Урок 10. Будь Моей.

Музыка продолжала греметь на весь дом, напитки продолжали литься рекой, а я чувствовала себя брошенной в котёл, с каждой секундой всё яростнее и яростнее закипая внутри. Гнев застилал мне глаза. Я смотрела на всю эту беззаботную толпу своих сверстников, разодетых на Хэллоуин, сквозь призму отторжения и ненависти. Всё казалось мне ненастоящим, театральными декорациями, где я была тряпичной куклой, а Майкл Тёрнер - моим кукловодом.

Детали пазла, которые до этого несчастного момента казались мне нелепыми, вдруг сложились в одну картинку. Сначала он не желал помогать мне, затем резко сделался купидоном, рассказывая мне абсолютно бредовые правила и стратегии, выставляя себя моим парнем и всё дальше отдаляя меня от Люка Моринга. Эта хитрая лисья голова провернула целый план, но какой был мотив?

Чёрт, говорили мне - не связывайся с Тёрнером.

И что я собиралась делать? Сбежать с вечеринки в слезах, говоря всем в округе о том, как они правы и какой Майкл козёл? О, нет. Я намеревалась выдрать его рыжие патлы и пустить их себе на шарф, ведь грядет зима. Я хотела уничтожить его, убить, расцарапать его самодовольную мордашку. Но мне нужен был план.

- Эй, Сара, - кто-то касается моего плеча сзади.

Нервно вздрагиваю и оборачиваюсь, чтобы увидеть обеспокоенное лицо Майкла. Желание броситься на него с кулаками растёт во мне в геометрической прогрессии, но я лишь натянуто улыбаюсь и вопросительно поднимаю брови.

- Куда ты пропала? Я повсюду тебя искал.

- Я выходила... подышать, - лгу я, ведь на самом деле всё это время стояла у прохода, разглядывая его самодовольную морду и придумывая план мести.

Его я, кстати, так и не придумала. Каждый раз, когда взгляд этих зелёных хитрых глаз обращался ко мне, я теряла дар речи, а мысли улетучивались из головы со скоростью света. Гипноз его безоговорочно действовал на меня.

- Пойдём, наши играют в «Семь минут в раю». Майкл осторожно берет меня за руку, но я резко останавливаюсь.

- А если бутылочка выпадет не на нас?

- Я этого не допущу, - Тёрнер подмигивает. - Идём.

Как бы я ни отпиралась, естественно мысленно, к компании его друзей мы всё же присоединились вместе. Я села рядом с довольным Майклом, а он положил руку на мою талию, притягивая ближе к себе. То тепло, которое я получала от его прикосновения, мешали придумывать мне план расправы. Я боялась даже косвенно признаться себе, что план Майкла... на что бы он ни был направлен, - на моё моральное и публичное унижение, на его пошлые и грязные цели, - он ему удался.

И это сводило меня с ума.

- О. Мой. Бог. Трейси! Сегодня ты сорвала куш, - голос одной из черлидерш вырывает меня из мысленной казни.

Я в ужасе бросаю взгляд на стол, где горлышко бутылки указывает на черноволосого футболиста - Шепли. С моих губ слетает вздох облегчения, что не остаётся незамеченным Майклом.

- Что, дорогая, не пережила бы мысль о том, что твой цветочек достанется кому-то другому? - с легкомысленной улыбкой говорит он.

Раздражённо вздыхаю и закатываю глаза. Пока Трейси и её приятель развлекаются в чулане, я испепеляю взглядом беззаботного Майкла. Вот бы можно было выжечь в его лбу дыру...

- Я в чем-то провинился? - невозмутимо спрашивает он, отпивая пунш и покачивая ногой в такт музыке.

Сжимаю челюсти и закрываю глаза, стараясь достигнуть душевного равновесия. Мне просто необходимо сейчас собраться с мыслями и не вылить на него пунш, не расцарапать эту хитрую морду и не высказать всё, что накопилось у меня за эти бесконечные полчаса.

- Нет, пей свой пунш, - с улыбкой отвечаю я.

Трейси и Шепли выходят из чулана недовольные. Или они не успели закончить начатое, или разругались в пух и прах. Выражения их лиц наталкивают меня на одну мысль, и я резко хватаюсь за бутылку на столе.

- Моя очередь! - с улыбкой отвечаю я и даже не кручу её, нарочно указывая горлышком на оторопевшего Тёрнера. - О! Какое совпадение, это судьба, милый, ты так не думаешь? А ну-ка пошли!

Он не успевает даже выпустить грязную шуточку или хотя бы просто удивиться, когда я хватаю парня за воротник его бомбера и тащу в сторону чулана. Я не уверена точно, но кажется в спину нам кричат что-то вроде: «Задай жару, Майкл!», «Мне нравится эта девчонка!» и «С таким настроем они разгромят чулан Стива!». Усмехаюсь и заталкиваю Тёрнера внутрь. Вот с последним я точно согласна.

Мы с шумом вваливаемся внутрь, и я толкаю Майкла к стене. Он поднимает ладони, сдаваясь и не переставая смеяться.

- Эй, тигрица, полегче!

Опираюсь рукой о стену справа от его головы, а сама наклоняясь критически близко к его лицу. Угроза, которую он читает в моем взгляде, кажется, вообще не беспокоит этого самодовольного идиота.

- Разговаривать так будешь со своими школьными подстилками, которых ты разводишь.

Тёрнер хмурится, уставившись на меня, как на ту мумию, что открыла нам дверь часом ранее. Невинность его меня поражает и раздражает. У нас шесть с половиной минут.

- Сколько таких, Майкл? Сколько девушек ты развёл, притворяясь великим гуру отношений? Кто ещё к тебе обращался за помощью?

