Глава 7.

Ребята засели за вычисление новых координат, толком не смыв с себя песок и морскую воду.Новые упражнения в математике и географии протекали не в пример более бурно. Забини отличался взрывным характером и бритвенно-острым умением говорить гадости под руку, при этом старательно отлынивал от всех поручений.В итоге, разозленный Гарри усадил Блейза учить таблицу наизусть.

Но результаты все равно выходили неверными, даже после того, как Забини умолк и не сбивал с мысли. Координаты указывали то на морскую впадину, то в географический центр пустыни Сахара. Все ругались, в возмущении комкали листы с расчетами, кричали друг на друга и на Блейза, удивлявшегося — почему, по их мнению, там никак не может оказаться спрятанного клада?

— Завтра уже Афины. А мы так и не решили, где копать, — огорченно протянула Джин.— Знаешь, — хмыкнул Дадли, — если пират закопал свои сокровища в Греции, то он дурак и так ему и надо.— Поясни, — невнятно пробормотал Гарри, показывая, что все-таки прислушивается к беседе, а не только грызет карандаш и ползает по карте.— А чего пояснять? Там знаешь сколько археологических музеев и всяких раскопок? Там каждый день, наверное, что-то отрывают-зарывают, отрывают-зарывают… И опять, и опять. Даже если там зарыли какой-то сундук, его давно выкопали археологи и разложили в витрине музея. Как Индиана Джонс. Тыщ-тыщ-тыщ!— О! А пошли в кино? — оживилась Джин, которой до чертиков надоела математика.— Пошли, — поддержал Блейз, он не знал, что такое кино, но точно помнил кое-что связанное с ним, — а зайдем перед кино к игровым автоматам? Мне Гарри говорил, что маглы всегда так делают. Я маму попросил галлеоны на фунты поменять.

***

Миссис Забини испытала понятное раздражение, когда сын попросил обменять двадцать галлеонов на маггловские бумажки.И еще большее, когда тот удивился, что галлеон, оказывается, стоит дороже фунта стерлингов.

С этим необходимо было срочно что-то делать.Пару дней подумав, списавшись с родственником своего первого мужа и сделав несколько заказов, миссис Забини с присущей ей непринужденностью напросилась на вечерний чай к чете маглов-воспитателей Поттера.

Провожая очаровательную миссис, Дурсли с легким удивлением поняли, что отпустили мальчиков на весь завтрашний день на экскурсию в сопровождении семьи Забини, согласились, что дома им пора срочно проводить каминную сеть и даже изъявили готовность как можно скорее купить Гарри Поттеру волшебную сову, чтобы тот не испытывал трудностей, если захочет написать такому замечательному мальчику, как Блейз.

Маглу-подружку миссис Забини никуда приглашать не планировала. Но была достаточно мудрой женщиной, чтобы не заявлять об этом сыну и его друзьям прямым текстом. Просто матушка Джин встретила, наконец-то, своего «толстосума мечты», за которым и устремилась в этот дорогой для маглы-продавщицы косметики круиз. Почтенный джентльмен пригласил «своих дам» на «увлекательную прогулку» по Афинам, и у девочки не осталось ни шанса улизнуть куда-то с приятелями. Ее нарядили в розовое кружевное платьице, прикололи шиньоны-локоны и страшным шепотом мотивировали на сверх-приличное поведение. Потому что «ты не имеешь права портить матери личную жизнь! Я же для обеих стараюсь!»Угроза была устранена. Всего-то пара конфундусов.

Завершающим штрихом ее идеально выверенного плана были две чудесные мантии от Т&Т, которые она отправила Гарри и его маглокровному кузену, чтобы на прогулке они не шокировали окружающих магов своими нелепыми нарядами. К мантиям прилагалась записка, что это просто маленький безобидный подарок на Дни рождения мальчиков от совершенно не разбирающейся в магловских игрушках женщины.Как и предполагалось, подарки не вернули, а на прогулку к назначенному времени мальчики пришли в одежде, достойной порядочного мага.

***

— Дядя Блейза сейчас работает. Мы не станем его отвлекать, начнем день с похода в зоопарк, — покровительственно улыбнулась женщина.В зоопарк они переместились прямо из каюты — портключом. Ох, и мерзкое ощущение! Хоть Гарри и Дадли предупредили, что будет неприятно, к такой гадости они оказались не готовы. Впечатление немножко скрасили магические вкусняшки, которые с сочувствием протянул им сотрудник зоопарка.Конфеты были кисленькие — самое то, после путешествия портключом. А через минуту, к огромной радости мальчишек, сладость еще и икнулась им разноцветными пузырями, вылетавшими с каждым словом изо рта еще примерно пять минут.

А в зоопарке — мама дорогая! В смысле, тетя Петуния! Кого и чего там только не было!

