глава 21

Гидеон

Должно быть, мне следовало почувствовать облегчение. Алоиза не увидела Нуридж в плохом свете. Ей нечего будет сообщить комиссии. Я и тьма вели себя сдержанно, насколько мне известно.

Вот только облегчения не было. Я чувствовал себя гадко, хотя был уверен, что поступил правильно. Я спас академию, от засланного агента министерства. Когда она сегодня вот так прилюдно выудила мою тьму на показ, все встало на свои места. Девчонка хотела обернуть студентов против меня, внушить им страх, продемонстрировать ту мою часть, что я так старательно скрывал. Я отшучивался от слухов про свою одержимость. Все лишь обсуждали проклятье ректора, но никто и никогда его не видел.

Вот только Алоиза все ещё не была похожа на заговорщицу. Столько искренности было в этом её лживом признании. А она хорошо изучила меня, сестру свою привлекла. Боги, как же я жалок, мне безумно захотелось, чтобы её слова обо мне и академии оказались правдой,а не уловкой.

Нерешительный стук в дверь. Если это Алоиза, я сдамся. Поверю ей. Выслушаю ещё раз, обману себя.

— Капитан? — Генри не дождался ответа и заглянул внутрь.

С каких это пор он стучится.

— Заходи, — пригласил его, пытаясь, заглушить сквозящие в голосе разочарование.

— Я не один, — сообщил секретарь, и следом вошли Хлоя и Джинджер.

Быстро слухи расходятся. Пришли упрашивать не увольнять Алоизу?

— Я занят, — сухо ответил гостям и придвинул к себе первую же папку с документами.

Бровь Генри удивленно дернулась. Ему ли не знать, что вчера я уже ознакомился с этими письмами, и их осталось лишь прошить и убрать к остальным нарядам со служебной перепиской.

— Мы не займем много времени. Во-первых, я хочу сразу прояснить, что госпожа Дайхард и Риандер не преследовали корыстной цели в своём поступке. Они не планировали шантажировать, унизить или нанести госпоже Ранвей иное оскорбление. Конфликт между ними был улажен, и стороны пришли к пониманию ещё до дуэли…

Мокбрайт звучал как заправский адвокат, и я не понимал, почему он сейчас защищает этих двоих. Что натворила моя кузина с нашим непутевым травологом. Интуиция подсказывала, что я не хочу знать.

— Во-вторых, таким образом они проявляли заботу о...

— Погоди-погоди, Генри. Оставь эту чушь для суда или беседы с констеблем.

При этих словах Джинджер зарыла своё рябое лицо в ладонях и всхлипнула, а сестра побледнела.

— Констебль? — одними губами прошелестела Хлоя.

Ясно. Видимо, не стоит их перебивать, пусть закончат свое представление.

— Ладно, Генри, можешь по существу? Без всех этих прелюдий, пожалуйста.

Он тяжело вздохнул и быстро протараторил:

— Не наказывайте Хлою и Джи.

— Да, за что, черт возьми?!

— За сыворотку правды, Гидеон. Я подмешала её твоей новенькой. Я просто хотела понять, что она чувствует к тебе, чтобы не получилось, как в прошлый раз, — сдалась Хлоя.

Мне не потребовалось много времени, чтобы связать это открытие с недавним поведением Алоизы, со странной ментальной опекой Генри. Даже призыв моей тьмы отлично укладывался в цепочку этих событий. Девушка была уязвима, и тьма тут же перетекла защищать её при первой же возможности.

Толкнул руками столешницу и оставил троицу заговорщиков в недавнее грядущего наказания. А оно обязательно будет, но сначала мне нужно извиниться перед Алоизой, если она конечно простит меня. Я бы не простил на её месте.

Она в меня влюблена. Ей нравится Нуридж. Алоиза же так и сказала. Как перестать улыбаться и выглядеть хоть немного виноватым? Ни черта не выходит.

*.*.*

Долго мялся у закрытой двери в её комнату. Алоиза не могла не заметить шумную подъёмную платформу, а я не мог не слышать возню по ту сторону. Она спешно собирала вещи. Из-за меня. И именно я должен уговорить самую искреннюю и увлеченную волшебницу остаться.

