дитону.— А я думаю, мне стоит идти в бар. Напиться.

Наступила тишина. Стайлз замер, его рука с телефоном застыла в воздухе. Скотт и Лидия переглянулись, их глаза расширились.

— Что?! — выкрикнул Стайлз. — Сирена, нет! Ты не можешь...

— Но я не пью, конечно, — Сирена махнула рукой, словно отмахиваясь от его паники. — Но попробовать хоть в жизни, думаю, стоит. Хихихикнула.

Она посмотрела на Стайлза, и на ее лице появилась широкая, дерзкая улыбка.— К тому же, я старше тебя на год. Мне 18. Мне можно.

Последняя фраза ударила по Стайлзу, как молния. Ему было 17. Она старше его? На год? Она, эта ходячая катастрофа с лицом ребенка, которая казалась такой растерянной и младшей, на самом деле старше его?

Лицо Стайлза медленно побледнело. Он был шокирован. Ошарашен. И, возможно, слегка уязвлен.— Ты... ты... — он не мог подобрать слов.

Сирена наслаждалась произведенным эффектом. Она прошла мимо него, направляясь к двери.— Я пойду прогуляюсь. И, может быть, найду какой-нибудь бар.

Стайлз резко потянулся к ней, пытаясь схватить.— Сирена, нет! Ты никуда не пойдешь! Это опасно! И ты... ты не...

— Я могу. И я пойду, — отрезала Сирена, ее голос стал твердым, и в нем прозвучала стальная нотка, которую он слышал лишь в самые критические моменты. — Мне нужно отвлечься. Мне нужно нормальное безумие. Не сверхъестественное.

Она открыла дверь, готовая выскользнуть. Стайлз стоял, его челюсть отвисла, пытаясь переварить ее слова.

— И если твой отец спросит, — добавила Сирена, выглянув из-за двери и подмигнув ему. — Я ушла к подруге. На ночевку.

И, не дожидаясь его реакции, она исчезла в ночи, оставив Стайлза стоять в дверном проеме, совершенно обескураженным.

Он посмотрел на Скотта и Лидию, которые все это время наблюдали за сценой.— Она... она невозможна, — прошептал Стайлз, запуская пальцы в волосы. — Она просто... она делает все, что хочет. И я не могу ее остановить.

Скотт лишь покачал головой.— Похоже, она уже нашла способ адаптироваться к Бейкон-Хиллз, Стайлз. И, кажется, ты стал частью ее адаптации.

Стайлз застонал. Он был слишком измотан, чтобы спорить. Он знал, что ему придется идти искать ее. И, возможно, даже присоединиться к этому "нормальному безумию", чтобы понять, что происходит в ее голове. И чтобы убедиться, что она в безопасности. Его якорь. Его оракул. Его 18-летняя, непредсказуемая, пьющая подруга, которая сводила его с ума.