Глава 51

На подмогу Эдмунду подоспела Сара. Она зажала несколько нервов между ребрами, и вампир непроизвольно дернулся. Вставать Энтони не желал. В доме у молодожен было тепло и мягко, тихо и вкусно пахло картошкой. Энтони не любил картошку, особенно, приготовленную Сарой, но тут почему-то желудок поднял к горлу горечь.

— Я не уйду... Там я останусь один на один...

— С кем, братан? — оборотень уже и не пытался его поднять, а лег рядом на диван.

— С собой... А тут с вами...

Эдмунд тоже растворился в мягких объятиях подушек. Часы пробили ровно двенадцать, и Сара, будто боясь, что превратится в тыкву, пошла спать.

Рядом с Эдмундом было не страшно и спокойно. Энтони абсолютно понимал выбор Сары. Будь вампир женщиной, обязательно тоже вышел замуж за Эдмунда. Не пришлось бы постоянно ездить в это забытое управляющей компанией место, чтобы получить поддержку и услышать хорошие слова. Мысли ушли не в ту степь, и Энтони отвернулся от товарища.

На Сторожиловской у него тоже была поддержка, только вот Елизавета не всегда готова слушать и выслушивать, а Ане большую часть времени плевать. Разговаривать с кошками это уже дурка. По крайне мере, они не отвечали. Родители всегда хорошо относились к Энтони. Если бы они были тут, рядом с ним, вампиру бы не пришлось вообще грузить свою пьяную голову.

— Я это, пойду с женой спать, а ты тут лежи. Добро-ночи, не очкуй, если чё — стучи.

И Эдмунд ушел. Энтони все равно остался с собой один на один. Нормальные нелюди уже легли спать, а ему все не спалось. Напротив дома загорелся фонарный столб. Опять! Как было на работе!

Подняв тяжелое тело с нагретого дивана, Энтони подполз к широкому окну. Фонарь все еще горел. Ждал вампира. Энтони оделся. Он забыл, как шнуровать ботинки и сунул ноги в уличные сланцы Эдмунда.

— Где-то появилось солнце, значит, где-то появилась тень*.

Энтони оперся о столб и по щиколотку утоп в сугробе. Носки быстро впитали в себя влагу и стали холодить. Вампир смотрел на яркую лампочку, а потом перевел взор болотистых глаз туда, где заканчивался свет и темнота поглощала белый снег. Был фонарь, а за фонарем не было ничего. Земля обвалилась, и пропасть утягивала в свое жерло любого, кто сойдет с верной тропинки.

Выпустив пар изо рта, Энтони тоскливо вздохнул. Он не знал, что будет, когда он сойдет с островка света и окунется во тьму. Никто не рассказывал, что там, на той стороне. Все всегда говорили, что там плохо, а тут хорошо. Энтони неуклюже шагнул вперед. Его не съели злые крокодилы или разбойники.

Он просто находился в недосягаемости слабого фонаря. Холод отрезвлял. Энтони найдет ингредиенты и попробует оказаться в прошлом. Ему стоило изменить одну маленькую деталь: не ложиться спать. А как дать себе не спать, вампир прекрасно знал. Нужно много думать.

В тени средь кустов и сугробов кто-то сновал и бегал. Большие деревья обращались в великанов и чудищ. Чудищ. Ноги обмерзли до самых колен, пальцы не шевелились, а сам Энтони не мог осознать, где находился. Он все шел и шел. Шел и думал.

Мама не разрешала уходить, никого не предупредив. Но, когда Энтони спасет свою семью, то всегда будет говорить, куда уходит и на сколько. Они будут счастливо жить все вместе в частном доме, Энтони даже согласится на кур и гусей, если отец этого захочет. Энтони простил бы им все, лишь бы они были рядом.

Энтони посреди коттеджей. Посреди неизведанных домов и лесополосы рядом. Энтони был уже на опушке. Тело начало согреваться, и Энтони присел на поваленный дубок. Кто-то подошел к нему очень близко, но держал дистанцию. Вампир слышал биение сердца: быстрое и громкое.

