Глава 1

- Потрудись мне объяснить, что это было.

Феликс поднял измученный взгляд на менеджера, господина Пака, мужчину средних лет в строгом костюме с обыкновенной прической на пробор посередине. Его внешность не отличалась чем-то уникальным, тысячи таких же корейцев как он ходили по улицам Сеула, поэтому он не был моделью, а руководил ими, что наверняка сильно его раздражало, раз у него был такой отвратительный характер. Он выносил мозг Феликсу всю неделю до проб, и вот когда они так феерично завершились, собирался промыть ему их ещё больше.

- Я что, со стеной говорю? Что это нахрен только что было?! Когда ты позоришься сам, это ещё ничего, но сегодня ты опозорил всё агентство! Отвратительный проход, даже лучшая одежда на тебе сидела как мешок из-под картофеля... а что ты за ахинею нес, Господи, прости. Ну разве сложно было выучить то, что я тебе дал? Их вопросы из проб в пробы не меняются, так трудно было зазубрить? А в конце ты решил, чтобы тебя точно запомнили, в обморок свалиться. Браво, Феликс. Преклоняюсь перед твоим мастерством.

- Хочу напомнить, что это всё результат изнурительных тренировок в купе с водной диетой. Я вообще удивлен, что до сих пор не помер, - пробормотал Феликс, трясущейся рукой пытаясь открыть бутылку.

Господин Пак ошарашенно посмотрел на него и истерично рассмеялся.

- А ты думал, будет как-то по-другому? Все модели так живут, но почему-то с ними заключают контракты крупные компании, а с тобой нет. Наверно, проблема не в образе жизни, а в твоей бездарности.

Феликс едва мог шевелиться, но терпеть обливание себя грязью больше не мог. Опершись о стол, он поднялся и заглянул менеджеру прямо в глаза.

- Господин Пак, я понимаю, что агентству плевать на состояние моделей и их интересует лишь прибыль, которую они получат с контракта, но о каком контракте может идти речь, когда люди видят, насколько нестабильна модель. Знаете, почему со мной никто не хочет работать? Всё просто: им не нужна однодневка. Сегодня я пройду пробы, а завтра сдохну от обезвоживания! Макияж уже не может скрыть мешки под моими глазами, я исхудал настолько, что даже самый маленький размер на мне висит. Может, пора перестать быть такими алчными и вспомнить, что мы тоже люди?

Менеджер, пораженный наглостью юноши, схватил его за грудки и, приблизившись к его лицу, зашипел:

- Ты бессмертия где-то поел что ли? Мой дорогой, ты, когда шел в эту индустрию, должен был понимать, чего тебе это будет стоить. Если хочешь питаться бургерами, можешь забирать своё портфолио и валить на кассу в Макдональдс!

Он нагло оттолкнул Ликса, и тот, обессиливший, свалился на пол, ударяясь головой об стол.

- Поднимайся, недоразумение! Не хватало, чтобы тебя другие претенденты в таком состоянии увидели.

Господин Пак резко подхватил парня за локоть и потащил его на выход. Феликс уже открыл дверь в их машину, но менеджер встал перед ним и захлопнул её обратно.

- Мне нужно в агентство, поэтому домой доберешься сам. Вот, держи.

Он всучил ему пару купюр, залез в автомобиль и умчался, отставив юношу как бедного родственника. Феликс взглянул на смятые бумажки. Его лицо скривилось. Ему едва хватало на оплату квартиры, небольшие гонорары с мелких съемок не приносили больших доходов, но уж за такси он заплатить сам был в состоянии. Матерно выругавшись, он разорвал купюры и пустил куски по воздуху.

Из здания, где проходил кастинг, стали выходить такие же неудачники, которых не взяли, и те, кому улыбнулась удача. Среди этих счастливчиков в черном костюме вышел и главный конкурент Ликса, Его Величество Хван Хёнджин. Хотя конкурентом его считать было спорно, потому что он с успехом проходил все кастинги, имел контракты с известнейшими брендами, а Феликс даже не рассчитывал когда-либо дотянуться до его уровня. Парень наверняка не мучил себя диетами, выглядел стройным, но при этом мускулистым. Когда их попросили пройтись в майках, Феликс смотрел на его аристократические руки, от которых сыпались все девушки, и молча завидовал. Он действительно был необычайно красив даже без косметики: волосы цвета вороного крыла лоснились и наверняка на ощупь были нежнее облака, черты лица были ровными и четкими, нос – с небольшой горбинкой, которая лишь придавала ему царственности. Глубина его глаз поражала всех, хотя были они карими и ничем не выделялись, но всех умиляла маленькая родинка под одним из них. А его чуть розоватые пухлые губы были произведением искусства. Юноша лучезарно улыбался и разговаривал со своим менеджером. Подъехала машина, и ситуация вышла противоположная: юноша попрощался и уехал на дорогой тачке с водителем, в то время как менеджер остался ловить такси.

