Шаг 17. Поцелуи

Каролина крепко сжимает ладони в кулаки, представляя, что в её руках находится шея Луиса. Просто девушка зла как дьявол и она всеми фибрами души желает забыть увиденное, однако это невозможно. Потому что такое не забывается, а лишь намертво врезается в память. И фраза «сделайте меня развидеть» крутится в голове отличницы на повторе, ибо она стала свидетелем неприятного зрелища, ибо...о боги... Зачем Каролина вообще туда поперлась? Ну кто ее просил? Жила бы в незнании и горя не знала, а теперь предательство витает в воздухе и ей хочется крушить всё на своем пути.

— Луис, ты точно мой соулмейт? — она смотрит с обидой. Огреть бы Луиса хорошенько, вот только сил никаких нет. Девушка может сорваться и расплакаться прямо во время бойни, а это совсем ни к чему.

— Ты сейчас серьёзно? — Фостер надеялся, что отличница шутит, однако её взгляд был серьезен как никогда.

— Как ты мог, Луис?

— О чем ты вообще? Ты всё не так поняла, — парень начинает оправдываться, видя, что Каролина настроена слишком решительно.

— Ты теперь всех подряд целуешь? Для тебя поцелуй ничего не значит? — девушка переходила на крик.

— Подожди, подожди, мы не...

— Да конечно! По-твоему, я слепая, да? Значит, я там... а вы... за спиной... такое... ФАК, — Каролина не материлась, однако при возникновении такой потребности она использовала английские слова — весьма удобно. И черт, Луис правда не может отрицать, что... НУ ВОТ МОГЛА ОНА ПРИЙТИ МИНУТОЙ ПОЗЖЕ? Да хватило бы лишь пары секунд!

Каролина убегает с крыши, а парень на несколько секунд замирает:

— Я дол***б, — просто констатация факта.

— Ага, и мне еще твои слюни оттирать.

Луис лишь закатывает глаза, думая какую свинью подложила ему судьба...

За 15 минут до трагедии

С того самого дня, как Тесса прижалась к щеке Патрика, парня не покидало странное чувство неправильности. Но как такое возможно? Они же соулмейты, а значит всё должно происходить иначе. Почему Уокеру не нравятся прикосновения девушки? В чем подвох?

С такими невеселыми мыслями парень решил держаться от своей предназначенной подальше, вот только никто его не спрашивал. И стоило Пату появиться в школе на следующий день после выставки, Тесса сразу же встретила его с распростертыми объятиями и быстро чмокнула в губы — да так, чтобы эту картину увидела бо́льшая часть учеников.

И что будет дальше? Неужели потом она к нему присосется, словно пиявка (кажется, недолго осталось до этого момента), а там уж и до изнасилования недалеко? Пожалуй, с недавних пор Патрик изменил отношение к этой девице — уж больно раскрепощенной она становится, и парень от этого не в восторге. Еще и поцеловала его в губы, будто они встречаются. Патрик ведь ни разу не проявлял знаки внимания, тогда с чего такая настойчивость?Тесса ведет себя так, будто Уокера могут украсть, а ведь это априори невозможно. В конце концов, как бы банально это не звучало, но соулмейты созданы друг для друга, и особого выбора у них нет.

Пату надоело. От касания чужих губ его невероятно плющит (не в самом хорошем смысле), поэтому он смотрит в расписание параллельного класса и смело направляется к нужному кабинету:

— Луис, можно тебя на секунду?

Фостер немного тушуется, не зная как реагировать. Патрик никогда не общался с ним за пределами репетиционной и актового зала — всё это напоминало исключительно деловые отношения. А теперь он сам пришел в учебный кабинет, чтобы поговорить? Хм... Интересно о чем?

Луис послушно следует за Уокером на крышу, понятия не имея, зачем его туда ведут:

— Ты ведь не собираешься столкнуть меня вниз, правда? Каролина не переживёт моей смерти.

Уокер лишь вздыхает и, дойдя до нужного места, хватается рукой за металлические перила:

— Что за бред. Просто вы с Каролиной... Ну знаешь... Близость между соулмейтами. Как это вообще происходит?

Фостера настигает полное замешательство:

— Ну пестики, тычинки. Можешь почитать биологию за десятый класс. Я, как бы, девственник. Так что по этому вопросу ничего не скажу.

