Глава 12

- О Боже, - в ужасе произнесла я, - да тут же сотни, миллиарды этих книг! Мы здесь до конца жизни будем расставлять книги секции «А»! Мы застрянем здесь навсегда, люди!

- По-моему, так и задумывалось, - буркнул Фэш, пиная ведро с водой.

Дело было тем же днем, когда мы пришли сюда после уроков.

- Они хотят сжить нас со свету этими ужасными энциклопедиями, - продолжила Диана, смахивая пыль с огромной толстенной книги.

- Похоронить нас в этой кошмарной библиотеке, - угрюмо закончила Захарра.

Все четверо стояли посреди огромных шкафов с книгами, пыльных, как не знаю что.

- Вот так молодежь стремится к знаниям, - стирая чуть ли не сантиметровых слой пыли с громадного справочника, мрачно произнес Фэш.

- Интересно, когда здесь был кто-нибудь? - поинтересовалась Захарра.

- Угу, сколько лет назад, - дополнила Диана.

- Веков! - внесла свою лепту я. - Хотя нет, тысячелетий.

Забыв о надвигающейся работе, все рассмеялись. Осторожно неся полное ведро на середину комнаты, Фэш внезапно остановился напротив меня:

- Что это у тебя на щеке? - спросил он, подозрительно щурясь.

Я сглотнула, машинально коснувшись кончиками пальцев щеки, куда пришлась утрешняя пощечина отца.

- А... - растеряно пробормотала я. - Да так... просто ударилась.

- Щекой? - удивилась Диана.

- А что? - ощетинилась я. - Нельзя что ли?

- Просто странно, - удивленная моим тоном, отозвалась Диана и отвернулась.

Неизвестно почему, но мне стало стыдно, но я изо всех сил постаралась скрыть это, еще усерднее протирая полку влажной тряпкой.

- Да там скоро дырка будет, - с усмешкой наблюдая за мной, сказал Фэш.

- Сейчас вместо тебя дырка будет! - огрызнулась я, еще сильнее нажимая на тряпку.

- Бросаешься на людей, как маньячка.

- Сам ты маньяк, Драгоций! Хронический маньяк, в суд на тебя подам!

- Тебя назовут душевнобольной и отправят к дядям в белых халатиках.

- Где мы с тобой и встретимся, да?

- Конечно, дорогая, я приду тебя навестить!

Я едва не лопнула от злости и швырнула тряпку в ведро. Диана и Захарра с интересом наблюдали за нашей дискуссией.

- Зубы - не волосы, дорогой, - с издевкой на последнее слово отпарировала я, - выбью - не вырастут.

- Ой, - закатил глаза Драгоций, - максимум, что ты можешь выбить - стекло в туалете.

- Все еще злишься на меня из-за того случая? - хихикнула. - Вот и славненько, бесись дальше, лох.

Фэш побагровел, потом побледнел, потом позеленел, и лишь затем ответил:

- Правильно делаешь, что хихикаешь. С твоими зубами особо-то не посмеешься, лошадь.

- Ох, зачем ты так? - картинно прижимая руки к груди и закатывая глаза.

- Готовлю тебя к взрослой жизни, там такие комплименты будут каждый день, милая.

- Прикрой рот, мне дует! - поморщилась я.

- Еще слово, - ухмыльнулся Фэш, - и будешь улыбаться деснами.

- Ну и буду! Все равно мой будущий муж полюбит меня такой, какая я есть!

- Женится на тебе? А что, в моде уже самоубийство?

Я только открыла рот, чтобы ответить, но Диана топнула ногой:

- Хватит, заткнитесь! И без вас голова трещит ужасно.

- А ты нас не затыкай, Фрезер, сама как вещички ножницами кромсала, а? - ухмыльнулась Захарра.

- Вся эта фигня с местью Маришке - из-за вас, ясно? И родителей из-за вас вызвали, а мама мне такого, такого наговорила! А я ведь даже идти не хотела!

- Но пошла же, - совершенно не тронутая ее речью, возразила Захарра.

- Да откуда я знала, что все так закончится? - продолжала истерить Фрезер. - Вспомни сама, Драгоций, что ты мне говорила! Мы быстро, никто даже понять ничего не успеет, мы немного, совсем незаметно! И что?!

- Как будто я виновата, что все так вышло! - вышла из себя Захарра.

