Жестокая реальность или Мне нужен ты.

Пожалуйста, не сгорай, Ведь кто-то же должен гореть.За углом начинается рай,Нужно только чуть-чуть потерпеть...Шагни обратно за край, Тебе рано еще сгоратьЗа углом начинается райНужно только чуть-чуть подождать...

Всю ночь врачи делали ему операцию, которая была одной из наисложнейших. Ведь сейчас, по большей степени, борьба шла не за его жизнь, а за то, чтобы сохранить ноги. Угроза ампутации, нависшая над парнем, исчезла. Но шанс, что он сможет ходить был очень мал. И всю ночь, его близкие и родные люди сидели в коридоре, в напряженной тишине, и, молясь лишь о том, чтобы операция прошла успешно. Эти часы показались для них самыми тяжелыми в их жизни. Ожидание было невыносимым, но сейчас, они ничего не могли сделать. Просто верить и... ждать. Люси, сидела поодаль от всех, со всей силы сжав руки в кулаки. Слезы уже стихли. Сил плакать совсем не осталось. Внутри нее все похолодело и сжалось. Эта мучительная пытка, когда дорогой тебе человек находится на грани жизни и смерти, была для нее настоящим адом. Минуты превратились в вечность. Она не знала сколько это продолжалось. Потеряв счет времени, Люси просто ждала, как и все. Остальные устроились на креслах и попытались уснуть. Ждали они больше пяти часов, и за все это время, девушка не смыкала глаз. Парни, тоже уставшие от бессонной ночи, расположились рядом со своими подругами. Но она не могла даже забыться коротким сном. Мысли и страх не давали ей покоя, изматывая еще сильнее. Дверь операционной открылась ровно в 4 утра. Резко встав, она с замиранием сердца смотрела, как к ним подошел врач. Все остальные сразу же проснулись, с напряжением ожидая его вердикта. - Все обошлось. - мягко произнес он, видя их встревоженные взгляды. - Ампутация ног парню не грозит. Гажел с Греем облегченно выдохнули, чуть улыбнувшись, в то время как девчонки счастливо смеясь, обнимались друг с другом. - Я знал, что мой сынок выкарабкается! Все обошлось. Слава богу!!! - сказал Игнил, прыгая от счастья на месте. Люси, неверящи уставилась в лицо врача, чувствуя, что тот еще сказал не все. Она почему-то не могла просто радоваться, как и все остальные. Шестое чувство говорило ей, что радоваться еще рано. Что есть еще что-то. - Но подождите... Скажите... он сможет ходить? - дрогнувшим голосом озвучила блондинка страшный вопрос, от которого остальные замерли на месте. - На это ответить будет труднее. Всего лишь 30% из 100%. - ответил он, продолжая объяснять.- Он получил очень серьезную травму. Спинной мозг - это самый защищённый орган человека. Повредить его в повседневной размеренной жизни практически невозможно. Даже самые сильные ушибы спины проходят, как правило, вполне благополучно. Но подобные травмы очень часто происходят вследствии автомобильной аварии. Прочная конструкция спинного мозга ломается, и тогда кусочки разрушенного позвонка вдавливаются в спинной мозг. Какие-то из пережатых нервных клеток погибают сразу же, какие-то позже - из-за недостатка кислорода. Велика ли потеря - гибель, всего лишь нескольких нервных клеток, микроскопической части организма, спросите вы меня. Невелика, если погибли те клетки, что отвечают за управление ближайшим органами и группами мышц. Гораздо хуже, если оказались разрушенными проводящие пути, связывающие фрагменты спинного мозга в единое целое. В этом случае, верхняя часть тела, в том числе голова, больше не знает, что происходит ниже места травмы, и, естественно, не в состоянии ничем управлять. Было одно тело, а фактически стало два, соединенных лишь механически. Мы ввели гигантские дозы лекарств, замедляющих смерть травмированных нервных клеток, убрали осколки позвонков, сдавливающих спинной мозг, восстановили, насколько возможно, кровообращение и зафиксировали поврежденный сегмент позвоночника