46. Что ты выбираешь, Хейли?

Меня будит яркий свет, проникающий сквозь закрытые веки. Накрываюсь одеялом и пытаюсь понять, нужно ли мне на работу. Помутнение длится несколько секунд. Когда я понимаю, что нахожусь не в своей постели, немного приоткрываю глаза.

Картинка расфокусирована. Могу увидеть лишь очертания комнаты, выкрашенной в бежевые тона. Разве можно ослепнуть от алкоголя?

— Один вопрос: ты выпила три коктейля, — слышится хриплый голос Кары из под вороха подушек, — Какого хрена Джастин притащил тебя в кровать без сознания?

— Ты здесь, — облегченно выдыхаю я, — Это хорошо.

— Знаешь, почему я здесь? — спрашивает она, выбираясь из под одеяла.

Спутанные волосы девушки собраны в высокий пучок, под глазами размазана тушь, на щеке приклеен лист мяты, и это единственная часть живой природы, которая не издаёт ужасный запах в этой комнате.

— Я прыгнула в бассейн, но в нем не оказалось воды? — интересуюсь я, потирая виски кончиками пальцев.

— Ты напилась и отключилась, Хейли.

— Поверь, это не самое страшное, — уныло отвечаю я, вспомнив события прошлой ночи.

Я помню все. Каждое слово и действие. До момента, как уснула на груди Зейна в его кровати. Потираю глаза и озираюсь по сторонам. Комната Джастина. Отлично. Но как я здесь оказалась?

— Кристофер! — восклицаю я, — Ты... Вы с ним?..

— Малыш перебрал. Сначала он все время ошивался рядом, затем пропал. Я видела его уже под утро. С разбитым носом. Мне сказали, он поскользнулся на собственной рвоте и ударился лицом о кафель. Поверить не могу. Ты знала, что Тоф — сынок одного из владельцев лейбла, с которым работает Зейн? Парень родился с серебряной ложкой во рту, но это не уберегло его от унижения. Он был похож на кокни, который сцепился с футбольными фанатами, а не на на миллиардера, который прилетел сюда на частном самолете.

— Держись от него подальше, — говорю я, — Этот «малыш» подсыпал тебе экстази в коктейль чтобы трахнуть.

— О! — восклицает Кара, нахмурив брови, — Я убью придурка. Хотя и не почувствовала эффекта.

— Его почувствовала я, — Когда пробралась в спальню Зейна! Я выпила твой коктейль!

Издаю протяжный стон и откидываюсь на подушку.

— Зейн и ты?..

— Нет! Конечно, нет! Но я буквально умоляла его о сексе и сделала кое-что... Мне срочно нужна машина времени.

— Чтобы отмотать время и вылить пойло на голову Кристофера?

— Нет. Чтобы вернуться на пятьсот лет назад и прекратить весь мой род.

— Все настолько плохо?

Согласно киваю головой, скривив лицо.

— Думаешь, нам лучше смыться отсюда до тех пор, пока все спят? — предлагает она, направляясь в ванную комнату.

— Сначала нужно почистить зубы, — говорю я, — И сходить в душ. Кстати, кто надел на меня пижаму?

— Понятия не имею, — отвечает она, закрыв дверь.

Через некоторое время раздаётся шум воды. Встаю с кровати и подхожу к столику, на котором стоит бутылка с минералкой. Запечатанная. Это хорошо, учитывая тот факт, что в этом доме мне могут подсыпать запрещённые вещества.

Со стороны улицы раздаются приглушённые голоса. Значит кто-то уже проснулся. Бросаю взгляд на часы — почти час дня!

Беру бутылку и выхожу на балкон, выходящий на лужайку. От влажной травы исходит приятный, но душный аромат. Он достигает второго этажа и перемешивается с солёным запахом моря. Подхожу ближе к ограждению из стекла.

У кромки небольшого бассейна сидит Зейн. На нем ничего, кроме свободных плавок. Парень держит гитару, ставит аккорд, напевает что-то себе под нос и тянется к листам бумаги, разбросанных по низкому столику. Замечаю разбитые костяшки пальцев, на которых застыла запекшаяся кровь. Ещё вчера их не было. Видимо, я действительно много пропустила.

Возле Зейна расположился парень. Я не помню его имени, но знаю, что он является частью команды, работающей над альбомом.

— Здесь можно вот так, — говорит мужчина и добавляет к написанному несколько слов.

— Да, — соглашается Зейн, — Она хочет, чтобы кто-то любил, обнимал ее... Она кричит, что любит меня... Думаешь так нормально?

Зейн снова берет аккорд и наигрывает мелодию. Не могу оторвать взгляд от его тела, покрытого татуировками. Зейн очень похудел, и это меня беспокоит.

— Вау, — шепчет Кара, подбираясь сзади, — В жизни не видела ничего эротичнее, чем процесс создания нового хита.

— Ты нашла зубную щетку! — восхищенно восклицаю я, отводя взгляд от Зейна.

— Осталось найти нашу одежду, — отвечает она, — В шкафчике над раковиной одноразовые наборы и чистые полотенца. У кого можно попросить кофе? Уверена, на этой вилле свой штат бариста. Осталось только отыскать.

Когда Кара возвращается в комнату, снова подбираюсь ближе. Зейн выглядит спокойно. В своей стихии. Он глубоко ушёл в творческий процесс, но по лицу видно, какое умиротворение получает взамен.

— Так, — произносит его друг, — Очень круто!

Зейн улыбается. Глядя на его улыбку, улыбаюсь и я. Внезапно он поднимает голову наверх, направляя взгляд ко мне. Отпрыгиваю в сторону и прижимаюсь спиной к стене.

