- МЕЖДУ НАМИ -

Гарольд

Чем хорош большой город? Так это возможностью затеряться в нём и множеством знакомых, которые всегда позволят переночевать у себя и просто пожить, пока гнев папочки сойдёт на нет. Чем ужасен маленький город? Всем! Буквально всем, куда ни глянь. Дерьмо какое-то.

Вешаю сумку на плечо, проходя мимо незнакомых людей, а они все кивают мне. К чёрту вас. Пошли на хрен. Все. Второй раз пытаюсь дозвониться Эду, чтобы хотя бы на него выплеснуть всю злость. Это ж надо! Меня выгнали из дома! Меня? Офигенного Гарри, грозу всех цыпочек и богатого парня! Джози ещё пожалеет о том, что сделала! И пофиг, что я сам ушёл и не сгладил инцидент, но она меня доконала. Как, вообще, Эд мог уживаться ней? Она же мегера психованная! Вечно дерётся...задница до сих пор болит, к слову.

Подхожу к банкомату и вставляю карточку, чтобы проверить баланс на счету Эда. Я оторвусь здесь по полной на все деньги брата, раз он даже не снял для меня нормальных наличных, оставив в дерьмовом городе с такими же истеричками. Бесит.

Так, всего каких-то три с половиной тысячи фунтов. Вот это я попал. Если учесть, что у меня ещё и наличных не больше двухсот фунтов, отвратительная одежда, украденное молочко для тела и хорошие полотенца, которые я отобрал у Джо, то месяц протяну. Снимаю все деньги и кладу их в карман джинсов. Вот теперь погуляю.

Брожу по центру города, рассматривая неприглядные магазинчики, и нет ни одного известного. Вот клянусь, даже «Зары» проклятой нет. Что уж говорить про косметические магазины, но зато нахожу аптеку. Вхожу туда и...тишина. Офигеть. Здесь хоть кто-то живёт нормальный или же всем за семьдесят?

— Добрый день, сэр. Чем могу помочь? — Оборачиваюсь на приятный нежный голос девушки и быстро оглядываю её. Шикарная цыпочка. Удивительно, что две девочки, которых я встретил, выглядят офигенно и могут легко скрасить мой досуг. Нет, Джози я вычёркиваю из списка. Она больше не будет жить в моих фантазиях, какими бы они ни были, и сколько бы я ни выпил. К чёрту, Джози или Джо. В океане пусть утопится. Мухи пусть её сожрут вместе с дерьмом. Пусть...

— Эд? Эдвард? — Шокировано шепчет цыпочка, и я моргаю, злясь, что ещё не отошёл от крика бывшего друга своего брата.

— Привет, — улыбаюсь ей.

— Боже мой. Ты так изменился. Рада тебя видеть, — темноволосая обнимает меня за шею, целуя в щёку, и я улавливаю приятный аромат духов. Она вся такая мягкая. Есть за что подержаться, что я и делаю, обхватывая её одной рукой за ягодицу, и затем шлёпаю по ней.

— Тоже рад тебе, детка. Шикарные буфера, — кажется, я переборщил. Да и ладно. Но цыпочка удивлённо смотрит на меня и сглатывает, отпуская меня и отступая на шаг.

— Эм...спасибо, — мямлит она, покрываясь краской, и, кажется, вся её белоснежная кожа теперь, как помидор. В том числе и в вырезе белой униформы фармацевта.

— Поможешь мне, детка? Мне нужен дневной и ночной крем для лица. Возраст от двадцати трёх лет. Желательно с коллагеном. И ещё маски. Знаешь, такие тканевые. И презервативы большого размера. Упаковки три на сегодня хватит. Понимаешь, о чём я? — Подмигиваю цыпочке, опуская сумку на пол.

Она ещё больше краснеет. О, чёрт, конечно, она уже готова меня вылизывать, как и остальные. Но рано ещё. Я не смогу обслужить всех, но эту определённо оставлю на десерт. Шикарные буфера, там моим бубенчикам будет очень комфортно.

— Крем и маску, да? — Заикаясь, уточняет она.

— Да. Презервативы не забудь.

— Сейчас...у нас небольшой выбор кремов. Есть только «Лореаль». Подойдёт? — Она смотрит на меня огромными карими глазами, и я готов утонуть в них. Забыться и насладиться мыслями о том, что в этой красивой головке она сейчас со мной делает.

— Вытерплю. А где здесь зависают? Точнее, где ты зависаешь обычно? — Интересуюсь я, пока девушка ищет кремы на полках.

