Глава 5: Фаталист.

《Benim sadık yarim kara topraktırBeyhude dolandım boşa yoruldum》*

Вы верите в случайности? В то, что вы нечаянно опрокинули поднос в столовой на ботана, а он оказался вашим лучшим другом? В то, что около гаражей к девушке приставали парни, а вы, спасая ее, неожиданно поняли, что она - та самая? Верите? А я знаю, что случайности совсем не случайны. Я верю в судьбу. И, когда что-то происходит в нашей жизни, надо принимать это как должное. И радость, и горе надо принимать равнодушно, ведь если это случилось, значит так было надо. Значит так угодно кому-то свыше.

Но, чёрт, кому угодно, чтобы вторая куртка Кая оказалась у меня?! Мне что, своей одежды мало?! Это уже не судьба, а я! Королева среди асов ввязываться в проблемы. Да я самого доктора Хайнза Фуффелшмерца учила науке невезения! Поэтому для меня цветное мороженое на куртке знойного смуглого красавчика - раз плюнуть!

- Мама говорила, что три случайные встречи с незнакомыми людьми уже судьба, - смущенно улыбаясь, сказал Кай, словно читая мои мысли.

Мы медленно прогуливались по улице, выбрав самый долгий путь до школы. Повезло, что Кай носит кожаные куртки и Лу отделался парой влажных салфеток, так кстати нашедшихся в магазинчике рядом. Хоть Хяо и огорчился по поводу так рано погибшего лакомства, не сослужившим свою добрую службу, а всё же чуть повеселел, после отданного ему моего мороженого и обещания купить ему такое же в следующий раз. Поэтому, пока Кай говорил, он молчал, самозабвенно поглощая уже конец клубничного шарика.

- Если это ее встречи с тобой, то я не верю в судьбу, - деловито вставил Лу.

Я, закатив глаза, обернулась к другу, всем своим видом доказывающего, что он ничего и не говорил вовсе. Иногда он бывает чрезвычайно странным! Как ревнушка, честное слово!

- А он - твой парень? - тише поинтересовался Кай.

- Намного лучше, - неопределенно взмахнула рукой, показывая гигантский масштаб нашей дружбы. - Намного лучше, - повторила шепотом, косясь на своего рыжика.

Лухану и мне всегда было комфортно в нашей уютной френдзоне. Она была сердцевиной моей жизни, ведь всегда оставалась рядом. В моём ухабистом пути судьбы вплетались тысячи чужих ниток, вдоль и поперек изрезавших мою дорогу. Ни одна из этих ниток не шла со мной до конца, обрываясь на половине или сворачивая в пустоту. Эта глинистая дорога была вышита всеми оттенками цветов, кроме черного и красного, однако самым ярким был оранжево-рыжий трос, спасающий и оберегающий меня от всего, как альпинистов на спуске с крутой горы. Мой рыжий спасатель. Мой Лу.

- Разве может быть что-то лучше, чем искренняя любовь? - недоверчиво спросил Кай, пиная носком ботинка мелкие камушки.

- А кто сказал, что у нас не любовь? - хмыкнула я, ловя на себе удивленный взгляд темноволосого. - Только другая.

- Ты совсем запутала ребенка, - сказал Лу, наконец, доев мороженое и вернувшись в наш мир.

- И это говорит ученик старшей школы, - закатил глаза Кай, немного оскорбленный "ребенком" Хяо.

На самом деле они оба, как дети малые, честно! Хорошо, что их таких только двое, а не с десяток! Иначе я бы застрелилась. Хотя, нет. Застрелила бы их. Себя жалко, ведь такой красоты лишится мир! А так я скромная, да. Мысли же читать никто не умеет?

- Сказал взрослый человек, - съехидничила.

- Я хоть школу закончил! - гордо выпятил грудь Кай.

- Потому и по клубам можно шляться? - недовольно проворчала я, вспоминая вчерашие слова Чена про "пить будем, но не напьёмся".

- Что? - не понял меня Кай, хлопая длинющими ресницами. - Мы в клубе только собираемся, а потом сваливаем.

- Собираетесь? - не понял Лухан, ведь по моим рассказам их всего пять.

- С кем это "собираемся"? - такой поворот почему-то несильно меня радовал. Ох, чувствовала я, что-то неладное. Вот прям одним, не подводящим меня на приключениях, местом чувствовала. И я про голову. А вы о чем подумали?

- Ну, с не очень хорошими людьми. Всё! Я и так сболтнул лишнего! - воскликнул Кай, тяжело вздохнув и принимая поступивший на его мобильник звонок.

Надо ли говорить, что именно в этот момент я словно активизировалась? Казалось, меня замкнуло на этом "не очень хорошем" и не узнай я что там, то упаду в обморок от недостатка информации. И, пока Кай отлучился отвечать на звонок, в моей буйнодурушке начал вариться новый план.

- Я знаю этот взгляд, - как бы между прочим заметил Лухан, пристально следя за мной. - И просто чувствую, что он не к добру.