Феликс наконец-то тоже поймал машину и поехал в свою затрёпанную хатку. Конечно, это были не трущобы, которые давно превратились в свалку, но и не коттедж где-нибудь в Пхёнчхан-доне. Юноша снимал небольшую квартирку на последнем этаже и имел доступ на крышу, где часто в теплое время сушил вещи или наслаждался завтраком на свежем воздухе. Попросив высадить его у магазинчика, он купил себе рамен и пива, дабы ненадолго забыться. Зайдя домой, Феликс устало выдохнул и плюхнулся на старый диван, накрытый бабушкиным пледом, который она связала специально для украшения его квартиры, и, хотя он был старомодный, юноша дорожил им всей душой. Зазвонил телефон.

«Мама, ты как всегда не вовремя».

- Алло, - как можно оптимистичнее ответил сын.

- Солнышко, привет, ты еще не спишь? – послышался нежный голос, от которого на глаза навернулись слезы. – Как твои дела? Есть успехи в агентстве?

Врать маме не хотелось, но и расстраивать тоже. Она, страшно переживая, в свое время отпустила сына покорять Корею, поэтому разочаровывать Феликс её не мог.

- Всё хорошо, недавно была фотосессия для бренда косметики.

- Да? Потом обязательно пришли мне фото. Хоть полюбуюсь сыном. Ты хорошо там кушаешь или одни рамены точишь?

Сын прикусил губу, вспоминая водную диету, согласно которой он неделю пил только напитки и в среду позволил себе съесть бульон.

- Нет, мама, я хорошо ем. Конечно, когда успеваю.

- Смотри мне, узнаю, что тебя там голодом морят – приеду и начну откармливать! – смеясь, крикнула женщина.

- Лина, ты там с кем? С Ликсом что ли? – послышался голос отца.

- Да, папа, это я, привет!

- Ой, поглядите, соизволил ответить. Ну что, модель, уже потоптался по красной дорожке?

- Ну, папа, я же только начинаю свой путь.

- Знаю я этих моделей. Они все сначала начинают, а потом переспят со всеми подряд и сразу успешными становятся!

- Отец, прекрати, здесь всё совсем не так. Тут на самом деле нужно знать свое дело. Ладно, было приятно вас услышать, но я сегодня так устал, что глаза закрываются. Передайте привет девочкам!

После разговора с родителями стало лучше, но Феликса съедала совесть. Он не любил врать, а приходилось делать это постоянно, да ещё и в такой наглой манере. Растрогавшись, он не заметил, как из глаза выкатилась непрошенная слеза. Смахнув её, он резко поднялся и отправился готовить еду. Лишние чувства ни к чему.

Была глубокая ночь, но спать не хотелось. Вкус рамена после диеты был как никогда шикарен, и, сидя на крыше, Феликс уплетал его за обе щёки, любуясь темно-синим небом, усыпанным звездами.

- Так ли мне всё это надо? Неужели я всю свою карьеру буду вынужден делать не то, что хочу, а то, что прикажут, при этом портя свое здоровье? Может, не так уж и плохо отработать смену, прийти домой, поцеловать жену и детей, выпить баночку пива и лечь спать?

- И стать полнейшим неудачником с огромным пивным пузом и долгами по кредитам, - проворчал кто-то.

Феликс повернулся в сторону лестницы и увидел хозяйку с огромным тазом белья, которое она собралась развесить прямо перед его окнами.

- Эй, госпожа Чон, во-первых, подслушивать нехорошо, а, во-вторых, вы собираетесь повесить это здесь?

- Да, а что?

- Как что? Я арендую эту квартиру на последнем этаже, а значит эта крыша тоже моя собственность. Не надо тут свои трусы вешать.

- Ты что-то попутал, дорогой. Ты за крышу не платишь. Хочешь, чтобы была твоя – доплачивай.

- Я и так плачу бешеные деньги, несмотря на то что в сезон дождей у меня кое-где крыша течет! – воскликнул юноша, вскакивая.

- Что-то не нравится – съезжай. Никто тебя силком тут не держит. Ты кстати меньше всех тут платишь.

- Потому что у меня самая дурацкая квартира.

- И самая дешевая, не забывай. Будешь выкаблучиваться - подниму цену. За мной не заржавеет.

Мысленно подсчитав свои доходы, парень понял, что пока более хорошие условия позволить себе не может, поэтому закатил глаза, но молча вернулся в квартиру, прокручивая слова хозяйки в голове.

- Я уже неудачник, разве можно быть большим неудачником? Старая карга, мужа-алкаша похоронила и злится теперь на всех.

Решив, что утро вечерамудренее, Феликс принял душ и свалился в постель, мгновенно засыпая. Завтравыходной, но это не значит, что его никуда не дернут.