Я не могла спать

Сирена лежала на диване в гостиной, кутаясь в одеяло, которое все еще пахло Стайлзом. В доме Стилински царила тишина, нарушаемая лишь редким скрипом старых досок. Но сон не шел.

Я не могла спать.

Холод пробирал до костей. Это был не только физический холод раннего утра в неотапливаемом доме, но и какой-то внутренний озноб, от которого не спасало никакое одеяло. Тело ныло после недавнего приступа паники и обморока. Все клетки ее тела требовали тепла. И... другого тепла.

Образ Стайлза, спящего наверху, снова возник перед глазами. Его тепло, которое она ощутила в объятиях. Его запах. Его присутствие.

Он там. Он спит. Он такой сексуальный, блин. Мысль была навязчивой, горячей, но она уже не боролась с ней так отчаянно. Просто позволяла ей быть.

Она перевернулась на другой бок, пытаясь найти удобную позу, но все было не то. Диван казался слишком жестким. Одеяло — слишком тонким. Гостиная — слишком пустой.

Что это за чертово правило про «не заходить в мою комнату»? Я же замерзну здесь насмерть! А ему там тепло.

Ее внутренний голос, наглый и провокационный, тут же предложил решение.

Сирена медленно поднялась. Каждый ее шаг был бесшумным, словно она была призраком. Она поднялась по лестнице. Приоткрыла дверь в комнату Стайлза.

Он спал. Глубоко. Его дыхание было ровным, почти неслышным. Лунный свет падал на его лицо, создавая мягкие тени.

Она подошла к кровати. Сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Это было нарушением всех правил. Ее социофобия кричала о недопустимости такого вторжения. Но холод был сильнее. И желание.

Она осторожно приподняла край одеяла и медленно, очень медленно забралась в кровать. На самый краешек, стараясь не потревожить его. Простыни были теплыми. От него. Она почувствовала прилив тепла, обволакивающий ее. Это было так приятно.

Она легла на спину, не двигаясь, и смотрела в потолок. Стайлз был совсем рядом, его спина была повернута к ней. Она чувствовала его тепло. Чувствовала его присутствие.

Холод отступал. Но вместо него приходило другое чувство. Более острое. Более опасное.

Он такой сексуальный. Он такой... близкий. Я так хочу его...

Ее тело начало реагировать. Дыхание стало прерывистым. Она пыталась дышать ровно, но это было невозможно.

В какой-то момент, она не знает, сознательно или во сне, она инстинктивно придвинулась ближе. Просто искала больше тепла. Или, возможно, это было что-то другое. Она не касалась его напрямую, но ее тело теперь было так близко к его, что она чувствовала каждое его движение, каждый вдох.

И тут Стайлз заворочался.

Сирена замерла. Сердце ухнуло в пятки. Она затаила дыхание, притворившись спящей, ее глаза были плотно закрыты.

Стайлз повернулся. Она почувствовала, как он движется. Как его тело слегка соприкасается с ее. Потом... он замер.

Его дыхание стало чуть глубже. Он явно проснулся. Он почувствовал ее. Она чувствовала, как его тепло разливается по ее спине, как его дыхание касается ее волос.

Наступила долгая, мучительная тишина. Сирена ждала. Ждала, что он вскочит. Что он закричит. Что он вышвырнет ее из своей кровати. Что он будет зол. Очень зол.

Но он ничего не сделал.

Он просто лежал там. Рядом с ней. В его кровати. Его дыхание было чуть неровным.

И потом... Стайлз медленно, осторожно придвинулся ближе. Совсем чуть-чуть. Его рука, словно невзначай, коснулась ее плеча, потом опустилась на ее талию. Нежно. Почти неосознанно.

Сирена затаила дыхание. Это было слишком. Слишком реально. Ее сердце забилось в бешеном ритме.

Она почувствовала, как он притянул ее чуть ближе. Словно он сам искал тепла. Или просто... хотел, чтобы она была там.

О боже. Это не по сценарию. Это не по сценарию. — Мысли бились в ее голове.

Она лежала, притворяясь спящей, ее тело горело от желания и возбуждения. Его рука лежала на ее талии, притягивая ее к нему. Она чувствовала его тепло. Его запах. Его дыхание на своей шее.

Это было безумие. Полное. Она была в его кровати. В его объятиях. И это не было частью ее плана. Это было чем-то гораздо более опасным и реальным.

Стайлз, видимо, снова заснул, его дыхание выровнялось. Но его рука все еще лежала на ее талии, прижимая ее к нему.

Сирена не могла спать. Она лежала в его объятиях, ее тело дрожало от невысказанных желаний, и понимала, что эта ночь навсегда изменила все.