Патрик неожиданно смущается, а на секунду и вовсе забывает всё, что хотел сказать, однако благодаря усилиям (просто титаническим!) берет себя в руки:

— Да нет же, извращенец! — (на этом моменте Уокеру почему-то вспоминается Шерил). — Я имею в виду обычные касания, когда соулмейт находится слишком близко.

— Нууу, это приятно, — Луис закусывает губу, а затем и вовсе облизывает: видимо, предался воспоминаниям.

— И это было приятно с самого начала? Тебе не требовалось время, чтобы привыкнуть? — Патрик смотрит с надеждой.

— Понятия не имею. Мы с Каролиной встретились, когда нам было по три года. Вроде, в песочнице познакомились. Во всяком случае, так рассказывают родители. Сам понимаешь, это такой возраст, который помнишь слишком смутно, — Фостер на несколько секунд замолкает, после чего задумчиво смотрит на своего собеседника. — А у тебя какие-то проблемы с Тессой?

— Если честно, то мне неприятно от её прикосновений. А если она касается губами, то полная задница: меня просто выворачивает наизнанку.

Фостер неопределенно смеется:

— Похоже на то, будто ты целуешь чужого соулмейта. Весьма неприятные ощущения.

— А ты пробовал? — Патрик поднимает удивленный взгляд.

— Как-то играл в бутылочку, когда мне было четырнадцать. До сих пор вспоминать тошно. Отторжение — это вообще дрянь. После встречи с соулмейтом сложно выносить поцелуи с кем-то другим.

— Мне нужно это проверить, — Пат загорается идеей, однако запал сразу же меркнет. — Вот только странно просить кого-то меня поцеловать, — Уокер начинает думать и... — Поговори с Каролиной. Может, она мне поможет?

— Тебе скорее мой правый кулак поможет, а не Каролина. Сделаем вид, что я этого не слышал, — Луис быстро остывает после брошенных слов, а в его голову приходит идея получше. — Слушай, а проверь-ка ощущения на Шерил.

Мысль начинает истошно биться в голове, активно задевая нервные клетки. Патрик об этом не задумывался. И хоть порой парню снились откровенные сны, он не предполагал, что самолично полезет к хулиганке. Нет, нет и нет!

— Я похож на самоубийцу? Она не согласится меня поцеловать.

Луис лишь фыркает:

— Так поцелуй её сам, делов-то.

— Просто я... никогда... Ну знаешь, чтобы по-настоящему, — Уокеру так неловко, что он готов провалиться сквозь землю. И слава богам, что Луис не реагирует издевательским смехом.

— Тебя никто не просит лезть к ней со взрослыми поцелуями. Просто легкое касание. Не драматизируй.

— А вдруг это работает только в одну сторону? В том смысле, что я испытываю неприятные ощущения, лишь когда целуют меня, — Уокер виновато опускает взгляд.

— Что ж ты за невинная дева? — Луис резко выдыхает и максимально близко подходит к Пату, оставляя легкий чмок на его губах. И именно в этот эпичный момент (ну вашу ж мать!) появляется Каролина. Вовремя. КАК ЖЕ ВОВРЕМЯ!

* * * * *

— Я дол***б, — Луис смотрит на место, где только что стояла его девушка. Поправочка: бывшая девушка. Но так думает только Каролина, потому что никоим образом бывшей она не станет, ибо связаны они на веки вечные. Точка.

— Ага, и мне еще твои слюни оттирать, — Патрик прослеживает за взглядом Фостера. — У меня сразу несколько вопросов. Во-первых: какого черта ты меня поцеловал? Во-вторых: какого черта ты за ней не бежишь?

— Что касается, твоего «во-первых», то просто решил помочь разобраться. Надеюсь, не зря, потому что такая помощь дорого мне обошлась. И только посмей еще раз сказать о слюнях! Я тебя еле коснулся, так что не нарывайся. А относительно второго, то сейчас за Каролиной бежать нельзя — я её как облупленную знаю. В данный момент ничего не получится. Помирюсь с ней позднее, — Луис поднял взгляд на безоблачное небо.

— Ты и впрямь идиот, — Уокер всё же вытер губы тыльной стороной ладони. — Но соль состоит в том, что ты не вызываешь у меня такого отторжения, как Тесса.

Фостер присвистнул:

— Я могу это принять, как комплимент? Надеюсь, после моего «крышесносного» поцелуя ты не переметнешься на голубую сторону.

