Глава 32. Неприятная правда

Гарри и Джинни умудрились совершать покупки в течение двадцати минут, прежде чем незаметно отделились от Гермионы и Рона. Их поведение было явно подозрительным, но Гермиона знала, что происходит. И на этот раз она была рада, что Рон не имел склонности к глубокому анализу.

Через час пускания Роном слюней в магазине для Квиддича, Гермионе стало скучно. Она доблестно блокировала любые мысли о том, чем Гарри и Джинни занимались, и пыталась игнорировать боль в груди. Прошло всего несколько дней, а она уже на самом деле начала скучать по комментариям Драко, так раздражающим Рона.

— Хорошо, Гермиона, — вздохнул Рон. — Пойдём, купим что-нибудь поесть. Я вижу, что ты очень старалась показать свой интерес к Квиддичу, и я ценю это.— Слава Мерлину! — с энтузиазмом ответила Гермиона. — Я уже сосчитала все отметины на потолке.

Рон вел себя подозрительно тихо, пока она заказывала выпечку и выбирала место, чтобы сесть. Вместо того, чтобы съесть всё со свойственным ему энтузиазмом, он лишь рассеяно ковырял еду.

— Хочешь поговорить о том, что тебя беспокоит? — осторожно спросила Гермиона.

Рон лихорадочно затряс головой.

— Тогда я не знаю, как тебе помочь.— Я не идиот, знаешь ли, — вздохнул он.

Гермиона удивленно моргнула, в замешательстве глядя на него.

— Я знаю, что ты не идиот. О чём ты говоришь?

Рон явно думал о чём-то отвратительном, судя по его выражению лица.

— Я знаю, что Гарри и Джинни сбежали, чтобы делать ужасные вещи.

Гермиона прикусила нижнюю губу.

— Мы не знали, как ты отреагируешь.— Меня тошнит, — признался Рон. — Я люблю Гарри, но мысль о том, что он… — парень резко вздрогнул.— Не думай об этом, — посоветовала Гермиона.— Предлагаешь сосредоточиться на вас с Хорьком, глядящих друг на друга как влюблённые гиппогрифы? — предположил Рон. — Это ничем не лучше, потому что каждый раз, когда он смотрит на тебя, я вижу в его взгляде похоть.— Он не может сопротивляться инстинкту Вейлы, — спокойно ответила она.

Рон откусил кусочек своего круассана, измочаленного на крошки.

— Тебя уже тянет к нему? — спросил он. Гермиона кивнула.— Теперь, когда он перестал вести себя, как идиот, он кажется довольно привлекательным.— Ешь, — пробормотал Рон.

Гермиона промолчала. Он хотя бы не бредил о том, что Гарри или Драко нужно кастрировать, и это его неожиданное проявление зрелости было очень приятным.

— Я всё ещё хочу ненавидеть твоего Хорька, — тихо произнёс Рон. — Особенно, когда он ходит за тобой, как похотливая собачонка. Надеюсь, он не начнёт трахать твою ногу.

Гермиона хмуро и многозначительно посмотрела на него. После стольких лет дружбы он мгновенно понимал, когда раздражал её.

— Что ты хочешь сказать, Рон? — язвительно спросила она, тем самым до ужаса напомнив ему мать.— Я думал о том, что он сказал, — продолжил Рон. — Если бы это моя мама находилась под угрозой изнасилования и пыток, я бы принял Тёмную метку и пустил Пожирателей Смерти куда угодно.

Гермиона потянулась, чтобы накрыть его руку своей. Она знала, чего Рону стоило признать, что мир, который он хотел видеть черно-белым, был наполнен ещё и множеством оттенков серого.

— Я не могу ненавидеть его, или даже винить в том, что он сделал, — заключил Рон. — Но он всё ещё чертовски меня бесит.

Гермиона улыбнулась ему, зная, что Рон всегда будет честно говорить правду, кто бы ни был вокруг. Она восхищалась его откровенностью и считала, что ей повезло быть его другом.

— Всё то же правило, — напомнила ему девушка. — Никаких палочек. Если Драко оскорбляет тебя, ответь ему без колебаний. Мне кажется, вам двоим нравится доставать друг друга.— Это приносило больше удовольствия, когда Гарри был на моей стороне, — ответил Рон.— Ну, сейчас вы с Гарри можете устроить заговор, чтобы насолить Драко. А если это тебе наскучит, то вы с Драко можете придумать как насолить Гарри. Что ты будешь делать, если он появится здесь с самодовольной ухмылкой, проливающей свет на то, что он совершил?

Рон в ужасе уставился на неё.

