глава 12

Уже который раз я просыпался с именем Алоизы на губах и тянущим чувством в сердце. И прямо сейчас я даже не мог обвинить свою тьму в этих детский выходках и попытках поиграть в сваху. Её попросту не было в моём теле, вместо привычного компаньона в моей груди поселилась пустота и тревога за девушку, которую я только что-то отчаянно вытаскивал из воды.

Вода! Здесь же кругом была вода!

Резко сел и увидел вокруг себя целую толпу взволнованных студентов. Потенциальные инвесторы тоже испуганно поглядывали в мою сторону, я же так и остался на полу под дыркой в потолке. Сознание потерял? Видимо, не видать нам пожертвований на ремонт крыши.

— Расступитесь, врач идёт, — услышал я бодрый голос Генри, и через мгновение они с Белиндой вышли ко мне из толпы. – Как вы, капитан?

— Было бы лучше, я если бы мне рассказали, что здесь произошло, — сухо ответил на участливый вопрос своего помощника и без чьей-либо помощь встал на ноги.

Все молча переглядывались и не решались начать первыми, смотрели, словно я разорвать всех голыми руками собирался.

— Вы переутомились, капитан, много работы навалилось в последние дни, вы же почти не отдыхали. Госпожа Мантинора продолжит вашу экскурсию, а у нас с вами будет своя, до лазарета, — успокаивала меня Белинда.

— Сюда-сюда, господа, — магистр Блекстрём уже перевела внимание на себя. – Гидеон Дайхард у нас работает на износ, — она всплеснула руками, затем строго посмотрела на студентов: — Расходимся по занятиям, у вас дел других нет? Так я найду.

Ученики ещё раз напоследок посмотрели на меня, и я добавил сквозь зубы:

— Вас лично каждого проводить?

Испытывать судьбу они не стали и быстро разбрелись по коридорам, а Мантинора увела наших гостей в противоположном направлении, быстро включившись в работу, она рассказывала какие-то абсолютные небылицы про людей с гобеленов. Лучше нашему магистру истории Решихте не знать, как его коллега перевирает факты. Я бы даже улыбнулся, если бы не был так взволнован.

— Вы должны мне помочь, — быстро попросил Генри и Белинду.

— Мы здесь именно за этим, капитан, — она потрясла шприцем.

— Успокоительное? – с надеждой спросил врача, мне бы не помешало утихомирить нервишки из-за странного видения.

— Не совсем, тут витамины и ещё кое-что чтобы привести вас в чувство, — тараторила Белинда и пыталась закатать мне рукав.

— Лишнее,  — осторожно убрал её руку.  — Я в норме. Генри, свяжись с отцом девушки, узнай, выехала она или нет, на каком поезде, во что одета, и была ли при ней книга, — я сжал переносицу между пальцев: — Дж. Крамер. Что-то про пилу, я не разглядел.

— Я могу использовать ваш камин? – секретарь был явно рад такой редкой возможности.

— Да, и постарайся не разводить панику, возможно, я действительно уработался. Пусть это звучит максимально нейтрально, словно мы собираем информацию, для того, кто встретит девушку на станции.

Генри кивнул и поспешил выполнять поручение.

— Бел, где сейчас магистр Фьюсайт?

Она замялась.

— Думаю, она не хочет вас видеть после того, как вы её шарлатанкой обозвали на глазах у кучи студентов и пригрозили увольнением.

Скрипнул зубами. Какие же все в Нуридже нежные и обидчивые, а то что она мне сама наговорила за завтраком, уже не считается. А я вот помню каждое слово её липового предсказания!

— Мне очень нужна магистр Фьюсайт и адепт Ритти с пятого курса.

— Вам нужно в лазарет обследоваться для начала, капитан. У вас был обморок, вам бы прилечь— мягко уговаривала целительница, поглядывая на меня как на сумасшедшего.

