3. Don't you wanna play "Hide and seek"?

***

Серые тучи окутали небо, испортив все планы на день. Насколько я поняла, Дилан и Стив вместе с Мартой готовили на сегодня оперативную вылазку в город, чтобы все купить к грядущей вечеринке. Вечеринке, которая станет привычной в этих стенах на все лето.Их планы изрядно так подпортил моросящий дождь, к утру перешедший в нехилый ливень. Вот и сидим все в доме. Со скуки умираем. 

Для меня это самая что ни есть отличная погода для чтения на подоконнике в библиотеке. Но кто, если не я, присмотрит за Оливером и проследит, чтобы он не перепил Pepsi? 

— Ну же, Олли, перестань выворачивать руку игрушечному зомби и позавтракай пойди, твоя тарелка с хлопьями уже на столе, — обращаюсь к младшему брату Дилана, сидя рядом с ним на полу. Мальчик недовольно фыркает, своим зомби пытаясь укусить меня за руку. 

— Посмотрите, — с толикой умиления и насмешки бросает Стив, — малыши играются, это так мило.

Поднимаю на него испепеляющий взгляд, раздраженно цокая языком. 

Марта, свернувшись клубочком у него на коленях, печатает кому-то СМС с сотового, а после кладет его на свой плоский живот, потирая лицо. Резко вспоминаю вчерашний инцидент, заставляющий жидкость, скопившуюся в моей ротовой полости, стать в горле комом. Я видела их. Их с Диланом. То, как она выгибала спину, стоя на четвереньках, то, как он подавался бедрами вперед, как она глухо стонала, комкая в кулаке ткань простыни... О Господи. Промаргиваюсь, пытаясь отогнать воспоминания. В этом нет ничего такого, Джуди. Просто двое людей. Я не знала, что Марта его девушка, но теперь это очевидно. Когда я буду с кем-то встречаться, мне тоже нужно будет, ну, это?.. Того?.. Блин. Перевожу взгляд на О’Брайена, который от безделья лежит на диване, подбрасывая бейсбольный мяч в воздух и тут же ловит его обратно в ладони. 

— Очень смешно, Стив, — процеживаю сквозь зубы.

— Ты стала зомби, Джуди, — вскрикивает Оливер и отползает от меня на несколько десятков сантиметров. 

Поднимаюсь на ноги и бреду к окну. Так скучно, что аж на стенку лезть охота. Я вообще люблю мокнуть под дождем, это жутко романтично и вдохновляюще, но, глядя на эти грязно-ватные облака, повисшие над землей и скрывшие раскаленное солнце за своей вереницей, желание как-то отпадает. 

— У вас здесь какие-то фильмы? — спрашивает Марта Грейс, поворачивая голову к телику и скользя взглядом по полочке над ней. 

— Родители передали кучу мультиков для Олли.

— Великолепно, — она роняет тихий вздох. 

Неожиданно мне в голову приходит странная идея. Идея, за которую меня сочтут вообще ребенком. Но, блин, что еще делать? Смотреть мультики вместе с Олли? 

— Давайте... — мой голос неуверенно хрипит, потому я прочищаю горло, прежде чем повторяю слово еще раз и заканчиваю фразу: — Давайте сыграем в прятки.

Серьезно, Джуди? Думаешь, согласятся?

Это игра для д е т е й.А они все тут в з р о с л ы е.

— Да, Джуди-кид, — мой брат издает смешок. — Еще скажи найти еще одну Нарнию в платяном шкафу. 

Нарнию? И он туда же? Он хоть читал эту серию книг? Или, как и Дилан, ограничился всего лишь просмотром фильма? Как жаль, что на eBay нельзя заказать и приобрести нормальный мозг. Это было бы лучшим подарком для брата на Рождество.

— У вас есть идея получше? — окидываю всех взглядом. А что мне терять, в общем-то? 

