Bon voyage!

На следующий день Хосок сдержал своё обещание помочь найти Люн — отследить место нахождения девушки удалось по номеру её телефона. Хосок явно не хотел вдаваться в подробности, как ему удалось это сделать, и лишь бросил что-то туманное и неоднозначное про неких знакомых «орлов», которые ему в этом помогли. Откуда у Хосока взялись такие знакомые, оставалось только догадываться, но главное — дело было сделано.

Когда Чонгук узнал, где в данный момент находилась Люн, он сперва удивился и даже подумал, что «орлы» Хосока явно что-то перепутали. Каким это образом Люн могла неожиданно оказаться в Риме, в Италии? С таким же успехом Чимин мог быть не в Пусане, а где-нибудь в Гондурасе. Однако ответ на этот вопрос был найден быстро, когда Чонгук вспомнил про свадьбу Джихена и про то, что Люн упоминала, что брат женится где-то за границей.

На самом деле, получив эту информацию, Чонгук совсем не знал, что с ней делать. По крайней мере до того момента, пока на адрес их общежития не пришло срочное заказное письмо на имя Чонгука.

Разрывая конверт, парень ожидал увидеть внутри что угодно, но только не украшенную витиеватыми узорами нежно-розовую картонку, на которой золотыми буквами было выгравировано следующее:

О Джихен и Пак Еми приглашаютЧон Чонгукана церемонию их бракосочетания, которая состоится 5/05/18в Риме (Италия), в 12:00 по местному времени

Ниже также значилось место проведения церемонии, а под ним стояли витиеватые подписи жениха и невесты.

Чонгук по очереди рассмотрел приложенные к приглашению билеты на самолёт в бизнес-класс, а также распечатки брони в каком-то отеле. Наличие всего этого вызвало в Чонгуке массу вопросов, пока он не додумался перевернуть приглашение и не прочитал нацарапанное от руки короткое сообщение:

Она скучает.

И тогда Чонгук понял, что ему нужно делать.

Наверное, никто никогда не удивлял Бан Шихека так, как это сделал Чонгук, когда в шесть часов вечера, насквозь промокший из-за дождя на улице, ввалился в кабинет директора с просьбой отпустить его через неделю на два дня в Италию на свадьбу друга. И ещё более удивительным оказался тот факт, что Шихек, терпеливо выслушав сбивчивый рассказ макнэ, выдал в ответ на это следующее:

— Это... очень неожиданная просьба, — заметил он. — К тому же совсем скоро мы улетаем в Америку для камбэка. — Он поднёс ближе к глазам бумажный календарь, который стоял на столе рядом с компьютером. — Когда, говоришь, свадьба?

— В субботу, пятого.

Бан Шихек цокнул языком.

— Значит, всего через четыре дня... — задумчиво протянул он. — Нужно будет позвонить кое-кому, чтобы ускорить получение шенгенской визы в Италию — кажется, у меня был один знакомый в посольстве... — дельно начал размышлять директор, попутно делая заметки в компьютере. — ...Так, если девяносто дней... то примерно три месяца, тогда это будет... август, да, тогда будем оформлять для тура...

Мужчина полностью ушёл в свои расчеты, словно бы даже позабыв о Чонгуке.

— Так мне... можно? — решил уточнить макнэ.

— Будем считать, что это в качестве вознаграждения за твой танец, — подмигнул Шихек. — Так что ты можешь поехать на свадьбу.

Чонгук был настолько рад, что с трудом удержался от желания триумфально вскинуть в воздух кулак.

— Спасибо! — искренне и с чувством поблагодарил Шихека парень.

Мужчина кивнул.

— Мы постараемся собрать тебе все нужные документы для визы — если что, я напишу, чего не хватает, — сказал директор, продолжая печатать на клавиатуре. — Кстати, чья свадьба-то?

— Друга, — повторил Чонгук. — Его зовут О Джихен.

Бан Шихек даже оторвался от созерцания монитора компьютера и удивлённо посмотрел на Чонгука.

— О Джихен? — переспросил он. — Бейсболист?

Чонгук кивнул.

Шихек ещё какое-то время внимательно смотрел на Чонгука, словно пытался что-то причитать на его лице, — макнэ даже немного смутился под этим взглядом.

— Тогда желаю отлично провести время, — улыбнулся наконец директор. — Держи телефон поблизости — я позвоню.

Чонгук кивнул и поднялся со стула. Перед выходом он счёл своим долгом ещё несколько раз поблагодарить Шихека, пока последний не лишился терпения и не выпроводил его. И когда Гук наконец вышел из кабинета, на его лице сияла лукавая и счастливая улыбка.

В кои-то веки он был почти уверен, что делает всё правильно.

***

Связями Шихека и небольшим денежным пожертвованием, виза в Италию для Чонгука была готова уже к вечеру следующего дня. Это значило, что до свадьбы оставалось всего лишь три, и чем ближе был день отлёта, тем сильнее сгорал от нетерпения макнэ. Однако всё-таки определённая нервозность в поведении парня ощущалась остальными мемберами: то он неожиданно впадёт в задумчивость, что его никакими силами не дозовёшься; то вдруг наоборот, начнёт слишком активно участвовать в разговоре; вдруг ни с того ни с чего гаркнет на Тэхена, а потом резко начнёт признаваться всем подряд в любви — в общем, настроение у кого-то скакало так ещё.