в неподвижном состоянии. Отсрочка операции даже на сутки грозила бы к окончательной гибели поврежденного участка спинного мозга. Так что, парню повезло. Мы успели вовремя. Об остальном я расскажу вам завтра. Точнее, уже сегодня. - он устало посмотрел на свои ручные часы. - Приходите лучше после обеда, когда отдохнете и наберетесь сил. А вам они понадобятся. Я часто вижу подобные картины, когда жизнь молодых, полных сил людей, рушится в один миг. И для того, чтобы начать заново жить, им нужна поддержка близких. Нацу сейчас спит, но, если вы хотите, я могу пропустить вас к нему ненадолго. - обратился он к его отцу. - Хорошо. - кивнул Игнил, заходя в палату. Он пробыл там минут десять и вышел с улыбкой на лице. - Люси. - позвал он девушку, которая стояла рядом и ждала. - Я хочу, чтобы ты тоже прошла к нему. Девушка вскинула чуть припухшие от слез глаза на врача, робко подав голос. - Можно? - Иди. - вздохнул тот, не в силах отказать ей. Она медленно сделала шаг в полутемное помещение. С глухо бьющимся сердцем, обведя взглядом палату, ее взгляд остановился на спящем парне. Сердце сжалось и отозвалось сильной болью при виде его забинтованных рук, лица, на котором было куча порезов и ссадин, синяков, опухолей, покрывающих все его тело, повязки, обвязанной вокруг его лба, ног, которые сейчас были накрыты толстым одеялом. Комок подступил к горлу, а на глазах снова появились слезы, предательски брызнувшие из глаз. Она кинулась к нему, упав рядом с его кроватью на колени. - На...цу... - прошептала девушка бледными, дрожащими губами, осторожно коснувшись его руки. - Нацу... - Люси. - встревоженно позвала Дождия. - Нам стоит уйти. Мы придем днем. Сейчас тебе нужно отдохнуть. Ты сильно измотана. - Нет. - покачала та головой. - Я никуда не уйду. Я не смогу оставить его здесь одного. Идите без меня. Я останусь здесь. - Но тебе не разрешат! - прошептала синеволосая, не осмеливаясь заходить в палату. - Все равно. Даже если меня отсюда выгонят, я буду ночевать на крыльце больницы. - упрямо заявила та. - Дождия, не волнуйся. Я договорился с врачом. Люси может остаться здесь. - Послышался мягкий голос Игнила. - Идемте. Вам всем нужно отдохнуть. Я провожу вас, а сам тоже буду здесь. Нам с врачом нужно много чего обсудить. Самое главное - план на первые полгода. Я верю в то, что мой сын встанет на ноги, поэтому мы не должны сейчас отчаиваться. Спасибо, что вы все пришли, что так беспокоитесь за него. С Нацу все будет в порядке. - Хорошо. - сдалась Локсар, в последний раз взглянув на блондинку, сидящую рядом с Драгнилом. Как только закрыли дверь, Люси обернулась к парню. Сжав сильнее его ладонь в своих руках, она мягко коснулась губами его руки, на которую упала одна ее слезинка, блеснувшая в лунном свете. - Пожалуйста... - прошептала девушка. Она никогда не молилась, не верила в Бога, не просила у него ничего. Но именно в такие минуты, почему-то, люди начинают верить в то, во что, казалось бы, невозможно поверить. В то, что не существует, в то, что не доказано. Сейчас она просто произносила слова, которые лились потоком из ее уст. - Прошу... пусть с ним все будет хорошо. Пусть он поправится. Останется прежним. Начнет заново ходить. Молю только об этом. Чтобы с ним все было хорошо. Я готова отдать все, ради этого. Пожалуйста... - горячо шептала она, закрыв глаза. Она не помнит, сколько длилось это бормотанье. Нашептывая одну единственную просьбу, моля лишь об одном, всем сердцем прося об этом, целуя его руки, осторожно касаясь его волос, вытирая соленые слезы со своего лица, снова молясь и надеясь на лучшее. Усталость свалилась на нее только к утру, когда за окном, небо, с темно-синего, сменилось бледно-голубым, а яркое солнце своими пронзительными лучами осветило палату. Но в это утро Драгнил, возле которого она сидела полночи, так и не проснулся. И лишь спустя три дня он открыл глаза, медленно приходя в себя... ***

