Жизнь течёт своим чередом,но только не для неё

Спортивный зал школы Сейрин:

Шли последние минуты матча. Обе команды практически выдохлись. Тайга вышел из зоны ещё в начале четвёртой четверти, а Мидорима только под конец. На последних секундах матча Мидорима забивает свой фирменный трёх-очковый. Финальный свисток. Табло показывают счёт обоих команд: 156/40. Мидорима исполнил обещание. Шутоку раскатали по полю Сейрин: Тайга задыхаясь от усталости стоит посреди поля на карачках и плачет, как и Рико, Хьюга и Идзуки. Они смотрят на табло и понимают, что только что их – чемпионов Зимнего кубка победили с разгромным счётом. Поколение Чудес, сидя на скамейках и наблюдая за матчем, были удивлены не меньше. Они уже давно знали, чем закончится матч, однако такого счёта никто не ожидал. У всех них в голове крутилась одна только мысль - “Нужно поговорить с Мидоримой”. 

Наблюдатели быстро покинули зал, некоторые в расстройствах, а кто-то и с счастливыми улыбками на лицах. Сам Шинтаро испытывал двоякие чувства. С одной стороны радость от того, что он всё-таки спустил с небес на землю этих зазнавшихся идиотов, а с другой стороны, ведь эта победа ни как не поможет Тецуе, не залечит её раны и не поможет ей вылечиться. Да, он выиграл и эту победу он посвятил ей! Шинтаро хотел, как можно быстрее приехать в больницу, дотронуться до знакомой светлой руки, потрогать голубые волосы и рассказать ей о сегодняшней победе. Он хотел побыстрее принести ей хорошие новости. 

На заключительном построении вся команда Сейрин стояла с опущенной головой и красными от слёз глазами. Мидориме уже было всё равно. Он исполнил обещание и теперь эта третьесортная команда ему абсолютно не интересна. 

Он быстро забежал в раздевалку, помылся в общем душе, переоделся, наскоро попрощался со своей командой и пошёл к выходу из школы, при этом постоянно набирая номер своего отца, но тот не отвечал. Мидорима забеспокоился. 

- Эй, Мидоримочии, постой!! – снайпер остановился прямо у ворот школы. Обернувшись, он заметил всех игроков из ПЧ(ну, разумеется, кроме него самого и Куроко). Поправив указательным пальцем свои очки, он посмотрел на уже подошедших четверых парней и девушку.

- Привет, Мидо-чин.

- Йо, Шинтаро, классный матч, – с улыбкой сказал Дайки и хлопнул снайпера по плечу.

- Шинтаро, объяснись, – а вот Акаши решил действовать без вступлений, – Что на тебя нашло? 

- А, что не так? – вот, что значит прикинуться дурачком. 

- Сей-чан просто хочет сказать, что ты сегодня был сам не свой, – пояснила Сацуки, при этом, как всегда улыбаясь. 

- Не понимаю, о чём вы. По моему, я играл, как всегда, – его слова аля “я – придурок” явно не понравились их нему бывшему капитану-тираннозавру, - Послушайте, давайте поговорим после, я очень спешу. 

- Нет, мы поговорим сейчас, – Акаши был непреклонен. В принципе, как всегда. Он такой эгоист. 

- Акаши, я действительно спешу. У меня… встреча, – да уж, Мидорима никогда не умел врать. Они были готовы спорить до морковкиной завези, если бы в разговор не встрял Кагами. Ну, он то тут, что забыл?

- Мидорима, можно с тобой поговорить? – спросил Тайга с покрасневшим от холода носом.

- Мне не о чем с тобой разговаривать. Видеть тебя не могу. Проваливай! – снайпер разозлился и не был намерен мириться. Рёта аж подпрыгнул от такой интонации, а Дайки удивлённо раскрыл рот. Впервые он слышал, как их зубрила-самоучка ругается, да ещё и прогоняет кого-то.