Онемевшая рука дотронулась до горла. Энтони не понимал, тепло ему или нет. Клонило в сон, а ведь он еще не закончил думать. Все вокруг показалось таким уютным, что вампир завалился и, свернувшись в калачик, прикрыл глаза. Вдруг, все это кошмар? Вдруг он сейчас проснется дома с температурой или отойдет из комы после больницы? Так обычно было в дешевых романах и заезженных кинокартин.

Сперва герой проходил испытания, ложками ел стекло и спасал друзей, а позже просыпался, и весь его путь становился бессмысленным. Все эти годы, которые Энтони жил в Кривом Камне казались бредом, который никак не должен влиять на основной сюжет. Он откроет глаза и окажется дома. Откроет глаза и окажется дома. Уже скоро...

— Тоша, ты потерялся.

Голос прозвучал над ухом, и Энтони пробудился. Страх застучал барабаном в груди, холод почувствовался на конечностях. Вампир подорвался с места и рванул без оглядки. Поляна резко оборвалась, превращаясь в колючий асфальт, глаза ослепили две желтые фары. Со скрипом шин автомобиль остановился в сантиметре от Энтони. Свет потух, и дверь серебристой Тойоты с грохотом открылась.

— Ёпа-мать! Полтретьего, Тоха! Какого лешего ты тут бегаешь?! Просто, блин, невозможно! Спустился попить воды, а тебя, блин, нету! Босиком, без шапки, где-то по парку носится! Просто! У меня нет вообще предположений! Братан, так ваще не делается!

Эдмунд затолкал Энтони в теплый салон. По радио играла мелодичная песня одной из известных групп, выступающих в жанре «альтернативная музыка». Энтони почти понимал, о чем они пели: о любви.

Когда машина подскочила на очередной кочке, Энтони повернул голову в сторону товарища:

— А ты знаешь, Эдик?

— Не, не знаю, — шутливо перебил его оборотень, корча на лице загадочную ухмылку.

— Я с Вудом дружить не буду!

Эдмунд, театрально приложив свободную руку к сердцу, драматично охнув.

— Как ты мог, блин! — театрально выпалил оборотень и провел пальцем по щеке, изображая слезу. — Это ты выяснил, пока носился тут, да? Мощно. Сила земли, блин, и ты, кароче, как в рекламе: побегал и лучше стало.

Заторможенная реакция вампира не предупредила его о силуэте на задних сидениях. Это была не Сара. Это был Вуд.

— Ты меня напугал.

На плоской морде не было ни одной эмоции. Вуд тупо смотрел на Энтони, и его светлые брови слегка хмурились. Завязанный растянутой резинкой хвост распушился, выпуская на лоб пару седых кудрей.

— Я буду спасать родителей.

Товарищи все равно бы рано или поздно узнали правду. Это было очевидно, и скрывать это нельзя. Эдмунд свернул на обочину и дал по тормозам.

— Чё? — почти трясущимся голосом переспросил Эдмунд, сжимая в руках чехол от руля.

— Да, — усмехнувшись, Энтони закинул руки за голову. — Я книгу своровал у Зилии. Маленькую такую, черную...

— Ты чего сделал?!

Вуд схватил его за воротник куртки так крепко, что Энтони откинулся на сидении назад. Их лица чуть было не соприкоснулись. Чудище дыхнуло на вампира теплым мятным воздухом. Неужели соизволил почистить зубы?! Интересно, какой пастой он пользовался? Чистил щеткой или просто ее ел, выдавливая из тюбика?

Значит, это Вуд был с ним в парке, который Энтони принял за непроходимую тайгу. Люди там отдыхали, смотрели на уток, а он как человек без определенного места жительства весь отдых попортил. Вампир впервые был несказанно рад, что его подобрали и нашли, не дали умереть в снегу.

— Т-там есть зелье, с помощью которого можно переместиться в прошлое. На двадцать минуточек. Я остановлю Лаверна... И спасу родителей.

— Я знаю, какие там рецепты! Не учи ученого! — взревел Вуд, тормоша Энтони по салону.

Эдмунд, нервно сглотнув, покосился на Вуда. У Энтони горели щеки и уши, на морозе он пробыл слишком долго. Свет от фар почти не попадал в салон, но вампиру удалось разглядеть, как внезапно намокли охровые глаза Эдмунда. Он крепче обхватил руль и сглотнул.

