20 Гейл Рухкан

Я стояла перед зеркалом в ванной комнате нашего блока. Рассматривала себя, пытаясь определить, не стала ли я худее. Зажала жир на животе между пальцами и задорно потрясла. Эх, когда уже он исчезнет? Хочу быть стройной и грациозной, как все эти девчонки на картинках. Мозг подсказывал, что эти фотографии сделаны фотографами-художниками, отредактированы так, чтобы не осталось ни одного естественного огреха, приправлены толикой магии и повешены в рамочку на стену. Настоящие люди не такие. А даже если такие, я не обязана следовать этим модным тенденциям.

Но мне очень хотелось.

Я вновь расположилась с книгой в общей гостиной, ожидая подъема. Но не читалось. Сегодня день концерта, билет на который мне подарил Йогуртик, и все мысли мои крутились вокруг этого факта. Идти почему-то жутко не хотелось. Я долго прислушивалась к себе, пытаясь понять, чего боюсь. Ну, глупо думать, что поход на концерт меня к чему-то обязывает. Точнее, обязывает меня сам билет, который я уже приняла (дорогой, блин, подарок!). Ежу очевидно, я встречу там Йогуртика со вторым билетом. Это будет примерно как: «О, привет». Как бы подстроенное свидание, хоть план и очевиден всем участникам. Йогуртик милый парень, хоть и не мой типаж, почему же мне так не хочется идти на концерт? Я проверила сообщения на фонсе – нет, ничего. Йогуртик, в конце концов, мог бы и предложить встретиться или даже пойти вместе. Он заставит меня тащиться туда в одиночестве только ради этой глупой игры «случайная встреча»? Я поняла, что не хочу идти на концерт не только из-за Йогуртика, я не хочу идти туда одна. Зря все-таки я взяла билет. Он застал меня врасплох, но нужно было потом найти его и вернуть.

Еще мне неприятно резануло слух, как Йогуртик перешел со мной на «ты». В тот же день, когда он подарил мне билет, мы мимолетом столкнулись в коридоре и он обронил какую-то фразу, в которой обратился ко мне на «ты». То есть, получается, сразу после того, как я приняла его билет. Вот он обращался ко мне вежливо, а стоило только принять подарок – и все, сразу фамильярно. Возможно, он решил, что теперь имеет на это право? Или это случайность? Блин, ну зачем я приняла билет? Я абсолютно ничего не понимаю в мужской психологии! Наверное, не стоит так задумываться. Но я не могу! И все анализирую варианты.

Занятия еще не начались, а я уже чувствовала себя морально выжатой, как лимон. И из-за чего страдаю? Мне вдруг подумалось, что жалко, что у меня только один билет и я не могу пойти туда с Сэнди. Хотя это было бы несколько подло по отношению к Йогуртику. Хотя почему же подло, Сэнди мне не парень (это было бы странно), просто с другом пришла. Сэнди нравился мне, потому что с ним безопасно. Хотелось бы мне по-настоящему с ним подружиться.

Разум сказал, что правильнее будет пойти на концерт. С этим пришлось смириться. Сама виновата. Ох уж эта женская доля, как она иногда меня выводит.

На завтрак я нашла себе творог. Он был вроде бы даже не обезжиренный, но я решила, что если сегодня продолжу разгрузочный день в стиле вчерашнего, то точно сдохну. Поэтому на завтрак разрешила себе творог. По плану на обед был салатик, а вечером – стакан бурды. Эх, вот бы Сэнди угостил меня кофе...

Погода сегодня стояла особенно преотвратная: весь Ивилон заволок влажный белый туман. Одежда от него тут же становилась мокрой, будто бы под дождем прошел, а зонтиком не укрыться. К тому же, было ужасно холодно. Я надеялась, что к обеду туман рассосется, но этого не произошло.

На последней паре произошло неприятное для меня событие: меня с нее выгнали. Не то, чтобы я очень любила психологию магии, но то, что меня спутали с другим студентом и выгнали за дверь, было как-то обидно. Психологию магии у нас преподавали для всего потока, поэтому людей набивалась целая большая аудитория. Понятное дело, на скучном теоретическом предмете, да в такой толпе, то и дело будут раздаваться какие-нибудь перешептывания и смешки. Вот и за моей спиной студентки громким шепотом делились, как они разоденутся на сегодняшний концерт, и я грешным делом заслушалась этим сильнее, чем лекцией. Все-таки тема, что одеть на концерт, была для меня как никогда актуальной. А старый дурак профессор указал на меня, а когда я запротестовала, и слушать не захотел «никакие оправдания» и выгнал! Само собой, притихшие за моей спиной девчонки и не подумали вступиться «за справедливость».

