Глава 67. Гадости и Сладости

Рюджин решила пропустить праздник. Глупо было появляться там, где был Минхо, а она уверена, что именно туда он и пошел, ведь если он вдруг не появится на вечеринке, ребята наверняка поднимут панику, особенно вспоминая недавние события. Поэтому роль изгнанницы пришлось примерить на себя ей.

Конечно, никто не выгонял ее специально, наоборот, друзья, не дождавшись девушку в зале, спрашивали в сообщениях, когда Рю придет, однако всем она отвечала довольно однообразно: что ей нездоровится, поэтому ее забрал отец, так что пусть не беспокоятся и повеселятся за нее.

Она бы просто не выдержала натягивать на себя весь вечер маску спокойствия, когда внутри все словно разъедало кислотой. Да и с Минхо им лучше не видеться какое-то время. Пока боль от разрыва хотя бы немного не притупится.

— Ты жалкая, Шин Рюджин. — усмехнулась она своему отражению в прихожей, стоило зайти в дом. Хэллоуинский наряд на ней теперь казался до ужаса нелепым, ведь куда больше ей подошел бы мусорный пакет, потому что сейчас она ощущала себя фантиком, пустой оберткой, которую стоило давно выкинуть.

Кого она хотела обмануть?

Она с самого начала не была уверена в серьезности чувств к Минхо. Так зачем вообще дала шанс тому, что было между ними эту неделю? Зачем позволяла себя любить, когда не могла однозначно ответить взаимностью? Что за гребанный эгоизм, Рюджин!

Как можно было принимать все его касания, взгляды и поцелуи, когда параллельно позволяла себе думать о другом? О других?

Можно прикрываться тем, что еще не сделала окончательный выбор, когда между вами остается неопределенность: больше, чем дружба, меньше, чем отношения.

Это еще можно оправдывать взбалмошностью и непостоянностью, присущим юности.

Но как можно оправдать желание обладать одновременно всеми? Принимать чужое внимание, словно так и надо?

Как бы она не отнекивалась, что не может контролировать чужое поведение, Минхо был прав: она действительно позволяла себе больше, чем можно. Более того, она почти осознанно не хотела отталкивать явную симпатию и чувства окружающих ее людей.

— Как можно быть такой мерзкой? — красные губы скривились в отвращении. — Хорошо, что все закончилось сегодня. — вздохнула она, прислоняясь лбом к зеркалу и прикрывая глаза.

— Что закончилось, дорогая? — из кабинета выглянул Минхек, привлеченный шумом из прихожей.

— Да так, не важно. — бесцветно ответила Рюджин, не в силах обсуждать произошедшее с кем-либо. Тем более, с отцом.

— Какие планы на вечер? Слышал, что в колледже сегодня вечеринка в честь Хэллоуина. Судя по костюму, ты идешь? — улыбнулся мужчина, стараясь за улыбкой скрыть беспокойство.

— Я? — рассеяно переспросила девушка, оглядев себя и словно впервые увидев черное платье. — А, да, как раз хотела выходить. Буду поздно! — она развернулась к двери, хватаясь за ручку.

— Но ты же... — резко хлопнула входная дверь, скрывая за собой Рюджин, — .только что пришла... — совсем растерялся Минхек, поправляя сползшие с носа очки.

Только выйдя на улицу и пройдя пару кварталов, Рю поняла, что ей некуда идти.

В колледж нельзя, пекарня закрыта, лучшая подруга в Сеуле, а больше у нее и нет мест, где можно было бы побыть одной. Домой глупо возвращаться, поэтому девушка решила просто бесцельно побродить по городу до наступления позднего вечера.

Телефон остался в прихожей в сумке, вместе с кошельком, поэтому даже скоротать время в кафе было невозможно. Ничего не хотелось, холодный осенний ветер, пронизывающий насквозь, будто помогал выморозить все чувства, оставив только пустоту.

Бесцельно бродя по улицам, она сама не заметила, как вышла к черному входу в пекарню. Чтобы не попасться на глаза никому из возможных знакомых, Рю поспешно прошла этот переулок, свернув в противоположную от входа сторону.

