Происшествие 12

  — Я в неописуемом шоке!

Тренер, раскрасневшийся как помидор, нервно расхаживает по холлу, в то время, как вся команда повсеместно с группой поддержки стоит, понурив головы, и выслушивает недовольное причитание.Больше всего в этой ситуации Мэйли стыдно не перед тренером, который наверняка теперь думает, что она полная оторва, или перед Хэчаном, ставшим также свидетелем той огорошивающей сцены с Бэкхёном. Было стыдно безумно перед Чанёлем. Она явно помнит его округлившиеся, словно блюдца глаза, и озадаченное выражение лица. Теперь он думает, что она, а точнее Бин — гей.

— Сначала вы посещаете два клуба, один из которых предназначен для геев! Тао вообще там заночевал под прекрасный аккомпанемент парней нетрадиционной ориентации и их шуточек! Теперь же вы деретесь в доме, не принадлежащем вам, с пусанской командой! Вы б лучше так хорошо проявляли свои навыки не в драке, а на поле, О Сехун!

Сехун отводит взгляд, повсеместно закатывая глаза.

— Кто был инициатором драки?Ничуть не боящаяся тренера Леви смело делает шаг вперед, поднимая руку и заявляя громким голосом:

— Я!

Все тут же переводят удивленные взгляды на нее, мол, дура что ли, стой и молчи, не нужно тут героизма, а Чанёль даже закатывает глаза, что не остается незамеченным Мэйли.По идее, если так рассуждать, то Бэкхён и Леви были инициаторами.Тренер делает вид, что не замечает Пак, и продолжает кричать:

— Я спрашиваю, кто инициатор?! Что вы как в детском саду?

Леви с возмущением и недоумением глядит на игнорирующего ее тренера и строит странную гримасу.— Я же говорю, что это я.Мужчина переводит незаинтересованный взгляд на нее и вздыхает, наверно думая, что вот дочку ректора никак не отчитаешь. Поэтому он досадно машет на них рукой и шепчет:— Ой, всё, идите. Бесполезно с вами разговаривать. И еще, — он оборачивается к взвинченной Мэйли и неодобрительно качает головой. — Что-то вас на мальчиков потянуло, Бён Бин. В вашем положении я бы советовал быть ниже травы, тише воды.— Меня потянуло?! — с возмущением выдыхает она, и только пар из ее ушей и ноздрей не валит от несправедливости такой. — Это всё тот игрок пусанской команды набросился на меня, приняв за девушку!— Да-да, — бормочет тренер и, наконец, уходит, не желая слушать бредни студентов.

В стеклянной тишине поднимаются Чанёль и Мэйли к себе в номер. Вечер сегодня выдался уж больно изнуряющим, и всё, о чем они могли мечтать, так это быстрей умыться и забыться крепким сном. А девушка так еще и стереть из памяти события этого дня.Когда они уже умылись, переоделись в пижамы и легли в прохладную, мягкую постель, то Пак неожиданно опоминается:— И всё же, я не понял, что произошло там. Кто-то кого-то ударил, кто-то крикнул что-то про парня своего. Такая каша была, попробуй разобрать. Что было на самом деле?

Мэйли с неким неумением глядит на рядом лежащего капитана и думает, он придуривается или правда ничего не видел?

