Глава 87: Маленькая жизнь

Хотя Бай Юэху ничего не сказал, Лу Цинцзю понял его настроение. Он рассмеялся и согласился потратить эту неделю на то, чтобы помочь Бай Юэху убрать мох с его тела.

Инь Сюнь, который сидел рядом с Лу Цинцзю, прикрыв голову своей собственной футболкой, тайком открыл глаза, когда услышал их разговор, чтобы увидеть огромное тело Бай Юэху. Следует сказать, что у горного бога с небольшими знаниями о жизни и мире было не так уж много возможностей увидеть истинную форму расы драконов с такой близкой дистанции. Конечно, увидев огромное тело Бай Юэху, он также понял, что угроза Бай Юэху проглотить его одним укусом действительно не была шуткой...

После того, как Бай Юэху долгое время нежился под руками Лу Цинцзю, он неохотно вернулся к своему первоначальному облику. На данный момент было уже немного поздно. Лу Цинцзю собрал свои вещи и повел всех домой. Перед уходом ему показалось, что он что-то забыл, и он спросил вслух:

- Неужели я что-то забыл?

Инь Сюнь спросил:

- Что ты забыл?

Лу Цинцзю нахмурился:

- ...Я не могу вспомнить.

Инь Сюнь отмахнулся:

- Не думай слишком много, все в порядке. Ты, я, Бай Юэху, Су Си, Сяо Хуа, Сяо Хэй...

Лу Цинцзю кивнул, чувствуя, что, вероятно, он ничего не забыл. По мановению руки Бай Юэху черный туман окутал всех и вернул их в мир людей.

Лу Цинцзю ни на секунду не задумался о том, что он забыл. Только несколько дней спустя, когда он приводил в порядок мех маленькой лисички, он вдруг заметил, чего, казалось, не хватает на теле маленькой лисички, и сказал в ужасе:

- Черт! Мы забыли вернуть наложницу повелителя дождя с пляжа?!!

Инь Сюнь: "..."

Лу Цинцзю:

- С нами покончено.

К тому времени, когда он рассказал об этом Бай Юэху и попросил его вернуть наложницу Повелителя Дождя, она уже провела на пляже больше дюжины дней и ночей. Она была покрыта водорослями, держа в руках маленькую раковину. Если бы не ее глазные яблоки, которые могли двигаться, это было похоже на фигуру, превратившуюся в каменную скульптуру... Лу Цинцзю очень извинялся, и в течение некоторого времени после этого он не забывал оставлять для нее порцию еды каждый раз, когда готовил ужин.

После истории с наложницей повелителя дождя, началась история с Бай Юэху.

Поскольку он согласился помочь убрать с тела Бай Юэху мох, Лу Цинцзю отправился в город, чтобы купить много чистящих средств, таких как швабры, тряпки и гели для душа. Учитывая огромные размеры тела, Бай Юэху, он купил много моющих средств, что вызвало интерес владельца магазина, заставив его спросить, куда запасается Лу Цинцзю. Лу Цинцзю улыбнулся, но ничего не сказал и оплатил счет.

После возвращения с пляжа Лу Цинцзю попросил Бай Юэху отвести его туда, где он мог бы почистить чешую. Бай Юэху привел его к глубокому озеру, окруженному большими зелеными деревьями. Кристально чистая вода в озере была настолько прозрачной, что казалась идеального бирюзово-голубого оттенка. В нем даже можно было увидеть водные растения и плавающих рыб.

Бай Юэху появился в своем истинном обличье у озера, лениво лежа на животе. Лу Цинцзю надел перчатки и приступил к работе. Он позволил Бай Юэху сначала намочить свое тело, затем втер гель для душа шваброй, чтобы помочь ему убрать мусор со своего тела. Большая часть этого мусора состояла изо мха, а также было немного мелкой пыли и песка. Лу Цинцзю не упустил ни одной из чешуек.

Бай Юэху также сотрудничал с действиями Лу Цинцзю, время от времени перемещаясь, чтобы обеспечить Лу Цинцзю наиболее удобный ракурс. После того, как Лу Цинцзю счистил большую часть мха, он позволил Бай Юэху покувыркаться в озере, чтобы смыть рыхлый мох. Покрытые водой чешуйки блестели на солнце, как ослепительные драгоценные камни, Лу Цинцзю выглядел особенно довольным. Поскольку он убирался очень тщательно, его прогресс был медленнее, чем ожидалось. На чистку спины Бай Юэху ушло около семи дней. На восьмой день Лу Цинцзю заставил Бай Юэху перевернуться, чтобы вымыть оставшиеся чешуйки.