— Гарри так не сделает, — сказал Рон. Гермиона пожала плечами.— Он может даже не понять, пока мы не скажем ему об этом. А Джинни, возможно, решит устроить вечеринку под названием «Я больше не девственница», чтобы действительно позлить тебя.— Она, чёрт возьми, не посмеет, — пробормотал Рон.— Она хотела отметить помолвку до того, как мы вернёмся в Хогвартс, — сказала Гермиона. — Но Гарри предложил объединить его День Рождения и помолвку, отпраздновав и то и то в замке, — Рон улыбнулся.— Он был так зол, когда узнал, что Министерство сделало его день рождения национальным праздником. Ты бы слышала, как он разговаривал во сне: я даже не знал, что он знает такие неприличные слова.

Отвратительная мысль заставила Гермиону взглянуть на него.

— А он говорит во сне о Джинни? Тебе, возможно, придётся наложить на него заклятие тишины на сегодня.— Пожалуйста, прекрати говорить об этом, — взмолился Рон. — Я уже и так напуган на всю оставшуюся жизнь.— Тогда тебе обязательно нужно посетить целителя, к которому ходит твоя мама, — ответила девушка.— И ты туда же. Ты тоже пойдешь? — Гермиона кивнула.— Уверена, что он будет в Хогвартсе. Я буду ходить к нему регулярно.— Панические атаки становятся хуже? — Рон не любил обсуждать столь личные и неудобные темы, но для Гермионы сделал исключение.— Нет, но они не становятся лучше. В среднем это случается раз в неделю, и я знаю, что как только меня накроет перед Драко, я напугаю его до смерти.— Он довольно хорошо справляется с кошмарами, — признался Рон. — Для Хорька.— Если ты продолжишь называть его Хорьком, он станет обращаться к тебе «Уизел»*.

Рон пожал плечами.

— Если он сдержит своё обещание и познакомит меня с красивой девушкой, то я откажусь от титула Хорька, как и обещал.

Гермионе до сих пор трудно было поверить, что из всех людей та загадочная девушка призналась в своей симпатии к Рону именно Драко. У неё было подозрение, что она была слизеринкой, хотя Рон надеялся, что это не так.

— Он хоть делал какие-то намёки на то, кто моя тайная поклонница? — спросил он с надеждой.Гермиона покачала головой.— Ни одного. Представь себе угрозы, которые она озвучивала, чтобы обеспечивать секретность более двух лет, он может быть автоматически кастрирован, если позволит себе сказать хоть что-нибудь.

Рон допил последний глоток со змеиной улыбкой.

— Это меня не беспокоит. Интересно, смог бы я обманом заставить его рассказать и узнать, что от него отвалится?— Конечно, попробуй. Держу пари, что он не пожалуется на тебя этой тайной леди, — ответила Гермиона с намёком на сарказм.— Я имею право злиться на него, — пожаловался Рон. — Если бы он не был Вейлой, то, полагаю, я бы женился на тебе и всё такое.

Гермиона закатила глаза.

— Ты сказал, что целоваться со мной будто целоваться с Джинни.— Всё потому, что мистическая магия защищала тебя для него. Без этого мы бы целовались нормально, ведь химия между нами не вызывала сомнений.— Что ты знаешь о химии? — рассмеялась Гермиона— Немного.— Думаешь, Гарри принадлежит к типу людей, которые говорят о своей сексуальной жизни? — задумалась Гермиона, пока Рон снова пытался преодолеть тошноту. — Джинни наверняка будет умирать от желания поделиться жуткими подробностями, которые я бы не хотела себе представлять.— Гермиона, я только что покушал, — застонал Рон. — Если ты не хочешь снова увидеть еду, которую я съел, то прекрати говорить о моей сестре. Она девственница и всегда ею будет.— Ты же не девственник, почему она должна быть? — возразила Гермиона.— Потому что я обязан убить любого мужчину, который сделает с ней что-то подобное. Гарри до сих пор жив только потому, что он мой лучший друг, — объяснил Рон. — Если у меня будет аневризма на этой неделе, так это от того, что было слишком много противоречивых ситуаций, которые мне надо было пережить.— Или от того, что Джинни поделилась подробностями о его…— Прекрати. Говорить.

***

Перси тепло попрощался с семьёй, обещая передать их пожелания своей девушке. Драко не был уверен, что думать об этом брате Уизли — он как-то не вязался с остальной семьёй.

Драко заметил напряжение среди остальных членов семьи, хотя у Флёр, кажется, был иммунитет. Она заметила его растерянное выражение и улыбнувшись, вернулась в столовую.

Артур, Молли и двое их старших сыновей были в гостиной, обсуждая витающие вокруг Министерства слухи.

