Глава 37

«Правда ранит не хуже огня».Джеймс Фрей

Вернувшись в департамент не в самом лучшем расположении духа, я минутку постояла перед дверьми отдела, приводя мысли в порядок.Нацепив невозмутимое выражения лица и выкинув всё лишнее из головы, засунув переживания и непонятные чувства к Матео в сторону, я вошла в святая святых отдела убийств.

Сотрудники трудились, как пчёлки, не отрывая головы от компьютеров. Кто-то был на выезде, а кто-то покачивался в кресле со скучающим видом, что-то выслушивая по телефону. Пройдя за свой стол, я тут же откапала все нужные материалы по делу и, разложив их в последовательности от первых жертв до «подарка» от Тео, уставилась на них пустым взглядом.

– Привет, – рука напарника легла на моё плечо. – Как ты? Выглядишь уставшей.

– Всё готово? – оставляя вопросы без ответа, поинтересовалась я. Кивок был ответом. – Тогда приступим.

– Он в третьей допросной, – негромко сказал напарник.

– Спасибо.

Каждый продолжил идти в тишине, размышляя о своём.Достигнув комнаты для допросов, я было замялась, топчась на месте, но, вспомнив всех жертв, их искалеченные трупы и своё покорёженное тело, с особым остервенением рывком открыла дверь.

Комната без окон, тусклое освещение, тёмные тона и отсутствие как таковой мебели сгущали обстановку. Сидящий за небольшим столом мужчина вскинул голову, когда мы зашли внутрь.

– Привет, Дейв, – занимая место напротив, учтиво поприветствовала я подозреваемого. Тим сел рядом и вперил взгляд в собеседника. – Как ты знаешь, допрос записывается, – в ответ молчание. – Тогда приступим.

Бывший коп вальяжно уселся на стуле, словно пришёл на концерт, а не на допрос. Голубые глаза блестели в полумраке помещения и источали полное презрение. Взлохмаченные белокурые волосы, трехдневная щетина, острые черты лица были такими знакомыми, что на мгновения перед собой я увидела Аарона. Теперь их сходство было пугающим. Дейву сейчас было столько же лет сколько и Аарону, когда я его поймала. Младший братец пошёл по стопам старшего и, очевидно, его ждала та же участь.

– Как полицейскому тебе известна процедура допроса, поэтому, думаю, зачитывание правил Миранды* будет излишним. Ты знаешь свои права?

– Да, – ухмыляясь, ответил Дейв.

– Отсутствие адвоката означает, что ты отказался от помощи правозащитника?

– Да, – вновь выдал он.

– Твоё право, – взглянув в голубые озёра собеседника, я не увидела ни капли сожаления. – Мистер Дейв Барон, вы обвиняетесь в четырёх убийствах первой степени**, пяти убийствах второй степени*** и покушении на убийство должностного лица, то есть меня, находящегося при исполнении своих обязанностей, что тоже подпадает под первую степень. По законам штата Нью-Йорк вам грозит три пожизненных срока, без права на досрочное освобождение**** и, к моему великому разочарованию, я не могу ходатайствовать о смертной казни*****.

Злорадная улыбка Дейва говорила о том, что молодой человек полностью слетел с катушек. Хладнокровие, с которым он сидел перед нами, немного пугало, но, вспомнив, как вёл себя Аарон, тревога за здравомыслие данной персоны отпадала. Скорее всего, это отличительная черта братьев Ричардс.

– Почему так долго? – вдруг выварилось у меня.

– Не понял, что долго?

– Почему ты так долго ждал, чтобы начать мстить? Или ты все эти годы после того, как твой братец отдал концы в тюремном лазарете, кропотливо планировал все действия и подбирал жертв?

– Отчасти ты права, – помолчав с минуту, заговорил Дейв. – Задумка изначально была другой, но, когда Аарона порешили, я решил сменить тактику.

– И тут ты начал интенсивно изучать хакерские примочки, верно? Ты далеко продвинулся в самообучении, ведь смог нарыть обо мне такие вещи, что даже в Вашингтоне не всем известны. Похвально!

– Благодарю, – расплываясь в улыбке, немного поклонился Дейв. – Ты абсолютно права, только немного поправлю твои данные. Как коп я имел подробные списки всех хакеров, поэтому выйти на лучшего и учиться у него не составило проблем. С ним я и накопал на тебя всю подноготную... интересная история.

– Я тоже могу рассказать тебе интересную историю, – открываю папку от Тео и устраиваюсь поудобнее.

– Сомневаюсь, что она будет интересна, – скрестив руки на груди, Дейв состроил отчуждённое лицо и, чуть ли не зевая, уставился куда-то поверх меня.

– Мне она была интересной, – взглянув на заинтригованного напарника, а потом и на проскользнувший заинтересованный огонёк в глазах Дейва, продолжила: – Твоя история началась задолго до твоего рождения, когда в семье Ричардсов родился долгожданный первенец. Семейная жизнь и будничная рутина мальчика красочна разбавлялась побоями с момента, когда тот начал ходить. Мать недолго терпела насилие в семье и спустя пять лет собрала свои вещички и исчезла, оставив сына на растерзание отцу. Папаша недолго горевал и сразу обзавёлся подружкой. Тогда-то на свет и появился ты. Та же красочная жизнь продолжалась и с тобой: постоянные ссоры, пьянство отца, синяки, сломанные руки и вся палитра «счастливой жизни» от отца-агрессора. Аарон, как старший брат, старался защищать братика и в итоге получал вдвойне: за себя и тебя. Тут братская любовь и засверкала всеми красками. Вы часто сбегали из дома, но вас находили и возвращали в отчий дом, где папаша отыгрывался на вас в удвоенной жестокостью. Но, когда Аарону исполнилось восемнадцать, тогда он ушёл насовсем, и ты последовал за ним.