Там даже смотрители были такие, что на них невозможно было не таращиться!Кентавры-ученые, сфинксы-сторожа, вейлы-экскурсоводы! Это было невероятно! Оживали все эти истории про Геракла, которые рассказывал им папа у костра!

Памятник Фалько Эсалону — первому известному анимагу, тоже, почему-то, стоял в зоопарке.

Дадли был в восторге от щеночков-церберов, Гарри сожалел, что нельзя вывозить из страны змеек-оккамий, несущих серебряные яйца, Блейз жалел, что сфинкс не позволил нацедить крови у Рэ-эма — гигантского быка с золотистой шкурой (экскурсовод сказала, что выпив этой крови можно стать невероятно сильным).

Мальчишки не успевали щелкать затворами фотоаппаратов. Дядя Вернон специально купил в магазинчике лайнера для Дадли и Гарри полароиды и несколько сменных кассет (Дурсли, конечно же, взяли в путешествие хороший пленочный фотоаппарат, но пленки из магического мира категорически невозможно было бы отдать куда-то в проявку и печать).

К обеду, когда солнце начало припекать, минуя даже охлаждающие чары, наложенные на ткань мантий еще в ателье, дядюшка Блейза наконец-то освободился.Это был красивый, статный мужчина с белозубой улыбкой, вьющимися черными волосами, шалым взглядом черных, похожих на маслины, глаз и широким захватом загребущих волосатых рук. Первым делом он облапил невестку, расцеловал в обе щеки, оглашая сонные, залитые солнцем холмы, громким смехом человека, абсолютно довольного жизнью. Потом ухватил Блейза, притиснул к себе, отстранил, разглядел внимательно и довольно: «Вырос, вырос», — подбросил его в воздух, словно пятилетку, поймал и развернулся к гостям. Гарри испуганно попятился, вытаращив глаза, как маленький совенок — вдруг и его сейчас обнимут, притиснут к белой ткани дядюшкиного одеяния, или вообще — подбросят в небо и не поймают?

Но дядя только широким жестом пригласил гостей в дом.

Вилла была невероятной. Мрамор, колонны, много воздуха и света… Какие-то тряпки, которые шевелит сквозняк… Очень красиво. И очень подходит к этому громкому, солнечному дядюшке.— Мистер Забини…— Марчелло, мой друг! Мои гости называют меня только так, если не хотят меня обидеть. Ты же не хочешь? А? — и хозяин дома остановился, пристально уставившись на мальчика.— Нет, что вы, что вы? — струхнул Дадли.— То-то! А у меня еще гости сегодня! Богатый день! Завираксис заглянул. Помнишь его, Изабелла?— Старый плут! Приволок тебе новую птичку?— Ха-ха-ха! — гулко рассмеялся мужчина и неожиданно взмахом палочки закрыл дверь прямо перед носом идущей впереди всех Изабеллы Забини. — Раз уж ты напомнила, не пойдем к столу, пока не покажу мальчишкам птичек. А потом уж и кушать! Я решил!

И они пошли в другую сторону. В маленький внутренний дворик, засаженный деревцами и увешанный птичьими клетками.Казалось, птицы повсюду. Они летали свободно или тоскливо взирали из-за прутьев решетки. Клевали зерно, пели или только раскрывали рот под наложенным на них заклятием немоты.

— Смотрите, жемчужина моя! — необыкновенно ласково пророкотал Марчелло и снял шелковую накидку, укрывающую одну из клеток.Внутри оказалась крошечная птичка, пузатенькая, с длинным тонким клювом и блестящими алыми глазками.

— Сниджет! Тебя посадят!— Спокойно, невестка! Все учтено!— Ты про фвуперов мне то же самое рассказывал!— Так и не посадили!— А почему те птички молчат? — спросил Дадли. Блейз не успел вовремя наступить ему на ногу.

Марчелло Забини, тренер квиддичной сборной Греции и фанатично обожающий все, что имеет крылья, разразился пространной одой прекрасным птичкам фвуперам, которых запрещают держать честным магам злые чиновники. А ведь не так уж и вредно их пение для психики волшебника!

— Да, особенно ярко это доказал Урик Странный, который явился на слушание по делу птичек в Совет совершенно голым, с дохлым барсуком на голове, — хмыкнула миссис Забини.— Продолжим беседу за столом, — широко улыбнулся Марчелло.

«Стол» был необычным. Очень необычным.Взять хотя бы то, что вокруг него стояли кровати!

На одной из кроватей возлежал седой старик, приветливо качнувший в их сторону чашей с вином.Гостям предложили выбрать себе ложе по усмотрению.Пытаясь хоть как-то пристроить локти и колени, чтобы было удобно брать еду с тарелок, Гарри непрерывно шипел что-то ругательное про этикет и его важность в жизни воспитанного мальчика. К такому их с Дадли миссис Стоун не готовила!