— Ладно, — Марта роняет тяжкий вздох, поднимаясь с колен Стива, — прятки — так прятки, — с улыбкой пожимает плечами девушка. 

— Ты серьезно, Грейс? 

— Прятки! — от радости Оливер даже отбросил в сторону своего игрушечного зомби, позабыв о том, что я заражена и что могу откусить у него кусок плеча, шеи, мочку уха, подбираясь к любимому лакомству — маленькому детскому мозгу, покрытому извилинами. 

— Да вы с меня издеваетесь! 

— Ну же, Стив, — наконец и О’Брайен поддерживает данную идею, посему я перевожу на него удивленный взор карих глаз. — Тот, кого найдут первым, будет искать следующим. Тот, кого найдут, спускается вниз и ждет здесь, в гостиной, не мешая ищейке искать. И еще, не покидать пределы дома, а то в такой ливень никто вас во дворе искать не собирается, — надо же, даже правила устанавливает. В предложенной мною игре. В игре, в которую играют маленькие д е т и. 

— Ну же, Стивен, — Марта с улыбкой берет его за подбородок тонкими и длинными пальцами. — Сколько раз в жизни мы можем побыть детьми? 

— Когда в последний раз тебе было шестнадцать? — подбивает друга Дилан. 

— Нашему Стиву просто сто лет, — издаю смешок. Он шутит над тем, какая я маленькая, а я пошучу над тем, как он стар, — уже ничего от жизни не хочет, — нет, ну грядущая шумная вечеринка не в счет, там можно и сбросить пол столетия, — сыпется весь, дряхленький наш, — мой брат возмущенно вскидывает бровь, приоткрывая рот. 

Учусь у лучших, братишка. Питекантроп ты мой родной.

— Сто? — обижено переспрашивает он.

— Сто, — отвечаю, одаривая старшего брата победной улыбкой.

— Сто, — процеживает он, поднимаясь на ноги, — девяносто девять, — закрывает руками глаза, не подсматривая, — девяносто восемь... — раздраженно процеживает.

Эй, погоди... Он уже начал считать? 

Переглядываюсь с Диланом и Мартой коротким взглядом. 

— Девяносто семь.

Че-е-е-ерт. Срываюсь с места настолько быстро, что больно бьюсь мизинцем об уголок стола, подавляя вскрик. Олли бежит прятаться на кухню, закрываясь в кухонной кладовке, где находятся различные крупы и макаронные изделия. Ума не приложу, как в таком маленьком и узком углублении мальчишке удается вполне уютно и компактно разместить все свои пятнадцать килограмм. Цепляюсь руками за поручень лестницы, ведущей на второй этаж, взбираясь наверх, а секундой позже ощущаю, как плечо О’Брайена больно врезается мне в лопатку, и парень меня опережает. Он первым добирается до комнаты родителей, в которой я хотела спрятаться под широкой кроватью. 

— Нечестно! — фыркаю шепотом, складывая руки на груди. 

— Привыкай, Джуди-кид, — бросает с ехидной улыбкой, которая растягивает уголки его губ в кривой усмешке. 

Хорошо, Джуди, в доме полно мест, где ты можешь спрятаться еще. 

— Сорок три, сорок два, сорок один, сорок. 

Что?! Я потратила столько времени на раздумья, куда мне спрятаться, что совсем забыла о том, что Стивен продолжает считать. 

— Тридцать восемь, придурки, тридцать семь, я вас найду — и крышка вам, тридцать шесть...