- Эй… Мидорин, может быть стоит…, - начал было Дайки, но резкий взгляд снайпера в его сторону, тут же заставил его заткнуться и нервно сглотнуть. 

- Мидорима… пож-пжалуйста, скажи мне, где сейчас находится Куроко? – неуверенно спросил Тайга. Все тут же посмотрели на него, как бараны на новые ворота. Ну да, они ведь пока ещё не знают, что Тецую выкинули из команды.

- Эко же тебя натужило то. Неужели так трудно сказать “пожалуйста”? – язвительно спросил Шинтаро.

- Так ты скажешь мне, где Куроко? – слегка повысив голос, спросил ас Сейрин.

- Ещё чего, – огрызнулся снайпер и поправил свои любимые очки, – Разве ты с ней недостаточно мило побеседовал? Или тебе мало? Хочешь ещё раз ударить её?

А вот от этой новости, стоявшие на месте парни, буквально с цепи сорвались.

- Чё~ё? – протянул зло Дайки и, резко схватив красноволосого за грудки, толкнул его своей грудью, да так, что тот аж рухнул задницей на снег, – Это правда, Бакагами? – не услышав в ответ ничего кроме молчания, Аомине начал рваться в бой, – Ты охренел совсем? Да, кем ты себя возомнил, придурок? – он набросился на несчастного форварда и пару раз всё-таки успел вмазать тому по лицу, прежде чем Кисё и Мурасакибара нехотя, но всё же оттянули разъярённого Дайки назад. Если бы не Акаши, то хрен бы они вообще с места сдвинулись. В это время к ним присоединилась ещё и Рико с Масаоми-саном, который так же присутствовал на матче. 

- Тайга, это правда? - Акаши из последних сил старался сохранить самообладание. Он тоже мечтал расквасить самодовольную рожу Кагами, но воспитание не позволяло начать драку первому. 

- Ты ударил, Курокочии? – спросил не менее злой Кисё, а ведь, кто мог подумать, что он может быть серьёзным. Масаоми, услышав о чём именно говорят подростки, тоже начал закипать, но виду не подал. 

- Да я тебя раздавлю, – Мурасакибара тоже грезил мечтой убить обидчика их подруги и даже уже намеревался подойти к нему ближе, но красноречивый взгляд их бывшего капитана заставили его остановиться. 

- Шинтаро, немедленно объясни, что здесь происходит? – задал вопрос Акаши младший. Все взгляды теперь резко были на виновнике сие торжества. 

- Этот зазнавшийся кретин вместе со всей командой и под предводительством их тренера-недоучки…, – тут уже вздрогнула Рико, - ….выгнали Тецу из команды неделю назад, – тут уже не выдержал Кисё. Он был готов разорвать Кагами на части. Заехав профессионально отработанным хуком слева по челюсти Тайги, Рёта думал, что его так же, как и Дайки начнут останавливать, но нет. Ни кто из присутствующих парней и пальцем не пошевелил. Даже Масаоми-сан спокойно стоял рядышком и молчал. Они все отчаянно делали вид, что так оно и надо, и что сами они здесь стоят исключительно только потому, что погоду разглядывают. Ацуши даже время у Аомине показушно спросил. Ну что ж, раз ему всё позволено, то почему бы не воспользоваться? Ещё один удар теперь уже ногой по почкам от Рёты, а следом в лежащего в позе эмбриона Тайгу полетела харча блондинистого лёгкого форварда. 

- Чтоб ты сдох, урод, – выдавил из себя Рёта и ещё один удар ногой теперь уже в живот. 

- Нет, постойте!! – заверещала Рико, пытаясь остановить злых монстров, – Куроко… она начала лезть в дела клуба. Говорила мне, что и как нужно делать на тренировке. 