— Рюджин? — резкий оклик заставил ее вздрогнуть. Голос показался знакомым.  Она хотела ускорить шаг, но к ней уже спешили.

— Черт, Рю, это правда ты! Почему не берешь трубку? — Хенджин догнал девушку, встав перед ней и преградив путь. — Чонин ходил к тебе домой, но твой отец сказал, что ты пошла на вечеринку, однако там так и не появилась... — он осекся, заметив загнанный вид девушки. — Что-то случилось? У тебя все в порядке? — обеспокоенно затараторил он, приобнимая ее за плечи и пытаясь заглянуть в глаза.

— Что ты вообще здесь делаешь... Все ведь в колледже, а пекарня закрыта. — хрипло попыталась сменить тему девушка, но Хван не купился:

— Енхва попросила захватить парочку запасных бутылей с сиропом для напитков, заодно хотел проверить, вдруг по дороге встречу тебя, а тут ты идешь... Так что произошло? — он слегка тряхнул ее, вынуждая посмотреть на себя. — Тебя обидел кто-то? — она покачала головой, пытаясь придумать объяснение, но следующей фразой Хенджин заставил ее споткнуться на ровном месте:

—  Это Минхо, да?

Рюджин, не в силах скрыть испуг, подняла на него глаза. Парень лишь понятливо усмехнулся, отводя глаза в сторону:

— Так и знал. Иди сюда. — он без спроса сгреб в охапку и притянул к себе, устраивая острый подбородок на чужой макушке. Рюджин непроизвольно уткнулась в чужую куртку, стараясь не расплакаться.

— С чего ты взял, что дело в Минхо? — как можно ровнее постаралась произнести чужое имя Рю, но легкая дрожь в голосе все же была слышна.

— Я же не слепой, Рюджин. — грустно улыбнулся Хенджин, прикрывая глаза, легонько покачивая девушку в своих руках. — И скрываться вы не умеете. Все на лицах написано. — хмыкнул он, тяжело вздыхая.

Возразить было нечего. Тем более, зная о чувствах Хенджина, пытаться сказать что-то в свое оправдание или как-то юлить казалось не то, что не правильным — неприемлемым по отношению к нему.

— Прости. — прохрипела она прямо в куртку, надеясь, что из-за уличного шума он не расслышит.

— За что? — все-таки услышал, спросив таким странным тоном, что Рюджин даже через силу подняла на него глаза, ожидая увидеть иронию или сарказм, но встретившись лишь с искренним удивлением, — За что ты извиняешься? Мне не за что винить тебя, разве что за то, что не берешь трубку, заставляя беспокоиться. — мягко улыбнулся ей Хван, потрепав по макушке.

— Но... Я имею в виду... — попыталась хоть как-то сформулировать мысль девушка, но парень резко перебил ее:

— Предлагаю повеселиться. Что скажешь? Джисон не будет в обиде, если мы пропустим его выступление.

— Мы?

— Ну да. Сегодня же самый страшный праздник! Гадости и сладости! Всегда мечтал почувствовать себя американским подростком, когда смотрел их фильмы! Только мне надо соответствующе переодеться. — он подергал себя за торчащие из волос дьявольские рога.

— Что ты имеешь в виду? — даже отвлеклась от внутренних терзаний Рюджин, совершенно не понимая, что происходит, и о чем твердит Хенджин.

— Лишь то, что тебе сейчас не нужен друг. — усмехнулся он, — Тебе нужна подружка. И с этим прекрасно справится Мортиша Аддамс. — закончил мысль Хван, с озорством подмигнув ей. — Так что для начала переоденусь, а после мы отправимся потрошить конфетные пакеты всех неравнодушных к празднику!

— Я не думаю, что...

— Вот и не думай, просто действуй! — еще раз подмигнул ей парень, подхватывая под локоть и увлекая в сторону своего дома.

***

Хенджину неожиданно удалось своей затеей заглушить мрачные мысли Рюджин: она попросту не успевала за происходящим.