— Ничего особенного. Парень один из пусанской команды подвыпил немного и принял меня за кого-то другого. Полез целоваться, а ревнивая Леви тут как тут! Влепила парню оплеуху сумкой. У него аж пар из ушей повалил от такого.— Но за Леви заступился Сехун, — анализирует Чанёль, заложив руки за голову и бездумно глядя в белый потолок. — А ты нет. На твоем месте я бы опасался. Сехун смотрит на Леви так, как обычно смотрят влюбленные пареньки.— Не думаю, что у них что-то серьезное, — фыркает она, отводя взгляд. Чанёлю лгать тяжело и не потому, что не умеешь, наоборот, Мэйли не так плохо врала, а потому, что он вытаскивал из тебя всю правду своим выжидающим взглядом. Словно она была на исповеди.— И я не думаю, что у вас что-то серьезное, — с едва уловимой тоской в голосе бормочет Чанёль, чувствуя, как слипаются глаза. — Но дело ваше.— И правда, наше. Знаешь, я волнуюсь перед завтрашним матчем.Чанёль разлепляет глаза и слабо улыбается, поворачиваясь на локтях к Мэйли.— А давай-ка сделаем так, — Пак снимает кулон, висящий на шее, и протягивает его остолбеневшей на мгновение Ли. Та с блеском в глазах принимает маленький подарок, чувствуя, как сердце гудит в груди.— Это мой талисман удачи, — поясняет парень. — Всю жизнь был. С самого рождения. А теперь, вероятно, я могу доверить его тебе. Надень его завтра на матч и постарайся в дальнейшем как можно реже снимать. Надеюсь, он тебе поможет.Пак впервые дарит Мэйли не просто кулон, а улыбку, преисполненную самых нежных и искренних чувств, от которой у Ли голова идет кругом. Кажется, счастье ее здесь, только протяни руку. Но так же прекрасно она понимает то, что обманывает себя и капитана.

Обманывает самым наиглупейшим образом.

***

Крутя серебряным кулоном с подвеской в виде дракона, Мэйли радостно входит во внутренний двор Пусанского Государственного университета, где на скамейках и у фонтана сидят веселые студенты, щебечущие между собой. Всё так красиво и аккуратно, что даже хочется еще на неделю здесь остаться, но, увы, вот уже как завтра или послезавтра она будет дома, как штык. Всё решит исход соревнования. Выиграют они первую команду, попавшуюся в жеребьевке, пройдут во второй раунд, дальше в третий, а там и не далеко республиканское соревнование.

Однако беспокоит ее одна мысль: Бэкхён в пусанской команде. Он знает буквально всё о ней. Начиная с ее любимого цвета и заканчивая вредными привычками. А уж ее тактику и стратегию игры ему он подавно знает, ибо сам когда-то обучал ее игре баскетболу. Введение мяча было выработано с ним, постройка стратегии благодаря ему, умение метать мяч с середины тоже Бэкхена заслуга! Всё, что она умеет делать — его заслуга.

— Бин, лови!

Мэйли поднимает голову и, видя стремительно летящий в ее лицо мяч, тут же подскакивает и ловит его. Чанёль улыбается столь быстрой реакции, а Минсок показывает палец вверх. Девушка бредет к крыльцу университета, ведя мяч при этом легко, не задумываясь.

Бэкхён, стоящий с Чунмёном и Кёнсу у крыльца, внимательно наблюдает за девушкой, проделывающей столь легкое движение, улыбается и вспоминает себя, когда-то учившего Мэйли просто держать мяч.

— Ведение больно на твоё похоже, — подмечает Кёнсу, защитник пусанской команды.— И ноги так же косо расставляет, — смекает Чунмён.— Нет, это не похоже на моё. Это и есть моё, — заявляет парень, издалека глядя на вежливо беседующую Ли с Чонином.— Неужели это она? — охает Чунмён, внимательнее приглядываясь к девушке в мужских светлых джинсах, белой кофте и красной жилетке. Волосы ее вишневого цвета, чуть выше подбородка, забавными локонами завивались, а ветер играл с ними. — Со школы?— Ли Мэйли, — хмыкает Бэкхён, спрыгивая с крыльца и направляясь прямиком к незамечающей его девушке. Смотря только под ноги, она не замечает знакомых лиц, как и не слышит подозрительного хихиканья позади себя. Бэкхён резко тянет ее на себя за ворот жилетки, и Мэйли давится воздухом да неуклюже взмахивает руками, утыкаясь спиной в грудь Бёна. Тот сдавленно смеется, затем разворачивает девушку к себе, заставая раскрасневшееся от злости лицо.