- И что? – спросил Акаши. От его голоса девушка была готова уже начинать писать завещание, – Если Тецуя сделала тебе замечание, значет это было необходимо. Кем ты себя возомнила? Думаешь, тебя действительно можно назвать полноценным тренером? Хех, не смеши меня! Да у тебя ещё молоко на губах не обсохло. Малявка! Да, что ты вообще понимаешь в баскетболе? Решила, что обладаешь каким-то талантом? Не льсти себе! Прежде, чем тренировать кого-то нужно и самой хотя бы немного играть на площадке, чтобы понять принцип этой игры. А, ты даже ни разу мячик в руках не держала. Как, такая, как ты, может создать хорошего игрока? Тецуя знает толк в таких вещах, потому что она часто наблюдает за людьми. Она замечает даже самые мельчайшие изменения вокруг. Не забывай, эта девушка – дважды чемпионка! У неё на груди шесть золотых медалей, шесть кубков. Ни у кого из ПЧ нету такого количества наград. У неё больше всех, даже больше, чем у меня - её капитана. А сколько медалей у тебя? Хотя нет, надо задать вопрос по-другому: что ты вообще умеешь делать в баскетболе? Какую награду выиграла ты? Может быть, ты принесла команде кубок? Или может быть медаль? Ааа, наверное грамоту?! - Акаши явно издевался над девушкой, когда перечислял всё это. Ведь все прекрасно знают, что тренер команды Сейрин никогда не играла в баскетбол. Да уж, так тонко унижать человека мог только Сейджуро, – Не думай, что можешь сравниться с ней! – зло добавил он, - И, если она говорит тебе прыгать, то ты должна лишь спросить, как высоко. 

- Да-да, Куро-чин даже Ака-чину помогала в средней школе, – согласился Ацуши, – Они частенько вместе обсуждали программу наших тренировок, - Рико лишь молча опустила голову, а Кагами так вообще не подавал признаков жизни, лёжа на снегу. 

- Ладно, мы с ними ещё после успеем разобраться, – протянул Акаши и вот тут на него кинули взгляды абсолютно все, даже полуживой ас Сейрин. Неужели ещё не всё? – Шинтаро уже сыграл с вами. Теперь очередь остальных. Уверен, для настоящих чемпионов вновь обыграть Поколение Чудес не составит труда, – съязвил он и злорадно усмехнулся.

- Да~а, думаю академия Тоо будет счастлива сыграть с вами. На следующей недели, как раз устроим дружеский матч, – с наигранной задумчивостью пропел Дайки. Он уже предвкушал занятную игру против неудачников и то, как он разобьёт их с ещё большим разгромным счётом, чем Мидорима сегодня.

- А у вас со школой Кайдзё изначально была запланирована игра. Будет невежливо отказаться, – поддержал друга Рёта и гаденько добавил, – Мы следующие. 

- В Йосен, уверен, тоже найдётся время для того, чтобы провести этот матч, – поддержал Мурасакибара.

- Ну и я тоже с вами сыграю. Не отставать же мне от коллектива. Старшая Ракузан с радостью сыграет пару тройку матчей с вашей школой, – злорадно добавил Акаши, при этом смотря на бледнеющие лица Рико и Тайги, – Как насчёт следующей пятницы? 

- Вы же справитесь, правда?!! – спросили они все вместе, при этом каждый из них улыбался так, будто играй не играй, но всё равно разница в счёте будет огромной. Их глаза горели азартом в предвкушении занятной охоты. Они были похожи на голодных, кровожадных койотов, которые обнаружили свою жертву и уже подкрадываются к ней в надежде убить. 

- Н-нет, не стоит, – стала отнекиваться Рико. Будто ей сегодняшнего позора не хватило. 

- Ну, что вы, не отказывайтесь. Мы все отложим свои дела ради встречи с вами, – коварство и жажда победы буквально лились через край из рта капитана ПЧ. В эту минуту Рико и Тайга поняли, что хотят они этого или нет, но они будут играть. Выбора у них теперь нету. Эти парни их из под земли достанут. 

- Л-ладно, – от бессилия согласилась Рико. 