Вот они идут к его дому, а уже через секунду она стоит посреди коридора просторной квартиры и ждет преображения друга, а вот уже он, поправляя лезущие в рот из-за ветра прядки длинного черного парика, тащит ее к какому-то дому, где бесится толпа детей, клянча конфеты у тетушки в костюме призрака.

— Как ты вообще узнал, что здесь будут праздновать? — шепотом спросила Рю, не решаясь пересечь калитку чужого участка.

— Это дом моей учительницы по рисованию. Так что я знал о затевающейся тусовке ее сына еще на прошлой неделе. — усмехнулся Хенджин, игриво поправляя парик, вызывая у девушки мягкий смешок.

— Мы вообще будем уместны? Тут же всем не больше двенадцати! — привела последний оставшийся у нее аргумент Рюджин, чтобы не идти.

— Ничего, ты тоже неплохо сохранилась. — хрюкнул Хенджин, хватая девушку под локоть и первым шагая на чужую дорожку.

— Что за жуткие ведьмы переступили порог моего фамильного склепа? — строго вопросил призрак, но глаза женщины светились смешинками, так как она сразу узнала своего ученика.

— Срочно требуем свою долю, иначе сегодня в нашем котле будет вариться ляжка этого Человека-паука, муа-ха-ха-ха! — попытался изобразить зловещий смех Хенджин, ловя и переворачивая вверх ногами бегающего вокруг них семилетнего парнишку в костюме Спайдер-мена, которым оказался тот самый сын учительницы.

— Человеку-пауку завтра на соревнования, так что ему пригодятся обе ляжки, верно, Кихун? — рассмеялась женщина. Мальчик надулся, скрестив руки на груди, продолжая висеть вверх ногами на руках Хенджина:

— Меня зовут Питер Паркер, мам! — возмущенно поправил он женщину.

— Да, точно, вечно путаю.  — закатила глаза женщина, усмехаясь. — Тогда обмен, паучьи ляжки на карамельные яблоки, идет?

— По рукам! — согласился Хенджин, напоследок покружив вокруг себя мальчика и поставив на траву возле матери. Рюджин тем временем получила от нее два ароматных яблока на шпажке и передала одно Хенджину, как только он освободился.

— Хорошего вечера! — пожелала напоследок госпожа Нам, переключая внимание на новых гостей. Молодые люди поклонились и вернулись на улицу.

— Отлично, а теперь пойдем в одно забавное место. Там делают настоящее сливочное пиво, как в Гарри Поттере, ты читала? — с интересом спросил Хенджин, подхватывая Рю под локоть и уводя ее в одному ему известном направлении.

— Только смотрела. — ответила Рюджин, аккуратно откусывая от своего яблока.

— Шутишь?  — смешно округлил глаза Джинни, — Но ведь книга гораздо интереснее!

Беззаботно обсуждая плюсы и минусы экранизации известной серии, они дошли до ярко украшенного в духе праздника бара.

— А нас сюда пустят? — спросила девушка, заглядывая внутрь, где, кажется, собралась полная энциклопедия нежити, судя по разнообразным костюмам.

— Владелец бара — мой хороший знакомый. — подмигнул ей Хван. — Пойдем, не робей! — он первым переступил порог, увлекая за собой свою спутницу.

— Джинни, ты когда успел так отрастить волосы?! — вместо приветствия воскликнул за барной стойкой мужчина лет сорока, протягивая руку Хенджину. — Еще на прошлой неделе только уши прикрывали!

— Нарастил к празднику. — фыркнул Хван, пожимая чужую руку, — Это Рюджин, моя подруга, а это Соджун, мой хен и...

— И заказчик. — перебил его мужчина, подмигивая Рю и протягивая руку уже ей.

— И то еще трепло. — усмехнулся Хван, — Но я правда делал для него кое-что.

— Кое-что? Да он мне весь бар расписал в прошлом году, смотри какая красота! — мужчина с гордостью обвел рукой стены, обращая внимание девушки на рисунки.

