Глава 30 Анель

После расспросов местных жителей мы отправились в «цыганский» квартал. Квартал — громко сказано, всего три-четыре дома на окраине. Искомой цыганки там не обнаружилось.У меня сложилось впечатление, что цыгане над нами откровенно насмехались, потому что предлагали других цыганок взамен той, что была нам нужна. Как они уверяли, ничуть не хуже…А тут ещё местный представитель по связям с общественностью позвонил и тактично намекнул, что скоро терпение у местных активистов лопнет и… будет скандал. Только этого нам ещё не хватало…Я чувствовала себя отвратительно. Мне не терпелось вернуться в своё тело. Я постоянно тревожилась из-за того, что нет связи с малышом. И я беспокоилась, верно ли Фил разгадывает все сигналы, которые подаёт ребёнок. Чёрт… Откуда боссу об этом знать?Он явно ничего не понимает и не разбирается в тонкостях беременного организма. Наверное, потому что не имел дел с беременными.Внезапно я поняла, что ничего не знаю о личной жизни начальника. Жены у него, кажется, нет, но вдруг есть постоянная женщина или любовница? А что если их несколько?Мне почему-то не понравилась эта мысль.Я могла лишь надеяться на то, что всё решится в ближайшее время и мне не придётся иметь дело с пассиями босса. Пусть сам имеет с ними дело или просто имеет. Тьфу, зачем вообще о таком думать?..* * *Я сидела на лавочке у Дома Культуры и ждала Фила. Ему понадобилось в туалет. И я терпеливо дожидалась его возвращения. Рядом сновали рабочие, закрепляя плакат на доске объявления. Юбилей… Сто восемьдесят лет со дня основания города.На плакате были фотографии городишки, в том числе и поместья. От нечего делать я подошла и стала читать. Сто восемьдесят лет считали с года, когда были построены первые здания. В том числе и старая усадьба, где мы были с боссом.Я разглядывала фотографии и вдруг… обомлела. На одной из чёрно-белых старых фотографий я увидела толпу, а среди толпы — цыганку. Ту самую, вне всяких сомнений. Я протёрла глаза: не ошибаюсь ли?..— Неля… — послышался голос босса.Я не смогла выдавить из себя ни слова, махнула рукой, подзывая босса. Я молча ткнула пальцем в плакат. Начальник пригляделся.— Нашлась!— Она? — пролепетала я.— Вне всяких сомнений! — заверил меня босс. — Кажется, это и хорошая новость, и плохая. Хорошая — мы её нашли. Плохая — фотография, судя по надписи, сделана в конце девятнадцатого века…— В краеведческий музей? — спросила я.— В краеведческий! — подтвердил босс.В музее нам обрадовались. Невысокий, сухой старичок был рад свободным ушам. Он проворно передвигался по залу. Но нас интересовало только одно: фотография цыганки.— Нас интересует одно конкретное фото, оцифрованное для плаката на день города, — сказал босс.— Все архивные фото хранятся в специальном хранилище. Но… у нас же есть компьютер! — важно заявил старичок.Компьютер грузился минут пятнадцать, старых фотографий поместья было немало. Но нам не терпелось увидеть ту самую фотографию.— Стоп! — сказали мы с боссом одновременно.Фотография была типичной для того времени. На заднем фоне — усадьба. Все домочадцы стояли с серьёзным выражением лица, сбоку виднелась цыганка со свёртком в руках. С той же самой улыбкой.— Это семья графа Вяземского, — охотно пояснил работник музея.— И цыганка? — спросила я.— Ах, эта… В старых газетах писались, что граф был человеком общительным и дружелюбным, любил массовые народные гуляния. И цыганские в том числе. Даже привечал некоторых из них на территории. Суеверен, знаете ли…Старичок говорил и говорил, а мы с боссом, похоже, думали об одном и том же.— … пруд для жены.— Что? — переспросила я.— Пусто, говорю, было. Жена графа скучала. Пруд ей хотелось. Вот граф и вырыл для любимой пруд и разбил парк. Молодые деревца, уже хорошо разросшиеся, пересаживали прямо так. Прижились, как видите. Роскошный парк, чудесное историческое наследие. Жаль, присмотреть за всем этим некому! — вздохнул старичок. — Так и растеряем всю нашу историю.— Вот бы и присматривали! — язвительно отозвался босс. — Зачем надеяться на городские власти?— Пойдём, — потянула я босса на выход.Фил не стал упираться. Он недовольно поджал губы.— Чёрт знает что творится!— Согласна, Фил…— Фонтан, блядь, и цыганка, которая уже должна была умереть!..— Не психуй, — попросила я. — Всё негативно сказывается на моём малыше.‍  ‌ ‌     ‌ ‌ ‌     ‌   ‌ ‌   ‌       ‌   ‌ ‌ ‌   ‌ ‌       ‌ ‌     ‌ ‌   ‌   ‌       ‌   ‌ ‌‍Я села рядом с Филом. Тот поморщился, откинувшись на спинку скамейки.— Опять там болтанка… — пожаловался он. — Кого ты выращиваешь? Каратиста?— Ещё не знаю, — улыбнулась и не удержалась, начав гладить круглый живот.— Не делай так, — попросил босс. — Становится только хуже.— Просто малыш чувствует, что ты — не его мама. И совсем-совсем его не любишь! Так что терпи. Мой малыш… Хочу и буду гладить… Пусть Царевич почувствует хотя бы кроху любви…— Ха!.. Похоже, что ты записала меня в изверги? — фыркнул босс.— По тебе заметно, что ты и дети — несовместимые понятия, только и всего.Филипп внезапно нахмурился и перехотел со мной разговаривать.— Почему этот фонтан работал тогда?— Магия, Неля! — рассмеялся Фил и охнул. — Пинается, зараза!.. Поскорее бы это закончилось. И всё, как назло, здесь… Проблемы с химикатами, а теперь ещё и обмен телами. Бредовая фантастика и…Я кивнула.— Чёрт!— Что случилось, Фил?— Мне пришла в голову одна мысль. Но она настолько бредовая, что я промолчу, — пробормотал босс.— Говори уже!.. Хотя…И тут меня осенило.— А вдруг это связано? Не просто так цыганка появилась у внезапно работающего фонтана! Который уже много лет стоит высохшим. Вода, Фил!.. А твоя цистерна отравила пруд. Это знак…— Ну вот! — вздохнул босс. — Ты пришла к тем же самым выводам. Похоже, что мы оба поражены одним вирусом сумасшествия. На двоих.— Ты мне ни слова вслух не сказал. Я додумалась до этого сама. Отдельно от тебя. И ты подумал о том же, Фил! — я сама не заметила, как вцепилась в локоть начальника, с жаром заявив. — Я знаю, что мы должны сделать!.. Нужно просто исправить то, что ты хотел скрыть! И потом всё вернётся обратно.