Нацу открыл глаза, оглядываясь вокруг и пытаясь понять, где он. «Больница?» - сразу догадался он, разглядывая унылую белизну потолка. От приглушенного освещения, на сердце стало еще тяжелее. В животе у него было пусто, а горло саднило так, будто его только что вывернуло наизнанку. - Ну как, тебе уже получше? Драгнил повернул голову, что было большой ошибкой. Комната поплыла перед его глазами. - Видимо от этих антибиотиков и правда выворачивает. - сочувственно произнес Грей, внимательно следя за лицом своего друга. Он сидел на кресле, рядом с кроватью, встревоженно разглядывая Саламандра. Тот в свою очередь прищурился, пытаясь остановить качание и сосредоточиться. Но получилось только наоборот. В глазах опять поплыло. - А что со мной случилось? - спросил он охрипшим голосом, оторвав голову от подушки, что оказалось еще труднее, чем можно было предположить. Он покосился на свои ноги. - Что со мной случилось? - через силу повторил он, с ужасом понимая, что не может даже пошевелить ими. Грей похлопал его по плечу. - Отдохни пока что. Я сейчас разыщу доктора, и он объяснит, что да как. Тебе повезло друг, могло быть и хуже. Вот зачем тебе надо было ехать так поздно к Лисанне? - с укором спросил он. - Ты умудрился попасть в аварию. И прийти в себя только через три дня после этого. - Три дня?! - поразился тот. - Да. Остальные все сидят за дверью. - Понятно. - он снова откинулся на подушку. - Я рад, что вы, наконец-то проснулись, Нацу. - сказал врач, вошедший в палату. - Заставили же вы нас побеспокоиться. - Скажите, что со мной? - грубо прервал его Драгнил, даже не поворачивая головы. - Почему я не могу даже двинуть пальцем на ноге? Я сломал себе ноги? При переломе я хотя бы мог их чувствовать. Значит это что-то посерьезнее. - Так, так. Вижу, вы немного разбираетесь в этом. - с уважением произнес тот, проверяя его повязки. - Но это не то, и не другое. У вас серьезная травма спинного мозга.- Понятно. - бесчувственно произнес Саламандр, уставившись на белый потолок. - Значит, я теперь не смогу ходить. - Вы удивляете меня все больше и больше юноша. - поразился врач, но Драгнилу было не до этого. В принципе он знал, что с ним, догадывался. Даже можно было не спрашивать врача. В глубине души он сразу понял, что что-то не так. Его жалкие попытки пошевелить ногами, когда он пытался приподняться, лицо Грея в тот момент, скривившееся от боли и страдания. У него в душе что-то треснуло и перевернулось. Он сам не мог понять свое состояние. Все отошло на второй план. Звуки, зрение. Он не слышал того, что говорил врач. Смотрел на его передвигавшиеся губы и не понимал! Переведя взгляд на друга, он видел его опущенные глаза, пытающиеся скрыть горечь. От этого стало еще хуже. Тяжелее. Больнее. Невыносимее. Комок подступил к горлу. Стало нечем дышать. Воздуха катастрофически не хватало, а легкие, казалось, сдавили до таких размеров, что он вдыхал ртом словно рыба, выброшенная на берег. И... до сих пор, не мог осознать случившееся! Как будто это страшный сон и он скоро проснется. И все будет как прежде. Он встанет, посмеется над этим кошмаром, даже станет больше ценить то, что может ходить, одевшись, поедет в академию на своей Феррари, встретит друзей, улыбающихся ему, и Люси... Все будет как обычно! Обычный день, полный шуток, сарказма, веселья и беззаботного счастья. Но почему же... ему с трудом в это верится? Что он может проснуться? Неужели это и правда, не сон?!!!