81.Любовь-это сила

Три года, три мать твою года я потратил на рассуждения о любви, и как сейчас помню тот день, когда мы поругались, и я стал думать почему меня к ней тянет.

24 января 1990 год. Казань.

А что вот сказать насчет Миры, я думал о ней. Много думал, но так и не пришел ни к чему.

Она не такая как Казанские девочки. Эти готовы перед каждым группировщиком ноги раздвинуть, лишь бы перед подружками выебнуться.Она другая, и уже не моя.

Сожалею ли я о сказанном в её адрес? Я сам себе не могу дать ответ на этот вопрос, может быть да, а может быть и нет.Она может и не виновата в том, что её изнасиловали, может и вовсе не хотела этого. Но понятия по которым я рос, не позволяют мне еще раз вступить с ней в отношения. Может это когда-то и произойдет, но в этом я очень сомневаюсь.

Хочу ли я вернуться к ней? Безусловно да, я вновь хочу ощутить то, как её худенькие длинные пальцы перебирают мои волосы, хоть я этого и терпеть не могу, от нее это как то даже приятно что ли.

Люблю ли я её? Не знаю. Что такое вообще любить? Как понять что я люблю её? У меня было много отношений, но ни в одних не было такого спокойствия. Всякие малолетки всегда сходили с ума от меня, думали что я такой грозный дяденька при всех, а с ними буду ласковым котом, а когда узнавали мою истинную сущность, разочаровывались во мне, но не бросали, знали что по кругу пустить можем, и умоляли не бросать их, лили крокодильи слезы, и вешались ко мне на шею. Мира же была совершено другая, к ней тянуло где-то на подсознательном уровне, сердце рядом с ней замирало, и несмотря на всю дурь, что таится в ней, хотелось её защищать, и оберегать. Это любовь? Или симпатия? Или же простая привязанность?

Слишком много вопросов было в моей голове.

Но я знал чего я определенно хочу.

Я хочу увидеть Миру, хочу ее прижать к себе, поцеловать в макушку, почувствовать как ее худенькие ручки пытаются обхватить меня,и никуда больше её не отпускать.

Я думаю что я влюблен в нее. А может и есть любовь?

25 января 1990 год. Казань.

Как только к Мире начал катить яица этот мужик, сразу же появилось желание втащить ему. Но я держал себя в руках до последнего, все таки еще неизвестно как отнесется Мира к тому, что я просто снесу ебало типу который к ней клеится.

Но стоило ему перейти грань дозволенного, как тут же мой рассудок помутнел, и я находясь в состоянии некого аффекта, скинул его руку, и придвинув Миру к себе, крепко прижал её к себе.

Обвив её талию своей рукой,в голове сразу же всплыл вопрос,  "Она и так была худая, сейчас же одна кожа да кости, что же с тобой случилось, девочка моя"

Как бы я не отрицал свою влюбленность к ней, я не мог этого сделать, она уже буквально залезла ко мне под кожу, и блуждает по ней, словно кровь по венам.

Даже моя фраза про то что она моя, вылетела совершенно не осознано, но теперь я окончательно понял, это и есть любовь.

Любовь-это она.

25 июля 1993 год. Москва.

Хоть и три года назад я не особо понимал что такое любовь, и не видел ничего дальше универсама, сейчас я более менее понимаю значение слова "Любовь"

Для меня любовь — это нечто волшебное, что наполняет мою жизнь смыслом и радостью. Когда я говорю о любви к Мире, я имею в виду не только чувства и эмоции, но и глубокое уважение, понимание и поддержку.

Любовь к Мирославе для меня — это способность видеть в ней всю ее уникальность и красоту, даже в самых мелких деталях. Это умение слушать, поддерживать и быть рядом в любых ситуациях. Любовь к Мирославе — это стремление делать ее счастливой, заботиться о ней и быть ей опорой.

Я верю, что настоящая любовь к Мире — это способность принимать ее такой, какая она есть, с ее достоинствами и недостатками, хотя как таковых у неё особо то и нет. Это умение прощать, быть терпимым и стремиться к взаимопониманию. Любовь к Мирославе — это стремление расти вместе, поддерживать друг друга в самых трудных моментах и радоваться успехам.

Для меня любовь к Мирославе — это не просто слова, это дела и поступки, которые подтверждают мои чувства. Я ценю каждый момент, проведенный с ней, каждую улыбку, каждое слово поддержки. Моя любовь к Мирославе делает меня сильнее, лучше и счастливее.