- Вот и отлично! – притворно радостно завопил Акаши, – Ну, а теперь проваливайте отсюда, – тембр его голоса моментально поменялся. Теперь он стал каким-то замогильным. Не прошло и минуты, когда Рико с ковыляющим под руку Тайгой смылись с линии горизонта. 

- Блин, жаль, что я ещё раз не врезал этому уроду, – зло сказал Дайки и сжал кулаки. 

- Ладно, убогих не бьют, Дайки, – созлорадничал Сейджуро и улыбнулся, – Сейчас главное поговорить с Тецу. 

- Да, где Курокочии? – опять заныл блондин, за что схлопотал очередную порцию люлей от тяжёлого форварда Тоо, – Ай, больно~о же! 

- Ака-чин, ты знаешь, где Куро-чин?

- Нет. Я же уже сказал, что она на мои звонки не отвечает.

- А ты, Ацушичии? Ты с ней говорил? Знаешь, где она? 

- Неа, – коротко ответил двухметровый ребёнок.

- А ты, Шинтаро, знаешь что-нибудь? – спросил Дайки снайпера. Того аж передёрнуло и он скосил свой взгляд. Этого никто не заметил, кроме Масаоми. Ну, и что сказать? Соврать? 

- Нет, я ничего не знаю.

“Странно, но почему-то я абсолютно не чувствую своей вины. Думаю, Куроко и сама бы не захотела, чтобы они увидели её в таком виде.” 

- Акаши, ты конечно извини, но мне всё-таки пора, – Мидорима мечтал только об одном – побыстрее добраться до больницы и увидеть Тецу. У него было нехорошее предчувствие. 

- Не~ет!! – загудел Рёта, – Почему ты уходишь, Мидоримочии? Мы ведь впервые за долгое время собрались все вместе.

- Кисе, если тебе нечем заняться, то мне есть чем, – грубо огрызнулся снайпер. Ему была явно не до гулянок со старыми приятелями. 

Масаоми прищурил взгляд. Он явно что-то заподозрил, но Шинтаро этого не заметил. Он слишком сильно спешил. Попрощавшись со всеми из ПЧ, а так же с Масаоми-саном, Мидорима на всех парах помчался на остановку. Дайки даже и не до конца понял, когда это он успел так быстро смыться. Ближайший поезд придёт через несколько минут. Он буквально залетел в вагон и двери тут же закрылись. 

“Фух, ели успел.”

Пока Шинтаро ехал в Синдзюку, он постоянно набирал номер отца, но тот продолжал ему не отвечать. Беспокойство лишь усилилось. 

“Может, что-то случилось?”

Из-за волнения он сидел, как на иголках, то рукой начинал трясти, то на время в мобильнике посматривал. Почему-то именно сейчас стрелки часов передвигались непозволительно медленно. Выпрыгнув из поезда, он сел на такси, при этом не заходя в Метрополь. Ему хотелось, как можно скорее увидеть Куроко. 

Когда он уже вошёл в больницу и направлялся к отделению реанимации, где она и лежала, то медперсонал частенько поглядывал на зеленоглазого парня. Ему не особо понравилось такое внимание. 

“Почему медсёстры, как только наши взгляды пересекаются, они незамедлительно отворачивается и опускают головы? Неужели… что-то с Тецу!?”

Мидорима ускорил шаг, а после перешёл на бег. Его сердце в очередной раз было готово выпрыгнуть из груди. Он мчался к палате, где лежала его старая подруга, при этом снося всё на своём пути. Беспокойство лишь возрастало. Уже подбегая к палате, он заметил, что возле неё стоит его отец и двое других врачей. Они что-то обсуждают между собой.

- Папа? – спросил запыхавшийся Мидорима. Рей тут же обернулся. Другие двое мужчин сразу же ушли, оставляя отца с сыном наедине, – Что случилось? Почему ты тут стоишь? Как Тецу?