— Вот же придурок, — И Уокер покидает крышу, решив, что нужно завершить проверку, попытав счастья с какой-нибудь девушкой. Касание Фостера было неприятным, но оно во всяком случае не вызывало тошноты. Хотя, всё можно спихнуть на то, что чмок был достаточно мимолетным. Зато Каролина наверняка нарисовала всё в ярких красках. И угораздило же девушку попасть именно на такой «пикантный» момент — она словно чувствовала!

Мысли улетучиваются в тот момент, когда Патрик видит Шерил. Эти двое никогда не были особо близки, а в последнее время все их встречи и вовсе проходят в тишине. Они по-прежнему готовятся к конкурсу и выступают в баре «Хитрый Осьминог», вот только друг с другом не разговаривают. И, наверное, только сам Будда (в которого Уокер слабо верит) знает, почему парня волнует данный факт. Какая разница, что не разговаривают? И разве не наплевать, что они даже не здороваются? И, к слову, Шерил полностью прекратила доставать парня своими выходками — просто стала вести себя так, словно его не существует. И вот они — чисто деловые отношения. Ничего личного.

Уокер в который раз себя одергивает: а почему у них должно быть это самое личное? И парень в помутнении разума хватает девушку за руку и приводит ко входу в спортзал: свет здесь приглушен, само помещение находится в углу школы, да и люди здесь не шастают так активно, как в центральных коридорах — идеальное место преступления.

Уокер несильно толкает девушку к стене, продолжая удерживать, чтобы та не вырывалась. И пусть Уокер собирается лишь едва дотронуться до чужих губ своими, всё равно это выглядит так, будто парень собирается её изнасиловать.

В глазах Шерил полнейшая растерянность. Она прерывисто дышит и смотрит на Пата расширенными зрачками (а расширились они, конечно же, из-за приглушенного света — иначе и быть не может!). Взгляд невольно опускается на губы парня, из-за чего Шерил громко сглатывает и отводит глаза, стараясь сделать вид, что она туда не смотрела. А затем время останавливается, потому что девушка чувствует касание теплых губ.

Кажется, Пат застыл: он не собирался заходить дальше, но и отстраняться не спешил. И в этот момент рассудок Шерил мило помахал ручкой, и девушка даже не успела понять в какой момент начала целовать. Сама.

Она сама притягивает парня ближе, сама запускает руки в его волосы и сама проникает языком в его рот. И, кажется, Шерил не соображает, что всё это делает именно она. А у Патрика перед глазами непонятные звездочки, и он бы с радостью хотел списать свои ощущения на то, что такой поцелуй происходит у него впервые. Вот только Уокер не станет этого делать, потому что парню нравится, как именно её руки теребят его волосы, а еще нравится именно её голос; интересы с ноткой безумия; светлые волосы, едва ли достающие до плеч; странный смех и немного пошловатый вид, когда девушка надувает пузырь из жевательной резинки.

Патрик просто поддается ощущениям, в какой-то момент забывая, что поцелуй не должен был длиться долго. Но это уже не важно, потому что парню нравится — будто всё происходит так, как нужно. И Уокер размещает свои ладони на женской талии, немного перебирая пальцами. Какая же эта Шерил хрупкая! Строит из себя неприступную женщину-вамп, а сама тает, как мороженое, от прикосновений Патрика (а парню хочется верить, что так действуют именно его прикосновения).

Девушка отстраняется с характерным звуком, чувствуя, как удары сердца отдаются прямо в горле. Она по-прежнему тяжело дышит, когда отворачивается в сторону и встречается взглядом с офонаревшими одноклассницами.

В расписании ведь нет физкультуры. Что они здесь забыли?

— Вам всё равно никто не поверит, — Шерил почти задыхается, когда произносит эти слова, а потом убегает прочь, чтобы не встретиться взглядом с Патриком Уокером. И в этот раз парню вовсе не хочется вытирать губы — он наоборот облизывается, жалея, что поцелуй закончился.

Две одноклассницы продолжают стоять словно статуи, не в силах поверить собственным глазам. А Патрика почему-то забавляет такая картина, поэтому он вторит словам Шерил:

— Вам всё равно никто не поверит, — а затем добавляет немного тише. — А жаль... 

************************************

Возможно, некоторые читатели знают о моей любви к "парочке"Луис/Патрик, однако в данном фанфике сцена с их участием представлена исключительно в развлекательных целях без какого-либо намека на слэш. Рассматривайте ситуацию со стороны Луиса, а-ля "Патрик, ты уже, мягко говоря, достал своими соплями. Держи свой поцелуй и прекращай ныть, как баба". Ну, это в грубоватой форме, но суть вы поняли.