Блин. Делаю неосознанный шаг назад, вздрагивая, когда моя спина врезается в дверь чьей-то не до конца запертой комнаты. Ступаю на мягкий ковралин в помещении, закрывая дверь, но не на замок, ведь таковы правила, а после разворачиваюсь лицом к синим стенкам, внезапно осознавая, в чьей комнате я оказалась. Здесь пахнет лаймом, бергамотом и немного мускатным орехом, а еще нотками фиалки и белого мускуса. На поверхности не застеленной кровати лежат пляжные шорты цвета морской волны, на спинке стула — серая худи. Наверное, порывшись, здесь можно будет найти несколько журналов с непристойно голыми девицами. Под матрасом, к примеру, или в куче левых носков в комоде. Такие они, эти мальчишки. Или Дилану уже не нужны такие журналы, на которые слюнки пускаешь, будучи прыщавым дрыщем? У Дилана есть Марта, два, судя по всему, веселых года, проведенных в Италии, и восемь кубиков пресса на торсе. Он уж точно больше не дрыщ. На прикроватном столике лежит листок, как напоминание, на котором черным маркером написана всего пара слов: "Перед завтраком" и "Перед ужином". И знаки восклицания стоят. По три на каждую фразу. Это что? График занятия сексом с Мартой? Брось, Джудит, ты видела их случайно. Всего раз. Это не значит, что... Или значит? 

— Я иду вас искать, чуваки, — голос Стива заставляет меня уронить тихий вздох ужаса. 

Ты предложила играть в эту игру, Джудит, ты хотела. В итоге только ты и не нашла себе место для того, чтобы спрятаться. 

— Джу-ди-кид, — Стивен протягивает мое имя по слогам, как вязкую жвачку со вкусом дыни и арбуза. — Ди-лан, — черт, Дилан, почему у тебя такая комната, что даже спрятаться негде? — Мар-та... — стоит моему брату в том же тоне растянуть имя Оливера, как мне в голову приходит единственная спонтанная идея спрятаться за шторой, как какой-нибудь убийца в малобюджетном хорроре. Мне еще дай в руки нож — и Джуди готова убивать. 

Шторы довольно плотные и темные. Дилан явно не любит свет по утрам. Эта сторона дома у озера всегда солнечная, солнце вливается в окно уже в половине пятого утра. 

Прислушиваюсь к шуму дождя за окнами. Небо серое, даже у его кромки нет проблеска. Оно просто распластано, растянуто по всему периметру, как грязное полотно, прибитое гвоздями в четырех разных точках-концах света. Тяжелые капли нещадно бьют по окнам, и воздух на улице не такой раскаленный, что невыносимо дышать — выжигает дыры в стенках легких. Наоборот, дышится так свободно и легко, как после ингаляции. Лодка, пришвартованная к причалу, накрыта плотной клеенкой, чтобы дно не намокало; по поверхности озера "расплываются" круги от капелек, разбивающихся об его поверхность и образующих брызги в виде миниатюрных коронок. Плаксивое небо падает в объятия земли, словно хочет рассказать ему, отчего болит внутри, отчего горло душат слезы. 

— Где же вы? 

Как в детстве. Как тогда, когда мы были маленькими.Стивен с разбитыми коленками.Дилан, перепачкавший травой новые джинсы.И я, со шрамиком на лбу, беззубая, совсем ребенок.

Слышу, как ручка двери оттягивается вниз, и все во мне замирает. Перестаю дышать, вжимаясь в стенку, и нервно тереблю пальцами кружевную оборку на футболке. Стивен в комнате, я слышу, как он наклоняется, заглядывая под кровать Дилана, как открывает дверцу шкафа, надеясь, что кто-то из нас выбрал столь банальное место, где можно спрятаться. Ну, мое место не лучше. Обыкновенная штора, разделяющая меня и брата. 

Как жаль, что я не умею парить над землей. И пускай я занимаюсь йогой уже три года, я все еще не познала секрет левитации. А жаль, это и становится моим камнем преткновения. 

— Изначально мне стало интересно, что кеды Ди делают под стенкой, их так аккуратно поставит лишь девчонка, — смеется Стивен. Блин. Кеды. Меня выдали мои же кеды, носки которых торчат из-под ткани штор. — Но у него они не такого маленького размера, к тому же не желтые.