Резкая боль пронзила его голову, не давая дальше думать над этим. Не в силах сконцентрироваться на чем-либо он закрыл глаза. - Боль сильная? - спросил врач, внимательно все это время, наблюдая за парнем. - Не очень. - солгал Драгнил, прошептав это сквозь зубы. - Сделаю я тебе, пожалуй, болеутоляющий укол, идет? А потом спи сколько душе угодно, если можешь. Сон - лучшее лекарство. - он взял со стола маленький шприц и ловко вколол Нацу в предплечье. Иголка была такая тонкая, что он даже ничего не почувствовал. Через мгновение боль в голове стихла, и он снова мог спокойно размышлять. - Я позову остальных. Уверен, они будут рады, узнав что ты очнулся. - заметил Грей, вставая.- А Люси... здесь? - Да. Она всю первую ночь как ты сюда попал, провела рядом с тобой, и только когда уснула, ее смогли перенести в кабинет врача, чтобы она спокойно могла отдохнуть. - Позови сюда всех... кроме нее. - произнес тот с трудом. - Что? - озадаченно переспросил брюнет. - Но почему? - Я не хочу, чтобы она видела меня в таком состоянии. - Хорошо... - согласился Фулбастер, выходя из палаты. - Он очнулся? - к нему кинулись остальные с вопросами. - Да. Можете войти, только сильно не шумите. И Люси... - позвал он, обрадовавшуюся девушку. - Он... не хочет видеть тебя. - опустив глаза, произнес он. - Что это значит? - нахмурилась та. - Но почему? - Не хочет, чтобы ты видела его в таком состоянии. - Но это же так глупо!!! Пусти меня Грей. - твердо сказала она, решительно отодвигая оторопевшего парня в сторону. - Люси, подожди! Не стоит этого делать! Неужели ты не понимаешь, что ему от этого будет еще больнее? Но та, совершенно не слушая его и пропустив все слова мимо ушей, решительно открыла дверь палаты, радостно вбегая внутрь. - Нацу! - позвала она, широко улыбаясь. - Наконец-то ты очнулся! Заставил же ты поволноваться всех. Больше так не делай! Драгнил, впрочем, как и все остальные с удивлением смотрели на нее. А та не видя их замешательства, весело щебетала, рассказывая ему то, что он пропустил за эти три дня. - Я забрала Хэппи себе, и он уже освоился в квартире, представляешь? И в наглую теперь лезет и всюду сует свой нос. Ты его слишком разбаловал!- Хочешь сказать, я совсем не умею за ним ухаживать? - Улыбнулся он в ответ, видя ее счастливые глаза. - Да. - Надула она губы. - Вчера, когда я вязала, он весь мой клубок распотрошил. И мне пришлось потом распутывать и себя и его! - Ахахаха! - рассмеялся он, осторожно сжимая ее руки в своих. - Ну, ничего, я покажу ему, как следует себя вести. Как же он был благодарен ей за то, что она сейчас делает для него. Что она ведет себя как раньше. Ведь он так боялся увидеть боль и жалость в ее глазах, но вместо этого... как и прежде там только любовь и счастье. - Как же я рад, что ты очнулся. - сказал Гажел, чуть ли не плача от облегчения. - Ты что, рыдать вздумал? - поинтересовалась Леви, заметившая его состояние. - Фу! Какой позор. Такой громила и ревет! Конечно же Нацу очнулся. Это же очевидно. Я бы его потом сама с того света достала, если бы он не проснулся. Так что, собери свои сопли в кулак! - Заткнись, Мелкая. Твоих нотаций только не хватало сейчас!- Вы такие оба милые, когда молчите. - произнес Локи, закатывая глаза. - Че сказал? - Только не вздумайте устроить здесь драку! - Грозно произнесла Эльза, давая тумаки обоим. - Для нашего списка разрушенных зданий только больницы не хватало! - Вы че, всегда такие шумные? - поинтересовался Лексус, удивленно смотря на их компанию. - Драгнил, неудивительно почему ты такой сумасшедший. Тебя самого такие же психи окружают. - На себя лучше посмотри. Больно у тебя лучше друзья! Один долбит своими мужиками, а остальные за тобой бегают, как послушные щенки. - Слегка огрызнулся он. - А тебе палец в рот не клади. Совсем перестал старших уважать. - Можно подумать сам когда-нибудь так делал. - отмахнулся Нацу. Они посидели у него еще немного, но их потом выставили, сказав, что ему нужен отдых. Все это время все вели себя как обычно, кроме... - Грей. - позвала его Люси когда они вышли из палаты. - Мне