Глава 8. Кошмар наяву. Нет, я серьёзно

— Пусть у Стэна нет железной пластины в черепе, но я не могу подключить этот шлем к его мозгу! А отобразить их сон нам необходимо, чтобы добудиться. Последите за ними, я выясню причину.

Форд ушёл к компьютеру, на котором мелькали значения, похожие на заставку «Матрицы». Диппер и Мэйбл сидели рядом с лежащими Стэном и Орио. Спортсмен, комсомолец и просто красавец Василий курил трубку, смотря на принесённых товарищей. Притащить их сюда было не легче поисков Троцкого, а сами обстоятельства напомнили ему детство. Свержение царя, установка нового режима и гражданская война.

— Я внучу-то несу на спине, а там белый стоит.— Кто? — В один голос спросили близнецы.— Ну Либл этот. Тьфу. Его б Сталину да как врага народа... Как увидел меня, как кинулся, я в него табуретом бросил. Разозлил, но время выиграл. Он ещё про месть Стену кричал, что демона разума разумом провёл. Товарищ Форд, он нас здесь точно не найдёт?— Больше, — пробормотал Форд. — После защиты из волос единорога он не то, что сюда не войдёт, он из Хижины не выйдет.

Диппер тут же оживился.

— Значит, город в безопасности? Слава Богу! Второй Странногедон для Гравити Фолз уже слишком... — парень вздохнул, смотря на дядю Стэна. Внезапно бровь мистера Пайнса дёрнулась, и он начал что-то бормотать.

***— Орио, стой! Ну куда ты лезешь? Боги, мне за тебя стыдно!

Мистер Пайнс наблюдал за тем, как я через вырубленного охранника тянулась за ключами от служебного выхода.

— Ну что не так?— Ну кто, когда обчищает шкафчики, не возьмёт бумажник со стола?!— Вы серьёзно?!

Нет, ну в чём-то он был прав. Мало того, что с криком: «За Советский союз!» — я ворвалась к охраннику, ударив его головой об стол несколько раз (явно перестаралась, потому что меня от него оттаскивал Стэн), мы связали его, быстро сыграли в сапёра на рабочем компьютере и разбили ящик с ключами, не заметив ключи от этого ящика на столе.

— Вот теперь можно уходить.

Стэн вёл меня перед собой, чтобы если нас заметят, казалось, что главврач просто ведёт с собой пациента. Либо же он использовал меня, как живой щит. Но я предпочту первый вариант.

— То есть это только блок?— Да, Орио. Похоже, выход только через другой блок, а это переход. Ну что... Идём.

Учащийся первого курса колледжа искусств на отделении «Живопись» всё ещё к вашим услугам. Иными словами, вор, вымогатель, коматозник с подозрением на шизофрению и по прежнему замученный студент. Дорогие мои родители. Если вы надеялись на то, что ваша дочь станет художником, мультипликатором, учителем в школе искусств — простите.

Когда мы попали в другой блок... То я надеялась, что галлюцинаций у меня не будет. Все. И медперсонал, и пациенты выглядели в точности, как Диппер и Мэйбл. Сотни голосов звучали, как рой пчёл в тесном улье. Единственное, что я смогла произнести: «Мама...»

— Что ж, пойдём в... — дядю Стэна прервал Диппер, одетый, как врач. — Мистер Пайнс, вас с пациентом ожидает терапевт, пройдите, пожалуйста, к нему.— Только не обход по больнице... Это худший кошмар!— Молчи, Орио. Сейчас спокойно пройдём через регистратуру, и дело в шляпе.— Как вы ошибаетесь, мистер Пайнс. Как вы, чёрт возьми, ошибаетесь.

— Регистратура. Следующий.— Добрый вечер, мадам, — Стэн включил режим «Покупаю маме талончик в поликлинике, твоя следующая». Полненькая Мэйбл с нарисованой родинкой на щеке невозмутимо взглянула на Стэна.— Мужчина, участок.— Восемь соток, всё законно!

Я оттолкнула Стэна, вклинившись в разговор:

— Седьмой посмотрите, пожалуйста. Мисс Флай.

Руководствуясь тем, что это смесь реальности и непонятного сна — подобное должно было прокатить. И удача мне улыбнулась.

— Вашу карту отнесли в кабинет Б2Л. Этаж С4Р.— Спасибо.

— Ничего не понял, но очень интересно. Допустим, нам наверх.

Стэн оказался прав. Нужный этаж был наверху, но очередь Пайнсов к кабинету...

— Кто последний?— Девушка, вы за мной.— Хорошо.— Я занимал!— У меня ребёнок!— Я беременна!— Я ветеран труда, дайте дорогу!— Отойдите от двери, у доктора сейчас обед.

— Твою мать! — удар в стену был чересчур, поэтому час в очереди я спорила со Стэном, надо ли мне в травмпункт. Когда же, наконец, дошла очередь до нас, то Диппер в халате начал задавать типичные вопросы про самочувствие и температуру.

— Мисс Флай, рубашку поднимите.— А тебе не рано?— Послушайте, — вмешался Стэн. — Зачем нас вообще сюда позвали?— Как зачем? Обязательный медосмотр. Вы тоже халатик снимайте.— Доктор, там пациент без бахил!— Где?!

Я быстро написала корявым почерком в карточках: «Здоровы», — и вывела Стэна из кабинета. В догонку нам крикнули:

— Окулист! Соседний кабинет!!!

— Мистер Пайнс, буква? — Мэйбл тыкала указкой в плакат.— R в другую сторону.— Это «Я», мистер Пайн.— Я понял, что это вы. Буква R.— Я!— Вы R?— Что? Нет, я окулист! Буква! Ай, ладно! Следующая!— Вай.— Это «У»!!!

Стоит ли говорить, что после окулиста нас отправили к психиатру? Диппер с наклеенной бородой поправил круглые очки.

— Итак, мистер Пайнс, что вас беспокоит?— Ну... Всё началось с моего рождения...

Я сидела за дверью час, два часа, три часа. Наконец Стэн вышел, подозрительно молчаливый.

— Дядя Стэн? Что случилось?— Всю свою жизнь... Я делал ошибки. Орио, у тебя есть знакомые буддисты?— Чего?... Так, не важно. Похоже, антидепрессанты взяли верх. Идёмте уже скорее.

После беготни по кабинетам, коридорам, этажам в поисках заветного выхода мы очутились в тёмном коридоре, похожем на бункер.

— Орио, я вижу свет.— Нам ещё рано, дядя Стэн. Не идите туда.— Нет же... Свет от ламп. Идём скорее! — мистер Пайнс повёл меня за руку в конец коридора, после мы повернули за угол.

Пустой зал, в дальнюю стену вмонтирована железная ширма. Посреди помещения стояла школьная парта. И если последние несколько часов мы видели только близнецов Пайнс, то за партой сидел Сус. Самый настоящий Хесус Эльзамирано как его там.

— Сус?..— Здравствуй, Орио, — Сус улыбнулся мне, смотря куда-то вдаль. Он был одет во всё белое, на что у Стэна появились подозрения.

— Ты ангел что ли?