Бай Юэху послушно перевернулся, обнажив живот более светлого оттенка, чем спина. Лу Цинцзю протянул руку и коснулся чешуи у него на животе. Он был удивлен, обнаружив, что чешуйки на самом деле мягкие, а цвет светло-серый.

- Почему цвета разные?

Бай Юэху посмотрел на него, склонив голову дракона:

- Это очень важно.

Лу Цинцзю подумал об этом и решил, что это правильно, чешуя на брюхе змеи тоже была белой и даже более тонкой на ощупь, а брюхо большинства животных - это та часть, которая нуждается в защите. Бай Юэху так открыто показал живот, очевидно, доверяя ему.

- Кстати, я забыл спросить, ты чувствуешь что-нибудь, если я вот так прикасаюсь к твоим чешуйкам? - Лу Цинцзю стало любопытно.

Бай Юэху на мгновение замолчал, затем промурлыкал.

- Ты чувствуешь? - Лу Цинцзю удивленно спросил: - Каждую чешуйку?

Бай Юэху сказал:

- Да, даже если чешуя отвалилась. Но только раса драконов обладает способностью контролировать эти чешуйки. Как правило, сброшенные чешуйки исчезают.

Лу Цинцзю вспомнил битву между Бай Юэху и другими монстрами. Он поднял тогда кусочек чешуи и поцеловал ее. Неудивительно, что у Бай Юэху было такое странное выражение лица в то время когда он подобрал его чешуйку, и теперь, когда он подумал об этом,... Бай Юэху действительно чувствовал, как он гладил и даже целовал чешуйку.

Лу Цинцзю несколько раз кашлянул, прежде чем сменить тему:

- Тогда...Я помогу тебе вымыть живот.

Бай Юэху кивнул.

Когда Бай Юэху мыл свою чешую раньше, он никак не отреагировал, что заставило Лу Цинцзю не рассматривать возможность того, что его чешуя все еще обладает осязанием. Но когда Лу Цинцзю начал чистить белые чешуйки на животе Бай Юэху, он услышал, как тот слегка застонал. Сначала он подумал, что это причиняет боль Бай Юэху, поэтому быстро ослабил свои движения, но Бай Юэху сказал:

- Не нужно быть нежным, это не больно.

- Это не больно? - Лу Цинцзю сказал: - Почему ты стонешь, если это не больно? Не заставляй себя терпеть боль.

Хотя он позаботился о покупке швабры из мягкой ткани.

- Очень удобно. - Бай Юэху сказал тихим голосом, как будто немного смутившись: - Слишком мягко, это вызовет зуд.

Лу Цинцзю внезапно осознал:

- О, хорошо, тогда я буду грубее.

Он встал на живот Бай Юэху и продолжил усердно чистить его живот. Состояние его живота было немного лучше, чем состояние спины, мусора было не так много. Просто, когда Лу Цинцзю очистил определенную часть, он внезапно обнаружил, что одна из чешуек отличается от других, и на самом деле она росла в обратном направлении. На чешуйках случайно вырос мох. Лу Цинцзю, не задумываясь об этом, подмел его шваброй, но как только он положил на нее швабру, тело Бай Юэху под его ногами мгновенно напряглось.

- Юэху? - Лу Цинцзю был ошеломлен.

Бай Юэху с придыханием:

- Продолжай.

Лу Цинцзю спросил:

- С тобой все в порядке? Тебе некомфортно?

Бай Юэху на выдохе:

- Нет.

Лу Цинцзю не поверил ему. Его черный дракон только что вилял хвостом, но теперь хвост был опущен; ему явно было не по себе. Он на мгновение задумался, затем внимательно осмотрел место, которое убирал, и быстро понял, почему у Бай Юэху была такая реакция.

Была древняя поговорка – у драконов обратная чешуя; те, кто прикоснется к ним, умрут. Это означает, что на теле дракона была обратная чешуя, которая была его жизненно важной точкой. Любой, кто прикоснется к ней, будет убит драконом. Участок, который в данный момент убирал Лу Цинцзю, очевидно, был обратной стороной чешуи Бай Юэху, но Бай Юэху не сопротивлялся движениям Лу Цинцзю. Единственной реакцией было радостное виляние ставшего неподвижным хвоста.

