Часть 11.

Есть такое растение — «Selaginella Lepidophylla» — оно может прожить целых пятьдесят лет без воды; если его полить, из засушливой травы оно превратится в прекрасное зеленое насаждение. Вот и гнездо Гарри существовало по тому же принципу — пока Хозяина не было дома, оно засохло и замерло, сберегая силы. Поттер забрался достаточно далеко. В путешествии мальчишка расчищал будущие владения, а на пути назад — наполнял их жизнью, напитывал магией, заселял мелкую живность и семена растений, способных выживать в темноте и холоде. Однако всё же думая о будущем, Гарри постарался взрастить побольше флуоресцентных грибов, дабы они освещали мрачные коридоры. Подземелья приняли весьма романтичный вид.

Все эти манипуляции высасывали из Поттера силы, а пищи было не так уж много. Конечно, дорога домой была долгой, но инстинкт Хранителя Дома, самца, не позволял оставить всё абы как. Он велел вкладывать и вкладывать. Гарри много уставал, чаще сваливался прямо на месте и засыпал. В конце концов он растерял свой человеческий вид. Магия перестала восстанавливать одежду — существо не задумывалось об этой мелочи, как о твёрдой необходимости. Старые лохмотья изжили себя и потрепались, обращаясь в пыль.

Учитывая то, что подземелья не были рассчитаны на такую огромную тушу, Гарри не разрастался до размеров, способных приносить ему неудобства в передвижении. Ранее тело представляло собой голые крепкие мышцы, что выглядело достаточно мерзко, но со временем появлялась тонкая, но очень крепкая кожа. Благодаря прозрачности, покров не мог скрыть багровых рельефных мышц, зато защищал хорошо. Внятная речь сменилась на утробные рыки; зрачки вытянулись в крестовидную форму, а сами глаза затянулись лёгкой пеленой; тело пригнулось к земле, перемещаясь на четвереньках; мощные крылья оставались сложенными, дабы не волочиться о стены.

Поттер принял свою истинную форму, но она всё равно оставалась незаконченной, пока существо не вошло в особенный период взросления, до которого осталось совсем мало времени. Организм понемногу перестраивался, активно взращивая самца. Силы множились. Сейчас мальчишка… уже даже не мальчишка, почти взрослый парень, мог не только различать какие-то оттенки в запахах людей, но и начинать чувствовать нечто большее. Не каждый подойдёт на роль самки, для этого нужен соответствующий уровень магии, гены, потенциал, да и вообще — способность пережить такое. Нигде поблизости пока такого индивидуума нет. Если он окажется рядом, Гарри почувствует сразу — в нём мгновенно произойдёт последняя перестройка, которая переключит его на режим размножения. Смена настроя будет отображаться во всём, впрочем, Поттеру это всё только предстоит.

К слову, за время, что парень провёл буквально под домом Малфоев, он успел с ним сродниться. От этого тоже многое зависит. После того, как Гарри поклялся не трогать Нарциссу, когда наладил с ней душевный контакт, дом принял гнездо существа под свою опеку, переплетаясь с ним силами. Вероятно, никто из Пожирателей ещё не догадывался о том, что подобное произошло — никаких признаков. Но теперь это давало шатену большие преимущества, а когда он обзаведётся самочкой и оставит тут своё потомство…

В общем, размеренно да неторопливо, а добрёл-таки Поттер до своего родного гнезда. Стоило существу ступить на давно необхоженную землю, приблизиться к гнезду, дотронуться до него и почувствовать отклик, как дремлющая долгое время магия бурей вырвалась наружу, сотрясая стены подземелий. Казалось, что сейчас всё просто рухнет: почва уйдёт из-под ног, каменный потолок обвалится! Гарри был истощён, ужасно голоден, поэтому, когда родная магия обволокла его — взвыл раненным зверем, да так громко, что собственные уши заложило.

Такой рёв не могли не услышать, землетрясение не могли не почувствовать. Запертые двери задрожали, замки затрещали, засовы повыскакивали. Малфой-менору не нравились некоторые Пожиратели, которые в последние дни зачастили сюда, поэтому дом сам заставил двери с грохотом открыться, предоставляя Поттеру доступ к жертвам. Запах свежей человеческой плоти затуманил рассудок, окончательно обратив парня в животное. Он больше не слышал той суматохи, что поднялась наверху, не видел ничего, кроме следов магии и ауры, которые должны были вести его. Неведомым образом нюх создания не был сосредоточен на запахах Хозяев дома, также он не был сосредоточен и на Снейпе. Менор вкупе с гнездом воздействовали на инстинкты Гарри, направляя его только на потенциальных неприятелей.

Единственное создавало препятствие — надо было выйти, показаться на свет. Гарри ещё не готов к этому, он должен быть рядом с гнездом, пока совсем не окрепнет. Впрочем, никуда уходить и не нужно было — свежее мясо само вот-вот грозило появиться в поле зрения.

— Это опасно, не приближайтесь к нему! Быстрее, пока он не выбрался — запирайте двери!