— У тебя есть вопросы о Перси? — тихо спросила Флёр. Она предложила ему чашку чая, но Драко отказался. Он начал подозревать, что предложение горячего напитка на самом деле означало «рассказывай свои секреты».— Он не похож на других братьев, — просто ответил он.— Перси всегда был более амбициозным, чем вся остальная семья, — пояснила Флёр. — Он встал на сторону Министерства, когда Гарри повсюду называли лжецом. Перси до сих пор винит себя в той размолвке. Он чувствует, что предал свою семью.— Смешно, — решил Драко. — Ведь в итоге он бился за свою семью. Все ошибаются, но его ошибка не должна затмевать его поступков.— Мы всегда судим себя более сурово, чем кто-либо другой, — спокойно ответила она. — Ты должен понимать это лучше, чем все остальные.— Между прочим, я всё ещё злюсь на тебя за то, что ты раскрыла кое-какие факты о Вейлах против моего желания, — холодно сказал Драко.— Возмущайся сколько влезет, если это помогает тебе чувствовать себя лучше, — ответила Флёр. — Ты глупый мальчишка, который смирился с тем, что умрёт и пожертвует собой.— Значит таким образом ты пыталась спасти меня? И чем я заслужил твоё беспокойство?

Флёр закатила глаза и села за стол, блондин сделал то же самое.

— Мы — вымирающий вид, Драко, — заметила она. — Каждый из нас играет важную роль в нашей общей выживаемости. Ты ужасный эгоист.— Эгоист? — недоверчиво повторил парень. — Я был эгоистом всю свою чёртову жизнь, пытаясь уберечь Гермиону, которая была одной из немногих, о ком я пытался думать вместо себя.— Чушь, — уверено ответила девушка. — Ты боялся, что она отвергнет тебя, и всеми силами пытался избежать этого. Ты бы лишил её возможности быть счастливой со своим истинным возлюбленным, и это крайне эгоистично.— Ты всегда суешь свой нос в чужие дела, или я особенный? — фыркнул Драко.— Ты особенный, — ответила она. — Тебе, несомненно, нужен помощник.— И в чём мне нужно помочь? — спросил он.— Быть Вейлой.

Драко закатил глаза.

— Пока что мне это удается. Я даже до сих пор не проклял твоего младшего зятя, что удивительно, с какой стороны не посмотри.— Ты дурак, — категорично заявила Флёр. — Ты хоронишь свои инстинкты в угоду чужим ожиданиям. Драко, мы страстный и нестабильный вид. Если ты будешь сопротивляться слишком долго, рано или поздно ты потеряешь над собой контроль.— Я признаю, что ты можешь быть экспертом в Вейлах-женщинах, — допустил Драко. — Но мужчины пока остаются загадкой. Пока что тебе известно только то, что женщины сумасшедшие, а мужчины являются абсолютными джентльменами, которые держат себя под контролем.— Ты хватаешься за соломинку, — предупредила его Флер. — Репутация мужчин-Вейл, хоть и нет подтверждающих это записей, существует веками — они опасны, жестоки и ужасные собственники. У тебя же чешутся дёсны?

В ответ в голове Драко возникло изображение словно отрывок. Приступы с его клыками усилились после столкновения с Джорджем Уизли.

— У женщин это начинается не сразу, после превращения должен пройти, по крайней мере, месяц. А ты чувствуешь это всего спустя пару дней. Клыки скоро полностью сформируются и будут готовы.

Вдруг Драко захотелось выпить чашку чая, чтобы спрятаться. Она слишком хорошо читала его.

— Ты уже стал необычайно зависим от её стука сердца? — продолжила Флёр.

Драко молча кивнул. Отсутствие знаний о его состоянии зияло перед ним, словно бездонная пропасть.

— У тебя есть два желания: спариться с ней и оставить на ней свою метку. Если ты подавляешь одно из них, другое становится сильнее. Я предлагаю тебе обсудить с ней, какое для нее предпочтительнее.— И я помечу её, укусив? — пришёл к выводу Драко, на что Флёр кивнула.— Ты жаждешь глотка её крови, отданного добровольно во время секса, чтобы закрепить вашу связь. Небольших укусов пока должно тебе хватать, но не увлекайся слишком сильно, иначе ты рискуешь ранить её.— Не думаю, что Вейла может навредить своей паре.— Женщина не может. Они выбирают особо крепких и здоровых мужчин. Я полагаю, что у мужчин-Вейл такая неприглядная репутация именно потому, что они могут принудить свою пару силой.

Драко уставился на неё.

— Я никогда не буду этого делать.

Флёр пожала плечами.

— Надеюсь, что нет, но всего спустя пару дней у тебя уже появляется желание укусить её. Что ты будешь делать через несколько месяцев?

Примечания:Уизел — Weasel — ласка (в смысле, зверек) в переводе с английского) звучит не так мягко, как у нас))