Есть у нас один цыплак.

Есть у нас один цыплак – будущий петушок, – который каждый день находит способ поиграть в игру: «Сожрёт меня фокстерьер или нет». Кто не знает, фокстерьеры – это такая охотничья порода собак, которая и барсука вытащит из норы, и на лося пойдёт, потому что в момент охоты ей становится по барабану, каких размеров животина перед ней.

Так вот, уже почти 2 месяца этот цыплак, притом один из девятнадцати, пролазиет через маленькую дверь в большой мир – в мой огород за мошками погонять, траву какую новую схватить. Мы с мужем уже устали его загонять, ставим заслон, а он, искатель на свой хвост приключений, опять находит лазейку. И дошло до того, что стал от курятника прилично отходить.

Но смех в другом: за два месяца он ни разу не попал в зубы фокстерьеру. Даже когда я в доме пишу свой роман, а Веста на улице бегает, даже когда мы всей семьёй уезжали, оставляя собак во дворе, он всегда оставался целым и невредимым.

До вчерашнего дня. Забегу вперёд, скажу: он и сегодня цел и невредим.

Но после вчерашнего я уже перестала за него беспокоиться, воочию очередной раз узрев, что все мы ходим под Богом. Вопрос в другом: из какого-такого птичьего рая спустился в мой курятник этот цыплак, который, кстати, вылупился на Пасху.

Рассказываю.

Загнала я в очередной раз цыплака, поела с дерева черешни и пошла за своим сыном, который был в двух дворах от нашего у бабушки. Прохожу мимо своего забора и слышу заорал не своим голосом цыплёнок. Мысли прокрутились мгновенно: опять вылез и его, наконец-то, схватила Веста. Начинаю громко звать своего фокстерьера по имени, чтобы она меня слышала и, быть может, разжала свою пасть. Сама бегу. Залетаю через колитку и вижу на втором участке (у нас 2 в 1) радостно прыгающего ротвейлера, а рядом с ней мелькающий белый хвост фокстерьера. Цыплак уже вообще не пищит. Бегу, кричу на собак: «Айза, Веста, нельзя!»

Кой-как голосом удаётся утихомирить четверолапых головорезов. На земле лежит цыплак. Не движется, естессно! Спина и шея мокрые.

Беру его с мыслями, что сейчас надо-то Весту поймать и дать этим цыплаком ей по морде, а потом ещё по морде ротвейлеру.

Но не тут-то было!

Просматриваю перья – в Айзыных слюнях, но это же не кровь!

А вокруг меня прыгают два хвоста, один выше другого.

Глядь, а цыплак живой-то!

Ну, думаю, не судьба. Но пойдёт ли он сам ногами? В том году к нам заскочила чужая собака во двор и схватила курицу – не убила, но нервные связки повредила, пришлось на суп пускать.

Несу я этого бедолагу в курятник, а сама рисую уже в голове картинки, как его наиболее щадяще прикончить, ведь был в пасти у фокстерьера, а потом его ещё и ротвейлер облабызал.

Но опять не тут-то было.

Выпускаю цыплака в вольер, и он реактивной пулей кидается в курятник! Даже шпоры не успели сверкнуть! Во, думаю, птичий бог какой, как сказал бы мой сын, сильнючий и могучий.

Сегодня пока цыплак этот никуда не вылазил.

На долго ли? Хотя, не в нашей с вами власти решать.

Короче, не скучаю.