Я вышла из аудитории и побрела из главного корпуса, чувствуя легкую слабость. Мне, наверное, хотелось пить, но осознала это я лишь по дороге к общежитию. Дурнота накатывала все сильнее, и я поняла, что мне срочно необходимо где-то посидеть и переждать этот приступ. Перед мостом раскинулся небольшой садик с лавочками, и я двинула стопы туда. Угол моего обзора постепенно стал сужаться. Темнота подбиралась с краев, сужая видимость до маленького пятна прямо передо мной. Но и оно грозило вскоре исчезнуть, подернутое черной дымкой. Я поняла, что если ничего не предприму прямо сейчас, то бухнусь в обморок. Но что бы я могла предпринять?

Я пришла в себя и осознала, что лежу на лавке. Ну, может никто и не заметил, решили, что вздремнуть прилегла. Ну и что, что погода ноль градусов? Кстати, возможно все дело именно в погоде. У меня давление, наверное, сильно опустилось, а вкупе с моим недоеданием (диета как никак!) вот такая неприятность вышла. Решив, что на обед нужно все-таки съесть что-то более полноценное, я открыла глаза. И увидела перед собой свое отражение в двух зеркальных стеклах стрекозовидных очков. Блиииин!

Сэнди протянул мне большое красное яблоко. Я села и с радостью впилась в него зубами. Оно оказалось сочным и чуть кисловатым. Мой организм возликовал.

Сэнди сел рядом со мной, а я решила, что нужно непременно перехватить инициативу с расспросами, пока он не ляпнул что-то типа: «Вы хорошо питаетесь?».

- Вы хорошо спали сегодня?

Вопрос показался мне вполне светским, однако Сэнди удивленно (скорее всего) взглянул на меня.

- А что? – с подозрительной интонацией спросил он.

- Да ничего, просто для поддержания беседы, - я пожала плечами.

- Тогда нет, не очень. Вечно какая-то гадость снится в этом месте.

- Правда? Когда мне снится кошмар, я всегда делаю так.

Я повернулась к нему и продемонстрировала, как сжатой в кулак правой рукой стучу по левой стороне груди, где сердце.

- И приговариваю: «Куда ночь – туда и сон». Попробуйте!

Я взяла его правую руку и сжала пальцы в кулак, а затем легонько постучала ею по его груди в области сердца.

- Куда ночь – туда и сон.

- Куда ночь – туда и сон, - повторил он, и я отпустила его руку.

- Вот так, - улыбнулась я.

- Это что, какие-то чары?

- Древняя магия наших бабушек и дедушек. Из того времени, когда магия еще не была наукой. 

Встреча с Сэнди не особенно повысила мне настроение. Он уже дважды видел меня в неприглядном свете. Я должна казаться ему жалкой. А мне ужасно не хотелось, чтобы он меня жалел! Нет! Я сильная и крутая, и мне не нужна жалость, особенно от людей, которые мне небезразличны. И все-таки я была благодарна Сэнди за яблочко, за то, что ничего не спросил, за то, как заступился вчера, я ведь так мечтала, чтобы кто-нибудь хоть когда-нибудь за меня заступился! За кофе ему благодарна, да и вообще за то, как он со мной общается. Не знаю, может я и кажусь ему глупой, но он дипломатичен, дружелюбен и вежлив, несмотря на это. Я подумала о том, что иной раз главное – не сами чувства, а то, как ты их подаешь. Сэнди сам не представляет, что слова, так легко срывающиеся с его уст, и его улыбка, спасли меня из пучин депрессии и безысходности, в которые я день ото дня погружалась. Я окунулась в общение с ним, словно в прохладный ручей после знойного солнца. Это позволило мне снова верить, что в мире есть восхитительные люди, и стоит пройти через трудности, чтобы встретиться с ними. Да, Сэнди оказался моим спасителем, хотя сам он, должно быть, об этом никогда не узнает. Только немного грустно, что все это временно, он уедет, а я вновь останусь наедине со «змеями». Но оттого приятности и ценятся больше, что они быстротечны.