Не стал спорить. Я с бы удовольствием обследовался, чтобы самому себе доказать, что я не двинулся на нервной почве.

— Вот туда всех и приведи, капельницу мне твои адепты, думаю, поставить в состоянии и без тебя. А в голову ты залезешь мне позже.

Она промычала что-то неуверенное себе под нос.

— Пожалуйста, Белс, только с тобой Фьюсайт нормально разговаривает. Она, правда, нужна мне. Скажи, что я проникся её талантами и уверовал

Белинда тяжело вздохнула, но перечить не рискнула и пошла за нашей прорицательницей. Я же послушно поковылял в лазарет, хотя чувствовал себя сносно. Кроме небольшого ушиба на затылке и полного отсутствия тьмы, больше ничего не напоминало о странном происшествии, а вот видение не давало покоя. Я отчётливо видел тонущую Алоизу, она до последнего сжимала учебник, пока её руки не ослабли. Я же отчаянно выгребал вверх, но совершенно не знаю, чем все закончилось.

— Где же ты? – вслух злился на тьму.

Первый раз она оставила меня вот так. Когда-то я истово хотел избавиться от неё, вернуться к прежней службе, завести семью, но сейчас готов был заключить пожизненный контракт со своим пушистым паразитом. Как я дошёл до такого?

Ждать себя тьма не заставила, влетела в коридор разбив витражное окно и бесформенным комом рванула в мою сторону. Я даже попятился, но не успел. Она врезалась мне в грудь и пригвоздила к стене, заставив старую кладку пойти трещинами. Хватал ртом воздух, пока тьма показывала мне то, что я так хотел. Алоиза жива. Выбралась из воды, обсохла и отправилась вдоль русла реки, разговаривая сама с собой. Затем она чего-то испугалась, рванула вперёд и почти сразу же упала, растянувшись на дороге. Девушка зашипела от боли, а моя неравнодушная тьма тут же принялась зализывать ей раны.

— Ты келпи? – спросила звенящим голоском.

Она зарылась рукой в моих волосах, без страха смотрела моей тьме в глаза, а вот я испытал настоящую панику, потому что меня безумно пугал перестук собственного сердца. Мне нравилось, как смотрит на меня эта девушка, но я не имел права на этот ласковый взгляд.

Видение резко оборвалось. Тьма откликнулась на мой зов, и оставила Алоизу одну, черт знает где.

Теперь осталось дождаться Генри, чтобы понять не сошёл ли я с ума, а уже после спросить Фьюсайт, как такое возможно, и связано ли это со вчерашним предсказанием от Ритти. Кажется, я перестаю быть скептиком.

Оторвал спину от стены и оглядел причудливые трещины, которые остались от нашего с тьмой воссоединения. Они образовывали огромные крылья. Об этом я лучше никого пока спрашивать не буду, но теперь мне точно нужно прилечь и выпить что-то мигрени.

*.*.*

Подопечный Белинды трясся передо мной, сжимая иглу от капельницы и блея что-то невнятное.

— За что ты тут,  Маркус?

Он вздрогнул от моего голоса, но ответил быстро и внятно, словно был на допросе:

— Воровал лекарства из аптек и относил в сиротские приюты. По мелочи, господин Дайхард. Сиропы от кашля, горчичники.

Действительно, мелочь, я даже не помню, как зачислял его. Святой парень.

— Разве, ты не отработал ещё?

По мне, так у парня разве что нимб не сиял над белобрысой головой. Зачем таким коррекция поведения?

— Отработал. А потом госпожа Флюгз предложила место в аспирантуре. Всё равно мне идти некуда. Вы не думайте, я не на бюджете и за обучение исправно плачу. Подрабатываю в клинке для животных по выходным и два раза в неделю дежурю в больнице в округе Нур.

