Глава 48

Парень утыкается своим лбом в мой, когда мы заканчиваем поцелуй, чтобы один из нас (то есть я) смог отдышаться и дать кислороду вернуться в организм. Все бы ничего, если бы на первом этаже, в гостиной, не раздался противный звук телефона, который напугал меня больше, чем должен был. Я дергаюсь от неожиданности так сильно и резко, что мы с парнем стукаемся лбами. Только если у него это все вызывает улыбку, то у меня стыдливое прикрывание рукой своих глаз.

— Думаю, это знак свыше, — парень мягко улыбнувшись, снова целует меня в лоб, и тихо смеется, когда видит, что я все еще закрываю лицо руками. — Мне пора валить, пока сюда не зашел твой отец. Вряд ли он готов меня здесь увидеть.

Парень дерзко тянет меня к себе, чтобы снова поцеловать меня в шею. Конечно, я сразу открываю и лицо и рот, что вызывает у парня ту самую дерзкую и довольную ухмылку.

— До завтра, Андерсон.

Парень оставляет меня в растеребившихся чувствах, а сам довольно ловко слазит с кровати и вылазит через окно. Я же пытаюсь прислушаться и к звукам внизу, и к звукам на веранде: не хотелось бы, чтобы Мэт свалился с нее.

Кто-то из родителей берет телефон, но судя по всему ничего криминального нам не сообщили. Скорей всего кто-то ошибся номером.

На удивление, я засыпаю почти моментально. От шока, стресса и пережитого потрясения. Но все те пять часов, что мне выдалось доспать, я очень крепко обнимала подушку, представляя, что она — Мэт.

Да, очень по женски.

Просыпаюсь в десять часов и первые минут двадцать просто осматриваю свой белый потолок стеклянным взглядом, тяжело моргая. Картинки сменяются быстро: от приезда к Саре, до кладбища, бара, драки и, соответственно, появления в моей комнате Мэта.

Я принимаю сидячее положение, чтобы мрачным взглядом окинуть свою кровать и комнату в целом. Нет, я, определено, не сошла с ума и Мэт был здесь. Более того, он и правда, поцеловал меня.

Поцеловал и ... свалил.

Стону и снова прикрываю лицо ладонями.

Боже мой!

— Хейли?

Мама появляется в моей комнате неожиданно для меня, но своевременно для сложившейся ситуации. Пару минут она выносит мне мозг относительно того, когда я вернулась, и почему я не осталась у Челси. Что-то невнятное бормочу в ответ и всячески стараюсь загладить вину и отправить мать обратно на кухню. Но слава богу, они с отцом сообщают мне, что через час они сваливают к тете Джудит на юбилей. Меня, конечно, корят и попрекают за невнимательность так как, оказывается, эта тема уже не раз обсуждалась в нашем доме, а я, как всегда, все пропустила мимо ушей. Но в конечном итоге, я завтракаю с родителями и обстановка смягчается. Мы довольно мирно обсуждаем новости, которые транслировались по телеканалу, хвалим мамины блинчики, которые немножко пригорели у краев, и довольно спокойно обсуждаем, что сегодня я иду на вечеринку к Бобби. Этого парня они знали и любили, поэтому у меня не возникает проблем с тем, чтобы отпроситься. Мама просит не подводить их и вести себя хорошо пока они в отъезде. Отец же с юмором добавляет, что я должна им быть благодарна за то, что они не тащат меня на этот юбилей с собой. Да, папа не особо жаждал этой поездки и не скрывал зависти по поводу того, что особо «удачливые» могут остаться дома. Ну, это вызвало во мне какой-то драконий смех.

Провожаю предков с подозрительной для них уступчивостью. А стоит им выйти на улицу и встретиться с отцом Мэта, я и вовсе превращаюсь в безмолвную смущенную пятилетку. Пока наши отцы перекидываются парой шуток, я обещаю матери, что не собираюсь приносить им проблемы, пока они будут в отъезде. В конце концов, я с Мистером Джонсоном провожаю родителей, после чего он шутливо обнимает меня за плечи.

