Глава 28. Обман (часть первая)

Говорят, чужая душа - потемки. Не все стремятся показать свою боль, свои переживания и чувства. Все два месяца проведенные с Матвеем, я была настолько ослеплена своим счастьем, что не замечала внутреннюю борьбу моего любимого. Он улыбался мне, он целовал меня и нежно прикасался, говорил слова, о которых я давно мечтала. Только сейчас я понимаю, что счастье с ровне яркой вспышке света: оно лишает тебя видения истинной картины происходящего. Я не видела, нет, не побоюсь этого слова, я не чувствовала, что он скрывает от меня что-то. Я была абсолютно спокойна, ведь мы так долго ждали нашего воссоединения. На этот раз он не может меня обмануть, просто не должен. Я отгоняла от себя всякую мысль, что хоть как-то заставляла меня сомневаться в Матвее. Но порой, как бы ты не старался бежать от правды, она все равно, рано или поздно, тебя настигнет.

Этот день был схож со всеми предыдущими, проведенными вместе со Струновым, ничего примечательного или странного на первый взгляд. Я, как всегда, пархала в своих мечтах о нашем совместном прекрасном будущем, готовя завтрак своему любимому. Накрыв на стол, я решила позвонить родителям, чтобы договориться сегодня забрать Софи. Сняв трубку стационарного телефона, я услышала, что Матвей с кем-то разговаривает и уже намеревалась сбросить вызов, но тут послышался знакомый женский голос.

- Если ты не сможешь завтра, тогда давай сегодня? - спросила Стася, а у меня от неожиданности дыхание перехватило, - Ты же знаешь, как мне тебя не хватает.

- Хорошо, сегодня..., - ответил он, а я, не дослушав его до конца, положила трубку на место.

Мне не верилось, что то, что сейчас происходит - это правда. Это сон, ужасный сон, и если я себя сейчас ущипну побольнее, то, наверняка, проснусь.

Но, к сожалению, все это происходит на яву. Похоже, мое сердце вновь ошиблось, поверив Матвею.

Вытерев слезы, я сделала несколько глубоких вдохов-выдохов и сосчитала до десяти и обратно. Только бы не разреветься! Нельзя, ни в коем случае нельзя сейчас показывать свою слабость.

Чтобы хоть как то отвлечься, я продолжила готовить завтрак, нарезая овощи на салат.

Матвей с невозмутимым видом вышел из комнаты и, словно ни в чем не бывая, едва улыбнулся мне.

- С добрым утром, - сказал он.

Мне же не особо хотелось ему отвечать. Разве что сковородкой в него кинуть.

- С добрым, - тихо ответила я.

Показное спокойствие мне давалось с трудом. Мне хотелось кричать, бить посуду и реветь взахлёб от этого чувства несправедливости и жуткой обиды. Но вместо этого я всё так же спокойно шинковала огурец и натянуто улыбалась.

- Что-то случилось? - поинтересовался Струнов, явно заметив мое недовольство.

- С чего ты взял? Все в порядке.

"Ни черта не в порядке! Ты сволочь, Матвей! Бессердечная сволочь! Я ненавижу тебя!"

- Ты какая-то задумчивая и грустная.

- Да сон глупый снился, наверняка, из-за него у меня такой дурной вид.

Матвей встал из-за стола и подошел ко мне.

- Расскажи, возможно у меня получится тебя успокоить.

Он приобнял меня за плечи, а мой внутренний голос истерически кричал "Убери руки, предатель!"

- Да все в порядке, я уже успокоилась.

Я постаралась как можно более правдоподобно ему улыбнуться. На самом же деле меня изнутри словно по маленьким кусочкам рвали.

В эту минуту для себя я решила, что должна увидеть своими глазами его предательство, чтобы на этот раз у меня к нему окончательно все чувства оборвались. Чтобы ни единой надежды не осталось на то, что можно вернуть все назад.

Пока Матвей завтракал, я не умолкала: рассказывала ему первые всплывшие в памяти анекдоты и еще кучу всякой чуши, он воодушевленно слушал и подшучивал в ответ. Со стороны никто бы и никогда не догадался, что мы сейчас находимся за шаг до расставания.

После завтрака Струнов ушел переодеваться, а я, воспользовавшись моментом, позвонила Даше.

- Мамаева! Ты нужна мне срочно! Сейчас прям!

- Лисонька, - послышался громкий зевок, - я еще сплю, давай потом.

- Только попробуй сейчас сбросить трубку, и я не поленюсь и приеду к тебе, чтобы окатить тебя холодной водой!

- Ну чего ты такая злая, Белова? Что за ЧП у тебя произошло?

- Струнов мне изменяет, - прошипела я в мобильный словно змея.

- Знаешь, сейчас слишком раннее время для шуток.

- Мне разреветься нужно, чтобы ты поверила? Просыпайся уже и мигом езжай до меня!

- Черт, Белова! Если ты меня разводишь, ей Богу, я убью тебя! Жди, через минут двадцать буду.

Пока Матвей собирался на работу, а я находилась в ожидании Мамаевой, время, казалось, вообще прекратило свой ход. Не смотря на то, что я безумно боялась увидеть Матвея со Стасей, мне хотелось как можно скорее со всем этим покончить. Как только его измена подтвердится, этот человек навсегда для меня умрет.

Стоило Матвею покинуть нашу квартиру, как я тут же подлетела к мобильнику и набрала номер Даши.

- Где ты? - я буквально пропищала этот вопрос.

- Около твоего дома, смотрю как отъезжает Матвей.

- Сиди там, я сейчас спущусь.

