31

Прохладный душ после тяжёлого дня приятно освежил уставшего Барнса, позволив ему задышать иначе. Легче. Неспешно мужчина вытер себя белоснежным полотенцем, а после даже причесал волосы, но когда Баки вышел через спальню в гостиную, то заметил нечто странное.

Осторожно, дабы не спугнуть, мужчина присел на диван рядом с Сашей, которая смотрит перед собой. В сторону телевизора, но мыслями она совершенно в другом месте. Просунув свою ладонь под женскую, которая лежит на коленях, Баки пропустил свои пальцы между женских и чуть сжал их.

— Кексик, — зовёт мужчина, ведь на него толком не обращают внимания.

— Я в порядке, — зажмурив глаза на секунду дольше положенного, лжёт Саша и быстро чмокает мужчину в щетину. — Сходи поёшь, пока горячее.

— Сразу же, как только ты мне расскажешь, что произошло, — спокойно настаивает Баки и второй рукой закидывает женские ноги на себя, чтобы повернуть Сашу к себе лицом.

Недолго Баки наблюдает за тем, как его дама сердца опускает глаза и старается не вываливать на него проблемы «с порога». Но это совсем другое. Уж если это настолько затронуло Сашу, что она сама не своя, то Баки должен это узнать сейчас. В целом, он не очень-то и голодный.

— Нейт сначала избегал меня, а теперь и вовсе грубит, когда я пытаюсь узнать, что с ним случилось, — осторожно начала говорить Саша. — Может это просто переход в новую школу, а может что другое, я не знаю.

— Я с ним поговорю и мы все уладим, — кивнув всего раз, легко обещает Баки, словно это пустяк.

— Правда?

— Конечно. Я его отец, мне это под силу, — пожимает плечами мужчина.

— Да, конечно, я не сомневаюсь, он это тоже знает, что облегчает задачу, но…

— Все будет хорошо. Я тебе обещаю, — даёт клятву Баки и целует ладонь Саши, а затем её саму.

— Попрошу заметить… — шепчет она в губы мужчины, не открывая глаз.

— Погоди, — останавливает мужчина и спускается с дивана, встаёт на одно колено, держа в своих ладонях женские, счастливо заглядывая в глаза любимой напротив, — я готов замечать.

— Ты сам предложил помочь сейчас, а не после ужина.

— Кексик, ты просто супер, ты его мама, но это решается среди мальчишек.

Первая неделя средней школы Мидтаун для Нейта Роджерса выдалась сложной. Этому предшествовала не только перестройка с младшей школы в «новую жизнь», нет. Несколько лет назад, официально, через суд Стив Роджерс признал себя отцом и с тех пор Нейт носит фамилию отца, при том что живет с матерью и отчимом, которого, кстати, зовет отцом, а также со своими братом и сестрой, которые носят фамилию Барнс.

Когда ты еще ребенок, такие мелочи мало волнуют тебя, да и окружающих. Однако, все меняется со временем. Школа, даже если это школа приличного района города Нью-Йорк, настоящий отстой. Так сказала Александра сыну, когда он хотел получить от нее честный ответ, чего же ждать от первого дня. Баки оказался не согласен с женой, потому что его школьные годы были не так уж и плохи, но Нейт был счастлив, что его подготовили к тому, что ждало за дверьми средней школы Мидтаун. Он был готов.

В конце концов, фамилия, да и поступки Роджерса, который относительно недавно был не просто Капитаном Америка, но и Капитаном Гидра, заставили людей, окружающих Нейта Роджерса, разделиться надвое. Первыми были те, кто понес урон от его отца, вторыми же были те немногие, кто проиграл и был с этим не согласен. Хотя им и приходится признать, что Гидра свергнута.

