Часть 28

========== Часть 28 ==========

Уже во второй половине декабря вся школа успела детально рассмотреть работу Люси и разделиться на два лагеря. Одни с завистью посматривали на Хартфелию, которой достался самый горячий и желанный парень в школе, а другие на Нацу, девушка которого была не только красавицей, но еще и преподнесла такой подарок своему возлюбленному.

«Люсьена Хартфелия, пройдите в кабинет директора»

Громкоговорители, что висели в каждом коридоре школы, три раза повторили объявление. Светловолосая тяжело вздохнула и поднялась из-за парты, кидая печальные взгляды на мрачного Драгнила, который не собирался отпускать свою любимую одну.- Я сама, Нацу, - ее ладонь выскользнула из его, и девушка скрылась за поворотом.Массивная дверь, за которой находился кабинет директора, заставил Люси нервно вздрогнуть. С момента встречи Нацу и всех остальных, многое изменилось: отец стал как никогда суров и непреклонен, она освободилась от оков страха перед миром и людьми, а огромная пропасть между родителем и дочерью росла с каждым днем. Хартфелия потянулась к ручке кабинета, как та распахнулась, чуть не сбив блондинку с ног. - Дрянь, - процедила сквозь зубы Лиссана, что вышла из кабинета отца, - какая же ты дрянь! Он должен был принадлежать мне!Виновато опустив голову и до боли закусив губу, Люси прошла мимо пепельноволосой девушки и закрыла за собой дверь, оставляя взбешенную Штраус в одиночестве сжимать кулаки. Художница никому и никогда не расскажет о том, как чуть ли не каждую ночь в ее комнате Нацу нежно касался кончиками пальцев ее тела, очерчивая каждый изгиб и восхищенно наслаждаясь видом любимого обнаженного тела. О том, как аккуратно разводит ее ноги, прижимаясь губами к ее колену и хмуря брови от интимности собственных действий. О том, как любит ее ночами, утыкаясь носом в ее шею, втягивая ее запах подобно наркоману и словно в бреду шепча слова любви. - И ты для этого провела все выходные в школе? - из водоворота собственных мыслей блондинку вытащил Джуд, строго смотрящий на витавшую в облаках дочь.- Да.Мужчина нахмурил брови и провел рукой по волосам. Чувства дочери в его план не входили.- Что ты пытаешься доказать? - спросил он, поднимаясь с места, - что и кому ты пытаешься доказать?- О чем ты? - блондинка попыталась придать своему лицу непринужденность.- О Драгниле! – взревел директор школы, ударяя ладонями по столу.Девушка вздрогнула, но не отступила. Она давно приняла решение, которое должно освободить ее от всего, что сковывает:- Так ты сам захотел, чтобы я влюбила его в себя.Лицо мужчины напротив побагровело, а на скулах заходили желваки.- Я хотел только его деньги, власть! - взревел Джуд, впадая в состояние неконтролируемой ярости. - Игнил могущественный человек, даже я не могу с ним соперничать.Люси была уверена, что если не широкий стол, то он ударил бы дочь по лицу.- Ну, так через его сына это сделать проще, - пожала плечами светловолосая художница, смотря куда-то в пол, - он влюблен в меня и сделает все, что я попрошу.Наверное, этот ответ удовлетворил желание Хартфелия-старшего, и он выпрямился, приглаживая в своей обычной манере прядь выбившихся из идеальной укладки волос. - Надеюсь, ты с ним не спала.Ни один мускул не дрогнул на лице Люси, а сама девушка осталась стоять на месте. Это было красноречивее любых слов.- Ясно, - он с презрением посмотрел на свою дочь, словно перед ним была продажная девка, а не собственное дитя, - и как мне смотреть в глаза твоему жениху?О наполеоновских планах отца художница узнала всего несколько дней назад, когда отпрашивалась у него на выходные вместе с Эрзой в школу. Этот мерзавец с самого начала планировал воспользоваться Люси и посадить семейство Драгнил на короткий поводок. Чтобы умница-дочка подчинила себе главного бабника школы, вытрясла побольше денег, а потом упорхнула обратно под крыло Джуда. - Ты гонишься за двумя зайцами, - теперь блондинку начинало тошнить всякий раз, когда она видела родителя. - Не смей мне указывать! - выкрикнул директор, - твое дело лишь крутить этим пареньком.Шоколадные глаза художницы прожгли в родителе дырку. Как же сейчас она его ненавидела!- Да, папа.- И не смотри на меня так, - ухмыльнулся Джуд, беря со стола пульт от телевизора, что висел напротив его стола, - вот, полюбуйся, - он махнул рукой в сторону экрана, - он у нас на крючке, дорогая, все уже получилось!На записи показалась та самая гостиная в квартире Лиссаны Штраус, где несколько недель назад произошел инцидент с бывшей любовницей Драгнила.«…Будь тут хоть все девушки мира, я бы все равно выбрал Люси!… Как ты не понимаешь… я бы все отдал, чтобы сейчас прижаться к ее губам!»Светловолосый мужчина победоносно улыбнулся, ставя видео на паузу:- Этого хватит, чтобы посадить его за фиктивное похищение дочери Джуда Хартфелия, которое я с легкостью могу подстроить. Это мотив, дорогая!То, с каким ужасом посмотрела на него Люси, навсегда останется в памяти Хартфелия-старшего. Но тот лишь улыбнулся еще шире и выключил проигрыватель. - Иди на занятия, тебе пора.На негнущихся ногах Люси вышла из кабинета директора и нос к носу столкнулась с Нацу, который привалившись к стене, ждал свою возлюбленную. Девушка отвела глаза. Тяжкий груз лег на плечи светловолосой, не давая спокойно вздохнуть. Страх, отчаяние и ужас сковали душу художницы цепкой ледяной лапой, вонзая свои когти все глубже. - Люси, - горячая рука Драгнила дотронулась до ее плеча, от чего блондинка вздрогнула и перевела взгляд на парня, - все нормально?- Да, все хорошо, - отстраненно ответила она, на автомате кивая головой. Девушка с силой сжала руку Нацу и вымученно улыбнулась розововолосому, который обеспокоенно смотрел в шоколадные глаза, полные печали, и пытался понять, что за разговор был у его любимой с отцом. Но озвучить вопросы, что роились в голове он так и не решил, сочтя правильным дать Люси время самой разобраться в собственных чувствах.- Нацу, - девушка резко остановилась и повернулась лицом к Драгнилу, который покорно шел рядом с ней все это время, - пообещай мне, - она поймала руками лицо парня и прикоснулась своим лбом к его, - пообещай, что останешься со мной, - из-под полуопущенных ресниц скатилась одинокая соленая капля, - навсегда.Поймав подушечкой большого пальца девичью слезу, Нацу притянул светловолосую девушку ближе, чтобы в самые губы прошептать:- Навсегда.

