Часть 4 - Обещание.

Обычное утро. Снова настойчивые лучики солнца греют женскую кожу и снова лень подниматься с кровати. Но работа ждёт, как и подруга, с которой Юджи каждый день, кроме выходных, встречается на перекрестке.

— Доброе утро, маньячка, — радостно приветствует Юджи девушку, что уткнулась в экран телефона. Любопытство берёт верх, ведь подруга никак не реагирует. Кан тянется лицом к лицу подруги, выглядывая из-за её плеча, чтобы посмотреть, чем же таким увлечена Даён.

«Давай попробуем жить вместе», — короткое предложение, которое красуется среди миллионов сердечек на фоне.

— О-у, — протягивает Юджи, не скрывая лисьей улыбки. «Неужели они «созрели»?» — чуть ли не хихикая, радуется Кан. Но подруга не кажется счастливой, скорее, она озадачена таким поворотом событий. — Ну ты чего? — мягко толкает её в бок Кан, пытаясь хоть немного растормошить. Глаза Ким поднимаются к спокойному, но немного вопросительному лицу Юджи. В уголках глаз появились блестящие капельки, по которым Юджи понимает, что скоро начнётся потоп. «Вот так доброе утро», — немного паникует девушка, ведь нужно предотвратить назревающую катастрофу, а ещё на работу не опоздать, да и свои вопросы, касаемые мистики, видимо, придётся придержать. Найдя взглядом где присесть, Юджи быстро хватает подругу под руку, уводя подальше от прохожих. Высокий каменный бордюр, сокрытый от палящего солнца широким деревом, идеально подходил, чтобы поговорить с Даён. Сжав ладонями лицо подруги, так что та стала похожа на утку, Юджи грозно сощурилась, предупреждая, что не отпустит, пока та не успокоится. Конечно, вместо слез, посыпались возмущения в сторону Юджи о том какая она злая подруга, но всё это было сказано лишь от обиды, что «маленькой» девочке не дали пореветь.

— У меня теперь щёки до обеда красными будут, — рассматривая себя в зеркальце, недовольно бурчала Даён, на что Юджи лишь коротко, но довольно хмыкнула. «Катастрофа предотвращена», — спокойно выдыхала она. — Не собиралась я плакать, — грозно стрельнув глазками в подругу, утвердительно высказалась Ким.

— Ага, верю, — с сарказмом закивала Юджи, переводя на девушку чистый и невинный взгляд, на что та ещё сильнее надулась. — Лучше расскажи, что у вас случилось, из-за чего ты сама не своя? — уже более строго произнесла Кан. Кому как не ей замечать эти странности в поведении подруги. — Говори, — понизив тон, скомандовала Юджи, пристально наблюдая, как Даён замялась. «Что-то точно её волнует. Что ты скрываешь, глупышка?»

Волноваться за Ким было в порядке вещей, она тихая и очень чувствительная, оттого её настроение и скачет, словно катаешься на качелях. Даён может обидеться, но через минуту будет громко смеяться, понимая, что причина была глупой; может разрыдаться, если увидит, как мама наказывает своего ребёнка, а может закрыться в себе, что хуже всего.

Был как-то один случай, когда её сильно задирали в школе, Юджи тогда сама долго отсутствовала из-за проблем со здоровьем, а защитить тихоню Даён было некому. Им тогда было по пятнадцать, вроде уже не маленькие и могли за себя постоять, но Даён слишком близко всё воспринимала и не могла ответить на грубость сверстников. Тогда она начала пропускать школу, прячась на детской площадке. Ким много плакала, но домой всегда приходила с улыбкой. В итоге настал день, когда она сломалась. Люди могут быть жестокими. Несколько человек из класса случайно встретили одноклассницу, решив тоже прогулять занятия. Они насмехались, окружив беззащитную Даён, говорили слова, что больно ранили, заставляя слёзы литься быстрее обычного. Она не выдержала, убежала и не вернулась домой. Сначала подумали, что она пошла навестить Юджи, но когда услышали отрицательный ответ, стали сильно волноваться. Сутки — этого мало для поисков, но много для морально разбитого ребёнка.