— Да, я и не думаю, Маркус, магистр Флюгз не обязана отчитываться передо мной за каждого своего работника. Лазарет — это её вотчина, но если ты сейчас же не намотаешь сопли на кулак, она узнает, что ты не справился с простой задачей. Обидно будет, не находишь?

Маркус тут же рванул протирать сгиб моего локтя спиртовым тампоном, а после осторожно ввёл иглу. Понятия не имею, что Белс там намешала, но приятный холодок тут же разнесло по венам, слово мне мятные листья начали втирать под кожу. Бодрило и успокаивало одновременно, приводя мысли в порядок перед грядущим.

Итак. Что мы имеем? Видение с Алоизой, вышедшая из-под контроля тьма, которая почувствовала опасность и ринулась спасать девчонку. А, может, все вокруг правы, я и просто переутомился.

Вот только ещё оставалось предсказание Ритти Торнхилл, которое мучило меня весь вечер, и из-за которого я плохо спал. Может, все это наложилось? Долго думал об опасности, не выспался, словил обморок и увидел то, что подбросило моё больное воображение.

Такой вариант из всех мне нравился больше, хоть и ставил под вопрос мою вменяемость. Но Белс же подлатает меня, покопается в голове и поставит на ноги, а Алоиза Нобераль в целости и сохранности доберётся до Нуриджа и отработает каждую минуту моих терзаний.

— Я пришла на твой зов, Гидеон, — раздался туманный голос в моей палате, и я старался не закатывать глаза.

Не многие в академии обращались ко мне по имени. Большая часть учеников и преподавателей предпочитала привычное для меня Капитан Дайхард. Они неосознанно чувствовали мою тоску по старой жизни, а я не видел смысла поправлять их. Мне нравилось чувствовать себя именно капитаном этого форта, а не ректором. В такие моменты моя должность не казалась мне скучной. Меня переносило в воображаемый мир, где не общество закрыло в стенах старой крепости неугодных детей, а мы спряталась ото всех и держали осаду. Разве, Маркус опасен для окружающих? А к братьям Чи нельзя было найти подход и перестать сравнивать с погибшими родными? Но не поварившись в этом, я бы сам никогда до этого не дошёл.

Но не все играли со мной в эту игру, для госпожи Блекстрём и Фьюсайт я оставался несмышлённым юнцом, но если Мантинора жалела  и поддерживала меня, то её напыщенная коллега — в открытую презирала. Прорицательница не могла поверить, что её начальником когда-то стал мальчишка, которому не было и тридцати. Я же на её кислую улыбку в тот день ответил ехидным:

— Вы должны были это предвидеть, Джокаста.

С тех пор и началась наша холодная вражда, на протяжении которой я с завидной регулярностью получал предсказания о своей скорой и мучительной кончине. Но прошло уже семь лет, и ничего из её видений не сбылось.

Разумеется, на это она отвечала своё стандартное:

—  Прорицание нельзя назвать точной наукой, разночтения имеют место быть.

Или же:

— Просто ты прислушался к моим предостережениям, Гидеон, и выиграл у судьбы ещё немного времени, но берегись, тьма нависла над тобой. Она пожрёт тебя.

Это уже даже перестало быть смешным! Тьма сильно обижалась, и мне приходилось её утешать. Пожирать она меня, конечно, не собиралась.

Вот и сегодня, окинув взглядом трубочку капельницы, Фьюсайт едва заметно улыбнулась, припоминая, что что-то подобное она мне уже прочила. Не стал портить ей сладостный момент и изобразил страдальческое лицо, тем более Белс строго на меня поглядывала, ожидая колкости с моей стороны, но я держался достойно.

— Уверовал, Гидеон? — она вскинула седую голову, и с благодарностью посмотрела куда-то под потолок, сцепив ладони у груди. Её многочисленные деревянные браслеты затряслись, и я уже пожалел, что позвал старую шарлатанку.

У неё сегодня явно звездный час, уела Гидеона Дайхарда.

