Экстра 3: Инь Сюнь

Для Инь Сюня жизнь в деревне Шуйфу была очень обычной и скучной.

Он уходил рано и возвращался поздно, обрабатывая поля с плохим урожаем. Его отношения с соседями не были ни хорошими, ни плохими. Точно так же Инь Сюнь почти не чувствовал себя здесь своим, хотя он родился здесь и никогда не покидал это место. Его детские воспоминания о Горном Боге были размытыми, и он слышал почти все описания этого человека от своих бабушки и дедушки. Когда его мать бросила его здесь, Инь Сюнь уже понял свою судьбу. Ему было суждено никогда не покидать это место, эту тюрьму.

Из-за особенностей тела Инь Сюнь не мог готовить еду, поэтому большую часть времени он ел сырую пищу. Картофель, батат, помидоры и огурцы выкапывал из земли и клал себе в рот, чтобы он мог съесть несколько кусочков и утолить голод. Хотя он не умирал от голода, его жизнь нельзя было назвать хорошей. Иногда, когда урожай был лучше и овощей было больше, он садился в деревне на чей-нибудь грузовик и ехал в город, чтобы продать их и купить вкусной еды.

К счастью, на горе было достаточно еды, чтобы Инь Сюнь не умер от голода. Однако больше всего его расстраивало то, что его тело не умирало. Он отличался от обычных людей. В отличие от обычных людей, его тело состояло из странных желеобразных объектов, и он не только почти не чувствовал боли от ранений, но и через некоторое время автоматически восстанавливался. Хотя Инь Сюнь не знал, кем он был, он понимал, что определённо отличается от обычных людей.

Жизнь, спокойная, как вода, заставляет людей впадать в крайнее отчаяние. Как раз когда Инь Сюнь подумал, что так и проживёт всю оставшуюся жизнь, внезапно произошло чудо - Лу Цинцзю вернулся.

Лу Цинцзю был другом детства Инь Сюня. Все его счастливые воспоминания были связаны с Лу Цинцзю. Когда Инь Сюнь узнал, что Лу Цинцзю хочет вернуться в деревню Шуйфу и больше никогда не уедет, он был вне себя от радости. Ему снова вспомнились счастливые воспоминания детства. Инь Сюнь съел приготовленную Лу Цинцзю еду и впервые почувствовал, что его пустое сердце, словно чем-то наполнилось.

Последовавшие за этим дни были насыщенными и счастливыми, и семья постепенно оживилась. Бай Юэху, притворявшаяся лисицей, дан кан, которого растили как свинью, группа кур с чрезвычайно мощными боевыми способностями во дворе, пчёлы и женщина-призрак на заднем дворе.

Инь Сюнь пристрастился к этой, казалось бы, не обычной жизни. Он никогда не думал, что этот маленький уголок, который он считал тюрьмой, может быть таким весёлым.

Впервые Инь Сюнь больше не стремился уйти отсюда, как раньше. Хотя он иногда боялся, что Лу Цинцзю уйдёт, боль в его сердце, которая длилась много лет, чудесным образом прошла.

Пустая могила оставалась пустой могилой, но ворон, сидевший на дереве, перестал каркать, потому что человек, которого он звал, вернулся.

Что касается влюблённых Бай Юэху и Лу Цинцзю, Инь Сюнь пребывал в смятении. Он получил наследство от предыдущих поколений горных богов, поэтому в его памяти такие ужасающие существа, как драконы, должны были давно исчезнуть. Глядя на энергичного Бай Юэху, он хотел бы оказаться за тысячи миль от него. В конце концов, для такого ужасного существа, как Дракон, он был не более чем запасами пищи, которыми можно было набить брюхо. Но Лу Цинцзю был равнодушен к ужасающей ауре Клана Драконов и даже... влюбился в Дракона.

Когда Инь Сюнь впервые узнал об этом, он был почти ошеломлён. Его первой реакцией было то, что Лу Цинцзю будет съеден драконом. Но позже он узнал, что Бай Юэху не собирался этого делать, и снова начал беспокоиться о другом.

Причиной этого беспокойства стал один фильм на компьютере.

Это был печальный случай. И он, и Лу Цинцзю увидели содержание фильма и были мгновенно потрясены чудесами о человеческом теле.

- Ты думаешь, это возможно? - дрожащим голосом спросил Инь Сюнь своего друга. - Разве это не слишком страшно?

Лу Цинцзю постарался смягчить эффект от фильма:

- Всё в порядке, я буду с ним помягче!

Инь Сюнь: «...» Он молчал три секунды, решив не разрушать прекрасное заблуждение Лу Цинцзю. Хотя Бай Юэху выглядел прекрасно, что бы он ни думал об этом, он никогда не стал бы тем, кто находится внизу.