— Эд, ты серьёзно спрашиваешь меня о том, где я зависаю или прикалываешься? — Бросает на меня озадаченный взгляд.

— Никаких приколов, детка. Хочу зависнуть с тобой. Сегодня.

— Оу, в баре. Обычно мы туда же ходим с Джо. А что, она сегодня опять до ночи работает? Твоя мать её загоняла. Не знаю, как вы терпите Нэнси. Это не женщина, а мегера какая-то.

— Правда? Такая уж и мегера?

— Прости, я не хотела тебя обидеть, Эд. Я не должна была...

— Всей окей, детка. Просто интересно знать мнение окружающих о ней. Ну так что? Она мегера? — Со смехом перебиваю её.

— Конечно. И ты так изменился, думаю, что вряд ли она тебя похвалит. Как и эти татуировки. Как ты решился? Джо тебя не прибила? Она же хотела быть первой, а ты ей не позволял.

— В топку Джо. Мне про мать интересно. Почему ты думаешь, что она меня не похвалит, когда я её одобрения совсем не жду? Мне плевать. Мне в кайф, а что до моих изменений, привыкай, детка, теперь я буду таким всегда.

Девушка закусывает полную губу и обходит меня, возвращаясь к кассе.

— А моя мать живёт там же, где и раньше? — Уточняю я.

— Да вроде как не переезжала. Или ты надеялся, что она испарится? — Усмехается цыпочка. Так, мы точно друг друга знали. То есть эта девочка очередная знакомая Эда, а он ни с одной из двоих не мутил. Идиот.

— Определённо. До сих пор надеюсь. Сколько с меня?

— Я сделаю тебе скидку...свою использую, которая для сотрудников магазина. Это сорок процентов. Тебе три маски и одну пачку с презервативами размера L?

— Детка, расслабься, я тебя не буду трахать прямо здесь, но не обещаю, что не буду трахать вообще. И мне нужны три упаковки презервативов и одна маска, — от моих слов цыпочка снова покрывается краской.

— Ты не должен так говорить, Эд. Это...вульгарно, и Джо тебя убьёт, — закатываю глаза от очередного упоминая «закадычной» подруги брата.

— Между мной и Джози ничего нет и не будет. Она не в моём вкусе. Ты раскинь мозгами, цыпа. Если бы я хотел закадрить её, то сделал бы это ещё несколько лет назад. Но не встаёт на неё, а вот на других крепнет. Понимаешь, о чём я? — Зазывно улыбаясь, облокачиваюсь о стойку.

— Я...хм, двадцать три фунта, Эд, — бормочет девчонка, складывая мои покупки в пакет.

— Держи. Сдачу оставь себе, детка. Значит, вечером в баре. Ты и я. Зависнем надолго. И я ночую у тебя. Поймала мои флюиды, детка? До встречи, — хватаю пакет и беру сумку, оставляя цыпочку стоять с открытым ртом. Так, проблема с ночлегом решена. Она точно придёт в какой-то бар, который мне следует найти заранее, ну или после. Как пойдёт.

Есть хочу. Изучаю вывески на главной, как подозреваю, улице, потому что дальше идут уже дома, откуда я и пришёл. «Пышечка». Я даже поставлю на кон всё своё состояние, которое мне достанется от отца, что это кафе моей матери и Эда. Вот зуб даю, что только они могли додуматься во время всепоглощающего тренда о здоровом питании назвать кафе именно так, чтобы туда, вообще, никто не входил. Идиоты. Тотальные придурки. Сами себя топят, но это не мои проблемы. Хоть я и не силён в точных науках, но могу прекрасно дать прогноз на будущее, точнее, на отсутствие развития места с подобным названием. При-дур-ки.

Перевожу взгляд на противоположную сторону улицы и вижу яркое и оригинальное название «Фреш». Вывеска буквально бросается в глаза, именно туда я и направляюсь. Я даже не удивляюсь тому, что здесь мало свободных мест. И снова со мной здороваются и оглядывают меня с ног до головы ошалевшими взглядами. Да, я крут. Сдохните от зависти.

Сажусь за столик и беру в руки меню, рассматривая его. Неплохо. Отличные фитнес-салаты, конечно, есть и более жирная еда вроде жаркого, потрохов и индейки под сырным соусом. Но это уже радует. Точно буду питаться только здесь.