Когда Лу Цинцзю подумал об этом, его сердце растаяло, превратившись в лужицу воды. Он не смог удержаться, чтобы не прикоснуться к обратной стороне чешуи и тепло сказать:

- Все в порядке, скоро все почищу.

Бай Юэху тихо фыркнул.

Смахнув мох с оборотных чешуек и увидев, как они вновь обретают свой прекрасный блеск, настроение Лу Цинцзю значительно улучшилось. Но самым неприятным было то, что после мытья трети живота Бай Юэху подготовленные им чистящие средства были почти израсходованы. Лу Цинцзю вылил весь купленный им гель для душа в ведро. Теперь, когда он был израсходован, работу можно было приостановить только временно. Завтра ему нужно было съездить в город, чтобы купить еще.

Бай Юэху столько лет был грязным и никуда не спешил. Он сказал Лу Цинцзю отдохнуть несколько дней, прежде чем продолжить. Лу Цинцзю тоже не отказался. По правде говоря, мытье Бай Юэху было большим делом, и это было гораздо более утомительно, чем приготовление пищи.

Поэтому Лу Цинцзю не работал в субботу и воскресенье. Вместо этого он приготовил дома обильный ужин, намереваясь вознаградить себя. Этот промежуток времени пролетел быстро, и в мгновение ока наступило уже начало июня. Погода становилась все жарче и жарче. Все толстые подстилки, которыми они пользовались раньше, были сняты и заменены тонким стеганым одеялом. Лу Цинцзю все еще сомневался, стоит ли просто расстелить летний коврик для сна, но Инь Сюнь спросил:

- Зачем ты используешь коврик?

Лу Цинцзю:

- Ночью немного жарковато.

Инь Сюнь:

- Жарко? И все же ты каждый день спишь с хвостами Бай Юэху?

Лу Цинцзю: "..."

К счастью, Бай Юэху там не было, иначе он снова одарил бы Инь Сюня свирепым взглядом, если бы услышал эти слова.

Инь Сюнь, который никогда не был влюблен, очевидно, не понимал, что такое влюбленный человек. Хотя ему тоже нравился мех, он не был таким сумасшедшим, как Лу Цинцзю. Если бы ему было жарко, он носил бы одежду с короткими рукавами. Но он видел Лу Цинцзю, всего потного, когда тот выходил из своей комнаты, каждое утро держа Бай Юэху за хвост:

- Этот хвост такой пушистый, разве не жарко...

Хотя Лу Цинцзю не хотел этого признавать, то, что сказал Инь Сюнь, было вполне разумно, поэтому он беспомощно сказал:

- Я подумаю об этом.

В ту ночь, ложась спать, Лу Цинцзю рассказал об этом Бай Юэху. Он не сказал этого прямо, но прошептал, чтобы напомнить ему, что, поскольку сейчас лето, будет немного жарковато, когда двое людей прижмутся друг к другу.

Как мог Бай Юэху не понять основных слов Лу Цинцзю? Он нахмурился:

- Ты боишься жары?

Лу Цинцзю:

- Не особенно...

Бай Юэху сказал:

- Я могу помочь тебе остыть.

Лу Цинцзю: "А?"

Прежде чем он успел отреагировать, он почувствовал, как похолодела нижняя половина его тела. Что-то холодное обвилось вокруг его тела. Нижняя часть тела Бай Юэху фактически превратилась в форму дракона, его ледяная чешуя прижималась к коже Лу Цинцзю. Слово "Круто' просто не подходило для описания этого ощущения.

Лу Цинцзю был в оцепенении. Он протянул руку и схватил нижнюю часть тела Бай Юэху, превратившуюся в хвост дракона, и был ошеломлен:

- Ты даже это можешь сделать?

Бай Юэху:

- Конечно, я могу.

На его голове снова появились пушистые уши, и они слегка подергивались, словно искушая Лу Цинцзю схватить их.

Лу Цинцзю, который вообще не мог устоять перед искушением, чувствовал себя развращенным. Хвост Бай Юэху обвил нижнюю часть его тела, и он прилип к его спине. Точно так же он держался за пушистые уши Бай Юэху и погрузился в глубокий сон с милой улыбкой.

На следующий день Инь Сюнь, наконец, не увидел, как Лу Цинцзю держится за фальшивый хвост Бай Юэху. Как раз в тот момент, когда он подумал, что Лу Цинцзю наконец повзрослел, в следующий момент он увидел, как Бай Юэху выходит из комнаты на самом деле это действительно нельзя было назвать ходьбой, потому что нижняя часть его тела была в форме дракона.