Собираясь на концерт, я чувствовала себя полным неудачником. Хорошо хоть концерт не классической музыки, вечернее платье не пришлось искать. Однако и так вдруг оказалось, что надеть у меня абсолютно нечего. В конце концов, остановилась на черных брюках и сером джемпере с треугольным вырезом. Сверху – удлиненный пиджак нашей формы. И очень даже ничего. Обмотала шею белым, тоже форменным, шарфом, и посмотрела на свое отражение в зеркале. Уныло. Ну и ладно. Глядишь, Йогуртик решит, что я слишком скучная для него.

Концерт проходил под чердаком Дрожащей башни в главном корпусе. Там у нас специфическая акустика. Места там не то, чтобы много, вмещается человек сто максимум. Но, должно быть, им больше не нужно. С тех пор, как я увидела музыкальные технологии Столицы, я по-новому влюбилась в живые концерты. Они кодировали звуки в разных предметах. Абсолютно любых, трудно предугадать. Однажды я видела танец с веерами – и сами веера издавали дивную мелодию, с каждым движением танцоров она раскрывалась, выплетаясь из ветра.

Я с небольшим волнением предвкушала, что ждет меня сейчас. Проверила фонс – Йогуртик так ничего и не написал. Его не беспокоит, что он может попросту не найти меня в толпе?

Билеты проверяли на входе на чердак. Парень улыбнулся мне, оторвал корешок и поставил печатку мне на запястье. Должно быть сегодня у меня есть шанс увидеть многих исследователей Сердца замка и Бездонья, а также военных (к рядам которых мне предстоит присоединиться после обучения). Йогуртика, кстати, на входе также не оказалось. Это начинало меня забавлять.

Я так долго пыталась вытолкнуть себя из общежития и заставить дойти до концерта, что, оказывается, опоздала к его началу. Когда я вошла, уже мерцала цветомузыка, гремел звук, а передо мной прыгали люди. Я осмотрелась и заметила слева диванчики для отдыха. Однако сцена располагалась так, что не была видна, если ты захотел присесть на диванчик. Всем, жаждущим увидеть представление, приходилось стоять. Вверх под потолок вела круговая лестница, уже занятая благодарными слушателями. Я с замиранием сердца поискала глазами Йогуртика, но не нашла. В полумраке и такой толпе мы действительно могли случайно не встретиться. Вот он дурак!

На сцене была натянута светлая леска, расчерчивающая ее на зоны, точно полог паутины. Это были струны! Один из музыкантов танцевал на сцене, соприкасаясь с ними всем телом и извлекая чудесные мелодичные звуки. Слева из пола сцены торчали разных размеров пружины – словно сцена – это драный матрас. На этих пружинах играл другой музыкант, и они превращались в вибрирующую, обволакивающую сознание и позвоночник мелодию. Певица, скорее раздетая, чем одетая, в перерывах между партиями танцевала с клинками, на которых также была закодирована музыка. Увидеть, как оружие создает песню, явилось для меня особенным наслаждением.

Однако следует признать: стоило послушать хотя бы несколько их песен, прежде чем идти сюда. После начала каждой песни толпа взрывалась узнаванием, они подпевали, подтанцовывали в такт. Я же просто слушала, даже здесь не чувствуя себя частью толпы. Где-то на середине концерта, когда я и думать забыла о Йогуртике, кто-то приобнял меня за талию. За то мгновение, что я оборачивалась, я успела сформулировать довольно длинную мысль, что Йогуртик вообще охренел и сейчас я поставлю его на место. Однако Йогуртика за мной не оказалось, там стоял парень, улыбнувшийся мне у входа. Точнее не стоял, а проталкивался мимо меня, и приобнял меня за талию, чтобы галантно отпихнуть в сторону. Мгновенно успокоившись, я отодвинулась, как того и желал парень, и он прошел мимо. А меня такой смех пробрал! Это ж надо, на мгновение я так испугалась, что это Йогуртик! И все же, почему его тут нет? Не мог же он купить билет только мне, а сам даже не планировать пойти? Это будет просто финиш.

