78 часть.

Я просыпаюсь от громкого стука в дверь.

Лениво поднимаюсь с кровати и прохожу мимо зеркала, замечая, как живот понемногу растет.

Накинув серую толстовку Гарри, я открываю дверь и передо мной стоит парень, уткнувшись в свой гаджет.

- Почта, - произносит он, и я вздрагиваю, потому что узнаю этот ужасный голос.

Джонни?

Он поднимает голову с усталым взглядом, но позже резко меняется и ухмылка мерцает на лице.

- Ох, какие люди! Я так скучал! – наигранно протягивает он, и я быстро захлопываю дверь, но его нога мешает этому действию.

- Не так быстро!

Джонни резко открывает дверь и влетает в мою квартиру.

Нет! Пожалуйста!

- Тебе придется понести наказание за Руди! Твой идиот-Стайлс убил его! – рычит парень.

- Я… я… прошу, не нужно, - молю я, но ему плевать.

Пощечина.

Я хватаюсь за горячую щеку и пытаюсь остановить боль холодным пальцами. Бессмысленно.

Как больно!

- Всегда мечтал тебя трахнуть! – я ужасаюсь, широко распахнув глаза.

О боже…

- Но сперва, я заберу у тебя его! – он указывает на живот, и я начинаю рыдать от безысходности.

- Нет, остановись, прошу тебя! – Джонни грубо ударяет меня в живот, и я оглушительно падаю.

- Остановиться просишь? Нет, я сделаю это!

Он прижимает меня к стене, хватаясь за горло, и начинает душить. Я рыдаю и кричу, но выходит ужасный сип. Он бьет меня в бока, в ребра, повсюду…

- Ты. Ответишь. За. Него!

Я вижу круги в глазах. Понемногу все темнеет. Нет, нет, нет, Малыш! Все хорошо!

- Ренна! – Голос Гарри… голос Гарри… его полный муки голос.

- РЕННА!

Темнота… покой.

*****

Боль. Одна только боль. Моя голова, грудь… обжигающая боль. Бок, рука. Боль. Боль и приглушенные голоса во мраке. Где я? Я пытаюсь, но не могу открыть глаза. Шепот становится яснее… маяк в кромешной тьме.

- У нее сильные ушибы ребер, мистер Стайлс, и мелкая трещина черепа, но основные показатели стабильные и хорошие.

- Почему она до сих пор без сознания?

- У мисс Лорен – сильная контузия головы. Но мозг функционирует нормально, и нет никакой церебральной опухоли. Она очнется, когда будет готова. Просто дайте ей время.

- А ребенок? – Слова полны мучительной боли.

- С ребенком все в порядке, мистер Стайлс.

- Ну слава богу. – Это как литания… как молитва. – Слава богу.

О боже. Он беспокоится о ребенке… Ребенок?…Маленький Малыш. Конечно. Мой маленький Малыш. Я тщетно пытаюсь пошевелить рукой, чтобы положить ее на живот. Рука не двигается. Ничего не двигается.

«А ребенок?.. Слава богу». Маленький Малыш невредим.

«А ребенок?.. Слава богу». Он волнуется о ребенке.

«А ребенок?.. Слава богу». Он хочет ребенка. Ну слава богу.

Я расслабляюсь, и темнота снова накрывает меня, избавляя от боли.

Все тяжелое и болит: ноги, руки, голова, веки. Ничем не могу пошевелить. Глаза и рот крепко закрыты и не желают открываться, делая меня слепой, немой и беспомощной. Когда я всплываю из тумана, сознание маячит где-то рядом, как соблазнительная сирена, до которой никак не дотянуться. Звуки становятся голосами.

- Я не оставлю ее.

Гарри! Он здесь… Я пытаюсь заставить себя очнуться… Его голос, напряженный, мучительный шепот.

- Гарри, тебе надо поспать.

- Нет, Луи. Я хочу быть рядом, когда она придет в себя.

Я проваливаюсь в черноту.

Туман немного рассеивается, но у меня нет чувства времени.

- Что значит вы не разговаривали? – Это Сэм. Она сердится.

Я пытаюсь пошевелить головой, но тело упорно отказывается исполнять посылы мозга.

- Что ты сделал?

- Сэм…

- Гарри! Что ты сделал?

- Я был ужасно зол. – Это почти всхлип… Нет.

- Эй…

Мир вращается и меркнет; я отключаюсь.

Просыпаюсь я от того, что ужасно хочу в туалет. Открываю глаза. Я в чистом, стерильном окружении больничной палаты. Кругом темно, не считая бокового освещения, и все тихо. В голове и груди – тупая боль, но это ерунда по сравнению с тем, что мой мочевой пузырь вот-вот лопнет. Мне надо в туалет. Я проверяю свои конечности. Правая рука саднит, и я замечаю, что от нее отходит трубка капельницы. Я быстро прикрываю глаза. Повернув голову – к моей радости, она меня слушается, – снова открываю их. Гарри спит, сидя рядом со мной, прислонившись к кровати и положив голову на сложенные руки. Я протягиваю руку, снова порадовавшись, что тело меня слушается, и пропускаю сквозь пальцы его мягкие волосы.