Друзья, которых успел завести Нейт в младшей школе, как-то разбрелись и парень потерял с ними связь. Завести новых — вот задачка, она не из легких. Парень никогда не был тем, кому сложно завести новые знакомства, но школа умеет удивить, ведь в каждом классе есть те, кто любит задирать других. Им в глаза стараются не смотреть, быстро отдать деньги на обед, пробежать по соседнему коридору, чтобы лично не встретиться. Полный абсурд, для Нейта.

Сложилось так, что задиры хотят с ним подружиться, в немом ожидании того, что парень, в определенном плане, их возглавит. Примером такого является Рози. На большой перемене, в столовой, у Рози выдернули поднос с едой и требовали извиниться за ее «страшную блузку». Бедная девочка сидела со слезами на глазах в ожидании, когда это всё закончится. Тот самый задира, Райан, протянул поднос Нейту. Тогда на Роджерса посмотрела буквально вся школа не представляя, как же он поступит, чью сторону примет. К несчастью для первых и вторых, Нейт никогда не искал себе компанию, которую хочет повести за собой, потому он вырвал поднос, но ехидная улыбка Райана сошла, когда поднос с грохотом опустился обратно на стол перед Рози, а Нейт вышел под оглушающую тишину.

Парень не принимает ничью сторону, кроме своей. Сколько бы людей не ожидало от него, что он станет их лидером, Нейт не шел у этого давления со стороны на поводу. Насколько возможно, он оттягивал момент принятия решения. Парень не обходил за километр хулиганов, но и не лез в их разборки, как бы отчаянно его не пытались втянуть в подобное. Та часть школьников, относящих себя к «жертвам», так и не смогла определиться, бояться ли им Роджерса младшего, или искать помощи в трудную минуту.

Миссис Пастерсон — классный руководитель Нейта, объявила о родительском дне. Это тот день, когда каждый приводит в класс одного из своих родителей и тот рассказывает что-нибудь о себе: свои увлечения, о работе, о достижениях в жизни. Как правило, девочки приводят матерей, мальчики отцов. Оттягивать момент принятия решения больше невозможно. Нейт это понял, когда миссис Пастерсон с огоньком в глазах спросила его:

— Нейт, а кого ты приведешь на урок?

— Да, Роджерс, кого? — с коварной улыбкой спросил Райан.

Если для задиры это способ доказать, что он и Нейт «одного поля ягоды», то миссис Пастерсон спит и видит, как бы ей надеть облегающую юбку и обратить на себя внимание Капитана Америка. Всегда будут те, кто не забудет войну Капитана Гидры, даже если он давно вернулся на сторону добра. Райан один из них, и Нейт это знает.

Парня спас звонок, сообщающий об окончании урока, но пошел обратный отсчет. Кого приведет Нейт? Стива или Баки?

За ужином ребенок был молчаливее обычного. Это сложно не заметить. Однако, когда Саша хотела спросить об этом, Баки взял ее ладонь в свою, напоминая, что это мужской разговор. Ей пришлось согласиться, ведь Баки главный. Сдаться ему без боя — лучшая часть их семейной жизни. Александра накрыла губы мужа своими и спокойно провела остаток вечера с семьей, ведь ей обещали со всем разобраться.

В комнате Нейта, когда парень делал уроки, к нему постучал отец и получил приглашение войти.

— Что делаешь? — издалека начинает разговор Барнс и садится рядом с сыном.

— Литературу, — задумчиво отвечает ребенок и смотрит в учебник, на одну и ту же строчку, третью минуту к ряду, совершенно не понимая смысла прочитанного.

— А о чем думаешь? — сочувственно спрашивает Баки и отодвигает книгу, в ожидании, когда на него обратят внимание. Где-то сегодня он уже такое видел.

Нейт медленно выдыхает, закрывает глаза и думает, как бы ему объясняться, чтобы быть верно понятым.

— Не хочу быть героем, — тихо говорит парень и с грустью смотрит на отца.

— Не всем быть героем, — легко отвечает он и пожимает плечами, не видя ничего плохого в сказанном, а после расплывается в улыбке, — мама от такого заявления будет в диком восторге.