Голоса были до жути знакомые, но Гарри тут же забывал их. Сейчас его обоняние было настроено на других людей. Так много запахов вокруг… где же… где же…

— Его два года не было, никто не знал, куда он делся, а тут вернулся и теперь всех нас убьёт?!

— Сейчас не время разводить панику, главное — сдерживайте, Тёмный Лорд вас по головке не погладит, если мы его упустим!

— Если Поттер не сожрёт нас раньше!

Вот оно.

Рабастан Лестрейндж. Ещё один Лестрейндж. Гарри помнил вкус его брата, то была очень сильная магия, невероятно вкусная плоть. Воспоминания о звуке дробящихся костей заставили существо мурчать от удовольствия, броситься в один прыжок на распахивающуюся от порыва ветра и летящих заклинаний створку двери, схватить чересчур близко стоящего Пожирателя и утянуть за собой.

Крики послышались с той стороны, кто-то даже собирался проникнуть внутрь, но умные и знающие обитатели дома уже давно поняли, что это бесполезно. Тем более сейчас…

Одного тела было чертовски мало! Поттер с силой приложил Рабастана о противоположную стену, да так, что тот пробил голову об острые выступы, ничком свалившись наземь. Сейчас сил на защиту у Гарри не было, поэтому атакующие заклинания, которые летели вместе с запирающими, попадали по нему, какие-то пролетали мимо или слегка задевали. Конечно это было больно, но существо словно игнорировало и презирало саму мысль о боли.

Разумеется, после второго прыжка и попавшего прямо по крылу «Сектумсемпрой», попытка схватить ещё кого-нибудь далась нелегко. Снейп, видать, за два года-то, подготовился к атакам, поэтому бил достаточно метко, но всё равно. Гарри поневоле засветился, являя на обозрение частично свои крылья и мощные лапы, от когтей которых на мраморных полах, дверях и даже стене остались глубокие борозды. Пожирателем некогда было впадать от сего зрелища в ступор, но увиденное их впечатлило. Поттеру не хотелось совсем подставляться, поэтому, призвав на помощь магию, он заставил вырасти новые лианы плюща на месте старых, что защищали некогда проход, и вырваться наружу. Теперь Пожирателем было отбиваться сложнее, учитывая, что плющ больно обжигал своим ядом.

Ловкие жгуты следовали к целям, ориентируясь на запах. Ещё двоих вполне хватит. Уилкинса и Эйвери утащило в зловещее логово существа. Причём Уилкинса придушило на месте из-за того, что слишком сопротивлялся, а Эйвери на последнем издыхании из-за интоксикации был встречен огромной разинутой пастью монстра, который проглотил его целиком.

Заклинания летели в плющ, но тот уже потерял всякую инициативу и не стремился навредить кому-то, поэтому стебли и листья мёртвым грузом опадали на обезображенный пол. Двери захлопнулись сразу же, обрубая концы растения. Криков с той стороны слышно не было, утащенные жертвы оказались уже мертвы. Гарри первым делом набросился на Эйвери, раздирая на нём сначала силками сжавшийся плющ, а потом впиваясь когтями прямо сквозь рёбра, зажимая и разрывая тело на две части. После Уилкинса пелена сошла, возвратив Поттеру разум и заживив раны от атак, но этого всё равно было мало. Мараясь чужой кровью, Гарри с упоением проглотил сначала одну часть жертвы, затем вторую. Юного монстра после этого пронзила жуткая боль, заставляя его взвыть — долгое время без нормальной пищи сказывалось, тем более, магия Пожирателей была очень велика, поэтому не сразу поддалась. Гарри надо было чем-то унять боль, поэтому ковыляя на задних лапах и настигая тело Рабастана, Поттер просто мёртвой хваткой вцепился ему в голову, смыкая челюсти на черепе, сглатывая вытекающую кровь с мозгом. Нельзя было слишком резко набрасываться на жертв, но существо просто не могло стерпеть.

Только после того, как Поттер сожрал всех и срыгнул очередными блестяшками да масками, он пришёл в себя.

* * *

Тем временем в Хогвартсе

— Да сколько можно?! Я никак не могу понять, какого чёрта творится в Малфой-меноре! — комкая и откидывая очередное письмо от матери, где Нарцисса писала о том, что надо ещё немного потерпеть и провести лето во Франции, Драко взбесновался.

— Что, родители опять пишут, что не удастся в этом году приехать домой? — действительно беспокоясь за ситуацию своего друга, поинтересовался Блейз.

— Мне это уже надоело! В этом году я сам возьму и приеду в менор! Я хочу знать, что там происходит! Снейп вообще отказывается мне что-то говорить! Я его достал с расспросами так, что он уже неделю не появляется в школе! — буквально рыча, Драко от бессилия сжал пальцами волосы.

— Твой отец вряд ли будет в восторге от той идеи…

— Мне плевать! Я хочу знать правду, какой бы дерьмовой она ни была!

Совпадение это или нет, но отчего-то интуиция Драко насчёт того, что может поджидать его дома, была заботливо усыплена. Высшие силы — не иначе.