Рюджин с интересом рассматривала стенописные абстракции, включающие в себя различные фольклорные элементы вроде котлов, трав, чьих-то ярких глаз и магических символов.

— Соджун помешан на фэнтези, поэтому хотел воссоздать здесь что-то похожее. Это ты еще названия блюд и напитков в его меню не видела, закачаешься. — рассмеялся Хенджин, предлагая Рю сесть за высокий барный стул, после чего сел сам, едва не запутавшись в длинном подоле платья.

— Будто тебе не понравилось мазюкать мои стены вволю! — закатил глаза Соджун, и тут же с улыбкой спросил, — Чем угостить прекрасных...кхм... Прекрасную ведьму и трансвестита? — коварно захихикал мужчина, получая тычок от Хенджина.

— Два сливочных пива, хен. И чего-нибудь пожевать. — заказал Хван, улыбнувшись Рю.

— И еще меня гиком называет... Один момент! — пока Соджун скрылся где-то за барной стойкой в поисках ингредиентов, Рю с любопытством оглядела толпу, среди ряженой нечисти внезапно наткнувшись взглядом на знакомое лицо.

— Эй, это что, профессор Пак? —  с удивлением шепнула она Хенджину, незаметно кивая в сторону одного столика.

— Черт, а ты права! Он что, в костюме русалки? — прыснул в кулак Джинни, подвинувшись ближе к Рю. — А рядом с ним случайно не учитель Кан? Я вон про ту пиратку в красном! — он незаметно тыкнул пальцем в еще одного гостя бара. — Вот это парочка! — совсем по-ведьмински захихикал Хенджин.

— Кажется, у них парные костюмы! Во дают! — с удивлением поняла Рюджин, украдкой посмотрев на о чем-то болтающих преподавателей.

— А ты заметила, что учитель Кан на перерывах часто подсаживается к профессору Паку? Я как чувствовал, что это неспроста! — интригующим шепотом возвестил Хенджин, прикрывая рот рукой. У него был такой забавный вид проженной сплетницы, что Рюджин открыто засмеялась, кажется, впервые за этот день.

— Если бы я знал, что отборные сплетни про педагогов так поднимают тебе настроение, то начал бы рассказывать еще раньше! — усмехнулся Джинни, мягко смотря на хохочущую девушку.

— Ваше пиво! — как черт из табакерки вынырнул из-за стойки Соджун, ставя два пенных бокала.

— За интересные сплетни! — предложила тост Рюджин, чокаясь с Джинни.

— За них! Я тебе сейчас тако-о-о-ое расскажу про нашего ректора... — интригующе подвигал бровями Хенджин, отчего его парик смешно приподнялся, веселя девушку, — А ты знаешь, что...

Поток забавных историй и сливочное пиво приятно убаюкивали, грея душу. Грусть и пустота отступили куда-то на переферию, лишь слегка покалывая в груди, уступив место уютному вечеру. Рю поражалась тому, как Хенджин тонко чувствал ее настроение, не поднимая болезненные темы, не затрагивая их, так мастерски отвлекая ее от тяжелых мыслей ничего не значащей болтовней и прогулкой, хотя самому наверняка было тяжело, с учетом того, что он к ней испытывал.

Рю бы так не смогла. А вот он смог, за что девушка была ему безумно благодарна.

— Боже, Джинни, сначала ты просто в женщину нарядился, а теперь с этими усами похож на сбежавшую из цирка бородатую мадам! — вклинился в их беседу Соджун, забирая пустые бокалы. — Пардон, да у вас тут целая усатая вечеринка! — расхохотался он, заметив точно такие же у Рюджин. Девушка тут же потянулась за салфеткой, тихо ойкнув, пока Хенджин сначала надоуменно уставился на старшего, а затем вытер рот тыльной стороной ладони.

— Ой, да иди ты, хен! Лучше сделай нам два сокровища Кумихо. — бросил он Соджуну.

— А ты не маловат для таких сокровищ? — скептически изогнул бровь старший.