Штора отодвигается резко и мгновенно. 

— Попалась, — с победной улыбкой молвит мой брат. 

— Ладно, — фыркаю.

— Спускайся в гостиную, Джуди-кид, а я за остальными, — хлопает меня по плечу, и я согласно киваю. 

Чертов О’Брайен. Лишил меня нормального места, где можно хорошо спрятаться. Я знаю, как это можно сделать так, чтобы меня не нашли. Выхожу в коридор, спускаясь по лестнице вниз в гостиную. Опускаюсь на поверхность дивана, бросая короткий взгляд на зомби-игрушку Оливера. И прислушиваюсь к звуку, словно кто-то что-то ест, облизывает пальцы. Едва различимо, но этого хватает, чтобы выдать самого себя. Благо, Стив сейчас на втором этаже, слишком занят поиском Марты и Дилана, чтобы услышать, как Оливер что-то восторженно жрет, прячась в кладовке. Явно его детские ручонки нащупали хлопья в меду с шоколадными капельками.

Поднимаю взгляд наверх, когда помимо голоса Стива, зовущего всех по имени, раздается еще и голос Марты, которую мой брат, видимо, уже обнаружил. Девушка спускается вниз по лестнице, закладывая за ухо пшеничную прядь роскошных светлых волос. 

— Тебя первой нашли? — спрашивает.

— Ага, — протягиваю в ответ. 

— Играть в прятки все же лучше, чем бездельничать, — она с улыбкой пожимает плечами, опускаясь на диван рядом. От девушки пахнет ананасом и кокосом, и еще чем-то экзотически вкусным. Марта берет в руки телефон, снимая блок экрана, и принимается строчить новое сообщение. — Завтра нужно будет съездить в город купить все для вечеринки. Ты с нами? 

— Да, наверное, нужно будет купить какие-то продукты, а то на одних хлопьях мы не проживем до конца лета. Да и молоко закончилось этим утром и хлеб. 

— Тогда заметано, — она подмигивает мне, после чего переводит взгляд куда-то в сторону кухни, хмурясь. 

Кажется, она тоже поняла, где прячется Олли. Младший брат Дилана, похоже, и совсем забыл, что мы играем. Ему просто удобно там сидеть и уничтожать запасы, поедая их в сухомятку. Запасы хлопьев. Моих любимых хлопьев. Краем глаза цепляю едва заметную родинку на щеке девушки. Марта Грейс довольно красивая, очень симпатичная. Не то, что я, с этими щеками, создающими впечатление, что мне шесть. Боже, уже Дилана цитирую. Это дно, Джуди. 

— Придурок, — слышу голос Стива, который шутливо бьет Дилана в плечо, спускаясь вместе с ним по лестнице вниз. — Ты же задохнуться мог. 

— Прятаться под кроватью это так по-детски, не мой стиль, — с улыбкой отвечает О’Брайен. — Но вышло же круто, согласись. Ты практически меня не нашел.

— Практически.

— Да, мой промах был в том, что хлястик от дивана был завернут, а сам диван не до конца опущен. 

Он прятался в диване? В том диване, где обычно лежит постельное белье? Там же дышать практически не чем. Вот это решительность, смелость и безрассудство. 

— Остался лишь Олли? 

— Мы, О’Брайены, всегда не чисты на руку, знаем, где и как прятаться, — гордо слетает с губ Дилана. 

— Заткнись, бро, — Стив еще раз толкает своего "брата" в плечо, отчего парень переминается с ноги на ногу. 

Повисает тишина. Ну, почти. Только тихий хруст его нарушает. Стив подставляет указательный палец к губам в знаке молчания, и все замолкают, пока он проделывает себе аккуратный путь к источнику шума. Тянет за металлическую ручку деревянную дверцу кухонной кладовки, открывая его, и из маленького помещения вылазит Оливер, поднимая на моего брата невозмутимый взгляд. Кожа вокруг его рта перепачкана шоколадом и липким медом. Добрался-таки до моих запасов. 