***

Когда к подъездной дорожке поместья Хартфелиев подъехал белоснежный Aston Martin с выключенными фарами, Нацу надеялся на то, что для светловолосой художницы его визит останется тайной. Сегодня он приехал не ради свидания с ней, а ради разговора с Джудом, который пригласил его вчера вечером. Незаметной тенью проскользнув по таким знакомым коридорам замка, Драгнил остановился около двойных дверей, что вели в кабинет отца Люси. Тут он тоже уже бывал. Коротко постучав и получив разрешение войти, он оказался в просторном помещении, которое сейчас потонуло в вечернем полумраке зимы. И лишь разожженный камин и антикварный торшер, стоящий в углу кабинета, разгоняли темноту. В глубоком кожаном кресле напротив открытого пламени восседал с прямой осанкой и сам хозяин поместья, смакуя какое-то красное вино.- Проходи, можешь сесть, - даже не повернув голову в сторону гостя, произнес мужчина, - вино?- Нет, благодарю, - покачал головой Нацу, оставаясь стоять на месте.То, что перед ним был опаснейший человек из, когда-либо встречавшихся розововолосому не подлежало сомнению. Все его инстинкты кричали держать ухо востро и не поворачиваться к Хартфелию-старшему спиной.- Ты ведь любишь мою дочь, - блондин сделал короткий глоток из бокала, продолжая гипнотизировать яркое пламя, словно он вел диалог с ним, а не Драгнилом, который заметно напрягся от последнего вопроса, - разве нет?- Да.- Тогда, - Джуж поднялся с места и повернулся лицом к парню, - я предлагаю тебе ее купить у меня.Антрацитовые глаза покрылись коркой льда, а воздух выбило из легких. Нацу не верил своим ушам. Может ему все-таки показалось, и Джуд Хартфелия не предложил ему только что купить его единственную дочь, словно та была бездушной вещью.- Что? – переспросил он, силясь понять что происходит.- Ну, скажем за десять миллиардов долларов облигациями, - пожал плечами светловолосый мужчина, отставляя стакан в сторону, - ты обесчестил мою дочь, хотя она должна была выйти замуж за герцога, так будь добр взять на себя ответственность…- И такова цена вашей дочери? - он невесело усмехнулся, перебивая отца своей возлюбленной, - десять миллиардов долларов облигациями?- Если ты не готов, и все это было лишь игрой бабника, - наигранно печально произнес Джуд, пряча руки в карманы, - то стоит сказать об этом и самой Люси. Она же наивная и верит каждому твоему слову, хотя мы оба знаем, что ты ей верен не будешь.Драгнил фыркнул, делая шаг в сторону рабочего стола блондина и взглядом окидывая какие-то документы:- Мне это уже говорили.Смысла что-то доказывать не было, а потому Нацу просто проигнорировал замечание собеседника, продолжая изучать договора на столе директора его школы.- Слушай…- Нет, - когда он перевел взгляд на светловолосого бизнесмена, парень покачал головой, растягивая губы в хищной улыбке, - не в ней дело. Мы оба знаем, что все дело в деньгах моей семьи.Тихий смешок со стороны директора школы подтвердил догадки Драгнила. Нацу почувствовал, что клокочет от ярости. Продать собственную дочь! Как же низко может пасть жадный до зеленых купюр человек. - И с каких пор мои деньги вас стали интересовать сильнее собственной дочери? – серые глаза прожигали блондина насквозь, заставляя мужчину невольно поежиться.- С тех самых, когда ты впервые переступил порог моей школы.- Хоуу, - многозначительно протянул Нацу, не зная, что еще сказать, - как откровенно.- Да кто ты такой, чтобы осуждать меня? – карие глаза полыхнули злым огоньком.Хартфелия-старший знал, что сын Игнила унаследовал не только характер отца, но еще и его ум превосходного стратега, делающего Нацу опасным противником. Что ж, на стороне Джуда был опыт и возраст, которые должны были компенсировать ему это слабое место.- Кто мы? - усмехнулся Драгнил, - разве это все не зависит от того, сколько у нас денег?- Какой смышленый мальчик у Игнила растет, - натянуто улыбнулся хозяин поместья, - так что на счет нашей сделки?Улыбка парня переросла в оскал, не предвещающий ничего хорошего, а серые глаза азартно блеснули: - Когда и где.