У Инь Сюня чуть не отвалилась челюсть, его глаза были широко раскрыты и округлились:

- Ты... ты...

Бай Юэху презрительно взглянул на него и повернулся, чтобы пойти умыться. Он так и не вернул обратно свои ноги до самого завтрака.

Лу Цинцзю счастливо стоял на кухне и жарил яичницу, Инь Сюнь в ужасе спросил:

- Почему... Почему Бай Юэху... стал таким?

Лу Цинцзю сказал:

- Не потому ли, что ты сказал, что было слишком жарко, чтобы держаться за лисьи хвосты? Я подумал об этом и почувствовал, что это правда. После разговора с Бай Юэху он превратил их в хвост дракона.

Инь Сюнь: "..."

Лу Цинцзю:

- Это так чертовски круто, что экономятся счета за кондиционирование воздуха.

Инь Сюнь: "..." Вы, городские жители, действительно знаете, как сэкономить.

Лу Цинцзю напевал песенку, пока жарил яйца, сказав, что приготовит обед позже, чтобы Инь Сюнь мог сам разогреть его в полдень. Сегодня он намеревался очистить всю оставшуюся чешую Бай Юэху и вернуть дракону его семьи красивого большого черного дракона.

Инь Сюнь кивнул и сказал Лу Цинцзю, чтобы тот не волновался, он может позаботиться о семье.

Лу Цинцзю не знал, плакать ему или смеяться.

Что касается Инь Сюня, то, если бы ему пришлось чистить чешую дракона, было бы лучше просто разрезать его на куски.

Погода сегодня была очень приятной. Хотя немного жарковато, по лесу пронесся небольшой порыв ветра, который развеял неприятное ощущение жара. Лу Цинцзю, напевая мелодию, положил швабру, смоченную в геле для душа, на тело Бай Юэху. Бай Юэху лежал на мягкой траве с полуприкрытыми глазами, выглядя так, словно заснул. Но всякий раз, когда Лу Цинцзю заговаривал, он обязательно отвечал.

Лу Цинцзю приложил усилия, чтобы очистить чешую Бай Юэху, наконец, закончил с областью хвоста, оставив чистить только огромные когти Бай Юэху. Наблюдая за блестящей красивой чешуей огромного существа рядом с ним, Лу Цинцзю не мог не испытывать огромного чувства выполненного долга. В его голове загорелась идея. Достав свой мобильный телефон, он использовал чешуйки Бай Юэху в качестве фона, чтобы сделать несколько снимков на память. Услышав щелчок затвора камеры, Бай Юэху только слегка фыркнул.

- Почти готово, - сказал Лу Цинцзю. - Подойди... подними когти.

Бай Юэху подчинился.

На самом деле на когтях было не так уж много мусора, поэтому Лу Цинцзю смог убрать их в мгновение ока. Закончив чистку, Лу Цинцзю был весь в поту. Он вытер пот полотенцем, висевшим у него на шее, затем громко объявил:

- Ху-эр, я закончил мыть тебя! Иди ополоснись в озере.

Бай Юэху кивнул и поплыл к озеру. Озеро было очень глубоким, поэтому Бай Юэху мог полностью погрузить в него свое тело. Увидев чистую воду озера, Лу Цинцзю поддался небольшому искушению и тихо сказал:

- Я тоже быстренько окунусь.

Бай Юэху поднял на него глаза.

Лу Цинцзю, не придав этому особого значения, снял с себя всю одежду, прежде чем подпрыгнуть и с силой плюхнуться в озеро, подняв огромный всплеск. Бай Юэху плеснули прямо в лицо, его огромный черный нос был покрыт каплями воды. Увидев это, Лу Цинцзю расхохотался и потянулся, чтобы обнять огромную драконью голову Бай Юэху. Перед Бай Юэху он был слишком маленьким, даже не таким большим, как один из глаз Бай Юэху. Однако эта разница в размерах тела не заставила Лу Цинцзю почувствовать никакого страха. На самом деле, увидев перед собой огромное существо, его сердце наполнилось удовлетворением, которое трудно было описать.

- Бай Юэху, ты просто огромный, - заявил Лу Цинцзю, стоя на песчаном пляже с великолепной улыбкой.

Бай Юэху склонил голову набок и высунул язык, чтобы лизнуть Лу Цинцзю. Его язык был розовым, что совершенно не сочеталось с прохладной черной чешуей, делая его немного похожим на симпатичную большую собаку.