Вуд вонзил острые черные ногти в сидушку Энтони и нагнулся чуть вперед, заглядывая к Эдмунду. Прокуренный кардиган закрыл Энтони половину лица.

— Мне нужно будет, чтобы вы мне помогли... С ингредиентами! Они очень мудреные!

— Конечно, уже бегу, волосы назад! — спародировал более тонкий голос Вуд.

Не выдержав, Эдмунд выбежал из автомобиля, громко хлопнув дверью. Так ничего и не ответил. Обочина хорошо освещалась. Заметив, что Вуд тоже собрался выходить, Энтони приподнял голову:

— Останься.

— Я вернусь.

Холодно и сухо. Будто Энтони в рот засунули тетрадный лист, который даже нельзя было проглотить. Энтони не слышал, о чем товарищи разговаривали, но в душе ему было очень тоскливо, а в груди неприятно покалывало. Вуд постоянно оборачивался на Тойоту. Энтони знал, что со стороны улицы ничего не будет видно в такую погоду и без лампочек внутри салона, но Вуд будто смотрел прямо в глаза.

Эдмунд, повернувшись к автомобилю спиной, вскинул голову вверх и что-то бормотал, жестикулируя руками. Вуд подкрался сзади и приобнял его за плечо.

Оскалившись, Энтони отвернулся в другую сторону, наблюдая за проезжающими мимо автомобилями. За лобовым стеклом начинался снегопад. Крупные хлопья снега падали на капот и зеркала заднего вида. Вот бы растаять как снежинка и не впутываться больше в проблемы.

— Все, приехали, — Вуд открыл дверь и вытащил Энтони за край куртки на улицу. Встряхнув Энтони за грудки, Вуд потянул его на себя. — Гоу хоум. Понял?

Эдмунд все также молчал. Молчал и стоял в стороне.

Усевшись на переднее пассажирское, Вуд отрегулировал сидушку под себя, презрительно покосившись на вампира. Через несколько секунд машина тронулась с места, оставив Энтони стоять на обочине под снегопадом.

Протупив в полном неведении еще несколько минут, Энтони встряхнул головой и опустился на бордюр. Проведя ладонью по лицу, он пытался сообразить, что вообще произошло. На ноге не хватало одного тапочка. В парке он его посеял или оставил в Тойоте, выяснять уже было бесполезно.

Телефон быстро разрядился, поэтому Энтони сбился со счета времени, но все же решил пойти в сторону дома. А где был дом? Дом был в Тихонске, а Энтони кочевал в Кривом Камне, так и не попрощавшись... Не с кем там даже прощаться было. Родители все это время обитали в замке, и там же погибли.

С отцом они ходили рыбачить и купаться на речку со смешным названием, вампир сейчас вряд ли вспомнит. Дом в Тихонске забрал частичку души Энтони, если души в принципе существовали. Он оставил там частичку себя, сбегая в Кривой Камень.

От резкого звука Энтони подпрыгнул на месте. Обернувшись, он увидел серебристую Тойоту, моргающую аварийками. Опустив стекло, из автомобиля высунулся Вуд.

— Два часа прошло, а Тоша еще бродит! Неужели думает? — усмехнувшись, тот обернулся на водителя и, получив одобрение, кивнул. — Посмотри на него, Эдюша!

Когда Энтони уселся, Эдмунд повернулся к нему:

— Ну и чё ты будешь делать?

— Сначала надо собрать мясо белой вороны... Потом слезы какой-то ведьмы... А, и еще. Самое абсурдное: кровь! — выдавил Энтони, усмехнувшись.

Оборотень бросил на Вуда косой взгляд и, щелкнув костяшками пальцев, сощурился.

— Надо выпить это... И тогда п-переместиться можно... Но на двадц-цать минуточек... — на выдохе вампир положил тяжелую голову на спинку водительского сидения. Тепло его разморило. Добрые лица товарищей тоже.

Немного успокоившись, Эдмунд выдохнул, перестав теребить брелок от ключей.

— Сейчас план действий таков, — прервал тишину Вуд, — отвозим тебя домой, а потом ты трезвеешь и мы обсуждаем это заново.

Энтони еле заметно кивнул. Он засыпал. Когда вампир окончательно отрубился, автомобиль затормозил.

