Глава 3. Макс Картер

Нос щекочет резкий запах резины и химической свежести вымытого пола. Тишину нарушает только тяжёлое дыхание. Парень стоит у стойки со штангой, собранный, каждый мускул — наготове. Пальцы скользят по холодному металлу. Взгляд устремлён вперёд.Он поднимает штангу на выдохе. Руки дрожат от резкой нагрузки. Без лишних раздумий делает повтор, за ним — второй, третий. Не считая. Дыхание становится слегка неровным, словно раздражение сбивает идеальную технику. Грудные мышцы напрягаются, заставляя невольно сжать зубы. Он не жалеет сил — только подъём, дыхание, снова подъём. Пот стекает по спине, ткань майки неприятно липнет к телу. Из глотки вырывается низкий рык, короткий и злой. Штанга возвращается на стойку. Макс отходит, подавляя в себе желание устроить здесь погром.Беспорядок вокруг отлично сочетался бы с тем, что у него в голове. Он зажмурился до цветных пятен перед глазами, прогоняя воспоминания, засевшие в голове — её испуганное лицо, её взгляд, как она сидела с опущенными плечами, и эта мёртвая тишина."Всё хорошо. Я с тобой...", — он говорил так тихо, был так близко к ней."Дыши...", — так легко касался, будто мог сломать. Он просто хотел вырвать её из того состояния, привести в чувство. Не только чтобы начать совместную работу, достаточно было просто находиться рядом.Старший ребёнок Картеров знал, как вести себя в таких ситуациях. Неосознанная помощь была выверена паническими атаками младшего брата, заземлять которого приходилось не раз. В какой-то момент состояние Криса стало пугать даже родителей, после чего они смягчились по отношению к сыну. Хватку пришлось ослабить. Хрупкая детская психика не выдерживала постоянного напряжения и давления буквально с рождения. Маленький Кристиан ещё не успел проникнуться философией семьи Картеров и не понимал, почему от него столько требуют. Быть лучшим во всём? Превосходить своих сверстников? Стать на голову выше всех детей в их окружении? Список задач оказался слишком большим. Он не справлялся.

А Макс справлялся. Ему приходилось быть сильным. В нём видели наследника — и это было самым важным для семьи. Когда-нибудь отец передаст ему управление бизнесом, а до тех пор нужно готовиться к этому и соответствовать. Образование? Лучшее. Связи? Одобренные и непременно лучшие. Внешний вид? Лучший.Лучший. Во всём.Привычка истязать своё тело в спортивном зале закрепилась как раз в ходе формирования из своего тела идеала. Максу и самому нравилось быть в хорошей форме, нагружать себя, заниматься для здоровья. Нравилось любоваться собой, когда мышцы особенно выступали под блестящей от пота разгорячённой кожей в зеркалах зала. Но сейчас он избегал встречаться с собой взглядом. Смотрел куда угодно — на стены, на потолок... Лишь бы не на себя.Встречаться с собственным отражением не хотелось. Он любил себя — возможно, не принимал полностью, но определённо точно любил. Так же, как и родители. Они любили сына, как часть своей семьи, признавали его заслуги, вкладывались не только из будущих выгод, а и потому, что искренне хотели для детей лучшего. Но Макс никогда не чувствовал той самой безусловной родительской любви, когда тебя любят просто за то, что ты есть. Когда ты можешь быть любым, и тебе достаточно просто быть. То, что он  сам чувствовал, думая о брате. Любить идеальных детей было не сложно.Это же относилось и к Крису — мальчик мог не хотеть учиться, но был способным в спорте. Макс даже не испытывал ревности или какой-то конкуренции за родительское внимание, когда родился младший. Не устраивал сцен — наоборот: почувствовал облегчение, что второму ребёнку не придётся пройти тем же путём. Конечно, на Кристиана возглагали большие надежды, но наследник у семьи Картеров уже был.Первый сын превзошёл ожидания. Макс с детства понимал, чего от него хотят. Он был умён не по годам и столь же серьёзен. Может, это генетика сыграла свою роль, но манеры и умение держаться в обществе ему давались так же легко, как любые детские развлечения. Максимилиан Картер был из тех ребят, что хороши во всём. Поступление в престижный университет для него даже не было особенно важным пунктом или достижением, как для многих других.Всего лишь очередной шаг навстречу глобальной цели. Один из многих. Потому что это был его уровень. Недостижимый для других. Потому что Макс привык всегда выкладываться на полную и показывать лучший результат, такой, который был достоин его, и никогда не довольствовался малым. Быть не самым лучшим было попросту недопустимо.

Однако, идеальным он тоже не был, иногда позволяя себе лишнего. Например, помогать Оливии в уязвимом положении. Точнее... Просто помочь было нормальным, но он сделал больше, чем было нужно. Девушка казалось такой хрупкой, такой... живой. Как будто с неё спали разом все маски, которые до этого видел Макс. В тот момент она не была ни язвительной, ни заносчивой, ни какой-либо ещё. Сознание в секунду переключилось на знакомый сценарий, где он заботливый, спокойный и внушающий доверие вместе с верой в лучшее. Выработанный рефлекс. Пусть не считает ничем таким. Тем более, помощь не могла не расположить Оливию, добавляя в её глазах очков благородства.Она будет благодарна. И, быть может, более уступчива. Перестанет так много спорить из-за неловкости и начнёт выполнять его поручения охотнее. Такое только играло на руку и делало работу над проектом легче. Ведь некоторые жизненные уроки, которые превращаются в принципы, люди получают ещё в детстве, и один из таких принципов Макса гласил: "хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам". Сам себя не подведёшь, а если и допустишь ошибку, ответственность будет на тебе.

Всегда полагаться исключительно на себя — второе правило Макса Картера, не подводившее его ни разу. На данный момент он не мог точно оценить уровень своей напарницы, но и риски были лишними. За его справедливость в глазах обычной студентки он не беспокоился, а вот за успеваемость — очень даже. Держать планку для себя и для других было первостепенной задачей.

И работу с ним любой должен был считать благословением, люди потенциально ниже в рейтинге и подавно. Если бы распределение студентов не было случайным, Макс выбрал бы в пару кого-нибудь из своих друзей. Острый на язык и сходу читающий людей Адам подошёл бы идеально. А таким, как она, пришлось бы искать другую компанию. Менее... престижную. Не все студенты его ранга хотели работать с обычными ребятами, и их можно было понять — поступление в крутой университет не гарантировало склонность к определённым предметам и умение подстроиться под те стандарты, с которыми ежедневно сталкивались они.

Даже в студенческом обществе, куда каждый попал своим упорным трудом и выделяющимися знаниями, все не могли быть равны. Макс и Оливия были из разных миров, и ей придётся доказать слишком многое, чтобы находиться хоть немного ближе к его уровню. Уровню, который выделяет его и среди умнейших наследников влиятельных семей. И который постоянно растёт.