— Локти не клади на стол! Локти не клади на стол! — кривился он. Взрослые только хихикали, не делая попыток подсказать.

По крайней мере за едой тянуться не приходилось. Достаточно было ткнуть пальцем в понравившееся блюдо, и порция тут же перелетала на тарелку.Марчелло и вовсе ленился — еда прыгала ему сразу в рот. Но так соусом пачкались щеки и одежда, и Гарри не решился попробовать.Дадли бы плюнул на одежду и щеки, но он не знал, как так сделать, а спросить стеснялся.К тому же, еда… Очень уж много экзотического оказалось на столе.

Жареные улитки, какая-то штука с присосками, под названием «Хтаподи красато», наверняка магического происхождения. И много травы. Трава цикория, трава одуванчика, руккола, ботва свеклы, листовой салат…

— А у вас есть друг кентавр? — с сомнением спросил Гарри, гоняя листья одуванчика вилкой по тарелке.

Друг явно был, иначе кто еще мог научить Марчелло и его друга так дружно ржать? Они даже всхрапывали, как настоящие коняшки.

Оказалось, что зря едят лежа — после невозможно встать.А уж чтобы услышать новость, что они сейчас все переместятся на берег моря, и вовсе нужно было принять устойчивое положение.Гарри в панике подумал, что портключ он сейчас не переживет.

Заметив его состояние, миссис Забини успокоила мальчика:— Этот обжора и сам не помнит, когда последний раз перемещался при помощи портключа. Не переживай, Гарри, нас переместят домовые эльфы.

Домовики не любят показываться магам, но в этот раз им пришлось. Лопоухое, лупоглазое создание в алой тоге с золотым пояском — это вот так они выглядят? В этот раз только чуть потемнело в глазах, и вот они стоят на берегу моря. У кромки воды в свете солнца что-то сверкает и рассыпает радуги, снуют вокруг продавцы-разносчики. Гарри задержался — купил тетушке нитку коралловых бус, потому догнал всех, когда они уже о чем-то договорились с огромным греком-циклопом. Марчелло потянулся за кошельком, величественным жестом отослав в сторону тут же протянувших ему свои галлеоны мальчишек. Как хозяин, он в этот день платил за всех.

— А платформа из натурального хрусталя, прикинь, — зашептал Дадли. — Мы на нее встанем, нас накроет куполом, а платформа поедет в море. Круто, да?

Да, это было круто. Яркие рыбки, анемоны, кораллы, медузы, затонувший корабль, несколько покосившихся колонн, подземная деревенька русалоидов с русалом-пастухом и натуральными морскими коровами.

Когда они увидели впряженных в колесницу гиппокампусов, Дэ размазался по поверхности пузыря, жадно запоминая каждое движение, каждую черточку дышащих силой и мощью зверей. Часто-часто вспыхивала вспышка фотоаппарата Гарри.

Пузырь не лопнул, экскурсовод не ослеп от вспышек… может и правда, тот фуникулер сам сломался?

Выбравшись на поверхность, дядюшка Блейза пригласил всех посмотреть, где тренируются профессиональные игроки в квиддич.

До времени, Гарри и Дадли восторга приятеля не поняли.До того времени, как Марчелло поднял основной и запасной состав в воздух и потребовал «показать мальчишкам класс».

Это было… неописуемо!После того, как ловец основного состава — носатый, наголо бритый Димитрос — ухватил искорку снитча (маго-механическое подобие сниджета), в голове у Гарри и Дадли образовалась восхитительная пустота, а на язык просились только восторженные вопли: «Вау!», «Круто!», «Ну они это!», «А тут он такой!»

К предложению полетать самим мальчишки отнеслись с изрядной робостью — очень не хотелось позориться перед такой крутой командой. Но миссис Забини подталкивала незаметно в спину, команда подбадривала дружелюбными выкриками, а Марчелло уже выбирал метлы.

Так и получилось, что первый урок полетов у Гарри и Дадли состоялся на настоящем стадионе настоящей квиддичной команды.Потом игроки заперли бладжеры под замок и немножко поиграли в квиддич с детьми тренера. Гарри умудрился поймать снитч — сам не понял как — и под восторженный рев игроков двое охотников пронесли его по кругу стадиона на плечах.Разумеется, Дадли не смог промолчать:— Просто ты как нюхлер. Понравилась блестящая штучка, ты за ней и рванул. Ничего особенного.— Завидуй молча.— Очень надо! — обменявшись тычками, кузены поспешили к миссис Забини. Пора было возвращаться на корабль.

Телепорт! И кто придумал такую гадость?!Этот изобретатель куда хуже грека Герпия Злостного, создателя василиска и изобретателя крестражей!