— Уверовал, — цедил сквозь зубы, побаиваясь, что от злости кровь верхом в капельницу не пойдёт, так сильно я сжал кулак.

Фьюсайт поводила надо мной морщинистой ладонью и начала охать, а Белинда за её спиной посылала мне красноречивые знаки. Только это и заставляло меня держать себя в руках. Белс была не просто талантливым целителем, она была полевым лекарем в моём взводе. Не смогла смириться с моей отставкой и, разочаровавшись в руководстве, тоже оставила службу и отправила мне своё резюме. Не думал ни секунды. Она не просто ценный кадр, она мой друг.

— Вижу одержимость и потаённую злобу.

— Да-да, я то же самое вижу в зеркале каждый день. Тьма, злоба, одержимость, — я вполне убедительно сокрушался: — Но сегодня, Джокаста, я тебя за другим позвал, — перебил прорицательницу.

Она благосклонно моргнула тяжёлыми томными веками.

—  Я внимаю тебе, Гидеон.

Я уволю её, клянусь, уволю надменную гадину и найму полезного специалиста. Вот только во взгляде карги отчётливо читалось:

— Да кому ты нужен со своим Нуриджем, жалкий неудачник.

Спокойно пересказал своё видение, дал слово Ритти, чтобы она буква в букву повторила своё вчерашнее гадание. Умолчал только о мучительной истоме на сердце и крыльях на каменной кладке.

— На лицо переутомление на нервной почве, — изрекла Джокаста со знанием дела. — Такое бывает, Гидеон, не стоит огорчаться, что третий глаз у тебя не открылся. Не всем дано выходить за границы своего ограниченного восприятия. Это просто не твоё.

Нет, я её не уволю, я её придушу!

— Ты совершенно лишен дара к предвидению, я такое чувствую, потому не забивай себе голову, Гидеон. А адептка Торнхилл, — Джокаста пренебрежительно посмотрела на некромантку: — Гадание на трупах и костях это лже магия, усвойте это раз и навсегда, милочка.

Теперь уже и Ритти скрипела зубами, сжимая стаканчик с костями. Надо будет поощрить девочку пропуском в город.  Пусть развеется с Флитчатом.

Новость о том, что моё видение было плодом переутомления, должна была обрадовать меня, но тревожность предчувствие за жизнь Алоизы не отпускала, а затем в палату вбежал раскрасневшийся Генри с горящими глазами:

— Как вы это сделали, капитан?

— Сделал что?

— Я только что говорил с отцом нашей новой преподавательницы, он подтвердил, что его дочь пропала сегодня около полудня. Последний раз её видели по пути в багажное отделение, где позднее обнаружили следы разбоя. Вещи пассажиров вскрыты, включая багаж Элоизы. Угадайте, какой книги не обнаружилось в чемодане?

— Крамер?

— Именно, — Генри подозрительно оглядел присутствующих. — Господин... ждет вас у камина. Сами знаете кто в отчаянии и просит вас указать, где конкретно его дочь покинула поезд.

— Тогда мне нужна карта.

— Все уже готово, капитан. Нужно торопиться.

Выдернул иглу из руки и поклонился ошарашенной Джокасте, подмигнул довольной Ритти и поспешил утешать министра Нобераля. Его дочь была цела, когда я в последний раз видел её, но кто знает, что ждет одинокую девушку в незнакомом месте. Она умудрилась даже в поезде попасть в беду, что же ждёт её во время пешего путешествия.

Я мечтал утереть Фьюсайт однажды, но не такой ценой. Держись, Ло, мы тебя спасём. На “мы” с готовностью откликнулась тьма и вильнула воображаемым хвостом.

— Спасибо, — прошептал себе под нос, а Генри приняв благодарность за свой счет, ответил:

— Да не за что капитан. Вы только расскажете, как это вам удалось.

— Магия, — только и ответил ему. Магия, тьма и непрошенная одержимость.