Глава 31.

- Это исключено.

- Я не собираюсь.

- Вы хотите, чтоб он барыжил вместо меня наркотой? – возмутился Альбус. – Мистер Фламель, да пощадите меня и мой бизнес.

Фламель, кажется, вообще ни слова не понял, а сделал вид, что не слышит гневных воплей.

- Вечером мы с семьей должны быть на рауте Главы Международной Гильдии Магов, - пожаловался Скорпиус. – Как прикажете посылать туда Ала, который даже по именам никого не знает?

- Не моего ума дело, - отнекивался Фламель. – И вообще, оставьте в покое старого больного человека!

«Старый больной человек» насупился и, картинно отвернувшись, уставился в правый угол рамы, сделав вид, что он куда интереснее, чем два перекрикивающих друг друга алхимика-недоучки.

- Просто жопа, - буркнул Скорпиус и, плюхнувшись на диван, вытянул перед собой руки. – Ну какого черта? Почему у тебя такие тяжелые руки?

- Потому что я не дрыщ. Будто мне нравится твое тело, - огрызнулся Ал.

- Между прочим, некоторые части моего тела попривлекательнее твоих.

- Это какие?

Скорпиус хитро усмехнулся и скосил глаза в область пониже живота своего собственного тела, временно оккупированного надоедливым Альбусом.

- Да ладно? – поразился Ал.

- Шах и мат, Альбус.

- А ты уже сравнил, да? Стоп, а какого хрена ты вообще разглядывал это?

- Ну грех не сравнить, - пожал плечами Скорпиус.

- Скажите, дети мои, это единственное, что вас сейчас волнует? – не сдержался Фламель. – У вас тридцать шесть часов! И четыре часа вы потратили впустую.

Скорпиус взглянул на часы. Половина одиннадцатого утра. До раута, на котором ежегодно собирались сливки общества – несчастных семь часов. За семь часов предстояло сделать из простоватого Ала выходца из семьи древних аристократов, ничем не отличающегося от самого малфоевского наследника. У самого Поттера на этот счет было свое мнение.

- То есть, ты думаешь, что я не справлюсь с ролью сказочно богатенького дурачка? – прищурился он, когда Скорпиус бегал по своей комнате в поисках подходящей одежды для вечернего официального приема.

- Уверен, - кивнул Скорпиус. – Кстати, в кухне я оставил тебе список из пятидесяти шести столовых приборов, который ты должен выучить к вечеру.

- Скольки-скольки? – ахнул Альбус.

- И это без тарелок и различных видов салфеток.

- Ты серьезно? Салфеток?

Глядя, как его собственное лицо озарила хитрейшая улыбка, Альбус едва ли не взвыл.

- Потом, я приготовлю для тебя одежду. И запомни главное, - произнес Скорпиус, вытащив из шкафа фрак.

- Не напиваться на приеме?

- Забей, папа, если что, унесет тебя. Главное – приди с девушкой. Проститутку приводить не советую, папа знает всех лондонских шлюх в лицо.

- И зачем приходить с девушкой?

- Поверь, лучше прийти не одному. До вечера ты будешь сидеть здесь. Делай в моей комнате все, что хочешь, но не смей трогать похоронный свитер!

Альбус снисходительно кивнул, так и не поняв, в чем ценность свитера и, дождавшись, пока Скорпиус закончит инструктаж, который он, в общем-то, и не слушал, спустился в гостиную.

- Теперь моя очередь выносить тебе мозг, - произнес Альбус, усадив свое тело на диван. – Сейчас ты идешь в мой книжный и открываешь его.

- Это я понял, - протянул Скорпиус.

- К тебе будут приходить люди за наркотой, их очень просто отличить от обычных клиентов книжного магазина по красным глазам и свернутых в трубочку деньгам. И, кстати, на работе тебя зовут Джимми.

- Понял, - повторил Скорпиус.

- Порошок сбывают порционно, - сказал Альбус.- Есть полторашка, грамм, унция и восьмушка. В одной унции двадцать восемь грамм, но на деле двадцать восемь грамм и тридцать пять миллиграмм. В восьмушке три грамма и пятьдесят четыре миллиграмма. Есть еще половина восьмушки – это один грамм семьдесят семь миллиграмм, но ты округляй до двух, и разницу забирай себе. Запомнил?

Скорпиус заморгал.

Никогда прежде лицо Альбуса Северуса Поттера не выглядело таким тупым.

- А как я отмерю ровно столько, сколько ты сказал? – пискнул он.

- Я отмеряю на глаз, - терпеливо произнес Альбус. – А ты с помощью весов.