Постучал, и возня тут же стихла.

— Госпожа Нобераль, впустите.

Очень долгая заминка, ещё более неловкая, чем наш разговор в моем кабинете.

— Прошу вас, уходите.

— Вы, действительно, хотите, чтобы я ушёл?

— Ах, не надейтесь, капитан Дайхард. Ничего я не отвечу на ваши вопросы.

— Действие сыворотки закончилось? — спросил девушку.

— Как вы?.. — она запнулась на полуслове. Все ещё не хочет сдавать заговорщиков. Ко всем тем качествам, что есть в ней, добавилось и это. Верная.

— Откройте, Алоиза. Мне нужно вам многое сказать, — вновь попросил её, намереваясь стоять у двери так долго, как потребуется.

Однако замок быстро щелкнул, и передо мной предстала все та же девушка, которую я так сильно обидел.

— Хотите добавить ещё что-то к тому, что вы уже наговорили, господин ректор.

— Гидеон, -- мягко поправил ей. -- Когда мы одни, ты можешь называть меня по имени, Алоиза.

Недоверчиво посмотрела на меня и сделала шажок в сторону, пропуская меня в комнату. Она довольно быстро собрала свой чемодан, оставив лишь пару книг на столе и ту самую кофеварку.

— Пришли посмотреть, как скоро я освобожу помещение? — едко спросила моя новенькая. Она метнулась к забытым книгам, взяли их и теперь суетливо искала свободное место в чемодане. В спешке она сложила все не очень аккуратно, и теперь у неё ничего не помещалось.

Присел к ней и попытался осторожно забрать учебники из её дрожащих рук. Сопротивлялась, сжала крепче и старалась не смотреть мне в глаза.

— Не надо ничего освобождать, Алоиза. Положим их обратно на полку, хорошо?

Короткий кивок, от которого волосы упали её на бледное личико. Она разжала пальцы, а я отбросил книги на кровать и взял её за руку.

— Если бы я знал о сыворотке, я бы никогда не устроил тебе такой допрос.

— Я если бы не сыворотка, вы бы здесь не сидели, а я бы уже была на полпути к вокзалу, господин Ректор.

Это будет сложнее, чем я рассчитывал. Но она права. Я не поверил её искренним словам, посчитал предательницей, и только выходка Джинджер и Хлои смогла убедить меня в обратном. Не вскройся правда, я потерял бы эту девушку навсегда.

— Мне сложно поверить во что-то хорошее, Алоиза. А ты слишком идеальна, чтобы быть настоящей, говоришь то, что хочу слышать, словно в самые тайные уголки моей души проникаешь и находишь то, что я прячу.

— Вы ничего не прячете, у вас все на виду, капитан Дайхард.

— О чем я и говорю, для тебя на виду. Но даже я этого в себе не вижу.

Хотелось убрать волосы с её лица, но я не смел прикоснуться к Алоиз. Лишь крепко держал её ладонь. Мы вновь молчали, она ждала от меня чего-то, а я не мог подобрать нужных слов.

— Я больше никогда не буду сомневаться в том, что ты говоришь.

— А зря, господин ректор. Я больше вам своих чувств не открою, — обиженно бросила Нобераль и попыталась вырвать руку. Не дал, я бы сильнее. Будет огнем выжигать — не отпущу.

— Тогда позволь и мне открыть свои чувства, Алоиза.

Напряглась. Сбросила волнистые пряди с лица и наконец посмотрела на меня.

— Спроси меня, о чем пожелаешь, я отвечу честнее, чем под сывороткой правды.

Вновь поступал с ней не красиво, её толкал на первый шаг, позволял ей быть ведущей в этой игре.  Мне нравилось это, а она не понимала, какой я сейчас мерзавец, как жадно жду её вопроса, потому что о ней он скажет больше чем обо мне. Что же ты захочешь узнать, Алоиза? Ну же.

— Всего один вопрос?