Тогда, Юджи, как и брат Даён, искала её по всем возможным местам, и была счастлива, когда удалось найти «беглянку». Заплаканная девочка с грязными, взъерошенными волосами сидела на ступеньках возле магазина. Она заблудилась, от страха и боли не смогла попросить помощи, поэтому бродила по улицам, стирая с лица горькие слезы, пока не устала, теперь уже физически. Именно в тот день Юджи скрепила их дружбу обещанием всегда быть вместе. Крепкие объятия, слова утешения и немного ругательств, за то, что та сбежала от подруги. «Мы всегда будем вместе, обещаю», — уверенно, не терпя отрицаний и не подвергая слова сомнениям, произнесла Юджи, получая в ответ быстрые положительные кивки головой от всё ещё плачущей девочки.

— Ну и? — грозно сощурилась Юджи, придвигая лицо к подруге, что теперь уже нервно перебирала края юбки. — Поругались? Он тебя обижает? Мне ему устроить взбучку?

— Нет-нет, — быстро и напугано затрясла руками Даён, поворачиваясь к Кан. — Он тут ни при чём, — опустив голову вниз, тихо произнесла девушка.

— Даён, не заставляй применять силу, лучше сознавайся сразу, — предупреждающе произнесла Юджи, понемногу теряя терпение: времени то мало, на работу надо, а подруга всё никак не сознается в причине своего поведения, а стоит дать поблажку, как потом проблем не оберёшься. Знает она Даён, эта мышка ещё навыдумывает чего, а потом убеждай её в обратном.

— У меня в квартире бардак, месячные пошли, а он хочет именно ко мне переехать, потому что моя квартира ближе к работе. А что если разочаруется? Что если захочет «большего», а я не смогу позволить, потому что не могу в «эти» дни? — выпалила Даён, делая действительно грустное и встревоженное лицо. «Ну пипец, я её сейчас придушу», — Кан хочется и смеяться и плакать от услышанных слов. «Успокойся Юджи, у неё месячные, это, конечно же, всё объясняет...» — девушка выдохнула, пытаясь сдержать гнев. Нелепые причины, а тут чуть ли не конец света — вот что значит чувствительная натура. И ведь Кан знает об этой неисправимой стороне и, вроде как, смирилась, но почему-то каждый раз готова отшлепать свою подругу, прочистить мозги и поставить туда новые, без всего этого бреда. Ещё раз прокрутив слова Даён в своей голове, Юджи уже пытается не засмеяться, дабы не обидеть подругу.

— Ну ты и чудо, — сквозь сдерживаемый смех, что выглядит словно покашливание, Юджи мягко гладит подругу по голове. — Давай так, я сегодня отработаю за двоих, а ты, — она делает акцент, указывая на Даён пальцем, — пойдёшь готовиться к переезду. И никакой паники, всё будет хорошо, — тепло улыбается Кан, после чего чувствует, как подруга расслабляется. — И не стесняйся говорить своему парню о предпочтениях, иначе об этом скажу я, — грозно добавила Юджи, вгоняя Даён в краску.

— Ничего не говори, — обиженно фыркнула подруга, подскакивая с места. Кан прищурилась, хитро приподнимая правый уголок. «Посмотрим на твоё поведение», — мысленно произнесла Юджи.

— Дуй домой, — кивнула Кан в сторону дороги, заставляя девушку поспешить.

— Спасибо, Юджи, — смущенная, но счастливая сказала напоследок Даён, после чего смешалась с толпой прохожих.

— Ах... и когда она уже повзрослеет? — с заботливой улыбкой выдохнула девушка. — Сегодня пятница, и о чём я только думала, отпуская её домой? — обреченно закрыла глаза Юджи, понимая на какой ад самолично подписалась. Она поднялась с насиженного места и, посмотрев на часы, с ужасом поняла, что времени до открытия почти не осталось. «Ад начинается сейчас», — сказала себе девушка, срываясь с места, словно в школе бежит стометровку.

***

— Сил моих больше нет, — развалившись на полу в танцевальном зале, Юджин чуть прикрывает глаза, положив на них руку. Утомительный день выжал все соки из девушки, что даже любимые танцы и призывающая к действиям музыка не в силах поднять её на ноги.