- А кто виноват?! Кто привел этого Норта?! Это мой друг, - очень похоже передразнила Захарру Диана, - он нам поможет, это он все придумал! Да откуда я знаю, может, это ты его подговорила нас всех сдать! Вы ведь все заодно с этой Резниковой, я ведь знаю, видела, как ты ей поддакиваешь во всем! Да, Маришка, конечно, Мариша, ты молодец, Маришка!

Вид у Захарры был откровенно пришибленным. Она неподвижно стояла посреди комнаты и молча слушала крики Дианы:

- Как же я ошибалась, когда думала, что ты изменилась! Как была последней сволочью, так и осталась, ясно?! Думаешь, защитила ты Василису, и все, ты белая и пушистая? Да вспомни, сколько людей ты помогла втоптать в грязь! Ты и Маришка! Ах, да, ты же ее правая рука! Как я могу забыть, как ты предала меня! Подмазывалась, поддакивала мне, а потом что? Это все был розыгрыш, Диан, маленький розыгрыш! Давай, Мариша, вставь этой нашей феечке! Бей посильнее, не жалей ее! Вспоминаешь, Драгоций?!

Захарра молчала, глядя на Диану. Ее большие карие глаза медленно наполнялись слезами, а губы сжались в тонкую полоску.

- Молчишь? - не успокаивалась Диана. - Вот и правильно, Захарра, молчи и дальше!

С этими словами Фрезер швырнула свою тряпку в ведро и вылетела из библиотеки, хлопнув дверью. Некоторое время все молчали, глядя друг на друга и на дверь, а потом вернулись к своим делам. Изредка поглядывая на Захарру, я замечала, что она то и дело вытирает глаза рукавом. Фэш, отвернувшись от нас, решил не вмешиваться в женские разборки и молча расставлял книги. Через минут пятнадцать этакого безмолвного труда Захарра выпрямилась:

- Ребят, - нерешительно произнесла она, - вы тоже считаете, что я во всем виновата? Что я здесь только из-за того, что хочу подмазаться, а потом сдать нас Маришке?

- Я не знаю, что творится у тебя в голове, - сразу ответил Фэш, - и знать не хочу.

Захарра уставилась на меня, и я ответила ей то, что думала:

- Ну-у, после того, как ты это озвучила, все это звучит довольно логично...

- Все ясно, - перебила она меня, - теперь, когда я ходила с Маришкой, все в этой дерьмовой школе будут считать меня предательницей.

Не глядя ни на меня, ни на своего брата, Захарра развернулась и выбежала из библиотеки. Все это произошло так быстро, что я не успела договорить: «Но я не считаю тебя предательницей».

- Отлично, - угрюмо сказал мне Фэш, - за несколько дней ты умудрилась испортить жизнь всем, кто пытался тебе помочь. Молодец, поздравляю.

После этих слов, не отрывая от меня убийственного взгляда холодных голубых глаз, парень широким шагом вышел из комнаты, оставив меня одну. Несколько секунд я шокировано смотрела ему вслед, потом оглянулась по сторонам. Отчаяние затопило меня с головой, подчинив себе. Не выдержав, я опустилась прямо туда, где стояла и обхватила руками колени. Горячие, горькие слезы брызнули из глаз и побежали по щекам.

Как бы человек не был силен, рано или поздно он сломается. Свернется клубочком где-нибудь в уголке и станет сетовать на судьбу, хотя виноват во всем он сам, и больше никто. Получается, я сломалась слишком быстро. Всего несколько дней в новой школе - и я уже униженная, избитая, брошенная теми, кого считала друзьями, сволочь. Жалко я, наверное, выгляжу со стороны: в окружении пыльных книг сидящая на полу рыжая девчонка, плачущая навзрыд. Если бы моя жизнь была бы всего лишь фильмом, здесь обязательно вставили бы грустную мелодию и зрители бы порыдали со мной на пару. А потом, несомненно, кто-нибудь пришел бы. Фэш, например, и утешил бы меня. Сказал бы, что все в порядке, все будет хорошо и он погорячился. Как-то слишком много «бы».

Кое-кто действительно пришел. Но не тот, кого я хотела бы сейчас видеть.

- Странное зрелище, - присвистнул Марк, стоя в дверях библиотеки.

Да, именно тебя мне не хватало здесь для полного счастья.