– Очаровательно, не правда ли?

– Да, американская мечта просто, – вставил Тим.

– Вот тогда-то и началось восхождение будущих убийц. Братец часто брал тебя на свои развлечения, откуда ты и нахватался дополнительной жестокости, которая выплеснулась недавно. Ты кайфовал, вымещая боль и обиду на бедных девушках. А когда запахло жареным и началась охота на Аарона, ты решил поменять имя и пойти в полицию. И в одночасье мальчишка с трудным детством из неблагополучной семьи превратился в подающего хорошие надежды полицейского. Девин Ричардс был никто, а став Дейвом Бароном ты не только стал защитником братцу, но и заимел возможность безнаказанно пользоваться своим положением. Твоих усердий, передачек в тюрьму и братской преданности ему было мало и хватило не надолго. Имея вспыльчивый характер, Аарон затеял драку и получил заточкой под рёбра. Итог всем известен – он оказался в пластиковом мешке с биркой на пальце. И ту-у-ут... смерть братца сработала как триггер – ты начал сольную карьеру. Верно?

– Да, первые были пробным вариантом, – усмехнулся Дейв. – Надо было с чего-то начинать. Вырабатывать свой собственный стиль, менять планы и приоритеты.

– Конечно, но только тут немного не сходятся данные. Первые жертвы были задолго до твоего поступления в полицию и смерти Аарона. Ты тренировался сам, верно?

– Верно, детектив.

– Удовлетворял свою больную фантазию, а также и сексуальные потребности. Хоть ты и не насиловал жертв, нечем ведь, возбуждение от убийства выходило в процессе уничижения жертвы.

– А почему нечем? – поинтересовался напарник.

– У Дейва эректильная дисфункция****** благодаря побоям папочки.

– Нет стояка, что ли? – переспросил Тим.

– Наш красавчик импотент, – на мои слова Дейв дернулся со стула и зарычал. Наручники, зацепленные за душку под столом, не дали мужчине напасть в полную силу. – Правда ранит, да, Девин?

– Сучка, – выплюнул визави.

– Приму за комплимент, – с издёвкой ответила я Дейву.

– Дрянь.

– Ну-ну, помнишь, оскорбление должностного лица добавит тебе ещё пару лет к сроку.

– С... – начал было мужчина, но остановился.

От былой непринужденности и хладнокровия осталась только нарастающая ярость.

– Может, передумаешь насчёт адвоката? – спросил Тим, завидя изменения в поведении обвиняемого.

– Да пошёл ты!

– Так и запишем, – начал напарник. – Подозреваемый повторно отказался от услуг адвоката.

Молодой полицейский с улыбкой на лице нарисовал на листке бумаге средний палец и сложенный кулак и повернул его Дейву. Подмигнув мне, он обратился к допрашиваемому:

– Подпишите отказ для протокола? – я еле сдержала желание рассмеяться, но совладав с собой, просто добавила:

– У нас есть устный отказ, офицер. И, думаю, стоит сделать перерыв.

Оставив мистера Девона полыхать от накопившейся ярости, мы покинули допросную.

– Мне нужно кофе, – выдыхая, сказал Тим, как только за нами закрылась дверь.

– А мне бутылка бурбона, а лучше ведро.

Примечание автора:

Правило Миранды* – (англ. Miranda warning) — юридическое требование в Соединённых Штатах Америки, согласно которому во время задержания задерживаемый должен быть уведомлен о своих правах, а задерживающий его сотрудник правопорядка обязан получить положительный ответ на вопрос, понимает ли он сказанное.

Первая степень ** – убийство первой степени: любое умышленное убийство, которое является умышленным и преднамеренным со злым умыслом. Фелония убийство, обвинение, которое может быть подано в отношении подсудимого, который участвует в опасном преступлении, когда в результате смерти от преступления, как правило, первая степень.

Вторая степень*** – убийство второй степени: любое умышленное убийство с обдуманным намерением, но не преднамеренные или планироваться заранее.В Нью - Йорке тяжкое убийство первой степени включает в себя «особые обстоятельства», такие, как убийство сотрудника полиции или свидетелем преступления, многочисленные убийства или убийства, связанным с пытками. В рамках этой системы, вторая степень – убийство, любое другое умышленное убийство.

Досрочное освобождение**** – усло́вно-досро́чное освобожде́ние от наказа́ния (УДО) — прекращение исполнения уголовного наказания, связанное с достижением его целей, до отбытия назначенного осуждённому срока наказания, с установлением для освобождаемого лица испытательного срока, в течение которого оно должно доказать своё исправление. Нарушение условий испытательного срока ведёт к возобновлению исполнения назначенного наказания.

Смертная казнь*****– в штате Нью-Йорк смертная казнь или лишение жизни предусматривает пять видов: расстрел, повешенье, электрический стул, газовая камера или смертельная инъекция, было запрещено в 2007 году.

Эректильная дисфункция****** – импоте́нция (лат. impotens — бессильный) — дисфункция эрекции, при которой объём полового члена мужчины, его твёрдость и прямота недостаточны для совершения полового акта.