— Вижу, кто-то решил извлечь из игры выгоду, — смеется Стив. 

— Пошли умоемся, Олли, — тяну к нему руку, и мальчик с улыбкой ее обхватывает своими перепачканными ладонями. 

После того, как Оливер морщится от воды, которая бьет ключом прямо в лицо, мальчик вытирает кожу полотенцем и оказывается как новенький. 

— Твоя очередь искать, Джуди, — молвит Дилан, и я цокаю языком, бросая на него испепеляющий взгляд. 

Разворачиваюсь к ребятам спиной, закрывая глаза еще мокрыми ладонями. Опускаю голову немного вниз, начиная считать. Слышу, как ребята разбегаются в разные стороны, как кто-то из них взбирается по лестнице на второй этаж. Вот, как всем хочется играть в детскую игру. На несколько мгновений обстановка в доме погружается в тишину, и только мой обратный отсчет и ливень, барабанящий по крыше, мешают этой тишине стать абсолютной. Не отнимаю ладоней от лица, продолжая считать от пятидесяти до сорока в обратном порядке, и переношу вес тела с одной ноги на другую, в последствии все равно выпрямляя позвоночник. 

Нужно будет усилить поиск. Особенно поиск О’Брайенов. Оливер маленький, легко может влезть в бельевик и затеряться в простынях с пододеяльниками. А насчет Дилана я вообще молчу. Прятаться в диване? Чем он дышал? Темнотой? Может, ему взбредет в голову спрятаться где-то в подобном месте? 

— Десять, девять... — наконец осталось десять последних секунд, а то я уже начала скучать. — Восемь, семь...

Назвав последние шесть цифр, облегченно отнимаю руки от лица и вздыхаю, оглядываясь. 

С чего мне начать?Куда бы спрятался Стив? Он мог бы затусить где-нибудь в своей комнате, хотя это было бы банально.Или в ванной. Точняк.

В доме два санузла, две ванные. Сначала проверю ту, что на первом этаже. Проделываю себе путь в конец коридора. Выключатель на стене включен, и из ванной прорезается тонкая полоска света. Ага. Тут кто-то есть. Дергаю ручку, входя в помещение. Раздвигаю стеклянные дверцы душевой кабины, понимая, что свет в комнате был лишь отвлекающим маневром, здесь никого нет. Прикусываю губы, покидая ванную. Что ж, раз не на первом этаже, так хотя бы на втором. Но прежде всего — кухня. Олли любитель прятаться здесь, но в четыре года он не на столько глуп, чтобы делать это в том же месте. Но я на всякий случай открываю дверцу кладовки, наклоняясь. И под стол залажу. А еще внутренняя тихая паранойя заставляет меня открыть холодильник, морозильную камеру и духовку. Мало ли. Черт бы побрал этих О’Брайенов. Произвожу поиски молча, не вызывая своим голосом нервный тик, как это делал Стив. Первый этаж пуст. Следовательно, все ребята на втором этаже. Вот и узнаем дом, в котором зависаем каждое лето, еще лучше. Изучив все четыре его угла. А если быть точной, то все шестьдесят. 

Ступеньки под моими ногами скрипят, и я поднимаюсь наверх, к коридору, чьи стены сплошь увешены семейными снимками. Передо мной встает выбор: свернуть налево — к комнатам, или направо — к другой ванной и отцовскому кабинету, где располагается библиотека. 

Что ж, я выбираю ванную. Свет мы обычно гасим после использования этого помещения, так что такой жест и отвлекающий маневр только дал мне предпосылки для поиска. Ловлю себя на мысли, что это захватывает, чувствовать себя на какое-то время ребенком. Я знаю, что "быть взрослым" не значит закончить школу, выйти замуж и погрязнуть в семейной жизни. Тебе может быть пятьдесят, а ты все равно будешь вести себя, как ребенок. "Быть взрослым" — это принимать самостоятельные решения, за которые ты будешь нести ответственность. Это значит принимать все адекватно и хладнокровно, уметь все анализировать и находить решение, выход. А сегодня мы пятеро просто бесимся. Сегодня мы пятеро просто дети, от скуки играющие в такую банальную, но до чертиков интересную игру. Прятки. 