- Ты на глаз можешь отмерять грамм и семьдесят семь миллиграмм? – поразился Скорпиус.

- Да. Это приходит с опытом. Да не делай такие глаза. Ты сам кокаин покупаешь в каких количествах?

- Я беру полкило, а тут унции, восьмушки....

- Полкило кокаина? А мы еще удивляемся, почему ты такой тупой и упоротый.

- Почему это я упоротый? – обиделся Скорпиус.

Вместо ответа Ал рывком поднял его на ноги и засунул ему в карман джинс свой мобильный телефон.

- Иди уже. И не дай Бог налажаешь.

Скорпиус, переваривая информацию про порции, как зомби пошел к двери и, все еще думая, покинул квартиру.

-Я убью тебя, Фламель, - прорычал Альбус. – Он же запорет все!

Портрет ехидненько захихикал.

- Ты слишком суров к нему, юноша. Он не так туп.

- Вы сами-то в это верите?

- Нет, но надо же было сказать что-то в его защиту.

***

Просидев в магазине около трех часов, Скорпиус порядком заскучал. Потенциальных фанатов запрещенных веселящих средств не было, да и клиентов книжного тоже было не так много. Выпив чашек пять чаю, он, думая, не наградить ли тело Ала татуировкой, плюхнулся на стул и, завернувшись в явно женский бежевый кардиган, открыл книгу.

Сконцентрироваться на сюжете помешал телефонный звонок.

Перепугавшись резкой мелодии, Скорпиус поперхнулся чаем и, взглянув на экран, с ужасом прочитал: «Папа».

- Да, мистер Поттер, - ляпнул Скорпиус, прижав телефон к уху. И тут же понял, как протупил. – То есть... привет, пап. Чем занят? Да сижу, кокаином барыжу.

...

- Ну конечно я шучу, - закивал Скорпиус, хотя знал, что старший Поттер его, к счастью, не видит. – Да, я один. Да. Да. Что значит: «Слава Мерлину, этот белобрысый даун не ошивается рядом?».

Жестом указав клиенту на стеллаж с энциклопедиями, Скорпиус недовольно забарабанил пальцами по столу.

- Папа, я очень спешу, - бегло сказал Скорпиус, с остервенением сжимая телефон. - Кстати, я говорил тебе о внуке? Нет? Ну потом расскажу. Пока-пока.

Однако даже после звонка назойливого Поттера почитать не удалось.

Телефон снова забрынчал резкую мелодию

- Да! – рявкнул Скорпиус. – Кто это? Кто? Жена?

И посинел с перепугу.

- Здравствуй, жена.

Покупатели книг оценивали продавца очень странным взглядом, а Скорпиус, нервно потягивая чай, что-то бормотал.

- Почему это я про сына не спрашиваю? Сейчас спрошу, - сказал Скорпиус. – Как сын? Нашел уже себе бабу? А, ему три года... Да, я в себе. Да, я помню. Жена, я перезвоню через тридцать шесть часов! Бежать надо, а то местные наркоманы без меня загнутся.

Не дослушав вопли женщины, он отключил телефон и откинулся на спинку стула. День обещал быть долгим.

***

- Извините, а вы точно торгуете кокаином? – поинтересовался небритый мужчина, уперев руки в стол.

Милейшего вида черноволосый парень, известный криминальным районам, как какой-то Джимми, сидел на стуле, укутавшись в вязанный кардиган, попивал чай с лимоном и увлеченно читал «Ешь, молись, люби».

Скорпиус вежливо улыбнулся и, отложив книгу, привстал.

- Вам грамм, унцию или восьмушку? – спросил он, обрадовавшись первым клиентам так, что даже вспомнил наставления Ала.

Клиент жадно сверкнул глазами.

- Унцию.

Скорпиус, помчавшись в кладовую, достал из коробки мешочек с порошком и занервничал.

- Спокойно. Спокойно.

Предварительно записав на руке дозировки, он, отыскав шпаргалку «унция - двадцать восемь грамм и тридцать пять миллиграмм», дрожащей рукой нашарил в ящике чайную ложку и отсыпал чуток порошка на весы.

- Много...

Убрал маленькую горсть.

- Мало...

Минут через пятнадцать, устав отсыпать и досыпать, Скорпиус, на глаз насыпав в пакетик три чайных ложки, открыл дверь и, совершенно забыв о покупателях, торжественно пронес наркотик в зал. Вручил клиенту и широко улыбнулся.

- Давай деньги, упоротый торчок.

Клиент не менее широко улыбнулся и сунул руку в карман.

- Полиция Лондона, сэр. – В руке мелькнули наручники. – Вы имеете право хранить молчание, все, что вы скажете, будет использовано против вас.