— Не хочу быть злодеем, — продолжает Нейт.

— От такого заявления весь мир будет в диком восторге, — продолжает Баки.

— А школа — полный отстой, — злится парень и запрокидывает голову назад.

— Мир не черно-белый, — уверенно говорит Барнс. — Тебе не обязательно быть тем или другим.

— Завтра родительский день, — говорит Роджерс младший и многозначительно смотрит в глаза отца, чтобы он понял суть проблемы.

— О-о-оу, — подняв брови вверх от удивления, протягивает Барнс.

Парень слегка кивает головой в знак согласия и переводит взгляд на окно. Приятно, когда тебя поняли. Неприятно, что ты не имеешь представления, что же тебе делать. Какое-то время мужчины сидят в тишине. Барнс встает со своего места и направляется к выходу.

— Дело твое, но Генерал куда круче Капитанов. Подумай об этом, — говорит Баки и подмигивает сыну, когда тот с большим удивлением в глазах обернулся на отца.

Нужные слова моментально пришли в голову ребенка, который схватил лист бумаги и тут же составил вступительное слово.

Сидя за партой, Нейт спокойно выслушивает от матери Рози о том, что она отличный государственный служащий, который работает в суде.

— А-а-а… Кем именно? — спрашивает миссис Пастерсон.

— Помощник адвоката, — смущенно отвечает женщина и краснеет тут же.

Неуверенность матери точно передалась дочери. Райан смотрит на бедняжку Рози, как на жертву следующей своей неудачной шутки, а потом на Нейта.

— Эй, Роджерс, а когда твой отец объявится?

Ответа на этот вопрос он не получит. Очередь подошла еще через два человека, тогда начала нервничать миссис Пастерсон, которой давно сложно дышать от корсета, что затянут на ней для пущей стройности и привлекательности. Повезло, что коротенькая юбка не попалась на глаза директору школы. Пришлось бы краснеть как пятикласснице за свой вызывающий внешний вид.

— Нейт, отец не смог прийти? — спрашивает она, на что парень молча встал из-за своей парты и подошел к доске, развернул лист и смотрит на дверь.

В класс входит миссис Барнс с корзиной кексов, которую ставит на стол классного руководителя, а затем садится на стул рядом с сыном, предназначенный для родителей. Один стул. Из плаща виднеются только грубые ботинки на шнуровке высотой до колена. С довольным лицом, излучающим уверенность и доброжелательность, она поворачивается к сыну и утвердительно кивает ему, давая сигнал к началу.

— Сегодня я хотел бы рассказать вам о своей семье. Она у меня большая, — читает Нейт с листка, который написал вчера, — у меня есть брат и сестра: Джеки и Рейчел, которые в этом году впервые пойдут в школу. У меня есть два отца, — уверенно говорит он и поднимает глаза на Райана, затем грозно продолжает: — и оба настоящие. У меня никогда не было недостатка внимания от папы, — теперь смотрит на Пита, который вырос агрессивным от постоянно сменяющихся отчимов, несменно бросающих его, — но тот человек, который всегда был со мной — моя настоящая мать, которая заботилась обо мне с первого дня моей жизни, — Нейт оборачивается на Сашу и они тепло улыбаются друг другу. — Она очень заботливая, добрая, отлично печет кексики, — говорит парень и кивает на корзинку рядом с учителем, — а еще, она — Генерал России.

— В отставке, — вставляет пару слов Саша, медленно расстегивая плащ и снимая его с себя, демонстрирует военную форму Генерала и награды на груди, большую часть которых заслужила еще до 1943-го.

— Моя мать никогда не бежала от войны, которая настигала ее, но и никогда не лезла в бой первой, — продолжает Нейт и угрожающе смотрит на Райана, который не может оторвать глаз от военной формы.