Как в детстве. 

Тяну ручку двери ванной комнаты на втором этаже. Здесь свет не горит, но через маленькое окошко вливается серый и тусклый свет. Ступаю аккуратно и тихо, хмуря брови, когда замечаю чей-то едва различимый силуэт за занавесками в ванной. Касаюсь ткани пальцами и отодвигаю шторку. 

Марта. Сидит в сухой ванной, обнимая себя за острые коленки. Поднимает на меня взгляд зеленых и немного красноватых глаз. Словно чем-то расстроена. 

— Я тебя нашла, — бросаю с улыбкой, и девушка заставляет себя улыбнуться в ответ. Она действительно пытается сделать это искренне, только вот излишняя задумчивость не позволяет. — Теперь твой черед.

— Ладно, — Марта поднимается на ноги, вылезая из ванной. — Я первая, кого ты нашла, да? 

— Да, — отвечаю спокойно, не сводя с Грейс взгляд. Она подходит к зеркалу, упираясь ладонями в умывальник, и смотрит себе в лицо, вздыхая. — Ты в порядке? — спрашиваю, облокачиваясь плечом на кафельную стенку. 

— Вполне, Джуди, просто тот чувак, который делает отличные музыкальные мэшапы, не сможет к нам приехать. Все утро ему строчу, а он, кретин, свалил в Вегас, крутить свою дичь в ночных клубах, — поворачивает ко мне голову, с улыбкой отвечая. — Но, ничего, у меня есть еще один знакомый, у которого плейлист даже покруче. Давай, иди искать остальных, а я пойду ждать внизу. 

Я и не думала, что для нее эта вечеринка значит так много...

Марта выходит из ванной, секунд через десять уже оказываясь в гостиной, а я перехожу в правую часть коридора к комнатам. Веселье набирает обороты, когда я нахожу Олли, спрятавшегося в родительском шкафу. И пускай его прекрасно могло спрятать папино твидовое пальто, мальчик не учел то факт, что его тонкие ноги не смогли порядком скрыть коробки с маминой обувью. Стивен оказывается еще креативней, чем я думала. Я бы не полезла на чердак, на котором находятся швабры и рулоны с обоями после недавней переклейки. Там пауки и там сыро после дождя. Но как место поиска я не исключила этот вариант. 

— Остался только Дилан? — спрашивает мой брат. 

— Да. 

Стивен трет локоть, который содрал до легких кровавых царапин, пока слазил с чердака. 

— Хочешь я помогу тебе его найти? — серьезно предлагает он, и я хмурюсь с улыбкой:

— Это против правил, вроде как. 

— Когда дело касается Ди, Джуди-кид, поверь мне, все против правил. Ты не знаешь, какой у него склад ума, ты не знаешь его так, как я.

Конечно. Потому что всегда были вы двое. Стивен Россум и Дилан О’Брайен.А девочка по имени Джудит в их тандеме всегда была лишней. Всегда дружили они двое. А я так, была сестрой Стива. Занудной Джуди-кид. 

— Думаю, я справлюсь, — пожимаю плечами. 

— Ну, как хочешь. 

Думай, Джудит. Думай. Где еще мог бы спрятаться Дилан? Изобретательный Дилан. Дилан, который не боится опасности. Что, вылез через окно и зацепляется руками за карниз, свисая? Формально, это не нарушение правил, ты все еще не на улице, просто немного уже за пределами самого дома. Думай. Я проверяю каждый уголок в доме, все, что может посетить голову. Ну... Ну, почти...