нужно поговорить с тобой. - Мне тоже. - Отозвался тот. - Как ты можешь вести себя так, когда прекрасно знаешь, что с ним? Как у тебя вообще сил хватает смеяться и улыбаться ему в лицо? - А что? Надо по-твоему плакать? Все недоуменно остановились посреди коридора, с удивлением смотря на обоих друзей, которые сердито сверлили друг друга взглядами. - Сейчас, когда ему плохо, ты просто врешь ему в лицо, скрывая свое настоящее состояние. От этого ему только хуже будет! Это просто отвратительно! Пытаться скрыть, что тебе больно за жалкой улыбкой. - Зло воскликнул Фулбастер. Вдруг случилось то, чего не ожидал никто из них. Люси сделав к нему шаг, занесла руку, со всей силы ударив его по лицу. Прядь темных волос скрыла его глаза, которые сейчас пораженно распахнулись, не в силах поверить в то, что сейчас сделала эта девушка. Люси всегда была доброй, мягкой и добродушной, ее редко можно было вывести из себя или видеть серьезной, но злой практически никогда. Бывали редкие моменты, когда ее выводили из себя, как сейчас... Карие глаза блондинки сердито сверкнули. - Как ты можешь так говорить? Ты считаешь, что я вру Нацу в лицо? Что делаю вид и притворяюсь что мне весело и хорошо? Ты уверен, что это так? Я действительно счастлива! Счастлива, что он жив. Это самое главное. Ему сейчас тяжелее всех, и как никому другому нужна поддержка друзей. Если мы будем горевать, от этого легче никому не станет! Ни ему, ни нам. Я веду себя как обычно, и хочу показать этим, что ничего не поменялось. Я не жалею его. Мне его не жалко ни капли! Ему ваша жалость к черту не нужна! Разве вы в него не верите? Почему ты, - она сердито посмотрела на брюнета. - Самый близкий его друг, потерял в нем уверенность? В его силах, в его победе, в том... что он начнет ходить? Ты тот, который ему необходим сейчас как никто другой. Но что ты делаешь? Своим поведением ты только приносишь ему боль. Я не притворяюсь. Я веду себя искренне, так же, как всегда. Перестань быть тряпкой и жалеть его. Не смотри на него как на калеку. Он по-прежнему лидер, солист, и тот, в которого мы все должны верить. Несмотря ни на что. Даже если шансы малы. Мне на это плевать! Он все равно сможет встать на ноги. Ее слова в тот момент придали уверенность остальным. - Прости. - прошептала она, виновато смотря на его покрасневшую скулу. - Я... не сдержалась. - Это ты прости. - усмехнулся Грей. - Я действительно раскис. - А ты молодец, правильные вещи говоришь. - с уважением произнес Лексус, смотря на нее уже совсем другими глазами. «Она действительно достойна уважения. - подумал Ромео, который тоже навещал Нацу. - Несмотря на то, что она глупая блондинка и слабачка, порой она говорит правильные вещи и поступает также. Она на самом деле... сильная девушка. Даже я стал уважать ее чуточку больше. Она держится и верит в него больше всех остальных. И передает свою уверенность нам. С такой непоколебимой верой она сможет свернуть горы если захочет. И не только их. Почему-то, я уверен в том, что благодаря стараниям этой дурехи, Нацу сможет ходить...». Но сам Драгнил так не считал. Забывшись глубоким сном, он проснулся только ближе к вечеру. Головная боль полностью прошла, но сменилась душевной. Ужас сковал все его тело, когда он, наконец, смог поверить в то, что это не сон. «Я... теперь инвалид? - усмехнулся он про себя с болью. - Подумать только, что человеческая жизнь может так резко оборваться или измениться всего лишь из-за какого-то неловкого действия или поступка. Что все мечты, планы, цели, идеи, которые ты стремился реализовать в будущем и настоящем, вдруг не смогут осуществиться и все рухнет как карточный домик. Что я больше не смогу ходить. Не смогу своими ногами подняться на сцену. Не смогу ездить на машине. Не смогу играть вместе с остальными в баскетбол. Не смогу убегать