Затем, как и ожидал Инь Сюнь, однажды утром Лу Цинцзю исчез и не появлялся в гостиной до следующего дня, а вместе с ним был Бай Юэху с довольным выражением лица. Из уголка глаза Инь Сюня выкатилась слеза сочувствия, но он всё равно притворился шокированным и спросил:

- Цзюэр, почему ты хромаешь?

Лу Цинцзю стиснул зубы и сказал, что ничего страшного, он просто случайно упал сам и попросил Инь Сюня не волноваться.

Инь Сюнь посмотрел на Бай Юэху недобрым взглядом и смутно понял, что творится у него на душе. Он не осмелился задавать больше вопросов и поспешно сменил тему.

Но после этого это стало проблемой для Инь Сюня, и он начал думать: "Действительно ли двое мужчин счастливы вместе?" Но, судя по картинке, это выглядит так, словно причиняет боль.

Эта проблема беспокоила Инь Сюня много лет, пока они с Шао Хао не подружились.

Отношения между Инь Сюнем и Шао Хао стремительно развивались после несчастного случая с Лу Цинцзю. Когда два мира объединились, деревне Шуйфу больше не нужен был Горный Бог. Инь Сюнь наконец смог осуществить своё желание и покинуть деревню Шуйфу.

Но когда долгожданное событие наконец-то свершилось, Инь Сюнь обнаружил, что он не так счастлив, как представлял себе. Он видел пейзажи снаружи и пробовал еду снаружи, но всегда помнил о своём ветхом старом доме и потрясающих кулинарных способностях своего друга.

Хотя Инь Сюнь побывал во многих местах, он время от времени возвращался в деревню Шуйфу, чтобы помочь Сяо Хуа и Сяо Хэй с домашними делами, которые они не могли сделать сами: убрать комнату и двор и сохранить дом таким, каким он был, когда Лу Цинцзю ушёл.

Шао Хао знал, что Инь Сюнь вернулся, поэтому он отправил ему сообщение и пригласил к себе на ужин.

Изначально Инь Сюнь немного боялся Шао Хао. В конце концов, когда они встретились в последний раз, Шао Хао, казалось, пускал слюни при виде его тела. Но Инь Сюнь вспомнил, как гигантский зверь едва не умер, съев половину его тела, и почувствовал, что он не так уж слаб, по крайней мере, его не съедят целиком.

Кроме того, Шао Хао был старым знакомым Лу Цинцзю, так что в знакомстве с ним не было ничего плохого.

С этой мыслью Инь Сюнь отправился на встречу.

Шао Хао накрыл большой стол с вкусной едой для Инь Сюня, пригласил Инь Сюня сесть и с улыбкой посмотрел на него.

Инь Сюня немного напугало то, что на него так пристально смотрят. Он осторожно откусил кусочек от еды на столе и спросил:

- Чем я могу вам помочь?

Шао Хао улыбался глядя на Инь Сюня:

- Ничего, я просто хотел с тобой поболтать.

Инь Сюнь: "О".

Шао Хао внезапно спросил:

- У тебя бывает диарея от того, что ты ешь сам?

Инь Сюнь моргнул и соврал: "Нет".

Шао Хао:

- Значит, только у других людей будет диарея, если они тебя съедят?

Инь Сюнь послушно кивнул.

Однако Шао Хао заинтересовался, его взгляд почти застыл на теле Инь Сюня, а голос стал тише:

- Я хочу попробовать.

Как раз в тот момент, когда Инь Сюнь собирался спросить Шао Хао, что тот хочет попробовать, мужчина, сидевший рядом с ним, схватил его за подбородок и нежно поцеловал. Инь Сюнь широко раскрыл глаза и попытался отстраниться, но Шао Хао удержал его за затылок и углубил поцелуй.

- Дыши.

Он не знал, как долго длился поцелуй. Когда даже Инь Сюнь, который не был человеком, почувствовал нехватку кислорода, мужчина, стоявший перед ним, слегка отстранился.

- Ты, ты, ты... - Инь Сюнь был так напуган, что чуть не упал в обморок, и ему потребовалось время, чтобы прийти в себя.

Его лицо покраснело, и он потерял дар речи. Хотя они с Лу Цинцзю каждый день говорили о том, что хотят влюбиться, когда жили в деревне Шуйфу, в его представлении любовь была только с девушками. Хотя были такие примеры, как Лу Цинцзю и Бай Юэху, как Инь Сюнь мог сравнивать себя с Драконом.

Шао Хао рассмеялся. Он и так был красив, а татуировка на его подбородке теперь слегка расцвела вместе с его улыбкой, но в ней было какое-то очарование, от которого люди не могли отвести глаз. Он провёл пальцем по губам Инь Сюня и тихо сказал:

- Кажется, всё в порядке.

