Часть 22 (Доктор Стрэндж)

Стивен Стрэндж был гением. Его стремление к новым знаниям и желание быть лучшим во всем нашли свое применение в медицине. С самого детства в нем жил дух исследователя. Изучение человеческого организма, состоящего из кожи, мышц, костей, сосудов и артерий, привлекало его как ничто другое. Ему было предрешено стать хирургом. Жажда знаний и собственное завышение планки привели его в мир нейрохирургии. И он стал лучшим из них.

Но одна авария перечеркнула все. Если более 20 лет своей жизни посвящаешь одному делу, и оно является центром твоего существования, то очень сложно вернуться на орбиту нормальной жизни, когда тебя выбросило на обочину. Падение вниз с высоты редко кого оставляет живым, но Стивен был не из слабаков. Он не смог бы забраться так высоко не будь у него крепкой хватки и великолепных способностей.

Открыв для себя удивительный мир магии в Камар-Тадже, Стивен снова почувствовал себя живым. Он поглощал знания как безумный, не отрываясь от обучения даже во время сна (спасибо за это астральной проекции). Но когда он стал Верховным магом Земли, то вместо радости ощутил укол разочарования. Будто дочитал интересную книгу и теперь мог лишь перелистывать содержание, в поисках того, что упустил между строк.

И снова мир магии удивил его. Должность Верховного мага открывала ему доступ в другие миры, скрытые от глаз и даже существовавшие рядом с ним.

Мир Волшебства.

Магия Камар-Таджа им изучалась как человеческий организм. Рациональный ум находил объяснения всему, магия воспринималась как математический расчет - параллельные вселенные, использование энергии тела, движение планет и звезд.

Но мир Волшебства открыл перед ним двери в сказку. Мир волшебников из детских книг: с остроконечными шляпами, цветастыми мантиями, полетами на метле, огромными котлами и опасными зельями. Это был совершенно отдельный, оторванный от современности мир, вдали от технологий и шума машин. У них было свое правительство, органы власти и даже тюрьма. На них не распространялись законы простых смертных. Они были скрыты и самодостаточны.

Магия Камар-Таджа раскрыла ему возможности его сознания, но мир Волшебства подарил ему чудо. Мозг не находил объяснения магии волшебников. Деревянная палочка в руках могла создавать животных, птиц, предметы, избегая законы физики, маги не создавали порталы, они сами перемещались на огромные расстояния, могли отправлять послания с помощью сгустков энергии и использовали для всего этого заклинания.

Сотрудничество с волшебниками открыло в нем второе дыхание, его суть исследователя требовала выхода, хотелось изучить, разобрать по составляющим и проверить взаимосвязь его магии и их. Есть ли у него возможность приблизиться к этому волшебному миру?

Его статус Верховного мага Земли давал ему определенные полномочия, поэтому уже через пару месяцев он тесно общался с сотрудниками Министерства магии. Стоило отметить, что и среди волшебников были снобы и консерваторы, не желающие сотрудничать с ним. Слава богу, не у всех волшебников атрофировались мозги, и он нашел общий язык с главой Департамента Магического правопорядка.

Гарри Поттер также как и Стивен был исследователем по натуре. И их успехи на совместном поприще были потрясающими. Обмен информацией, заклинаниями и практические занятия. Молодой маг был легок в общении и Стивен даже жалел, что они не встретились раньше. Они могли бы быть хорошими друзьями.

Но у Гарри был один маленький недостаток, с которым ему пришлось познакомиться спустя пару месяцев совместной работы.

Этот недостаток фыркал, гневно сопел, и язвительно комментировал каждое действие Стивена. Магические узы соединяющие их не оставляли сомнений в их связи, но этот мужчина все равно раздражал его. Поэтому Стрэндж подходил к магу ближе, наклонялся ниже и шептал свои идеи на ухо собеседнику, пока не происходил взрыв проклятий и его оппонента насильно не оттаскивали от него.

Гарри извинялся, разводил мужчин по разным углам и недовольно высказывал свою позицию. После этого сопение ненадолго затихало, но ощущение злобного взгляда не исчезало. От него Стивену казалось, что если бы он мог, то уже воспламенился.

В один из вечеров в Нью-Йоркском храме они вдвоем с волшебником практиковали возможность перемещения с помощью порталов. Безопасность этого способа серьезно интересовала Гарри. Хотя сам Стрэндж считал восхитительной мысль о мгновенном перемещении без зависимости от кольца, которое могли украсть, и без яркого кольца света, что сразу выдавал местоположение мага. Даже риск возможного расщепления его не пугал.

Поттер дергал кольцо, наворачивал руками круги и пыхтел до покраснения в попытке создания портала.

- Мне кажется, я что-то делаю не так.

- У меня это тоже не получалось, пока меня не выкинули на Эвересте, - поймав возмущенный взгляд он продолжил, - попробуй подумать о чем-нибудь хорошем, например, где бы ты хотел оказаться?

Маг задумался, улыбнулся и снова попытался.

Стивен только успел заметить яркий ободок портала, как почувствовал, что опора под ногами пропала, и он провалился вниз. Приземление оказалось крайне неприятным: он упал на стол, что не выдержал его веса и с грохотом свалился на пол. Рядом с ним слышались заглушенные ругательства. Подняв голову, он увидел волшебника и лежащего под ним Тони Старка. По всей видимости, их выбросило в его мастерской, и если Стивен приземлился на стол, то Гарри упал на самого Старка, и они оба свалились со стула.

- По-твоему это называется "подумать о чем-то хорошем"? - Стивен встал, потирая спину, пока Плащ на спине беспокойно ощупывал его на предмет травм.

- Ну, получилось же, - Гарри помахал рукой и даже не пытался подняться.

- Я требую объяснений, - задушенный хрип Старка был усладой для ушей, - и кажется, мне в зад впивается отвертка. Поднимите меня уже.

Даа, определенно оно того стоило. Надо повторить попытки Поттера в портальной магии. Только на этот раз он будет стоять от него подальше.