— Приехали, с вас сто пятьсот паультов! — отшутился Эдмунд и ткнул товарища в колено, но тот даже не собирался вставать.

Расправив плечи, Вуд вышел из машины.

— Тартыги! На выход!

Энтони, упираясь о порог авто, не хотел выходить на холод, тем более в метель. Длинные пальцы прислонялись к запотевшему окну, вырисовывая непристойности.

Эдмунд заглушил Ласточку и вышел на помощь Вуду, а Вуд, выждав момент, схватил Энтони за шкирку и потянул на улицу. Энтони выпрямил ноги, и они с Вудом вместе повалились на землю.

— Ты мне своими костяшками сейчас живот вспорешь!

Поджав губы, Энтони тяжело вздохнул, стараясь расслышать хоть одно слово из всех, которые кричали товарищи. Гул в голове смешался с уличной суетой, вечерним треском фонарей и воем ветра. Совершенно не было желания вставать, терять этот момент. Вуд с Эдмундом что-то задумали. Они либо против вампира, либо за него.

Эти драгоценные секунды тишины хотелось растянуть на целую вечность. Энтони уперся в бордюр и навис над Вудом, впечатывая его взглядом в мокрый асфальт. Зеленые глаза сверкнули, по телу прошла знакомая дрожь. Опять его пытаются гипнотизировать. Сознается ли Вуд сейчас?

— У тебя чего, нерв защемило? Приступ? Скорую? Завещание на меня перепишешь? — поинтересовался Вуд, вытряхнув Энтони из размышлений. Подчинить не получилось, поэтому он решил спрашивать напрямую. Бедный Вуд совсем отчаялся.

— У него чё-то другое щимануло, походу, — засмеялся Эдмунд, помогая товарищу подняться.

Энтони, облокотившись о скамейку, попытался встать, но на скользком снегу опять разъехался в стороны и сбил коленом Эдмунда.

— Это что за безобразие?! — соседка с первого этажа открыла окно и высунула свой любопытный крючковатый нос. — Алкашня! Весь подъезд обоссали уже! Кто вас только пускает?!

Сплюнув попавший в рот снег, Энтони привстал на локтях.

— Антонина Сергеевна, идите нахер! Если так хочется, я вам завтра персонально под дверь наср...

Не успел вампир закончить, как Эдмунд зажал ему рот своей рукавичкой и миловидно повернулся в сторону удивленной женщины. Та поправила бигуди на челке и, возмущенно пробурчав что-то, закрыла окно.

Отряхнувшись от снега, Вуд подхватил Энтони под руку. Эдмунд взялся за вторую и, заблокировав автомобиль, они потащили Энтони к подъездной двери. Когда товарищи постучали три раза, Елизавета сразу отперла все замки.

— Явились, хлопчики... — прошептала ведьма, осматривая вновь разбитую морду Энтони.

— Опять мне по роже дали! — проскулил вампир и, щупая стену, просочился в ванную.

— Я надеюсь, что это кто-то из вас! — Елизавета покосилась на Вуда.

Хмыкнув, тот отрицательно помотал головой.

— Да упаси! Его и без меня жизнь наказывает!

— Вот это у меня компромат будет! — визжала от радости Аня, размахивая возле ванны телефоном.

Из года в год Энтони уже закрепил за собой традицию: получать по морде и влипать во всякие ситуации. Господин неудача. Мастер по порче чужого имущества и разбиванию чужих сердец. Неважно, дружеских или любовных.

А возможно, и всего вместе. Или, может, проклятие Кузнецова все-таки подействовало? Но тогда где же этот таинственный мучитель? Неизвестный черт, который кошмарит во снах, приносит несчастья и не дает жить?

— Почему я? — валяясь в теплой, наполненной до краев ванне, Энтони запрокинул голову к потолку. — Какой хрен меня дернул в эту бухгалтерию пойти! Сейчас бы сидел спокойно... В ус не дул... Тебе повезло, ты не такой, как все... Ты работаешь в о-фи-се*.

Сил не было ни на что. Даже на то, чтобы, наконец, прикрикнуть на сестру, которая уже, наверное, отправила в беседу занимательное видео, где он барахтался по всему двору.

Примечания:

Группа «Ленинград» - Менеджер.