Он вдруг прикрывает глаза и прикусывает нижнюю губу.

- Чёрт... Сара, я всё объясню.

- Мне очень любопытно послушать! Поверить не могу, я доверяла тебе, слушала тебя с открытым ртом и даже записывала твои бредни! Думала, ты помогаешь мне, искренне помогаешь! Защищала тебя!

- Сара, ты сказала, что выслушаешь. Позволь мне всё объяснить. И умерь свой пыл, иначе я быстро найду ему применение, - на лице его быстро вырисовывается ухмылка.

Резко отстраняюсь, широко раскрыв рот. Уму непостижимо! Даже в такой ситуации он продолжает оставаться самовлюбленным придурком. И снова, как удав, снова спокоен и непоколебим! Да он вообще не нервничает! Я что, не выгляжу угрожающе в этом костюме ведьмы?

- Когда Бобби обратился ко мне за помощью, сказав, что я должен помочь одной влюблённой девчонке... - медленно начинает он. Тяжело дышу и смотрю в его зелёные глаза. В них нет лукавства, но это не делает его менее хитрым и продуманным ходком. - Я сразу отказался, но он так просил, что я не смог не помочь братишке. Потом я увидел тебя.

В полугневном сознании мелькает одна безумная мысль, вызывающая холод по всему телу, и я мгновенно её озвучиваю: - Скажи честно, ты на меня поспорил?

Майкл мгновенно округляет глаза, а затем тяжело вздыхает, потирая переносицу.

- Ты с ума сошла? Для этого у меня есть школьные торчки.

- Ладно, - раздражённо рявкаю. - Что было дальше?

- Когда я увидел перед собой тебя, ты ещё тогда упала, подслушивая у двери... я сразу решил, что помогать такой красивой девчонке склеить какого-то нелюдимого придурка не буду. Он просто тебя не достоин. А я достоин.

Удивление волной сбивает меня с ног. Смотрю на Майкла, словно передо мной стоит совершенно незнакомый мне человек, и нервно сглатываю, ожидая дальнейших слов.

- Ни о каком сотрудничестве и речи быть не могло.

- И поэтому ты отказал мне в первый день?

Он кивает, обводя взглядом моё лицо.

- Потом я обмозговал твоё предложение и пришёл к выводу, что я прав. Ты не для него. Ты для меня, Сара. Наивная девчонка с огромными голубыми глазами, что верит каждому моему слову. Ты должна быть со мной, а я с тобой. Все уроки, которые я давал тебе, были нацелены лишь на то, чтобы отдалить тебя от Люка. Но ты такая упрямая, что никак не могла понять: слепая вера в свой выбор не означает верность ему.

- О чём... о чём ты говоришь? - обескураженно шепчу я, не находя других слов.

Майкл делает шаг ко мне. У нас осталось пару минут, может, чуть больше, а вот воздуха не осталось совсем.

- О том, что ты сама себе придумала Люка. Его не существует. Есть лишь образ в твоей голове, к которому ты тянулась. А потом появился я. Скажи, что там с твоим образом? Он всё такой же чёткий? Ты всё так же к нему стремишься? Когда подолгу смотришь на мои губы, когда вздрагиваешь, встречаясь со мной взглядом, когда смущённо улыбаешься, когда твои щеки вспыхивают румянцем от моих прикосновений - ты стремишься к нему?

От его прямого взгляда и слов его прямых мне становится не по себе. Я делаю шаг назад, упираясь спиной в закрытые двери чулана, и Майкл терпеливо ждёт, когда я приду в себя. Он мнит себя хищником, загнавшим добычу в тупик, но я резко выпрямляюсь и гордо вздергиваю подбородок.

- Какой же ты самоуверенный, Майкл Тёрнер.

- То есть, ты отрицаешь мои слова? - он поднимает брови.

Я уверенно киваю, но мгновенно попадаю в ловушку, когда он вдруг оказывается рядом, хватает меня за талию и впечатывает меня в стену напротив. Рост его внушающий, и он наклоняется над моим лицом, не медля ни секунды прежде, чем меня поцеловать.

Разумеется, с нападением на мои губы его губ все мои жизненные процессы вмиг замедляются. Я выдыхаю и приоткрываю рот, позволяя его языку ловко проскользнуть внутрь, переплетаясь с моим языком. Не знаю и не могу описать свои эмоции и чувства, лишь внутренняя дрожь и желание никогда не прерывать этот контакт овладевают мной. Касаюсь ладонями его шеи, пока он сжимает руками мою талию, перебирается на бёдра, а затем мы слышим звон колокольчика.

Я резко вздрагиваю, а он разрывает поцелуй. Наши лбы соприкасаются, наши взгляды приклеены друг к другу, наше тяжёлое дыхание разрывает зловещую тишину чулана. А затем он ухмыляется и говорит:

- До сих пор отрицаешь, О'Нил? Подумай, мы созданы друг для друга, ты... ты безумно сильно нравишься мне и я просто не могу позволить тебе быть с этим отшельником - Морингом.

Твою мать.

В удивлении приоткрываю рот, не зная, как реагировать на его слова. Всё внутри дрожит, губы горят, тело горит, и душа моя сгорает, прежняя душа, а на месте её рождается новая, что всеми силами тянется к Майклу Тёрнеру.

- Эй, ребята, похоже, вы там увлеклись! - голос одного из футболистов звучит совсем близко, и только сейчас я понимаю и принимаю наше с ним положение.

И ухмылка его дьявольская, словно он победил, раздражает меня и выводит из себя. Я качаю головой и резко отталкиваю от себя парня, выбегая из чулана под удивленными и усмехающимися взглядами его друзей.

Куда бежать - не знаю.

Подальше от этого цирка, уж точно.