Ох, знал бы он где был вчера его сын...

Обмениваемся с ним парой теплых фраз, за которые я узнаю, что Мэт уже рано утром уехал к Сэму. Не то, чтобы я хотела сейчас столкнуться с Мэтом или увидеть его у своих окон, но факт того что он сейчас с Сэмом, принялся мной более чем спокойно. До тех пор, пока я не начала думать, что Мэт, таким образом, просто решил свалить из дома, чтобы не видеться со мной.

Ладно, я понимала, что на меня начинает накатывать ненужная мне истерия.

Мэт не идиот.

После вчерашнего он не станет меня игнорировать.

Жаль, что моя убежденность в этом с каждым часом таяла на глазах. Время близилось к обеду, а Мэт все еще не появился дома. Зато приехала Сара.

— Вот, решила, что пора вернуть твою машину.

Девушка с улыбкой протягивает мне ключи от моей машины, а я с такой же теплой полуулыбкой приглашаю ее в дом.

— Проходи.

Сара несколько скованно проходит на кухню и довольно виновато опускается на стул. Пока я делаю нам кофе, мы обходим нужную тему стороной, обсуждая какие-то мелочи, вроде новой телепередачи, предстоящей вечеринки и того, что надеть на день рождения Бобби. Хотя внешний вид сегодняшним вечером волновал нас с Сарой меньше, чем кого-либо еще. Только когда я сажусь напротив девушки, та опускает взгляд в стол и несколько минут просто молча размешивает растворившийся в напитке сахар.

Я тоже не знаю, как правильно себя повести, и выдыхаю с большим облегчением, когда Сара первая перестает уходить от нужной темы.

— Мэт сегодня утром уже был у нас.

Я спокойно киваю, побуждая девушку продолжать.

— Он говорил, что заедет сегодня к вам.

Сара отпивает глоток кофе и скованно пожимает плечами.

— Джонсон сказал, что они с Сэмом вернутся к началу вечеринки.

Оу.

Сара видит мой несколько удивлённый взгляд и отвечает мне таким же.

— Понятия не имею куда они поехали, но при всем при этом я спокойна за брата, когда он с Мэтом.

Да, это вряд ли повод для беспокойства. Поэтому я немного сворачиваю на другую подтему этого эмоционально сложного разговора.

— Вы вчера ... поговорили?

Сара кивает, но отвечает не сразу. Я наблюдаю за ней с очень тяжелым осадком в душе и искренне надеюсь услышать, что ее брат в состоянии смириться с тем, что узнал о своем прошлом. Девушка немного нервно поправляет свои волосы у лица, прежде чем вернуть ко мне твердый и почти спокойный взгляд.

— Вчера много разрешил разговор с папой.

Ох. Я только сильнее сжимаю кружку в руках.

— Он вернулся с работы почти в два и когда увидел, что все внутри дома перевернуто, а в комнате Сэма находится ящик из дома деда, то он все понял.

Их отец понял, что Сэм нашел то, что в тайне от него же хранил их дедушка.

Что ж.

Даже не хочу думать, через какой ад вчера прошел их отец.

— И когда мы с братом приехали...

Сара отводит взгляд в сторону, чтобы собраться с мыслями. Я же жадно наблюдаю за каждым ее движением. Эта сильная девушка сейчас поражала меня свой выдержкой и эмоциональной стабильностью.

Она ... боец.

— Папа ждал нас на крыльце и, когда Сэм вышел, он .... разрыдался.

Сглатываю, понимая, что мое сердце щемило только от одного представления этой картины. Уж если чем-то и отличался их отец, то это стальной выдержкой и отсутствием сентиментальности. Стоит ли говорить, что вчерашнее эмоциональное поведение их отца надолго останется в памяти у его детей?

— Брат спокойно подошел к папе, не став его избегать или винить в произошедшем. Сэм впервые за столько лет обнимал отца, позволяя тому принимать на себя его редкие слезы.

— Кошмар, Сара.

— Да, они вчера рыдали как дети и у меня все еще от этого мурашки по коже.