— Эдвард Ренайс? Чёрт возьми, неужели, это ты? — Поднимаю взгляд на блондинку, похожую на куколку, и офигеваю, оттого что здесь такое нереальное скопление цыпочек. Эта уже третья. Девушка смотрит на меня пожирающим взглядом своих шикарных серых глаз и облизывает губы.

— Неужели я. Пожрать здесь можно заказать? — Откладывая меню, вытягиваю ноги и спокойно сношу похотливые мысли этой цыпочки.

— С каких пор ты ешь у конкурентов? Или пришёл, чтобы снова изучить наши ингредиенты, как и подать в суд за использование контрафактных продуктов? — Прищуривается девушка.

— Ты же видишь меня, верно? Так вот, это тело хочет нормальной еды, и я больше вам не конкурент. Я ушёл из бизнеса и отрываюсь в кайф. Теперь ты обслужишь меня, детка, можно не только глазами. Понимаешь, о чём я? — Усмехаюсь я.

— Сколько наглости ты понабрался в Париже, Эд. Но это тебе идёт, и я бы...

— Лола, прости, я отошла. Не волнуйся, такого больше...чёрт возьми, Эд? — Рядом с блондинкой появляется девушка помоложе с такими же светлыми волосами и глазами. Они явно сёстры. Тройничок. Удачно я попал.

— Иди, Кэс, я сама обслужу Эда, — Лола, как я понимаю, отмахивается от сестры, во все глаза смотрящей на меня.

— Хм, но папа...

— Свали отсюда, я сказала, — рыкает на неё та, что постарше. Да, девочки, дайте мне огня и вашу драку за меня. Привычно, но хочу поглазеть на это снова.

Вот. Это нормальная реакция на меня. А не крик Джози. Брр. Хорошо, что я ушёл. Теперь я начну отлично проводить время.

— Итак, детка, ты готова принять мой заказ на первую половину дня? — Интересуюсь я, когда младшая отходит в сторону и шепчется с другой официанткой. Конечно, обо мне. Я бог, чёрт возьми.

— А справишься с мечтами на вторую половину, Эд? — Цокает Лола.

— Ты проверь.

— С радостью бы, только не хочу получить от Джо. Она мне все волосы вырвет, а я ими горжусь.

— О, боже. Почему вы все заладили, что между мной и этой наглой истеричкой что-то есть? Расслабься, детка, я свободен. Если ты свободна, то нет проблем для хорошего и качественного вечера. Даже не одного, — закатываю глаза, снова злясь из-за того, что почему-то всё решили за Эда. А как же кодекс свободного парня? Видимо, придётся их всех этому научить.

— Вау, надо же. У кого-то яйца появились...

— Если бы ты раньше запустила свою руку мне в трусы, то поняла бы — они там с рождения.

— Я рада. Значит, ты будешь бургер или...

— Тёмный салат с редисом и индейкой. Лимонад. И стейк средней прожарки. Осилишь?

— Постараюсь угодить клиенту, — подмигивая, Лола направляется к барной стойке и передаёт мой заказ своей сестре.

Наблюдаю за ней, представляя цыпочку под собой. Жаркий будет вечерок. И это только начало.

Лола подхватывает бокал с лимонадом, точнее, два и возвращается за мой столик.

— Не против, если составлю тебе компанию, Эд?

— Нет, если ты расскажешь мне, где я могу зависнуть сегодня. Хочу оторваться.

— Зависнуть? Ты? — Недоверчиво переспрашивает Лола.

— Ага. Я. Может быть, и тебя прихвачу.

— Боже, Эд, — девушка смеётся, откидывая назад, действительно, роскошную копну волос.

— Этому в Париже научили?

— При рождении, но я предпочитал практиковаться в одиночестве, пока мне не стукнуло двадцать пять. Теперь я весь ваш. Разбирайте и не смущайтесь.

— Господи, Эдвард, кто бы мог подумать. Ты всегда меня презирал, а сейчас так открыто намекаешь на секс?

— Защитная реакция против цыпочек. Ты же понимаешь, я один, а вас много, и все хотят меня. Я хранил себя для одной. Особенной. Точнее, я бы хотел похоронить свой член в ней так глубоко, насколько она позволит. Поймала мою мысль? — Понижая голос, придвигаюсь ближе к девушке, снова смеющейся из-за моих слов.

Мой брат — баран. Делаю официальное заявление. Каким нужно быть дебилом, чтобы разжиреть и сторониться таких красоток? Тупой баран. Точка.