Он, вздрогнув, просыпается и так резко вскидывает голову, что моя рука обессиленно падает на кровать.

- Привет, – сиплю я.

- Ренна! – Его сдавленный голос полон облегчения. Он хватает мою руку, крепко стискивает ее и прижимает к своей шершавой, заросшей щетиной щеке.

- Мне надо в туалет, – шепчу я.

Он удивленно смотрит на меня, потом хмурится.

- Хорошо.

Я пытаюсь сесть.

- Ренна, лежи спокойно. Я позову медсестру. – Встревоженный, быстро встает и протягивает руку к кнопке вызова над кроватью.

- Пожалуйста, – шепчу я. Почему у меня все болит? – Мне надо встать. Бог ты мой, я чувствую себя такой слабой.

- Ты хоть раз можешь сделать так, как тебе говорят? – раздраженно ворчит он.

- Но мне очень нужно в туалет, – сиплю я. В горле и во рту сухо, как в пустыне.

В палату стремительно входит медсестра. Ей, должно быть, за пятьдесят, хотя волосы иссиня-черные, а в ушах чересчур большие жемчужные серьги.

- Мисс Лорен, с возвращением. Я дам знать доктору, что вы проснулись. – Она подходит к моей кровати. – Меня зовут Челси. Вы знаете, где вы?

- Да. В больнице. Мне надо в туалет.

- У вас катетер.

Что? Ну просто замечательно. Я смущенно смотрю на Гарри, потом снова на сестру.

- Пожалуйста. Я хочу встать.

- Мисс Лорен!

- Пожалуйста.

- Ренна, – предостерегает Гарри. Я снова пытаюсь сесть.

- Давайте я уберу катетер. Мистер Стайлс, уверена, мисс Лорен хотела бы уединения. – Сестра многозначительно смотрит на Гарри, отсылая его.-

- Я никуда не уйду. – Он упрямо смотрит на нее.

- Гарри, пожалуйста, – шепчу я, беря его за руку. Он коротко сжимает мою ладонь, потом сверлит рассерженным взглядом. – Пожалуйста, – умоляю я.

- Прекрасно! – раздраженно бросает он и проводит рукой по волосам. – У вас две минуты, – шипит он на сестру, наклоняется и целует меня в лоб, потом резко разворачивается и выходит из палаты.

Ровно через две минуты он влетает обратно, когда сестра Челси помогает мне лечь обратно на кровать. Я одета в тонкую больничную рубашку. Не помню, как и когда меня раздевали.

- Дайте мне, – говорит он и шагает к нам.

- Мистер Стайлс, я справлюсь, – ворчит на него сестра Челси.

Он бросает на нее враждебный взгляд.

- Проклятье, она моя девушка. Я понесу ее, – рычит он сквозь зубы, отставляя с дороги штатив с капельницей.

- Мистер Стайлс! – возмущается сестра.

Он не обращает внимания, наклоняется и осторожно поднимает меня на руки. Я обхватываю его руками за шею. Тело мое жалуется. Господи, у меня все болит! Он кладет меня на кровать, а сестра Челси семенит следом, поправляя штатив с капельницей.

- Миссис Стайлс, вы слишком легкая, – неодобрительно бормочет Гарри.

- Миссис стайлс? Что происходит?

- Ничего. Я не собираюсь воспитывать своего ребенка вне брачно. – Бросает он. Я вскидываю брови и хмыкаю.

- Ты.. ты принимаешь его? – шепчу я.

- Конечно! Что за глупые вопросы!

Я расстроено гляжу в окно, и слеза скатывается по щеке.

- Прости меня… Я ужасен… Ты ведь не уйдешь от меня? Господи, Ренна, я так люблю тебя! Прости меня…

- Я тоже люблю тебя и я просто счастлива, что ты рядом. – Ворчу я.

- Ох, как же я соскучился по тебе, миссис Стайлс, – шепчет он, кладет меня на кровать и отпускает – неохотно, как мне кажется.

- Если вы закончили, мистер Стайлс, то я бы хотела сейчас осмотреть мисс Лорен. – Сестра Челси вне себя.

Гарри отступает назад.

- Она в вашем полном распоряжении, – говорит он более сдержанным тоном.

Сестра фыркает, затем вновь обращает внимание на меня.

Несносный, правда?

- Как вы себя чувствуете? – спрашивает она, и голос ее пронизан сочувствием и нотками раздражения, направленного, как я подозреваю, на Гарри.

- Все болит и хочется пить. Умираю от жажды, – шепчу я.

Через несколько минут мне приносят стакан воды.