В машину к Мамаевой я бежала одетая в свою домашнюю одежду, а именно в коротких пижамных шортах, украшенных понизу кружевом и белом топике. Второпях я даже переобуться забыла, поэтому на ногах у меня красовались розовые зайки-тапочки.

- Едем за ним, - выпалила я, запрыгнув на переднее сидение.

- Одеться не судьба было?

Подруга осмотрела меня с головы до ног, и промямлив себе что-то вроде "да уж", начала наше слежение за Матвеем.

Вид у меня действительно был тот еще: торчащие в разные стороны волосы, собранные в пучок, бешеный взгляд и ужасный прикид. По дороге я постаралась ввести в курс происходящего Мамаеву, на что она, отвлекаясь от дороги, покрутила возле виска, решив, что я чокнулась.

Где живет Стася, я даже представления не имею, именно поэтому у меня началась самая что ни на есть истерика, когда в потоке машин мы чуть не потеряли Струнова.

Ехать вслед за Матвеем нам пришлось довольно таки долго. И чем дольше мы ехали, тем сильнее меня трясло. Я до дрожи в коленях боялась увидеть его с этой ненавистной мне Стасей. Я с ума схожу от чувств к нему, и, наверняка, умру, если увижу его предательство.

Даша же всё это время оставалась невозмутимой, даже музыку включила и начала подпевать какой-то малоизвестной певице.

- Меня убивает твое спокойствие, - не выдержала я.

- А зачем паниковать? - подруга прекратила петь и обратила внимание на меня, - я уверена, что Струнов тебе не изменяет.

- Откуда такая уверенность в нем? - удивилась я.

- Да потому что он тебя любит. А когда любят - не предают. Я, конечно, не очень долюбливаю Матвея, но нужно отдать ему должное, он ведь по тебе еще с самой школы с ума сходит. И теперь, когда он, спустя столько лет, горя и пройденных ошибок, всё разрушит из-за какой-то там Стаси, которую сам же и бросил? Пф, - она недовольно фыркнула, - да быть такого не может!

Я замолчала, анализируя слова Даши, а она, сделав радио погромче, продолжила подпевать песням.

Когда Матвей заехал во двор, мы припарковали свою машину за углом cерого, совершенно невзрачного серого дома, чтобы он нас не заметил.

- Дай свои очки, - попросила я Мамаеву.

- Ты правда думаешь, что при помощи очков ты привлечешь к своей персоне меньше внимания? - с усмешкой ответила Даша, еще раз посмотрев на мой "наряд".

- Ты права, к черту очки!

Я вышла из машины и, прячась за массивными деревьями, проследила, в какой именно подъезд зашел Струнов. Еще одна неприятность, о которой я не подумала, когда решила следить за своим любимым, это домофон. Но на мое счастье из подъезда вышел мальчишка лет восьми с щенком. Забежав внутрь, я растерялась, не зная, куда мне теперь податься. Вот я в подъезде его любовницы, а дальше что? Куда идти? В какой они квартире?

Не придумав ничего лучше я постучалась в квартиру под номером пять, находящуюся на втором этаже. Дверь мне открыла пожилая женщина, чьи седые волосы были накручены на бигуди. Про себя я отметила, что этот момент похож на юмористическую сцену из какого-то популярного ситкома.

- Что вам надо? - недовольно спросила бабулька, опередив меня с вопросом.

- Здавствуйте, - начала я, придумывая на ходу, чтобы ей сказать, - дело в том, что я совсем недавно переехала в этот дом к своей подруге. Со мной приключилась неприятная история, я вышла вынести мусор,

и совершенно забыла номер ее квартиры.

- На каком хоть этаже квартира находится?

- На пятом вроде, - ответила я первое, что в голову пришло, - мою подругу зовут Стася, светловолосая молоденькая девушка.

- А эта что ли! - по лицу бабули я поняла, что она не в восторге от моей так называемой "подруги", - двадцать первая квартира, седьмой этаж. Запиши себе что-ли где-нибудь. Такая молодая, а памяти совсем нет, - она осуждающе помотала головой.

- Спасибо, спасибо вам большое!

Стоя в лифте и поднимаясь на седьмой этаж, я заметила, что чем ближе я к нужному этажу, тем ниже опускается мое сердце. Меня всю трясло. И я не знаю от чего больше: от холода или от страха.

Оказавшись перед той самой заветной дверью под номером двадцать один, меня посетила мысль "может да ну это все, вернусь домой и спокойно поговорю с Матвеем?", но тут же подключился какой-то внутренний дьявольский голос, который убедительно так прошептал "Правда не терпит ожиданий! Вперед!"

Все дальнейшее со мной происходило как в кино. Я словно покинула свое тело и наблюдала за всем со стороны. Мой палец едва касается звонка, пара секунд длиной в несколько жизней, открывается дверь и я вижу удивленный, измученный взгляд Матвея и стоявшую позади него белокурую красавицу Стасю в полупрозрачном халатике. Вот, оказывается, какая самая страшная смерть для человека - душевная.

Какие же пламенные речи я заготовила, пока ехала в машине с Дашей, сколько же всего сказать хотела этому предателю, а что по факту получается? Молчу... молчу, потому что нечего больше сказать, потому что нет слов нужных. Потому что в повисшей между нами тишине итак чувствуется моя боль.

- Лиса...

До меня доносился голос Матвея, но я практически не слышала его, словно уши заложило. Я молча развернулась, и, пошатываясь, направилась в сторону лестничной площадки. Струнов поймал меня, когда я чуть не упала с лестницы.