Поездка на эшафот

[Саундтрек: Arctic Monkeys - "Do I Wanna Know?"]

Дверь джипа захлопнулась с глухим, финальным звуком. Сирена оказалась на заднем сиденье, зажатая между окном и молчаливым, напряженным Скоттом. Стайлз сел за руль и, прежде чем завести мотор, посмотрел на нее в зеркало заднего вида. Его взгляд был холодным, как сталь.

Сирена встретила его взгляд и, поддавшись импульсивному порыву, пустила в ход свое последнее, самое отчаянное оружие — нахальство, смешанное с лестью.— Только не убивайте меня, ладно? — сказала она с дрожащей, но дерзкой улыбкой. — Вы же хорошие ребята, так? По крайней мере, в большинстве случаев.

Скотт рядом с ней тяжело вздохнул, но промолчал. Стайлз лишь прищурился.

— И, Стайлз, — добавила она, понизив голос до заговорщического шепота, — пожалей меня, красавчик. Такое личико не должно омрачаться мыслями о жестоком убийстве.

Стайлз на секунду замер, явно не ожидая такого поворота после всего, что произошло. Его губы дрогнули, но он тут же снова сжал их в тонкую линию.— Заткнись, — бросил он и с рывком тронулся с места.

Но Сирена видела. Она видела эту мимолетную реакцию. И часть ее, та самая, одержимая, безрассудная часть, возрадовалась.

Пока джип несся по ночным улицам Бейкон-Хиллз, Сирена погрузилась в странное, почти сюрреалистичное состояние. С одной стороны, ее охватывал животный страх. Ее везут на допрос к Дереку Хейлу. Ее секрет вот-вот раскроют. Ее жизнь, какой бы странной она ни была, висела на волоске.

А с другой стороны... она была в восхищении.

Она сидела в его джипе. Слышала скрип старой подвески. Ощущала запах бензина и чего-то неуловимо его. Она украдкой рассматривала его в зеркало заднего вида. То, как сосредоточенно он хмурит брови. Как его пальцы нервно барабанят по рулю на светофорах. Как напряжена линия его челюсти. Каждое его движение было произведением искусства, которое она так долго изучала через экран, а теперь могла наблюдать вживую.

Даже его гнев, направленный на нее, вызывал в ней извращенный трепет. Его голос, срывающийся на яростный шепот, его агрессия, его полная сосредоточенность на ней — все это было топливом для ее одержимости. Она была центром его внимания. Неважно, что это было внимание следователя к подозреваемой. Это было его внимание.

Она вспомнила, как в своей прошлой жизни, засыпая, представляла его. Представляла, что это он обнимает ее, что его запах окружает ее. Это было ее маленькое, тайное убежище от серой реальности. А теперь эта фантазия обрела плоть, кровь и запах старого джипа. И это было так мучительно и так прекрасно одновременно, что у нее перехватывало дыхание.

Она была похожа на искусствоведа, которого заперли в Лувре на ночь, но с одним условием: на рассвете его казнят. Она наслаждалась каждой секундой, каждым мазком, каждой тенью, зная, что это ее последний шанс.

— Мы на месте, — голос Стайлза вырвал ее из оцепенения.

Джип остановился у высокого промышленного здания с большими окнами. Лофт Дерека.

Стайлз заглушил мотор и снова посмотрел на нее в зеркало. Вся его игривость, если она и была, испарилась.— Выходим. И помни, — он указал на моток серебристого скотча, сиротливо лежавший на приборной панели. — Я не шутил.

Сирена сглотнула. Представление окончено. Сейчас начнется суд. Она медленно вылезла из машины, чувствуя на себе тяжелые взгляды Скотта и Стайлза. Впереди ее ждала огромная раздвижная металлическая дверь. И за ней — мужчина, который мог стать либо ее спасением, либо ее палачом.