Лу Цинцзю, которого облизывали, больше не мог этого выносить:

- Прекрати, щекотно!

Изначально у него на языке были колючки, но Бай Юэху боялся причинить боль Лу Цинцзю и намеренно убрал их. Несмотря на это, Лу Цинцзю все еще чувствовал сильный зуд, когда его лизали. Он погладил Бай Юэху, затем протянул руку, чтобы потереть его нижнюю челюсть, чувствуя себя так, словно растит действительно огромного домашнего питомца.

Бай Юэху, которого гладил Лу Цинцзю, удовлетворенно прищурился. Смыв грязь со своего тела, Лу Цинцзю забрался на тело Бай Юэху. Поскольку погода была довольно хорошей, Лу Цинцзю растянулся, как морская звезда, на теле Бай Юэху, ощущая тепло солнечных лучей на своей коже.

- Здесь действительно удобно... - пробормотал Лу Цинцзю. - Меня от этого клонит в сон.

Бай Юэху:

- Просто спи.

Лу Цинцзю потерся щекой о чешую Бай Юэху:

- А как насчет тебя?

Бай Юэху сказал:

- Посплю с тобой.

Лу Цинцзю рассмеялся:

- На мне все еще есть вода, я уверен, что простужусь, если засну вот так.

Хотя температура повысилась, лето еще не наступило, и прохладный ветерок забрал влагу с его тела и часть температуры.

Услышав это, Бай Юэху обернулся и высунул язык, слизывая всю воду с тела Лу Цинцзю. Его первоначальным намерением было уберечь Лу Цинцзю от простуды, но по мере того, как он продолжал облизываться, его намерение изменилось. Кожа Лу Цинцзю была не жемчужно-белой, а здорового пшеничного цвета. В этот момент его кожа пшеничного цвета налилась румянцем, выражение лица было немного неестественным, он невнятно позвал:

- Юэху!

Бай Юэху сразу все понял. В следующий момент черный туман начал обволакивать его тело, окружая двух человек.

Под теплым бризом и приятным солнечным светом двое влюбленных людей чувствовали себя довольными, что бы они ни делали.

В тот день Бай Юэху и Лу Цинцзю вернулись очень поздно. Инь Сюнь уже почти собирался идти домой, когда эти двое появились на крыльце.

Бай Юэху нес на руках принцессу Лу Цинцзю, он уткнулся головой в грудь Бай Юэху и, казалось, спал. Лицо Бай Юэху было полно удовлетворения.

- С Саке все в порядке? - Инь Сюнь сначала подумал, что Лу Цинцзю заболел.

- С ним все в порядке, ты можешь идти домой, - голос Бай Юэху был таким же низким и приятным, как обычно.

Инь Сюнь был потрясен на несколько секунд, прежде чем понял, что на самом деле произошло между ними. Он сразу вспомнил сцену, которую наблюдал ранее на компьютере, и почувствовал, что краснеет. Он развернулся, чтобы в спешке уйти.

Бай Юэху "пытал" Лу Цинцзю до тех пор, пока у него не потемнело в глазах. Лу Цинцзю смутно слышал голос Инь Сюня, но прежде чем успел что-либо сказать, почувствовал, как Бай Юэху поцеловал его в лоб. С большим трудом открыв глаза, он еле слышно спросил:

- Мы вернулись домой?

Бай Юэху ответил

- Да.

Так совпало, что Лу Цинцзю увидел силуэт убегающего в панике Инь Сюня. Он почувствовал, что это было немного забавно, но в то же время ему стало немного жаль:

- Пойдем в нашу комнату.

Бай Юэху кивнул.

Бай Юэху отвел Лу Цинцзю в душ, прежде чем они уснули в объятиях друг друга. На этот раз Бай Юэху не показывал свои "хвосты" и не превращался в хвост дракона. Он был просто обычным человеком, спокойно обнимающим Лу Цинцзю.

Лу Цинцзю слишком устал и провалился в глубокий сон, как только его голова коснулась подушки.

На следущий день, проснувшись, Лу Цинцзю всерьез заподозрил, что его тело вот-вот развалится на части. Он медленно встал и медленно почистил зубы. Изначально он планировал приготовить завтрак, но когда взял лопаточку, его рука начала дрожать. Бай Юэху стоял рядом, не меняя выражения лица, как будто не замечая этого странного состояния тела Лу Цинцзю. Лу Цинцзю беспомощно покачал головой, говоря:

- Неужели ты не можешь хоть немного контролировать себя?