Инь Сюнь быстро встал и отступил на несколько шагов назад. Его лицо было крайне испуганным, и в конце концов он сказал:

- Что ты делаешь, как ты можешь так поступать с любимым человеком! Любимые люди должны быть ответственными!

Шао Хао спокойно сказал:

- Конечно, я могу взять на себя ответственность.

Инь Сюнь: "..."

Шао Хао добавил:

- Кажется, в поцелуях нет ничего плохого. По крайней мере, у меня не болел живот.

Щеки Инь Сюня горели от пристального взгляда Шао Хао. Он собрался с духом и сердито посмотрел на мужчину:

- Как ты мог сделать такое без моего согласия!

Шао Хао выглядел невинным:

- Прости, я не смог сдержаться. В следующий раз я обязательно спрошу тебя первым.

Инь Сюнь хотел сказать что-то ещё, но под пристальным взглядом Шао Хао он, к своему удивлению, растерялся и долго мямлил, не произнося ничего осмысленного. Однако Шао Хао заметил его смущённый вид и мягко помог ему. Он снова пододвинул табурет и жестом пригласил его сесть.

- Ты когда-нибудь был влюблен? - Спросил Шао Хао.

Инь Сюнь покачал головой.

Шао Хао шепотом соблазнителя:

- Хочешь попробовать?

Инь Сюнь настороженно посмотрел на Шао Хао:

- Хоть я и хочу попробовать, но точно не с тобой.

Он вспомнил, как этот мужчина желал его тела, и ему пришлось отрезать себе палец, чтобы сохранить целомудрие.

Можно было не упоминать об этом, но как только он об этом заговорил, лицо Шао Хао исказилось. Он явно вспомнил, как у него была диарея и он чуть не умер в туалете. В тот раз он даже подумал, что Инь Сюнь специально над ним издевается, но после тщательного наблюдения понял, что этот маленький бог гор был по-настоящему наивен.

Чем больше он наблюдал, тем интереснее ему становилось. Получив от Чжу Жуна много информации об Инь Сюне, Шао Хао всё ещё не понимал, что с ним происходит, но Инь Сюнь всё больше и больше его интересовал.

Шао Хао совсем не обиделся на отказ Инь Сюня и тепло сказал:

- Если ты тоже считаешь, что это интересно, можешь попробовать сначала, и... - Он намеренно пытался создать интригу и провоцировал собеседника.

- И что? - Инь Сюнь, как и ожидалось, попался на удочку.

- Более того, ты никогда раньше не влюблялся, и если в будущем ты встретишь кого-то, кто тебе понравится, ты не будешь знать, как за ним ухаживать. - Шао Хао моргнул и соблазнительно посмотрел на маленького Бога Гор невинным взглядом: - Давай попробуем сначала.

Инь Сюнь с подозрением посмотрел на Шао Хао:

- Как попробовать?

Шао Хао ответил:

- Разве ты не хочешь уехать и прогуляться? Я составлю тебе компанию.

Инь Сюнь ошарашенно:

- Ты, правда собираешься сопровождать меня? - Честно говоря, если бы Шао Хао предложил другие способы, Инь Сюнь бы сразу отказался.

Однако в этом случае Инь Сюнь немного поколебался. Хотя путешествие в одиночку было его спонтанным решением, в конце концов, это было бы немного одиноко, и, естественно, лучше всего было бы, если бы его кто-то сопровождал, но...

- Тебе не нужен твой птичий сад? - спросил Инь Сюнь.

Шао Хао улыбнулся, чувствуя победу:

- Переход между двумя мирами перекрыт, и нечеловеческие существа, которые могли бы угрожать птицам, не могут пройти. Для меня оставаться здесь - пустая трата времени, лучше путешествовать. - Его тон был очень искренним: - Кроме того, мир людей действительно сильно изменился за последние годы. Пора снова его узнать.

Инь Сюнь все еще колебался.

Однако Шао Хао уже выложил на стол более весомый козырь, сказав, что хорошо знает иностранные страны и не испытывает трудностей с языком. Если Инь Сюнь согласится, он может помочь ему получить паспорт, и они вдвоём смогут вместе ездить в другие страны.

Инь Сюнь наконец-то был тронут предложением Шао Хао но всё же сохранил остатки здравого смысла и заключил с Шао Хао договор, сказав, что Шао Хао не может принуждать его во время поездки, но они должны уважать друг друга и так далее.

Шао Хао согласился с джентльменским выражением лица. Если бы он только что не поцеловал Инь Сюня, Инь Сюнь, возможно, действительно в это поверил бы.

Так началось это путешествие. Инь Сюнь думал, что путешествие закончится, когда Лу Цинцзю вернётся, но он не ожидал, что конечной точкой для него и Шао Хао станет конец их жизни.

-- КОНЕЦ РОМАНА --