— А ты не староват смотреть седзе-аниме? — повторил движение бровью Хван. Бармен закатил глаза, но удалился делать коктейли.

— Что еще за сокровище Кумихо? — полюбопытствовала Рюджин. Джинни охотно поделился:

— Это персиковый соджу с виноградным соком и ложкой гречишного меда. Из-за разной плотности мед собирается в шарик ближе ко дну и похож на янтарную бусину, как в легендах. Соджун реально повернут на всей этой мифологии и не только. — изобразил ужас Хенджин. Рю рассмеялась.

— Но знаешь, это достойно уважения. Как и любое сумасшествие на почве интересов. — добавила она.

— О, а у тебя такое есть? — с интересом спросил парень, подпирая щеку рукой. Хоть в сливочном пиве и почти не было градусов, однако оно все равно подарило лицу одноклакассника легкий румянец и загадочный блеск глазам. Хотя это может лишь игра света?

— Не знаю. — пожала плечами Рю. — Мне кажется, я еще не дошла до необходимой кондиции. — развела она руками.

— Ну а что из твоих увлечений могло бы стать главной страстью? — продолжал спрашивать Хван.

— Возможно, рисование. А возможно я занимаюсь им только потому, что смотрела все детство на то, как оно увлекало моего отца. — Рю пожала плечами, задумчиво выводя узоры пальцем по деревянной столешнице.  — Но кстати, в том же детстве я до жути любила коллекционировать камни... Эй, что смешного?! — шутливо возмутилась она, когда неожидавший такого ответа парень чуть не подавился орешком в карамели.

— Прости-прости, но... Ты серьезно, камни? Ты мостовую планировала делать? — не сдержался он, вновь рассмеявшись, причем так заразительно, что Рю сама не сдержалась и присоединилась к его веселью.

— Конечно нет! Я же не булыжники таскала! Я собирала красивые и необычные камушки, которые находила на пляжах. Иногда их было так много, что мои карманы не выдерживали, и бабушка ругалась за то, что ей вновь приходится их зашивать. — с улыбкой вспомнила она маму отца.

— То есть все же хоть маленькую дорожку к дому, но планировала выложить.  — хрюкнул Джинни в кулак, тут же получая тычок в плечо от Рюджин.

— Не настолько много! Хотя где-то в гараже может лежать два ящика с ними, если бабушка их не выкинула... Да прекрати ржать! — смутилась Рюджин, легонько стукая по столешнице.

— Молчу- молчу! — вскинул руки в сдающемся жесте Джинни, отсмеяваясь. — Но я обязан взглянуть на эти булыжники... То есть, ящики... Эй-эй, я так со стула упасть могу, прекрати драться!

— Ваши сокровища, детки! И в качестве закуски специально для вас — морские камешки Имуги... Эй, а что это за веселье и без меня? — удивился бармен, наблюдая, как две ведьмы, уже рыдая от смеха сползают с высоких стульев куда-то на пол.

***

В баре они просидели еще пару часов. Хенджин умудрился утянуть Рю поучаствовать в трех нелепых, но смешных, как и полагается на таких праздниках, конкурсах, за участие в которых они получили еще по коктейлю, а Рюджин выиграла странную игрушку- марионетку в виде летучей мыши, которую можно было надеть на руку, как в маппет-шоу, и тут же вручила ее Хенджину. Он тут же примерил это безобразие, с помощью пальцев ловко управляя плюшевыми крыльями.

— Я назову ее Бэт, она станет моей новой подругой! Я прав, Бэт? — спросил игрушку Хван и тут же ответил за нее писклявым голосочком:

— Конечно прав, Джинни! Ты такой крутой, полный отпад!

Рюджин, глядя на кривляющегося парня, не могла сдержать смех:

— Да-да, и очень скромный! — хихикнула она, встречаясь глазами с Хенджином. Тот фыркнул и вновь запищал:

— Он самый классный, веселый и харизматичный, и очень-очень хороший друг! Любая мышь мечтает о таком!

— Джинни, да ты Бэтмен, раз по тебе сохнут летучие мыши! Кажется, выбор пал не на тот костюм. — рассмеялась Рюджин, подыграв другу.