- Что такое контроль?

- Это значит... иметь ограничения, когда мы это делаем.

Бай Юэху:

- Половое развитие.

Лу Цинцзю: «...» Кто, черт возьми, научил тебя этим словам?

Не имея другого выбора, Лу Цинцзю мог только упростить меню их завтрака. Он попросил Бай Юэху помочь ему приготовить лапшу, пока он разбирается с пакетами приправ для лапши. После того, как все трое доели свою лапшу, Лу Цинцзю сказал, что, поскольку Фестиваль лодок-драконов не за горами, он хочет, чтобы Бай Юэху съездил в город и купил оберток из листьев цзунцзы и свежей свинины, поскольку он планирует начать заворачивать цзунцзы.

Эти части цзунцзы использовались для пикантного приготовления. Клейкий рис маринуют в соевом соусе, затем этим рисом заворачивают свежее мясо, яичные желтки или любые виды вяленого мяса. Такие цзунцзы были солеными и вкусными, особенно для таких плотоядных, как Бай Юэху и Инь Сюнь, они были еще более привлекательными. Конечно, помимо мясного цзунцзы, Лу Цинцзю также планировал завернуть несколько сладких блюд, достав финики с медом, которые он замариновал зимой, а также напомнить Бай Юэху купить в городе немного риса "Восемь сокровищ".

Сегодня телу Лу Цинцзю действительно нельзя было помочь. Таким образом, он мог только проинструктировать Инь Сюня, пока готовил хлопчатобумажные нити и ножницы. Изначально он думал позволить Инь Сюню замариновать клейкий рис в соевом соусе. Однако, немного подумав, чтобы избежать диареи после употребления этого горшка цзунцзы, он решил сделать это завтра сам.

Лисенок, Сяо Хуа и Сяо Хэй гонялись за кроликами на веранде. Лу Цинцзю и Инь Сюнь сидели снаружи, греясь на солнышке и болтая.

Инь Сюнь спросил Лу Цинцзю, каково это - быть влюбленным.

Лу Цинцзю крепко задумался, затем использовал метод, который Инь Сюнь мог понять, чтобы объяснить это:

- Это как если бы вы голодали 3 месяца, но вдруг съели горшочек действительно вкусного мяса. С одной стороны, это вкусно, с другой стороны, вы боитесь, что его отнимут.

Инь Сюнь фыркнул, пробормотав, что он тоже хотел бы влюбиться.

Лу Цинцзю знал всех жителей деревни, поняв, что среди них нет женщины подходящего возраста. На самом деле самой молодой женщиной была Сяо Хэй, в то время как единственными женщинами-людьми в деревне были тети старше 50 лет. Выбрать свинью или тетю - оба варианта были одинаково печальными.

Инь Сюнь, вероятно, думал о том же, что и Лу Цинцзю, впадая в печаль, которую не мог скрыть:

- Почему госпожа удача так жестока ко мне. Я хотел только красивую леди, но все, что у меня есть, - это свинья.

Сяо Хэй и Ся Хуа, игравшие неподалеку, выразили свое недовольство, заявив, что Инь Сюнь слишком высокого мнения о себе. Когда вы думали о свинье, вы спрашивали, согласна ли упомянутая свинья?

Инь Сюнь возразил:

- Не хочешь? У тебя вообще есть право не хотеть? - Он потянулся и крепко обнял Сяо Хуа, не отпуская даже под угрозой смерти.

Инь Сюнь чуть не задушил, сжав Сяо Хуа в объятиях, наконец, тот выдавил несколько слов:

- Даже если у меня будет человеческое тело, ты никогда не получишь моего сердца.

- Зачем мне твое сердце, я хочу только твое тело.

Сяо Хуа: «...»

Слова Инь Сюня разозлили его почти до смерти.

Его сестра Сяо Хэй плакала в стороне, говоря, что если Инь Сюнь готов отпустить ее брата, она охотно пойдет с ним.

Лу Цинцзю не смог удержаться и расхохотался.

Инь Сюнь:

- Если ты продолжишь смеяться, если ты продолжишь так делать... Я съем Сяо Хуа.

Сяо Хуа: «...?» Какое это имело отношение к нему?

------------------------------

Что хочет сказать автор:

Бай Юэху: продолжается

Лу Цинцзю. ...

Бай Юэху: Половое развитие.

Лу Цинцзю: Заткнись!