от нашего Макарова. Не смогу... Так много «не смогу» появилось сейчас в моей жизни!!! Что мне делать? Кем я буду теперь? - со страхом думал он, сжимая белое одеяло в руках. - Что я буду делать? Стану обузой для отца? Я же ведь уже не смогу возглавлять его компанию. Сын-инвалид... - он стиснул зубы, со всей силы прижав одну руку к груди в том месте, где сейчас болело больше всего. - Я не смогу больше ходить в академию. Я не смогу выступать на концертах вместе со всеми. Я больше не буду частью нашей музыкальной группы. И... все то, что я любил, получается... я потерял? Я даже не смогу быть с... Люси. - с горечью подумал он. - Все к чему я стремился вмиг исчезло. Вся моя жизнь... перевернулась. И... я не вижу смысла в ней. Зачем теперь я буду жить? Ради чего?» Неожиданный стук в дверь прервал его мысли. - Войдите. - он пораженно уставился на ту, которую меньше всего ожидал здесь встретить. - Лисанна?!- Как ты? - сочувствующим тоном произнесла она. - Прекрасно. - отозвался он. - Что-то хотела? - Мы же так и не поговорили тогда с тобой. - А, ты про это. Уже неважно. - отмахнулся он. - Я хотела извиниться. За все. Больше я не буду доставлять вам неприятности. И не буду появляться в вашей жизни с Люси.- Это еще почему? - чуть ухмыльнулся он. - Ты же никогда ни от чего не отступаешь? Или, я не прав? Может все дело во мне? В том, что я теперь калека? Такой я, тебе не нужен, правда? Ведь фактически я все потерял. Славу, популярность, авторитет. - Возможно ты прав. - прищурилась она. - Зачем ты мне сдался сейчас, если ты никто? Разумеется, я нашла себе побогаче и получше чем ты, Драгнил. Поэтому говорю тебе "прости" и ухожу. - Будь счастлива. - напоследок бросил он, прежде чем она вышла. «А ведь она в чем-то права... Я не хочу подвергать Люси такой жизни... Эта травма забирает у меня все, что мне так дорого. Музыку, группу, академию и... девушку, с которой я хотел бы прожить всю жизнь... Но... не могу...». - А вот и я. - неожиданно прозвучал голос Люси, и она вошла в палату. - Выспался? - Люси... Мне надо серьезно поговорить с тобой. - начал он. - О чем ты? Что-то случилось? - встревоженно спросила девушка. - Давай... расстанемся. - с трудом сказал он, отводя от нее взгляд. - Что... ты говоришь. - пораженно пролепетала она. - Почему?- Я не хочу, чтобы ты страдала из-за меня. Я не хочу быть для тебя обузой. В моем теперешнем положении, если ты останешься со мной, будет только хуже. Не стоит идти на такие жертвы и перечеркивать свою жизнь из-за парня калеки. Поэтому... нам...- Не повторяй этого опять! - воскликнула она. - Я ни за что не соглашусь на подобное! Даже если ты не захочешь больше меня видеть, я буду приходить. Я не оставлю тебя! - Почему...? Не понимаю тебя. - Ты для меня никогда не будешь обузой. Ты - не калека! Ты тот человек, который мне нужен. Несмотря ни на что, я буду всегда с тобой. Я буду помогать тебе, я буду рядом, я буду любить тебя. Больного, уставшего, грубого, злого, вспыльчивого, ревнивого. Не отчаивайся раньше времени. Я верю в тебя! Верю в то, что ты будешь ходить. Я помогу тебе встать на ноги. Пусть это будет трудно, но я с тобой. Ты не один! Вдвоем всегда легче. Даже если тебе больно, я разделю с тобой эту боль на двоих. Так же как и счастье. Не сомневайся в своих силах. Не сомневайся в своих друзьях. Не сомневайся... во мне. Я люблю тебя, и всегда буду любить... Он легонько прижал ее к себе, целуя в мягкие губы, благодарно шепча, прикасаясь к ее волосам, сильнее прижимая к себе, чтобы она как можно ближе оказалась к нему. Как же не хочется ее отпускать из своих объятий. «Не представляю, как она извелась за все эти три дня, что я спал. Моя родная, моя любимая девочка... Как же я тебе за все благодарен... Благодарен за поддержку, веру, надежду, любовь...». - Спасибо, моё Солнце...