Глава 20 Анель

За что мне это? Я же вроде ничего откровенно плохого в жизни не совершала! А вот босс хорошо устроился, скотина. Мне приходится разгребать за его отвратительный характер, а его самого, под белы рученьки, повели пить чай с бубликами в каморку полицейских, где они обедали.Где справедливость?— Брат, пиджаком, говорю, не поделишься?Я запаниковала. Ледяная волна страха поднялась внутри меня.— Дежурный! — позвала я. — Дежурный!..Дежурный и ухом не повёл. Он отвернулся и начал лениво набирать чей-то номер, созваниваясь. Ситуация была не из простых. И чёрт знает сколько мне тут сидеть!.. А этот, замерзающий, не отстаёт.Но я же в мужском теле? Должно же мужское тело помнить хоть что-то?Господи, у меня мужское тело, а реакции… типично женские!..— Поделись по-братски? — не отставал урод и совершенно не по-братски хлопнул меня по плечу.А потом видимо, в дело вступила та самая реакция мужского тела. Потому что я развернулась и ребром ладони ударила наглого заключённого по горлу. Потом толкнула, развернула и отвесила пинка под зад.— Отцепись.Я медленным шагом прошла и села на скамейку.Я спокойно хлопнула себя по карману, доставая носовой платок. Его у меня оставили. Протёрла пальцы и носок ботинка, которым пнула наглеца. Я неприязненно покосилась на мужика.— А ты отодвинься. Воняешь.К моему огромному счастью, это был единственный инцидент. Всё остальное время меня никто не трогал. В мою сторону даже опасались смотреть.Ха, Фил — гроза бандюков местного разлива.Меня вывели из «обезьянника» часа через два. Потом ещё около часа Пётр Емельянов читал мне нотации. Видно, в этом городке преступлений практически не совершалось и заняться сержанту было абсолютно нечем.И напоследок старший сержант сказал мне коронную фразу.— Отравлять землю у вас получается неплохо, как и разлагаться морально. Жаль, не за всё можно привлечь к ответу.Из его фразы я сделала вывод, что сержант в курсе разлитых химикатов. И разумеется, винит в этом Вольного Филиппа Борисовича.А где, кстати, босс?Босс обнаружился в одной из комнат. Рядом толпились порядка пяти или шести полицейских. И все они радостно галдели, пока Фил… решал кроссворд.На столе стояла простая вазочка, в которой было навалено печенье, бублики и конфеты. Рядом с ней стояла огромная эмалированная кружка и открытая банка со сгущёнкой. Короче, босс не голодал и не скучал!Меня едва ли не раздели уголовники, а он чаи гонял, занимаясь интеллектуальным досугом.Полицейские с сожалением отпустили «Нелечку».— Нелечка, заходите к нам ещё!..Я растянула губы в самой доброжелательной из улыбок, которая нашлась в ассортименте у начальника и вывела «Нелечку» Фила под локоток. Только на улице я обнаружила, что на ногах босса красуются сандалиинежно-кремового цвета на плоской подошве и с открытым задником.— Это что?— Конфискат, — отозвался босс. — Менты вручили и сказали, что мужик у меня — говно. Едва не сосватали за какого-то Семёна. Которого как раз жена бросила и ушла к другому… Тоже беременная.— Ох, как тяжело тебе пришлось!.. Едва не сосватали его. Тебя едва не сосватали!..Я, наученная горькой практикой, говорила тихо и радостно улыбаясь. А то мало ли на кого ещё повезёт нарваться.— Много кроссвордов разгадал, умница?— Много, — признался Филипп. — Теперь я понимаю, почему у нас такой низкий процент раскрываемости преступлений по стране.— Как же тебя пришлось тяжело!.. Пока ты решал кроссворды, гонял чаи и трескал сгущёнку, меня… едва не раздели!Начальник резко остановился.— Тебя обидели?— Нет!.. Я смогла за себя постоять. Но… это были худшие часы в моей жизни. Поэтому, Филя…Я приблизилась к женскому уху босса.— Замолчи. Ты даже не представляешь, как ты меня сейчас бесишь. Ни слова.Я передохнула и направилась в сторону универмага. Босс предпочёл захлопнуть рот и послушно сидел на лавочке, ожидая меня. Потом он посмотрел в пакет и спросил:— А это… зачем?— У меня стресс, — отрезала я. — Я возвращаюсь в отель.Босс, наверное, хотел как-то реабилитироваться в моих глазах. Потому что проходя мимо цветочной лавки, Фил остановил меня.— Купи цветы. Любые, какие пожелаешь.‍  ‌ ‌     ‌ ‌ ‌     ‌   ‌ ‌   ‌       ‌   ‌ ‌ ‌   ‌ ‌       ‌ ‌     ‌ ‌   ‌   ‌       ‌   ‌ ‌‍— Я не буду покупать цветы! — возмутилась я.— Купи цветы, — настойчиво повторил босс, но уже чуть громче.— Мужчина, не жадничайте. Порадуете свою любимую… Она в положении, ей нельзя расстраиваться! — подключилась к разговору продавщица цветов.Прекрасно. Теперь я — ещё и жадина. Жадина и невоспитанное хамло, стараниями босса.Поэтому я выбрала самый огромный, дорогой букет из белых лилий и жёлтых фрезий, которые терпеть не могла, и презентовала боссу со словами:— Всё для тебя, любимая.От запаха лилий у меня всегда болела голова, а жёлтые фрезии мне просто не нравились. Поэтому рано или поздно у босса на подсознательном уровне начнётся отторжение.Отторжение началось почти сразу же. Босс чихнул и попытался вручить букет мне.— Филя, не тупи, — тихо процедила я. — Не знаешь, что ли… Детям — мороженое, бабе — цветы?.. Вот и неси!