Пусть наша любовь к Мирославе будет вечной, стойкой и непоколебимой. Пусть она наполняет наши сердца теплом и радостью, делает нашу жизнь яркой и насыщенной. Ведь только через любовь мы можем по-настоящему почувствовать всю глубину и красоту этого мира.Моя любовь к Мире, после всех пережитых нами испытаний стала нечто большим, чем просто эмоциональной привязанностью. Она превратилась в глубокую, непоколебимую связь, основанную на взаимном уважении, доверии и преданности.

Прошедшие вместе трудности лишь укрепили нашу связь, сделав их более сильными и сплоченными. Прощание друг другу смерти близких родственников стало для меня не только испытанием, но и возможностью поддержать друг друга в трудные моменты, понимая, что мы оба не одиноки в своей скорби.

Совместное убийство, хотя и крайне экстремальное событие, позволило нам еще глубже понять друг друга, обрести новый уровень доверия и понимания. Прощение насильственных измен стало для нас проявлением их готовности принимать друг друга такими, какие они есть, со всеми ошибками и слабостями.

Начальные конфликты, когда стекла дома вылетали от ярости, постепенно уступили место более зрелому пониманию и уважению друг к другу. Мы научились решать конфликты без скандалов и взрывов эмоций, находя компромиссы и общие точки зрения.

Даже двухлетняя разлука не смогла разрушить нашу связь — мы остались верными друг другу, поддерживая контакт и сохраняя свои чувства. Это доказывает нашу глубокую привязанность и готовность бороться за свою любовь независимо от обстоятельств.

Моя любовь к Мире после всех испытаний стала еще более крепкой, глубокой и непоколебимой. Мы научились ценить друг друга еще больше, быть терпимыми и понимающими, строя свою счастливую жизнь на основе взаимного уважения и преданности.

Так значит вот она, любовь.

Я безумно караю себя за то что смог дать слабину, и ей из-за меня пришлось пережить многое, если бы не тот роковой вечер, в который я её вывел гулять, сейчас бы все было хорошо.

Именно тогда, 29 июня, я хотел сделать ей предложение, я мать твою месяц к этому готовился, изначально хотел вывести всех гулять, а пацанов моих предупредить, и сделать красивое продолжение, потом думал без лишних глаз его сделать, вывести на прогулку, пройтись по вечерней Москве, в спокойствии, встать перед ней на колено, на какой-нибудь набережной, и сделать предложение, чтобы она потом прибежала к Маринке, руку показала, и они запищали от счастья, да я даже кольцо купил, пришлось напрячь должника, чтобы он смотался в штаты, и у лучшего ювелира мира, купил это гребанное кольцо, которое стоит больше моей почки.

А сейчас я сомневаюсь, казалось бы, я идиот и придурок, да может даже так оно и есть, но как ей жить со мной, когда меня в прямом смысле отымели, причём ее же подруга.

С одной стороны, я безумно благодарен ей за то что я живу сейчас такой жизнью.

А в связи с последними событиями, вообще живу. В моей голове до сих пор не укладывается, как она, смогла пронести меня на себе, хотя зная её упорство, это даже не удивительно, по сути, она же могла оставить меня и спасаться, она могла добежать до дома, а оттуда объяснить мое местонахождение, она могла провернуть сто разных махинаций, но из всех возможных, она выбрала самый тяжелый, и ведь не кинула меня на пол пути, а донесла.

Если бы мне в 89 году сказали то что сейчас я буду жить так, я бы этому человеку дал бы не раздумывая в лицо.

Если тогда я кроме универсама ничего не видел, и не знал, то сейчас я не представляю как мог жить тогда.

Сейчас это кажется чем-то диким и первобытным, бегать махаться кулаками из-за асфальта, бросать любимого человека из-за того что какие-то нелюди с ним не по человечески обошлись, жить со знанием что сегодня тебя могут пырнуть в подворотне только из-за того что ты не хочешь быть зашибленным чушпаном, а пришился, и теперь ты один из так называемых "мотальщиков", это же все полнейший бред.

Только благодаря Мире, я перебрался три года назад в Москву, и за два года без неё, безустанно работал, стараясь обеспечить безбедное будущее её младшему, младшему своего кореша, еще одному младшему Миры, и его даме сердца, которые вчетвером жили на моей шее, и сказать честно, изначально получалось плохо, но я пытался выжать из себя все соки. Было даже время, когда я уходил в пять утра, и возвращался в два-три часа ночи, спал два часа, и опять ехал на работу.

Но сейчас я понимаю, все это было не зря, и если бы не усердие, то сейчас бы мы лежали где-то в могиле, а она не лежала бы на моих ногах, и свернувшись калачиком, не сопела бы, иногда подрагивая от холода, все таки любовь-это сила.

тгк-slmnpw