- Сынок, у Тецу опять был приступ. У неё остановилось сердце, – рассказал всё, как на духу. От такой новости Мидорима резко стал серьёзным. Его вновь начало трясти. В который это уже раз? – Но не волнуйся, с ней теперь всё хорошо. Мы сумели её реанимировать. Ей сняли кардиостимулятор, и сейчас её сердце работает само, без аппарата. Это хорошо, – от одних только этих слов на лице Шинтаро засияла улыбка. Врачи успели её спасти и ей лучше – две хорошие вести.

- Ей, правда, лучше? – решил переспросить снайпер, будто не веря своему счастью. 

- Да, показатели намного лучше, чем при поступлении в госпиталь. Её сердце уже может работать самостоятельно – это значительное улучшение. С дыханием пока проблемы, но при хорошем лечении мы и с этой проблемой справимся. Сейчас самое главное это то, что впервые за эту неделю у твоей подруги появилась положительная динамика в лечении, – Рей и сам не удержался от улыбки. Он так же, как и сам Шинтаро, был рад тому, что шансы на выживание у его пациентки увеличиваются. 

- Слава Богу! – на выдохе облегчённо прокричал парень в очках и, рухнув на ближайший стул, закрыл лицо руками. Он плакал, но только на этот раз это были слёзы радости. Для него каждый, даже самый минимальный процент выживания для Тецу был, как манна небесная. Её сердце бьётся само и теперь у неё больше не будет припадков. Да он был готов отплясывать сальсу прямо в коридоре больницы, – Спасибо… спасибо… спасибо отец.

- Ну, что ты? Теперь лечение пойдёт лучше, но это не значит, что угроза миновала. Не забывай, она всё ещё по-прежнему в коме и выйдет она из неё или нет, я не знаю.

- Я понимаю. Но сейчас для меня это не важно, – решил пооткровенничать Мидорима. Он вытер слезинки со своих щёк и искренне улыбнулся своему отцу. Тот даже удивился такой перемене в эмоциях сына, – Я прекрасно знаю, что она не выйдет из комы мгновенно. Зато теперь её хотя бы не будет трясти и ей станет намного лучше. 

- Да, сын мой, ей значительно лучше, – Рей обнял своего сына и прижал к себе, - Хочешь к ней пройти?

- Да… да хочу, – Мидорима тут же встрепенулся и резко встал со стула. Он вошёл в палату, ну и Рей не стал его останавливать. Пусть порадуется мальчик. Он это заслужил. 

Шинтаро, как всегда сел на своё прежнее место рядом с ней и вновь сжал её руку. Теперь она не такая холодная, как прежде и цвет лица стал немного лучше. В палате больше нету прибора контролирующего её сердцебиение – эти маленькие изменения вызвали бурю радости у почти отчаявшегося парня. 

- Куроко, я вернулся, – он всё по-прежнему улыбался, – Я вернулся к тебе с победой. Я победил Сейрин и теперь тебе не о чем волноваться. Я отомстил за тебя, и ребята из ПЧ тоже так просто этого не оставят. Кагами Тайга ещё не раз пожалеет о том, что ударил тебя тогда. Счёт был огромным. Отрыв был в 116 очков. Надеюсь, ты так же, как и я радуешься сейчас. Всё так, как я и говорил – я одержал победу на площадке, а ты поборола смерть тут, в больнице. Мы сегодня оба молодцы, правда? Папа сказал, что тебе намного лучше. Ты только просыпайся скорее, мы вместе пойдём на матч, посмотрим, как играют команды. Ты ведь так любишь баскетбол, – он рассказывал ей о повседневных, обыденных вещах, да о чём-угодно. Мидорима верил, что она обязательно услышит его, – Через день состоятся похороны твоих родителей. Я знаю, тебе будет больно, когда ты узнаешь об их смерти. Мои родители занимаются подготовкой к погребению. Мама заказала кучу цветов, а папа обзвонил всех их знакомых, так что на похороны придёт много народу. Думаю, тебе станет легче от мысли, что о них помнят и уважают. Некоторые даже из других стран собираются приехать. Ты представляешь? Я и подумать не мог, что твоя бабушка живёт в Финляндии. Мы с родителями, разумеется, не сказали им о тебе. Мы держим в тайне твоё состояние. “Она в депрессии от потери родителей и не хочет никого видеть” - вот, что мы говорим им. Они понимают и не задают лишних вопросов. Тебе несколько раз звонил семейный адвокат, говорил о каком-то завещании, которое написал твой отец. С ним говорили мои родители, пытались объяснить ситуацию, но он лишь сказал, что завещание прочтёт только в твоём присутствии. Таков закон, – он говорил ей всё это с грустным выражением лица, будто бы мысленно разделял боль девушки, совсем недавно потерявшей родню, – Но ты не переживай. Мой отец поговорит с этим адвокатом после похорон, попытается решить эту проблему. Может быть, он войдёт в твоё положение и отложит прочтение последней воли твоего отца на потом, когда ты уже поправишься. Я надеюсь на это. 