- Где на этот раз? В "Сапфире"? Завтра в десять? Хорошо, - смогла я разобрать, прислушавшись к разговору Кая.

Интересно, что же у них там проходит? Мне показалось, что в целом мире происходит какой-то грандиозный праздник, а меня не позвали. На этом празднике собрались абсолютно все люди планеты, кроме меня, и, согласитесь, звучит это очень обидно. Будто ущемляются мои права. А я себя, как правило, в обиду не даю, и обязательно добиваюсь справедливости! Так что же придумать на этот раз?..

Когда Кай положил трубку, мы уже были практически у самых ворот школы. Ребятня как всегда гудела и бегала по всей территории, а старшеки предпочитали прятаться в библиотеке, оставив двор началке. - Воу, весело тут у вас, - хмыкнул Кай, разглядывая, как маленькая девчонка, с двумя торчащими в разные стороны косичками и веснушками, дубасит чумазого мальчонка своего возраста.

- Ага, прям чувствую себя участником Уикли Айдола, - съязвила я, упорно не желая переступать порог.

- Расслабься, потерпи полгода и все! - обнадежил меня Лухан, приобняв за плечи.

- Что ж, Кай, нам с Лу пора на урок, - начала я. - Ты сможешь завтра в девять прийти в тот парк, чтобы я отдала твою куртку? Просто в другое время я никак не могу.

Конечно, на самом желе времени у меня было навалом, просто это был самый оптимальный вариант для выяснения происходящего. Несколько минут Кай думал над моим предложением и кивнул, а Хяо, изучивший меня вдоль и поперек сжал мои плечи.

- Добром это не кончится, - незаметно шепнул он.

- Ты же будешь рядом, так что мне не о чем волноваться, - так же ответила я, махая ручкой Каю на прощание.

- Горбатого могила исправит, а тебе и гроб не поможет, - обреченно покачал головой Лу, уводя меня в школу к злой училке по математике.

Знаете, я всегда мечтала, вернувшись домой, крикнуть "мам, я дома!". Как наивно. И эти детские желания каждый раз разбивались в дребезги около входной двери в мой дом. Я молча открывала дверь, заходила внутрь и захлопывала ее. Этот громогласный удар двери и есть возвещание о моем приходе. И все всех устраивает. Только каждый подобный хлопок был для меня подобен звуку выстрела без глушителя. Он обрывал еще один узелок в груди, стонущей тоской расползаясь по нутру.

Вот и сегодня, придя домой, я привычно хлопнула дверью и уже собралась к себе в комнату, как услышала в гостиной тихие всхлипы. Кто же там? Мачеха? Осторожно ступив под арку гостной, я заглянула внутрь. И вправду, там сидела мачеха...

- С вами... все в порядке? - изумленно поинтересовалась я, не решаясь подойти ближе.

Госпожа Хэныль сидела на толстом ворсистом ковре, склонив голову к белоснежному дивану перед камином, и плакала. Было странно видеть ее в слезах, ведь обычно она плакала в своей комнате, так, чтобы я не знала об этом, а сейчас...

Услышав мой голос, мачеха подскочила на месте и испуганно покосилась на меня. Поспешно стерев мокрые дорожки на щеках, женщина выдавила из себя жалкую улыбку.

- Конечно, не беспокойся, - шмыгнула она носом, поправляя волосы и поднимаясь на ноги.

Проследив за ее движениями, я заметила фоторамку в ее руках, которую она разместила на камине. Потянув за подол фиолетово-бежевого платья до колен, мачеха, обогнув меня, выскользнула из гостиной. Ее нетвердый шаг свидетельствовал о том, что просидела она в таком положении не один час, да и опухшие глаза сами говорили за себя.

Я медленно шагнула в сторону камина, вглядываясь в фотографию, только что положенную мачехой. На ней был папа за месяц до своей смерти. Перед глазами замелькал его счастливый образ, его смех звучал в ушах, его широкая ладонь гладила меня по голове... все это казалось таким правдоподобным, что закружилась голова и начало подташнивать. Вдруг мне резко стало плохо. Не хватало воздуха, казалось, я задыхаюсь и в глазах потемнело. Жадно хватая ртом воздух, я опустилась на колени, пытаясь понять что происходит. Все вокруг смешалось, словно овощи в блендере и неприятной кашицей вылилось на голову. Вдох-выдох, вдох-выдох... Секундой позже жестокое наваждение отпустило и я смогла нормально вдохнуть. Что же это со мной?..

Боясь повтора этого странного припадка, я как можно скорее покинула гостиную. Сехуна еще не было. Оно и понятно: у него до вечера репетиторы и дополнительные занятия. Умненький маминкин сыночек. Кстати, где мачеха? По моим предположениям она была в своей комнате и что-то подсказывало, что она опять в слезах. Со дня смерти отца она часто плакала. Неужели и вправду любила? Кажется, да. Сколько же видел этот дом? Я провела ладонью по стенам. Две смерти, две любви, две ненависти... и если первые два относились к моему отцу, то последнее было связано со мной. Две ненависти? К Сехуну и мачехе. Или к себе в двухкратном размере? И опять захлестывает ярость и безнадежность, что хочется вырвать сердце, лишь бы избавиться от этой агонии.