Еще одна песня закончилась, а прессы по бокам зала громыхнули басами. Я даже подпрыгнула от неожиданности – я-то думала, это простые колонны. Прошло уже полтора часа, а концерт все не заканчивался. Я стала думать, не убежать ли мне пораньше. Но решила повременить еще одну песню и оказалась права: на спущенную чуть под наклоном переднюю часть сцены посыпались мелкие разноцветные шарики. Должно быть, закодирован на звуки был пол: когда шарики соприкасались с ним, а затем катились по нему, возникал звук барабанов и летящей листвы. Я смотрела на начавшую петь девушку и словила себя на мысли, что завидую ей. Мне бы тоже хотелось быть на сцене, тоже чувствовать эту энергию зала, направленные на тебя восторженные взгляды. Загвоздка заключалась в том, что я ничего не умею: ни петь, ни играть, ни танцевать.

Я ушла с чердака. Решила пройтись по главному корпусу, выйти с другой стороны, прогуляться слегка по вечернему Ивилону. Поспешать в общежитие, где меня ожидают завидующие соседки, не хотелось.

И вот же Йогуртик все-таки дурак, думала я, идя по тускло освещенному коридору, такое свидание прошляпить! Честно говоря, на данном этапе мне было даже слегка досадно. Что это, метод «помани и отбеги»? Он реально думает, что подобным добьется моего внимания?

А может, до него дошли слухи, какая я неудачница, психопатка и отсталая? И он просто решил не связываться. Что ж, тогда он жалок.

Сегодня я шла дорогой в обход моста, она длинная, ведет прямо к трапезной, и довольно хоженая, чтобы не бояться наткнуться на коги. Да и фонарей вдоль нее не меньше, чем на основной. Сказать, что на улице зябко – значит несколько приуменьшить степень того, как я замерзла буквально за пару минут. Я ускорила шаг, решая, что уж лучше посижу в теплой общей гостиной, чем околею на пустынной дороге. Кстати, не такой уж и пустынной: я заметила впереди идущую фигуру. Размышляя над тем, столкнуться с ней или нет, я шла вперед, не замедляя шага, а значит, неуклонно приближалась.

«Будет забавно, если это Йогуртик, - промелькнуло в голове. – Будет забавно, если это труп Йогуртика. Он шел на концерт, но задумался, свернул не туда, и его съели коги. А что, достойная причина, чтобы не явиться на свидание».

Фигура впереди замедлила шаг и остановилась. С каждой секундой я приближалась, и вскоре порадовалась своему везению, потому что на дороге был Сэнди. Эту неряшливую черную копну я узнаю и со спины.

Он попятился, не оборачиваясь ко мне, а я вгляделась в темноту перед ним, чтобы понять, от чего там можно пятиться.

- Господин Сэнди! – позвала я, но он не услышал.

Он сделал еще несколько шагов в сторону, слегка покачнулся. Я всерьез обеспокоилась, потому что особенность этой части дороги в том, что слева – крутой обрыв на второй уровень Ивилона. Обрыв, наверное, метров пять, и можно серьезно пораниться, упав с такой высоты. А Сэнди уже стоит на краю. Я припустила бегом.

Не знаю, от кого он пятился, но встретиться с ним всяко не хуже, чем свалиться с обрыва. Мы сделали это одновременно: он – шаг в пропасть, я – дернула его назад. Силы, блин, как обычно оказались неравны, и мы полетели с обрыва вместе. Я даже не успела испугаться, когда почувствовала, как мы мягко пружиним на ветвях. Следующая ветка хлестнула меня по щеке, выбивая слезы из глаз. Стукнувшись о другую ветку плечом, я перевернулась и упала вниз на Сэнди.

В общем, нам, безусловно, очень повезло. Я отодвинулась, глядя на него. Тьма разрази этот лунный свет, но то, что я увидела, меня ошеломило. Очки улетели в неизвестном направлении, и мне, наконец, открылось его лицо, на котором не было ни одной старческой морщинки! Черный парик съехал на бок, и из-под него выбивались светлые седые волосы. Какой-то дикий диссонанс!

- Будем знакомы, меня зовут Айзор, - заявил он знакомым голосом, протягивая мне руку.

Хорошо, что голос оказался знакомым, иначе я бы точно решила, что передо мной какой-то оборотень. Я села, полностью отодвинувшись от него, и пожала протянутую руку. Имя показалось смутно знакомым.