В её взгляде больше нет обиды. Лёгкое недоверие, колючая нежность.

— Выбирай мудро. Другого шанса не представится, я снова стану капитаном Дайхардом, твоим строгим начальником.

Она думала, смущалась, краснела, а я смущался вместе с ней.

— Ответьте тогда, вы бы… — слова забирали у ней слишком много воздуха, её дыхание становилось тяжелым, мешало ей, обжигало меня.

Ждал. Смотрел на приоткрытые губы.

—... вы бы хотели меня поцеловать?

Обыграла меня. Я считал себя дьяволом, но она оказалась коварнее. Перебросила инициативу мне, а я… я обещал быть честным.

И сейчас проще было не ответить, а показать. Наплевать на строгие запреты Терренса Нобераля, попытать удачу и коснуться этих дразнящих губ своими.

Тьма одобряла. Толкала меня на безрассудство, и вот моя рука уже оказалась на талии, притягивала Алоизу ближе.

— Твой отец убьёт меня, — прошептал это, чувствуя себя подростком, вылезшим к понравившейся девчонке через окно, пока её родители спят.

— Будете напоминать о моём папеньке в такие моменты, вас убью уже я, — напомнила моя новенькая о своем крутом нраве. Хотелось глупо смеяться, но она положила одну ладонь мне на плечо, а второй зарылась в волосах на затылке. Она вновь ведёт, обыгрывает, приручает уже не только мою тьму, а простыми прикосновениями заставляет признать своё поражение.

Скрежет подъёмной платформы возвращает на обоих в тесную комнатку. Бросаем нашу недоигранную партию, а вопрос Алоизы так и остался неотвеченным, или моё желание было для неё красноречивее слов? Я хотел поцеловать её, до сих пор хочу.

— Кто это? — испуганно спрашивает меня и бросается к незапертой двери.

— Надеюсь, не твой отец.

Гневный взгляд становится наградой за глупую шутку.

— Моему отцу придётся смириться и с этим выбором.

— Так ты все уже решила? — поднимаюсь на ноги, чувствуя приятную дрожь в коленях. Давно это было, кажется, когда я впервые нес школьной подруге букет полевых цветов. Вот только сегодня меня не отвергли.

— Я призналась вам в любви под действием сыворотки правды, а вы все ещё сомневаетесь в моих решениях, капитан Дайхард? — напомнила Алоиза и продолжила прислушиваться к голосам на нижнем ярусе. — Четверо. Слышу Николаса и Джинджер.

— Ага, а ещё с ними Генри и моя кузина. Мы попались? — из моей груди вырывались смешки.

— Вам нужно спрятаться, ректор.

Она быстро захлопнула дверь и теперь толкала меня в сторону ванной.

— Боишься, что Николас приревнует? — не сдержал ехидных ноток в голосе.

— Не несите чушь, капитан. Я вас ещё никуда не отпускала. Прогоню незваных гостей, и вы ответите мне на всё и сделаете, что собирались.

Потешная. Развернулся и быстро поцеловал её, пока девушка не успела опомниться. По-детски, несерьёзно, но этого хватило, чтобы она замерла и прижала ладонь к губам.

— Не стану я прятаться, Алоиза, раз уж мы оба все решили.  А на что-то более серьёзное даже не надейся, пока не станешь называть меня по имени.

У дверей обернулся:

— Долго не засиживайся со своими новыми друзьями, пары завтра у вас у всех по расписанию.  А ещё не забудь выбрать специальность, которую планируешь изучить в Нуридже. Аспиранты обязаны пройти дополнительный курс. Попроси Генри показать тебе свободные позиции. До завтра?

— Мы не поужинаем вместе?

— Извини, мне ещё нужно доехать до Нура и встретить новых студентов и их родителей. Много дел, а я дал Генри выходной из-за вашей дуэли. Загляну утром  посмотреть, как проходит твоё первое занятие.

— Буду ждать… Гидеон.

Всё-таки. Назвала по имени. Жаль, уже нет времени на настоящий поцелуй, но мы же никуда не торопимся?