— Нэнси тебя уже видела? — Интересуется Лола, когда нам приносят два салата, выбранных мной.

— Нет ещё. Отодвигаю встречу с мегерой, — цокаю я.

— Так, значит, Джо тебя выгнала? Ты с сумкой или только вернулся?

— Я ушёл сам. Меня задолбала Джо и её нравоучения. В принципе, я давно это планировал, поэтому думал, что она сама поймёт — наша дружба себя исчерпала. Да и дружбы между парнем и девушкой не бывает. Кто-то кого-то хочет. И здесь уж точно запал был не на моей стороне. Джо была вечно недовольна тем, что я стал собой без этой ужасной и гадкой выпечки, которой они кормили меня. Знаешь, Париж мне открыл глаза, и я рад, что вернулся сюда, чтобы показать всем, кто такой Эдвард Ренайс, — отвечаю ей, запихивая в рот салат.

— Правильно сделал. Ваша пекарня давно уже требует закрытия. Вы банкроты, но Нэнси даже слышать не хочет о том, чтобы продать это место нам. Мы предлагаем хорошие деньги за кафе, тем более город будет расширяться в этом году. Рядом строят новый завод, и надо думать о будущем. Да и Джо заигралась. Она всегда носилась за тобой, как хвостик, а ты поощрял это. Ты верно поступил. Она тебе прохода не давала. Затыкала тебя, но ты обрёл голос. Поздравляю, Эд, ты, действительно, стал мужчиной, — Лола поднимает бокал, и я чокаюсь с ней.

— А сколько вы предлагаете за кафе? — Интересуюсь я.

— Мой отец готов заплатить триста тысяч фунтов. Для нашего городка это более чем хорошая цена. Ни один банк ссуду вам не даёт и не даст, потому что вы гибнете. Джо год назад предлагала отличную концепцию нового ресторана. И как видишь, она работает, — Лола окидывает взглядом ресторанчик.

— То есть, Джо продала вашей семье свою бизнес-идею? — Уточняю я.

— Ага, после того как Нэнси развопилась, как больная, и чуть не выгнала Джо из вашей помойки. Уж прости...

— Всё нормально. Это дерьмо, я знаю. Но она не говорила мне об этом, — хмурюсь я. Вот и подруга. Круто Эд пригрел на груди змею, которая пошла к конкурентам и продалась за бумажки. Вот это верность. Обидно за брата.

— Конечно, не говорила. А на что ты думаешь она живёт этот год? На наши деньги. Мы отвалили ей сорок три тысячи.

— Ни хрена себе. Офигеть, Джо, вот ты ж сука, — шиплю я.

— Но твоя мать отвергла её идею, Эд. В защиту Джо скажу: она пыталась поднять ваш бизнес, ведь работала там с четырнадцати лет, окончила хороший университет и вернулась с идеями, чтобы помочь вам.

— Разве друзья так поступают? Вы наши конкуренты, верно? А она припёрлась к вам и отдала себя, как шлюха. Это не по-братски, понимаешь, о чём я? Да я бы убил за такое своего друга, если бы он предал меня и за моей спиной начал проворачивать всякие махинации. Так бизнес не делают. Это предательство, детка. Грёбаное, мать его, предательство. Вот пусть сама объясняется с матерью, и та её вышвырнет. Но меня всё же волнует другое. Сейчас твой отец готов купить землю? К примеру, за полмиллиона?

— Я могу поговорить с ним и обсудить это. Земля — это выгодное вложение.

— Но земля с жирными булочками — это кощунственное отношение к фигуре и здоровью. Я многое увидел в Париже, и там даже любовь к мучному сошла практически на нет. Все сейчас интересуются вот такими местами, где можно хорошо поесть и при этом сохранить форму. Долголетие приветствуется, а особенно, когда ты красавчик.

— Значит, ты готов продать землю нам, ведь ты наследник этого кафе, насколько я знаю, но твоя мать запрещала тебе даже думать об этом.

— Сделай мне выгодное предложение, от которого я не захочу отказываться, детка, — подмигиваю Лоле, довольно улыбающейся мне.

Так-так, выходит, мой брат не просто слюнтяй, он абсолютная тряпка, и я сделаю его богатым. Очень богатым. Я собрал достаточно информации, чтобы познакомиться с мамочкой, которую так боялся Эд, только меня напугать сложно, и я начну собственную войну за право на нормальную жизнь для брата. Он будет у меня в долгу пожизненно. Ну и, конечно, утру нос Джози.