Словно в тумане, я вышла из дома и побрела к знакомому парку. Зимой темнеет рано, вы знали об этом? А я нет. Для меня и так весь мир погряз во мгле. Медленно переставляя ноги, я раздумывала над смыслом жизни. Хотя, стоило бы начать с самого понятия "жизнь". Да в принципе и на этот вопрос у меня нет точного ответа. Только собственные чувства. А знаете, что для меня представляет из себя жизнь? Хрупкую голубокрылую бабочку, петляющую зря в закоулках бескрайней вселенной. В итоге она умирает, кончается, так и не поняв что искала и где. Бессмысленное представление. Становиться красивой бабочкой из мелкой козявочки, чтобы умереть. Как эпично. Но нисколько не впечетляюще. И нет, я не пессимист. Я все еще верю в эти розовые сопли и бла-бла-бла в этом же духе. Скорее я недооптимист. Чуть-чуть не дотянула.

Парк встретил меня очень радостно: скрипнуло колесо обозрения, могучие деревья качнули ветвями в знак приветствия, давно опавшие листья словно побежали ко мне навстречу, спотыкаясь о мелкие камушки, и ветер, будто бы беря меня за руку, повел вглубь старого парка аттракционов. Казалось, у парка есть для меня сюрприз и он ненавязчиво ведет к нему, боясь спугнуть и не дать свершиться чуду. Обходя стороной карусель с конями, качели на цепях, американские горки, я понимала, что это не здесь, что это нечто вглуби. Это было похоже на игру "горячо-холодно", а сейчас уже потеплело.

Внезапный порыв ветра захватил дух, словно предостерегая и пытаясь уберечь от опасности, но парк только устало улыбнулся выходке природы, продолжая направлять меня. И, поддавшись искушению, я смиренно следовала за своим повадырем, обещавшим незабываемое приключение. Вскоре я стояла у черного входа небольшого "дворца" для детей и, не сомневаясь ни секунды, шагнула внутрь. Жарче теплого. Бесшумно поднимаясь по деревянным ступенькам в одну из башен, я все гадала, что может там быть. Но, видимо, фантазия у меня никчемная, ибо ни одно из моих предположений не оправдалось. У Судьбы всё сложнее. Да и изощреннее тоже. Там, на раме выбитого окна, свесив одну ногу на улицу, а вторую притянув к себе, сидел красивый парень. Он самозабвенно смотрел на небо, а бледная луна ласково освещала острые черты лица и зачесанные кверху орехового цвета волосы. Тёмный взгляд был слишком проникновнен и силен, что хотелось сдаться и подчиниться могучему мужскому "я". И все бы ничего, если бы мне не казалось, что он хочет спрыгнуть, однако в этот момент я услышала, как он поёт. Голос у него был грубый, с хрипотцой, но песню он пел очень красиво, что пробирало до души. Глубокий тембр, словно я слушаю самого дьявола, но это только притягивало еще больше. Манящий и загадочный, что сердце замирало в груди и хотелось стоять вот так в тени, прислонившись спиной к холодной стене и не делая даже лишнего вдоха, до конца жизни.

- "Черная земля моя преданная возлюбленная, Тщетно бродил - впустую устал.

Ни верность не встретил, ни пользы сыскал,Все, что мне нужно я взял у земли" .

И столько усталости и безысходности в голосе, что я нашла своё отражение в нем. Мне было знакомо это противное чувство дна, связывающее ноги и руки, призывая бежать, а потом смеющееся над глупыми людьми, когда те падали из-за своих пут. Обидное, несправедливое, беспощадное чувство безнадежности. Именно в такие моменты хотелось прикончить себя, чтобы избавиться от этих беспросветных чувств. Не хочу, чтобы этот парень поддавался. Хочу, чтобы он жил и радовался. Интересно, а как он смеётся и улыбается?.. Какой глупый вопрос в голове для этой ситуации.

Не знаю, что мной двигало в этот момент, но я, не желая более прятаться в углу, вынырнула из своего убежища. За считанные секунды буквально подлетев к парню, я обняла его за широкие плечи и уткнулась носом в чужую шею, пахнущую слишком приятно и крышесносно для обычного человека. Определенно дьявол.

- "Benim sadık yarim kara topraktır", - прошептала я куда-то ключицы незнакомцу и почувствовала как его сильные руки обнимают меня за талию, отмечая про себя, что это не так уж и отвратительно. Но все же слегка побаиваясь признать, что мне понравилось.

Я - фаталист. Люблю рисковать и идти напролом. И, если эта встреча - случайность, то я не верю в судьбу.