Девушка снова нервно отодвигает от себя чашку с недопитым кофе.

— Сэму рассказали про то, как это все случилось?

— Да, но фокус оказался в другом.

Я непонимающе хмурюсь, а девушка, опустив взгляд в пол, почему-то печально улыбается.

— Отец долго просил у него прощения, винил себя за то, что не уберег друга, и за то, что боялся раскрыть правду нам с братом, и, в целом, очень эмоционально говорил Сэму о том, что тот для него значит. Но, знаешь, Сэм на все это просто покачал головой и сказал, что это не важно.

Я поднимаю брови отчего улыбка девушки становится более мягкой.

— Важно только то, что он его вырастил как родного.

Сара рассказывает, что после такого драматического события в жизни, многое в их семье изменилось. И отчасти, именно в лучшую сторону. Все недопонимая между отцом и ее братом наконец-то обрели причину и объективность. Эта ответственность за сына лучшего друга, которая лежала тяжелым бременем на плечах их отца, то неповиновение парня, который не находил с их отцом должных сходств, отчего винил себя за непохожесть, и в целом, все конфликты обрели причину и в то же время ... решение. Вчера Сэм смог принять себя таким какой он есть, а их отец перестал мучиться от того, что Сэм «любит» не того, кого должен был любить. Теперь его отца не душила эта роль «родителя», а легла на его плечи наконец-то мягким покрывалом, утепляющим внутреннюю тревогу. Сэм же наконец-то посмотрел на родителя с должным уважением и любовью.

Сэм все ... понял правильно.

Боль от этого, конечно, меньше не стала, но сейчас важно, что Сэм понял и принял все произошедшее с ним. Он не стал вычеркивать из жизни тех, кто был с ним в горе и радости столько лет. Он проникся большей любовью к тем, кто так героически спас его от неполноценности и одиночества.

Сэм наконец-то увидел в их отце не просто дисциплинированного, осторожного, немногословного и во многом консервативного человека, он наконец-то увидел в нем Человека с большой буквы. Того, кто оказался для него истинным героем и примером по жизни.

Конфликт отца и сына канул в былое.

И это было уже одной важной победой.

Теперь осталось одержать вторую — не дать Сэму отстраниться от Сары.

— Брат вчера старался вести себя со мной как обычно, но все равно ощущалась некая отстраненность. — Сара разводит руки в сторону, тоскливо склонив голову на бок.— Подсознательная, понимаешь?

Понимаю.

Очень хорошо понимаю.

Я проходила через это со своим соседом. И кому как не мне знать, что за этой первой подсознательной отстраненностью может последовать дальше.

Единственное, чем я могу утешить сейчас девушку, это своей поддержкой. Потому что она далеко не наивна и точно на глупа, чтобы молить меня о речах полных жалости или веры в неизменное оптимистичное будущее.

Сара такой же реалист, как я.

— Сара, я с тобой.

И девушка улыбается мне свой теплой улыбкой. Пусть ее глаза все еще не лишены печального блеска, но она хотя бы сняла с себя ту отчаянность, которая ей была присуща вчера.

Я же снова ловлю себя на мысли, что с этой девушкой мне ... комфортно.

Что-то между нами, определенно, изменилось, потому что я больше не считала ее лишь обычной приятельницей. Нет. Мне было важно, что происходит у нее в жизни и как она с этим справляется. Более того, мне было важно быть рядом с ней.

Уже уходя, Сара все же останавливается, чтобы дерзко мне улыбнуться.

— Как вчера вел себя Джонсон?

Закатываю глаза не в состоянии избежать вырвавшейся смущенной улыбки. Сара только смеется и машет рукой.

— Все с вами понятно.

Девушка смеется, глядя на мое алое лицо, и слушая мое вялое оправдывающееся бормотание.

Но слава богу к нам во двор выходит Тина и Сара тактично закрывает разговор о том, кто вчера перевернул мой мир снова. Верх дном.

Только взглядом дает мне понять, что она понимает.

Что она ... давно поняла.