Мидорима любил просто так сидеть и разговаривать со своей подругой. И сейчас он был готов говорить с ней аж до самого вечера, всё равно он будет тут ночевать, однако вошедший в палату Масаоми-сан резко поменял его планы на этот вечер. 

Шинтаро очень удивился, увидев отца его бывшего капитана здесь. Он тут же поднялся со стула, но ладонь Тецу не отпустил, после чего серьёзным голосом спросил, – Акаши-сан? Что вы тут делаете? Кто вас впустил в палату?

- Хех, Шинтаро-кун, неужели ты думаешь, что меня хоть кто-то в состоянии остановить? – с насмешкой в голосе спросил вошедший мужчина лет тридцати. Он по-прежнему был одет в деловой костюм, как и на матче, – Ты вёл себя подозрительно после матча и я решил…

- Проследить за мной? – в голосе Мидоримы невольно прозвучали злые нотки.

- Ну, почему же так грубо? Скорее… узнать правду, – он хотел поправдоподобнее подобрать нужные слова, но как это не назови, он всё равно следил за ним, – Я не настолько туп, как мой избалованный сын и я сразу понял, что ты сказал неправду, когда у тебя спросили о местонахождении Куроко Тецуи, – взгляд Масаоми упал на “спящую” на койке девушку. Она выглядела не лучшим образом, но, если бы он видел её в момент поступления в больницу, то сейчас бы она показалась ему супер-моделью в бикини, – Что с ней?

- Она в коме, – резко ответил Мидорима. Чё уж теперь скрывать. Тут хочешь не хочешь, будешь вынужден сказать правду. 

Масаоми ничего не сказал. Да и что тут скажешь? Никакие слова не помогут, чтобы описать эту ситуацию. Стоило ему только рот открыть, как Мидорима, увидев это, резко его перебил.

- Прошу, давайте не здесь, Акаши-сан. Она…, - Шинтаро нежно провёл тыльной стороной ладони по щеке голубоволосой, - …Она может услышать. Не хочу, чтобы она нервничала. Давайте выйдем в коридор, там и поговорим, – не сказав больше не слова, он нехотя отпустил руку своей подруги и вышел из палаты. Масаоми не отводил взгляда от девушки, но после тоже ушёл, при этом закрыв за собой дверь. 

- А теперь объясни мне, как такое случилось? Ведь совсем недавно она была в порядке, – Масаоми требовал ответа. 