- Так вы не Сэнди.

Он кивнул.

- И не дворецкий профессора Адориуса.

Еще один кивок.

Я вспомнила, что он на самом деле говорил мне про маскировку. Я-то, дура, не поверила. Его глаза отливали ночью в свете луны.

Мы встали, я посмотрела на склон, с которого мы свалились.

- Должно быть, у вас очень сильная удача. Кстати, от кого вы пятились?

Айзор тоже поднял взгляд на обрыв. До дороги, конечно, отсюда не допрыгнуть.

- Возможно, что от собственной тени, - произнес он.

Он тряхнул головой и парик свалился на землю, явив мне шевелюру, которой обзавидуется любая девушка. Толстая длинная коса изящно раскрутилась, кончик ее едва ли не достиг земли.

- Обалдеть! – потрясенно произнесла я и тут же ухватилась за нее, чтобы проверить, реально ли то, что я вижу.

Она оказалась реальна. И на ощупь – вполне обычные волосы, только уж очень длинные! Айзор выжидательно смотрел на меня. Я несколько смутилась и отпустила его волосы. Хорошо, что мы немного сблизились, пока он притворялся дворецким, если б передо мной сразу предстал такой вполне молодой, симпатичный и самоуверенный тип, я бы точно лепетала что-то бессвязное, как полная идиотка. Я уже сейчас начала так смущаться и волноваться, что оставалось только радоваться, что на дворе ночь и хотя бы внешне этого не видно.

- Куда нам идти? – спросил Айзор, осматриваясь по сторонам.

- Спасибо, дерево! – вместо ответа, я подошла и обняла дерево, спасшее наши кости.

Думала, Айзор только посмеется, но:

- Да, спасибо, дерево! – сказал он и обнял его с другой стороны.

И вот стоим мы, дерево обнимаем, и я понимаю, что ну ничего не изменилось – будь он Сэнди или Айзор.

Места хорошо мне знакомы, и через несколько минут я вывожу нас. Мы стоим на «моей» тропинке.

- Отсюда мы можем пойти вниз и выйти к главному корпусу. Или пойдем вверх – и я покажу вам удивительное местечко, - решаюсь я. Мне просто очень не хочется с ним расставаться. Настолько, что я готова поделиться с ним своим главным ивилонским секретом.

- Думаешь, тут есть дилемма? – Айзор как-то незаметно перешел на «ты».

А вот я не могу. Конечно, он оказался куда моложе, чем я представляла, и все-таки, он выглядит куда взрослее по сравнению со мной. Я хочу ему «тыкать», но не решаюсь.

Мы идем наверх, к моей затерянной часовенке. Я зажигаю слабый магический огонь, чтобы можно было разглядеть ее, но не спугнуть атмосферу. Айзору, кажется, нравится. Когда мы поднимаемся по лестнице, он говорит:

- Раньше на этой башне висело три колокола. Каждый из них уже сам по себе был диковинкой. А вместе они начинали бить в полнолуние. Почему-то по столичному циклу, ведь у Ивилона нет настоящей луны.

Я слушала его с интересом. Да, я предполагала, что раньше здесь висел колокол, а оказалось, что целых три.

- Это вам профессор Адориус рассказал?

Мы уже забрались на самый верх башни. Я подошла к окну и указала на открывающийся вид.

- Нет. Откуда же я это взял?..

Он задумчиво наклонил голову. Неужели он это только что придумал? А я-то поверила!

Еще не было десяти, фонари в Ивилоне приветливо горели, превращая весь замок в праздничный, утыканный свечками, торт. А мы – две фигурки сверху!

Я погасила магический огонь, чтобы ничего не мешало наслаждаться пейзажем, и украдкой взглянула на часы. Протикало десять, и в ту же секунду разом погасли все фонари на дорожках, погасло общежитие-черепаха, замок погрузился во тьму. Только под крышей Дрожащей башни продолжалось веселье, и отсветы цветомузыки били в окна и падали на кроны деревьев. Глаза постепенно привыкли к свету луны, и вот, мы смогли разглядеть светящуюся линию горизонта. Айзор заинтересованно вглядывался туда.

- Что это?

- Ставка армии и исследователей Бездонья.

- Вот как, - Айзор выглядел заинтересованным. – Хочу туда прогуляться.