— И в этом мы с Нейтом очень похожи, — говорит Саша, не сводя глаз с главного задиры, который достает ее сына, — БУ! — не сдерживается она, и Райан инстинктивно отпрянул назад, хотя их и разделяют еще две парты.

— Мама умеет вкусно готовить, а также защищать себя, свою семью и свободу. Проще говоря… — читает ребенок, но его останавливает мать, мягко положив ладонь на спину.

— Проще говоря, в эту минуту я угощаю вас вкусными кексиками, а в следующую разбиваю нос, стоит вам тронуть мою семью, — нарочито доброжелательно, говорит она и с вызовом смотрит в класс. — Ну, выбираем кексики или войну?

— А с чем они? — спрашивает Рози.

Нейт взял корзинку и пошел раздавать угощения, тогда как Саша воспользовалась паузой и подошла к учительнице.

— Расскажи мне, — шепчет миссис Барнс, — которого Капитана ты пыталась соблазнить своим видом?

— Я бы ни за что…

— От этого зависит многое, — предупреждает Саша, — ответишь правильно и получишь совет. А вот если положила глаза на моего мужа, то я доберусь до тебя, будь уверена.

— Мистер Роджерс мне симпатичен, — прочистив горло, неуверенно признается мисс Пастерсон.

— Хороший ответ заслуживает хорошего совета, — широко улыбнувшись, говорит миссис Барнс. — Ему нравится строгая одежда, без всяких рюшек, — подмигивает она учительнице, а затем громко обращается к классу. — Кто хочет увидеть фокус?

Получив согласие от класса, воодушевленного увидеть обещанный фокус, миссис Барнс взяла из корзины заранее приготовленное яблоко и положила его на стол учительницы, которую поставила себе за спину. Прошло мгновение, как яблоко разлетелось по классу. Пуля прошла через открытое окно, а гильзу поднимать не пришлось, ведь Майор Рощин профессионал своего дела.

О том, что мисс Паттерсон может рассказать о случившемся директору, миссис Барнс не беспокоится, ведь учитель у неё в долгу, а дети поняли главное — не стоит лезть к Нейту. Беспокоит другое.

— Ты солгал, — захлопнув дверь машины, наперёд говорит Саша.

— Ну и как все прошло? — сидя за рулём в полной боевой форме Зимнего Капитана, спрашивает Баки, который так и не вышел из машины.

— Как прошло?! «Ой, Кексик, — начала передразнивать мужа миссис Барнс, — конечно мы пойдём туда вместе. Я надену свою форму, ты свою. Всем понравится»! Я хотя бы плащ надела, чтобы…

— Яблоком воспользовалась? — остановив жену смехом и вопросом, Баки продолжает смотреть, как сильно возмущена Саша.

— Пришлось! Мне пришлось! Ты же «забыл щит в машине», за которым ушёл и не вернулся. Боже, Гриз, ведь я тебе поверила!

— За это я тебя и люблю, — откинувшись на спинку водительского сидения, мягко признается Баки, которому извечно верят на все сто. — Теперь к нему не будут приставать до выпускного класса. А там посмотрим.

— Эта школа не протянет так долго, потому что скоро двойняшки появятся в коридорах и тогда…

— Как минимум восточное крыло не сможет устоять, — заканчивает фразу мистер Барнс и смотрит на жену, которая с согласием кивает ему в ответ. — У меня остались данные рабочих, со времен крушения детского сада.

— Он ведь справится? — выдержав паузу, пока муж заводил машину, спрашивает Саша, через окно машины наблюдая за средней школой науки и технологии Мидтаун.

— Для этого мы всегда рядом. Он справится, — без тени сомнения отвечает Баки.

Так ли много детей, которые могут сказать «Капитан Америка мой папа» и попасть три из трёх, поскольку Сэм Уилсон — крестный отец, Стив Роджерс — биологический отец, а Баки Барнс — приёмный отец? Каждого Нейт может назвать папой и быть правым абсолютно.