- Она пыталась покончить с собой. Наглоталась таблеток. Её ели откачали, – Мидорима сказал всё, как есть. Уж кому-кому, но врать Акаши старшему не стоило. Он это знал ещё со средней школы. Когда они командой приезжали в поместье семьи Акаши на летние тренировки, то порой он встречал его. Характер у него был будь-здоров, ещё похлеще, чем у его сына, – Мой отец пытается спасти её, но из комы она так и не вышла, – Масаоми сидел на диване возле палаты, где лежала Тецуя и о чём-то думал, а напротив него стоял Мидорима со сложенными у груди руками. Он поднял свои карие глаза на паренька с зелёными волосами и продолжил внимательно его слушать, – Поверьте, сейчас её состояние намного лучше, чем раньше. Когда она только сюда поступила, было вообще худо. Постоянные припадки, она бредила, несколько раз останавливалось сердце. Даже сейчас она не в состоянии самостоятельно дышать. Ей в этом помогают трубки у неё во рту. Всего несколько часов назад у неё вновь был припадок - сердце остановилось, но после ей стало лучше, даже от кардиостимулятора отключили. Ей постоянно колют лекарства, пытаясь безрезультатно вывести из “сна”, но пока…

- Не получается, – завершил фразу напротив сидящий мужчина, – Она сделала это из-за своих родителей?

- А, вы откуда знаете? Вы в курсе, что они погибли? 

- Куроко Шон был моим партнёром по бизнесу. Неудивительно, что я знаю о его смерти, – пояснил тот.

- Нет. Она сделала это не из-за смерти родителей. Они погибли уже после того, как она впала в кому. 

- Сколько? - спросил Масаоми, но, увидев непонимающий взгляд парня напротив, пояснил вопрос, – Сколько она уже в таком состоянии?

- Уже неделя прошла. 

- Ладно, словами горю не поможешь. Я поговорю с её лечащим врачом. Насколько я понял это твой отец. Спрошу, может быть ей нужны какие-то дорогостоящие лекарства или оборудование? Я всё достану.

- Нет-нет, мой отец справляется. Это хорошая больница. Тут о ней отлично заботятся, и я за ней всё время присматриваю. Мои родители занялись похоронами родителей Тецу. Они назначены на послезавтра в четыре часа дня. Если хотите, приходите. Я тоже пойду на кладбище вместо Куроко. 

- Да, конечно. Я обязательно приду. Спасибо, что заботишься о ней, – Мидорима удивился тому, что Масаоми вообще его поблагодарил. Да и разве есть за что? Он и сам для Тецуи не чужой человек. А вот, почему Акаши старший так о ней печётся это ещё большой вопрос. 

- Ну, что вы, мы ведь с ней друзья. Мне только в радость заботиться о ней. Однако, простите конечно, но… почему вы так интересуетесь Тецу? Она вам откровенно никто. Вы видели её всего пару раз, – Мидорима вдруг резко осмелел, но не задать этот вопрос он просто не мог. 

- Ну~у, скажем так, мне не всё равно, – завуалировано ответил Масаоми, явно не желая отвечать прямо. Ушёл от ответа, гад! – Не бойся ты так, я не причиню ей вреда.

- Я надеюсь на это, – коротко ответил Шинтаро, подозрительным взглядом осматривая с ног до головы мужчину напротив, – Могу я вас кое о чём попросить? Могли бы вы…

- Мог бы я не говорить ничего своему сыну? 

- Да, – утвердительно покачал головой очкарик, – Пусть для начала Тецуя поправится, встанет на ноги, а там уже пусть сама решает, стоит ли кому-либо говорить правду или нет. 

- Ладно, – быстрый ответ мужчины вывел Мидориму из колеи, от чего Масаоми аж рассмеялся, – Ха-ха, думал, что я откажу? И при первой же возможности разболтаю всё Сейджуро?

- Ну, в общем-то, да.

- Мой сын ещё ребёнок. У него детство в одном месте играет. Даже, если бы я ему и сказал, он вряд ли бы смог понять её. Тецуя потеряла родителей и смысл жизни. Мой сын не в состоянии понять какого это лишиться всего. Этот мальчишка вообще мало, что видит, кроме себя самого. Он слишком туп и избалован, хоть и пытается выглядеть гением, на самом же деле он не понимает элементарных вещей. Да~а уж, всё-таки я что-то упустил в его воспитании, – от слов Масаоми у Мидоримы задёргался глаз. Кто бы мог подумать, что он такой человек?