— Наоборот, - кокетливо фыркнул Хван, -  Если бы я сегодня не был в этом платье, нас облепила бы стая летучих мышей, и мы не смогли спокойно погулять в толпе моих фанаток, так что я все продумал. — и тут же добавил от лица игрушки:

— Нет-нет, Джинни только мой друг!

— Боже, Бэт, не будь такой ревнивицей!

— Хочешь сказать, у меня есть повод? Ах так...

— Нет, я не то имел в виду...

— А ну рассказывай про всех этих эхолокаторш недоделанных! Сколько уже ты с ними зависаешь на нашем любимом дубе?!

— Дорогая, в моем сердце только ты! Для тебя все мои ультразвуки!

— Подлец!

— А-а!

Рюджин не могла спокойно смотреть на этот театр одного актера, уже плача от смеха. Хенджин так хорошо вошел в роль, что умудрился подраться с плюшевой марионеткой, поэтому хихикающей девушке пришлось разнимать его с самим собой.

В конце концов, когда градус веселья вокруг начал повышаться до повальной пьянки, ребята покинули бар, лишь мельком успев попрощаться с Соджуном.

— Куда пойдем дальше? Или ты устала? — спросил Хенджин, когда они отошли на значительное расстояние от бара, где было уже не так шумно.

— Не знаю. Мне без разницы, но пока домой... Не хочу. — пожала плечами Рюджин.

На часах было около одинадцати. Наверняка вечеринка в колледже была в самом разгаре, так как она лично слышала от Чана, что студсовету удалось уговорить директора дать разрешение на проведение вечеринки до полуночи, мол, безопаснее веселиться в колледже, чем разбредаться по городу в поисках приключений. Так-то оно так, но ректор явно не знал о двух ящиках соджу, припасенных в спортивном зале.

— Раз уж у нас сегодня экскурсия по местам моей молодости... — задумчиво протянул Хенджин, скося взгляд на девушку.

— То что? — с интересом спросила Рюджин.

— То можно зайти еще в одно местечко, где я иногда появляюсь. Думаю, тебе бы понравилось. — ухмыльнулся он.

— Еще один бар? — наугад предположила Рю.

— А ты хочешь в бар? — удивленно переспросил парень.

— Нет, просто в такое время не могу представить, что еще работает. Или это где-то на улице? Или заброшка? Или...

— Стоп-стоп-стоп, я понял, ты решила поиграть в сыщика. Так вот, Ватсон, вы мыслите верно, но не угадали ни разу. Так что не порти себе сюрприз. — он шутливо нажал на кончик носа девушки, заставив ее немножко смутиться от этого вроде игривого, но мягкого жеста.

— Ну тогда веди, Шерлок. — пожала плечами она, цепляясь за подставленный локоть.

Спустя минут 20 они свернули на небольшую улочку, пестрящую неоновыми вывесками.

— А говорил, что это не бар... — хмыкнула Рюджин, разглядывая вывески. Джинни на это лишь цокнул языком, и уверенно повел ее вперед, к одной из ярко украшенных дверей.

— Это что, тату-салон? — удивленно распахнула глаза девушка, сумев в витьеватом шрифте на дверной табличке разобрать соответствующую надпись.

— Ага, он самый. — по Хенджину было видно, что ему приносит неимоверное удовольствие то, как удивляется уже который разза вечер его подруга.

— Ты что, в свободное от учебы время бьешь по ночам татухи байкерам? — присвистнула Рю, поворачиваясь к другу.

— Ага, и заезжающим на отдых японским якудза. Что за стереотипы? — расхохотался парень, открывая перед ней дверь в неоновый полумрак студии.

— Ладно-ладно, я поняла. Но все же, ты делаешь татуировки? — переспросила Рюджин.

— В какой-то степени... — не отвечал прямо Хван, продолжая интриговать девушку. Наконец, не выдержав ее взгляд, он опять рассмеялся, — Я рисую эскизы, Рю. А Джейк их бьет. Кстати, вот и он, дрвхнет на диване... Эй, Джейк, вставай уже! — уже громче крикнул Хенджин, привлекая внимание мастера.