Четвертая песня подряд остаётся без внимания, без внимания девушки. Чонгук снова появился, но на этот раз он умолчал о своём присутствии. У него был небольшой порыв подшутить, сказать что-нибудь громкое, чтобы девушка подскочила с места, но этот порыв быстро испарился. Она так спокойно лежала на полу, что не хотелось её тревожить. Грудь плавно поднималась и опускалась от ровного дыхания. Светлые волосы играли медными бликами, там, где свет падал под определённым углом.

Юджи отчего-то глубоко выдыхает, а Чонгук напрягается, не зная, что за этим последует. Девушка поворачивает голову набок, но руку с глаз не убирает. Удача сегодня на стороне парня, теперь Чон может разглядеть её лицо. Прямые губы слегка приоткрыты, а на немного вздернутом носике видна маленькая точка, напоминающая родинку. Приятные минуты, казалось, длились вечность, но и они имеют свойство заканчиваться. Кан убирает руку и, когда открывает глаза, в шоке смотрит на неловко улыбающегося парня. Она резко присаживается на полу, всё также оставаясь к нему лицом, он тоже сидит, хотя и не сознается как долго.

— Подсматривал? — недоверчиво щурится Юджи, скрывая радость от встречи. На этот раз они увиделись на следующий день, и это не могло не греть душу.

— Нет, не мешал отдыхать, — по-своему поясняет Чонгук, хотя в действительности именно что подсматривал. Сложно было устоять перед тем, что так легко «попало в руки».

— Хм... какие мы культурные, — хитро протянула девушка, приподнимая уголки губ. Парень пожал плечами, будто это была похвала, а не легкое осуждение.

— Тяжелый день? — неожиданно поинтересовался Чонгук, демонстрируя свою заинтересованность к жизни Кан. А ей приятно, что он интересуется, приятно, что смотрит на неё.

— Можно и так сказать, — выдыхает Юджи и, подперев рукой щеку, внимательно оглядывает Чона. О проблемах подруги она, конечно, не расскажет, а вот немного о личной жизни — может поведать. — На работе не хватало рук, приходилось работать за двоих, — мягко улыбается девушка, ловя внимательные взгляды со стороны зеркала. «И правда заинтересован», — подмечает Юджи. — От массажа бы сейчас точно не отказалась, — Кан чуть поднимает по очереди плечи, выравнивая спину.

— Это можно устроить, — улыбается Чон, разминая пальцы рук, сцепив их в замок.

— Ха, ну если ты умеешь делать массаж взглядом, то я только «за», — засмеялась девушка, но через секунду притихла. — Вчера я пыталась найти похожие случаи, — серьёзно начала она, поднимая расстроенный взгляд к Чонгуку. — Ничего нет, — поджимает губы, ведь это расстраивает. — Может, всё действительно не правда, может, ты не настоящий? — задаёт она вопросы и чувствует, что ей самой не нравится такой расклад: он огорчает её.

— Я — живой, такой же, как и ты, человек, — немного хмуро отвечает Чонгук. Она задела его словами, неосознанно уколола, хотя и не собиралась. Он это понимает, понимает, но не желает признавать, что девушка, о которой постоянно думает, считает его игрой воображения.

— Хотела бы я в это верить, — грустно усмехается Юджи, поднимаясь с места. Чонгук тоже встаёт, при этом, не переставая хмуриться, хотя никогда не любил этого. Девушка отворачивается, начинает собирать вещи. Она не знает, что сказать, не знает, где искать ответ, а ему кажется, что она сбегает. Чон делает шаг и тянет руку вперёд, соприкасаясь с холодным зеркалом.

— Я же говорил, что настоящий, — улыбается парень, встречаясь с шокированным женским взглядом. Он радуется, потому что оказался рядом, хотя и сам не верил, что такое возможно. Юджи слышит его голос без помех, чувствует, как он дышит и не может отвести глаз. — Моё предложение о массаже всё ещё в силе, — продолжает улыбаться Чон, а девушка нервно хихикает, растягивая губы в странной улыбке, потому что Чонгук действительно рядом. Парень из зеркала сейчас стоит напротив неё.