Глазам не поверю, если его занесло в библиотку. Я думала, его ноги там не будет. Это же такое с к у ч н о е место, такое з а н у д н о е, прямо как я в его глазах. 

Веселье приобретает неожиданные обороты.

Толкаю дверь папиного кабинета рукой и тут же роняю удивленный вздох. Он сидит на кожаном кресле, для удобства закинув ноги на стол. Сохраняя на лице саму невозмутимость, листает странички, внимание, книги, и мои губы приоткрываются. 

— Долго же ты меня искала, Джуди-кид, — поднимает на меня беглый взгляд медовых глаз, вновь опуская его на строчки. 

— Ты? Прятаться в библиотеке? — срывается с моих уст. 

— Неожиданно, верно? — издает смешок. — Признаться, я думал, что буду следующим искать вас, а оказалось, что самым последним, — и как мне только в голову не пришло искать в библиотеке? Дурная моя башка. — Твое личное логово? — насмехается. С его уст это звучит так, словно я какой-то вампир. — У тебя здесь миленько. Ой, и почитать есть что, — поднимает вверх книгу, маяча ею перед моими глазами. 

— Вы со Стивом уже "утопили" "Анну Каренину", теперь еще намереваешься что-то сделать с "Убить пересмешника"? — вспоминаю, что у той книги цветовая гамма обложки похожая, но я ошибаюсь книгой: 

— Что? — Дилан нервно смеется. — Нет-нет. И это даже не "Над пропастью во ржи", где главный герой пытается быть взрослым, даже проститутку заказывает. Но книга хороша, мне очень понравилось, — Дилан читал Джерома Сэлинджера? — Нет, это нечто получше. "Лолита" Набокова. Читала, Джуди-кид?

— Я такое не читаю, — фыркаю. 

— Отчего же? — он убирает ноги со стола, перелистывая страничку тонкими пальцами. — Здесь тоже описываются чувства. И любовь. Ты же это хочешь видеть в книгах, Джуди? Этого так сильно ждешь? Любовь и чувства.

— Любовь взрослого мужчины к девочке. 

— Тебя это смущает? Смущает такая разница в возрасте? Такие аморальные мысли, поступки? — сейчас меня смущает лишь Дилан. Странно, с каким поднесением он вообще разговаривает со мной о книгах. Даже о "Лолите". Про которую я смотрела фильм. — Конечно смущает, покраснела вся. Малышка Джуди. 

— Нас это, — мой голос хрипит, потому я прочищаю горло: — Ждут внизу.

— Да, — молвит он как-то резко, словно вспомнил, что это действительно так. — Пойдем. Но "Лолиту" я, пожалуй, прихвачу. Почитаю на досуге. 

Господи, что с ним сделала Италия? 

Спускаемся вниз, где Стивен от скуки бьет себя по коленке, а Марта счастливо подскакивает на диване, сообщая о том, что у нас будет ди-джей. Они все решили перетащить в этот дом целый клуб, или что? 

Не помню точно, на каком кругу игры мы перестаем играть. Просто знаю, что сегодня все мы были немного детьми. Кто-то просто почувствовал себя ребенком. А кто-то начал осознавать, что это один из первых настоящих шагов куда-то вперед. И ты уже не та маленькая Джуди, что прежде. Не с тем, какие тебя посещают мысли о том, как увидела Марту и Дилана вместе. Не с тем, как Стив и Дилан выкуривают по сигарете, сидя на парадных ступеньках дома. Не с тем смущением, вызванным во мне книгой Набокова в руках Дилана. Не с тем, как я буквально не дышу, когда думаю об Уилле Портере, собственном однокласснике, перешедшем к нам в класс прошлой зимой. И точно не с теми мыслями, которые посещают мою голову, когда я думаю об Уилле. 

Сегодня ты все еще ребенок, Джудит. А завтра ты проснешься, будучи уже другой.