— Джинни, внезапно! А это кто с тобой? — к ним подошел улыбчивый парень, лет на 10 старше. На нем была простая черная футболка с коротким рукавом, открывающим вид на покрытые татуировками руки.

— Это Рюджин, моя подруга, — представил ее Хенджин, — А это Джейк, еще один мой хен. Мы познакомились у Сонджуна, как раз когда я помогал ему с дизайном бара.

— А потом я попросил помочь Джинни с парочкой заказов, ну и заобщались на этой почве. — дополнил историю Джейк, пожимая руку Рю. — Так какими судьбами, Хендж? Привел мне новую клиентку? — улыбнулся мастер, профессионально оглядывая Рю, словно уже прикидывал, где бы на ней смотрелся чернильный узор.

— Скорее, помощницу. Она тоже классно рисует. Ну и хотел предложить нам всем вместе закончить тот самый эскиз. — ответил Хенджин.

— Ты про заказ с абстракцией?  — уточнил Джейк, — Если так, то давай, парень придет биться только на следующей неделе, так что даже если сегодня не закончишь, то это не горит. — он поманил их за собой, открывая до этого неприметную дверцу в свой кабинет.

— Вы пока устраивайтесь, а я сгоняю за пивом для себя и газировкой для вас. — подмигнул им мужчина и оставил одних.

— Вау... — только и смогла произнести Рю, садясь в удобное кожаное кресло возле низкого кофейного столика, где были раскиданы незаконченные эскизы и фотографии и распечатки референсов. — Такого от тебя я явно не ожидала. — хохотнула она, разглядывая парня перед собой в новом ключе.

— Это в плохом смысле или в хорошем? — насторожился Хенджин, не совсем понимая ее реакцию.

— Это в смысле что ты очень крут, правда! — восхищенно произнесла Рю. — Я, конечно, думала об этом еще на твоей выставке, но... Черт, это же не просто выставка работ, это полноценные заказы, на которые тебя зовут взрослые люди со своим делом, то есть оценивают тебя как профессионала, доверяют твоим вкусам и решениям. Это правда восхищает! Я имею в виду, что рисование для тебя — это не просто хобби или увлечение, это уже как профессия. Пока наши сверстники в лучшем случае заняты на подработках, ты уже делаешь серьезные шаги на пути к своему будущему делу.

— Я даже не знаю, это сейчас был комплимент или тонкий сарказм? — усмехнулся Хенджин, — Так-то, если ты не забыла, мы вместе в пекарне подрабатываем.

— Но при этом ты расписываешь бары и создаешь эскизы, а я даже не определилась, куда буду поступать через несколько месяцев. — вздохнула Рюджин, разводя руками.

— Ты сама могла бы целый магазин открыть с кастомными шмотками. Я до сих пор завидую ребятам, получившим от тебя вручную расписанные вещи. — шутливо возмутился он. — Требую нечто такое же крутое на свой день рождения!

— Учту. — улыбнулась девушка. — И спасибо за поддержку. Я подумаю, и может на старости лет открою свою лавку с расписными футболками... Или еще чем.

— Умоляю, только не забудь позвать на гаражную распродажу своих камней! Я планирую купить минимум пять! — дрожащим от сдерживаемого хохота голосом взмолился Хенджин.

— Эй!

***

Джейк вернулся из магазина и застал переодетую парочку за обсуждением упомянутого ранее эскиза. Ребята что-то обсуждали, подкидывая друг другу разные фото с узорами и показывая что-то на телефонах, параллельно чиркая на кальке наброски будущего изображения.

— Эх, молодость... — усмехнулся Джейк, заметив теплые взгляды младшего на девушку, когда та о чем-то серьезно говорила и поправляла волосы, чтобы не лезли под карандаш. Решив не мешать им, он остался в основном зале, поставив перед собой пару банок и включив на телеке запись прошедшей игры.