— Странно: свадьба начинается только в 12:00 пятого мая, а вылетать приходится аж в четыре ночи — что мне столько времени делать в отеле? — как-то раз поинтересовался Чонгук накануне отлёта, складывая свои немногочисленный пожитки в чемодан.

Хосок, который в это время пробивал для макнэ адрес и печатал карту, чтобы тот не заблудился и без происшествий добрался до места назначения, многозначительно переглянулся с Намджуном, который помогал Чонгуку наводить порядок в комнате.

— Что я такого сказал? — не понял макнэ, проследив за этими гляделками.

— Ты знаешь, где находится Италия? — поинтересовался Намджун, вешая на плечики одну из рубашек Чонгука.

— В Европе, — ответил оскорблённый парень.

— А где находится Европа? — спросил Хосок под гудение принтера.

— В Европе, — повторил макнэ и, напрягая свои скудные географические познания, добавил: — Рядом с Россией.

Намджун покачал головой.

— Важно то, что Европа, и конкретно Италия, находится на другой части материка, — просветил он. — И лететь тебе туда минимум часов двенадцать.

— Двенадцать часов, пятьдесят шесть минут, — уточнил Хосок, рассматривая лежащие на столе макнэ билеты на самолёт и загранпаспорт.

— А учитывая, что разница во времени между нами и Римом семь часов, то ты приземлишься в десять утра по местному, — продолжил Намджун.

— Без четырёх десять, — поправил его Хосок — Намджун закатил глаза.

— В общем, — не обращая внимания на слова Джей-Хоупа, продолжил Джун, — постарайся выспаться в самолёте, потому что времени в отеле не будет — ты только быстро переоденешься в смокинг и вызовешь такси. — В это время лидер придирчиво рассматривал выходные костюмы в шкафу макнэ. — Серый или чёрный? — Он достал две вешалки и продемонстрировал их макнэ.

— Чёрный, — быстро ответил Гук.

— Чёрный всегда самый стильный, — согласился с ним Хоуп, одобряя выбор друга в пользу чёрного смокинга.

Таким образом Чонгук с посильной помощью хёнов собирался на свои весьма непродолжительные каникулы в Италию. И хотя вылет был запланирован глубокой ночью, парни всё равно всем скопом решили ехать провожать макнэ — даже Юнги, первый в очереди свалиться спать в первую же свободную секунду, не стал ничего говорить или возражать, а молча загрузился в автомобиль, предоставленный агентством, следом за Тэхеном. И, честно говоря, трезвые размышления наводили Чонгука на мысль о том, что будь он один — он бы явно мог привлечь к себе намного меньше внимания. Но, во-первых, он делал ставку на то, что сейчас ночь: возможно, люди будет менее внимательными и не заметят знакомые лица с плакатов на улицах, — а во-вторых... ну, Чонгук не так чтобы очень часто отправлялся куда-то один без своей пёстрой и разношёрстной команды. На самом деле он не помнил, чтобы вообще когда-нибудь путешествовали без них... но, в общем-то, не суть. Они захотели — он был не против. Всем хорошо.

Прощаться Чонгуку и его команде пришлось около стойки регистрации: менеджер, который летел вместе с Чонгуком (он должен был обеспечивать безопасность макнэ в аэропорту по отлёту и прилёту туда и обратно), напомнил, что лучше их шёстерке (Чимин всё так же был в Пусане) как можно скорее разделиться, чтобы они с Чонгуком могли слиться с толпой. По этой причине парни прощались уже сейчас.

И естественно, прощание в тесном кругу BTS никак не могло быть нормальным априори.

— Наш птенчик вылетает из гнезда! — Джин сделал вид, что смахивает с глаз непрошеные слёзы.

— А я помню, как ещё совсем недавно менял ему подгузники, — подключился Хосок.

— А я помню, как его подкинули в пелёнках на наше крыльцо, — вставил Юнги.

— Хочешь сказать, я приёмный?! — притворно ужаснулся Чонгук.

Намджун сделал прискорбное лицо.

— Мы искали подходящий случай, чтобы сказать, — печально проронил он. — Это тяжело.

— Ты должен знать, что мы любим тебя как родного, — заверил его Хосок.

— Боюсь, я должен свыкнуться с этой мыслью, — из последних сил сдерживая слёзы, ответил Чонгук.

После этого все рассмеялись.

— Ладно, если серьёзно — удачи, — уверенно кивнул Намджун. — И хоть я и уверен, что ты справишься — удача тебе не помешает.

Он пожал макнэ руку.

— Надеюсь, тебе наконец удастся завоевать сердце истеричной официантки, — пожелал Шуга.

— Эй, не называй её так! — в шутку возмутился Гук.

— Ты сам придумал. — Юнги пожал плечами.

Хосок заключил макнэ в пламенные объятия.

— Ну всё, хватит, — слегка растрогался Чонгук. — Мне уже пора. — Он поудобнее перехватил ручку своего чемодана и поправил лямки рюкзака.

— Привези мне багет! — неожиданно попросил Тэхен.

— Он едет в Италию, а не во Францию, чудило, — осадил его Юнги.

Тэхен ничуть не расстроился.

— Тогда пиццу!

Все снова засмеялись.

— Всё, парни, пошли, — поторопил остальных лидер. — Машина долго ждать не будет.

Все ещё раз попрощались с Чонгуком, после чего гурьбой выдвинулись к выходу из аэропорта.

А Чонгук подошёл к менеджеру и встал в очередь в ожидании своего посадочного талона. Парень уже был полностью готов к путешествию и изнывал от желания поскорее оказаться в самолёте.

Bon voyage*!