Боже, как глупо! Зачем я так сделала, он же все равно меня видел. Щеки пылают, а сердце отбивает бешеный ритм. Во рту становится ещё суше, хотя суше просто не может быть.

Досчитав до ста, вытягиваю голову, чтобы посмотреть вниз и снова отпрыгиваю назад, потому что Зейн до сих пор смотрит наверх.

— Идиотка, — шепчу я.

Зажмуриваюсь, делаю вдох и снова подхожу к ограждению. Придаю себе непринуждённый вид. Смотрю вдаль, но даже так я вижу его улыбку.

— Оу! — удивленно восклицаю я, переместив взгляд на парня, — Ты здесь! Привет! Ну и жара сегодня...

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Зейн, прищурившись.

— Я... В порядке... — прокашливаюсь я.

Делаю несколько глотков. Такой сильной жажды как этим утром я не испытывала никогда.

— Спустишься вниз? Мы могли бы выпить кофе, — предлагает он.

От его взгляда внутри все сжимается в тугой узел. Он ведёт себя так, будто забыл о том, что произошло прошлой ночью. Более того, он ведёт себя так, будто между нами вообще никогда и ничего не было.

— Да, — расслабленно отвечаю я, хотя едва держусь на ногах от нервного напряжения, — Дай мне несколько минут.

***

Приведя себя в порядок настолько, насколько это возможно, спускаюсь вниз и с удивлением обнаруживаю сервированный столик, за которым сидит Зейн. Увидев меня, он берет в руки кофейник и наливает кофе.

Усаживаюсь напротив, осматриваясь по сторонам в поисках Кары.

— Ищешь кого-то? — интересуется парень, протягивая мне чашку.

— Свою подругу. Она хотела выпить кофе, но не знает, где это можно сделать.

— О ней позаботятся, — уверяет он, — Сливки?

— Спасибо, — хрипло отвечаю я.

— Выпей кофе и постарайся поесть. Это поможет восстановиться, — говорит он, — Тебя ничего не беспокоит?

Я знаю, что он имеет в виду: насколько тяжело я переношу отходняк после незапланированного приёма экстази.

— Немного подавлена, хочу пить и чувствую небольшую боль в мышцах.

Делаю глоток кофе, но это не приносит мне привычной радости. Смотреть на булочки с джемом и вовсе невыносимо.

— Выпей кофе, а потом прогуляемся хорошо? — говорит Зейн, сложив руки под подбородком.

Не знаю, что должно произойти, чтобы я могла поесть под его пристальным взглядом. Особенно когда парень задумчиво дотрагивается до своих губ.

— У тебя снова будут проблемы, — шепчу я, указывая на разбитые суставы пальцев.

Если Тоф — сын владельца лейбла, карьере Зейна пришёл конец. Сомневаюсь, что тот сломал нос, поскользнувшись во время попойки.

— Не будут, — бросает он, пряча руки.

— Мне нехорошо. Думаю, смогу поесть немного позже.

— Пойдём, — говорит Малик, вставая из-за стола.

Он ждёт меня, затем направляется в сторону моря. Дойдя до кромки воды, парень присаживается на песок и предлагает устроиться рядом.

— Ты помнишь что произошло ночью? — интересуется он.

— Да, но хотела бы забыть, если ты не против.

— Помнишь детально?

— Да, — повторяю я.

— Если мы не поставим точку, будут проблемы, Хейли.

Согласно киваю головой. Набираю в ладони горячий песок и наблюдаю за тем, как он осыпается между пальцев.

— У нас два варианта. Первый — постараться стать друзьями.

— Думаешь, мы сможем стать друзьями?

— Второй вариант причинит боль Джастину и тебе. Уверена, что сможешь так поступить с ним и не разочароваться в себе?

— А что ты? — интересуюсь я, — Чего хочешь ты?

— Я хочу тебя. Медленно и при включённом свете.

В самый низ живота ударяет молния. За несколько секунд, в моей голове пробегают картинки, где мы воплощаем в жизнь наши желания. И это единственное, что я могу представить. В моих фантазиях нет будущего.

— А что потом? — интересуюсь я.

— В этом и проблема, детка. Ты не готова к непредсказуемости. Я не могу обещать определённость. Это пугает тебя. Я прав?

Он прав. Я могу сколько угодно воображать о том, как мы занимаемся любовью, но не готова принять то, что последует после: опустошённость, ревность, душевная боль и пустые надежды.

— Нам придётся видеться, — констатирует он, — Но мы не можем продолжать нашу игру. Ее пора закончить.

— Игру?

Для меня это никогда не было игрой, но разве он может это понять?

— Джастин всегда был для меня как брат. Ближе него у меня никого нет. Сейчас, когда я смотрю на него, испытываю ненависть. Сказать почему? — продолжает Зейн.

Издаю судорожный всхлип, потому что воздух застревает в груди, на которую положили бетонную плиту.

— Я думаю о том, с каким удовольствием буду убивать Джастина. Каждый раз, когда вижу тебя с ним. Ты все ещё хочешь, чтобы я сделал выбор в твою пользу? Я сделаю это, можешь не сомневаться. Я отдам что угодно, чтобы узнать твоё тело. Но ты должна сказать: готова ли ты? Сможешь ли пожертвовать тем, что имеешь? Как сильно будешь винить себя?

Его слова звучат жестко, но отрезвляют. Я возвращаюсь на землю каждый раз, когда он задаёт наводящий вопрос.

— Так что ты выбираешь, Хейли?

В горле застревает комок. Кусаю внутреннюю сторону щёк, чтобы не разреветься.

— Хорошо, — соглашаюсь я, — Мы попробуем стать друзьями.