— Ну, привет.— Что тебе надо? Не находишь, что после вчерашнего нам нужно как можно реже пересекаться на людях? — с опаской осматриваясь вокруг, бормочет она, боясь, что Пак заметит ее рядом с Бёном.— Тебе разве не понравилось вчера?— Нет. Да и не думаю, что твоей щеке пришлось сладко, — язвит Ли, желая собственноручно повесить Бэкхена. Он был подобен надоедливой мухе, избавиться от которой было непосильной задачей. — Чего ты прилип, как пиявка ко мне?

Ответить Бэкхёну не дают подошедшие так вовремя пусанская и сеульская команды. Ко всему прочему, именно капитан команды Бэкхена, китаец Ифань вчера познакомился с Чанёлем, и сейчас они были очень даже рады свой второй встрече.

— Готовы? — улыбается Крис, встряхивая светлыми, словно пшено волосами.— Еще как, — басит Чанёль, потирая руки в предвкушении. — Не терпится выйти на поле.— Эй! — восклицает Тао, оценивающе оглядывая стоящего рядом с Мэйли Бэкхена, и хмурится. — Это ты ведь вчера поцеловался с нашим Бином.

Мэйли с удивлением переводит взгляд на Цзытао, и теперь желание изничтожить Бэкхена распространяется на не умеющего держать язык за зубами Тао. Ну, на кой-чёрт его приспичило? И Чанёль теперь всё неправильно поймет.

— Ничего подобного не было, — отмахивается Мэйли.— Если и было, то что? — безразлично говорит Бэкхён, окидывая Тао равнодушным взглядом, а затем внезапно повисая у Мэйли на шее, фальшиво говорит: — Оп-па ты мой!— Фу, уйди от меня! — шипит она, пытаясь отодрать Бёна от себя.

— Так это вы вчера столько шуму натворили, — ухмыляется Крис, глядя на Мэйли и вдруг становясь очень серьезным. Он нагибается и приближается ближе к застывшей девушке, осматривая исписанную щеку. — Что это у тебя?— Последствия необдуманной пьянки, — хмыкает Ли, отводя пристыженный взгляд в сторону.— Это китайская надпись.— И какая же?! — быстро зажигается Мэйли, надеясь, что разгадка таинственных иероглифов даст возможность узнать события той покрытой мраком ночи.— Люблю тебя, — спокойно выдыхает парень, и Мэйли озадаченно косится на него. Что?— Еще раз?— У тебя на щеке надпись «Уо ай ни », что с китайского переводится как «Я люблю тебя». Ничего сложного.

Мэйли хмурится еще сильнее, ибо это только усугубляет ситуацию с поисками правды. Люблю тебя. И что это может значить? И кто это написал?— Бэкхён, твоих рук дело? — смеется Исин, форвард пусанской команды. — Хотя нет, ты для этого слишком тупой, ты же китайского не знаешь.— О, спасибо, — скептично замечает Бён, и Исин лучезарно улыбается, хлопая парня по плечу.

Не желая и секунды рядом находится с этим извергом, Мэйли тянет Чанёля за рукав и просит уйти отсюда в спортзал. Капитан соглашается, и вся команда отправляется внутрь.Когда Мэйли вскакивает на крыльцо, так ее вновь ловят за ладошку и тянут назад, за раскидистое дерево. Бэкхён встает напротив нее и глядит темными глазами, в которых скачут бесы.— Чего опять? — устало выдыхает она, закатывая глаза, как Бён вдруг говорит.— Для чего весь этот цирк с переодеванием, сменой фамилии и мужской командой?— Тебе то что?— Не отпущу, пока не скажешь. Это ведь всё для того здоровяка?— Чанёля?— Ну, наверно. В прочем, это из-за него?— Почему из-за него? С чего ты взял?

— Ты ведь ради этого Пака пришла в команду, не так ли? Думаешь, я не вижу как ты на него смотришь и как он смотрит на тебя? Уж в любви я умею разбираться.— Ты умеешь? — прыскает она, складывая руки на груди и укоризненно глядя на парня. — Чего ты мне голову морочишь?— Не уходи от темы! Это всё ради Пака? Да?! Ха, я раскусил тебя! Боже, ты влюбленная дура, на такие жертвы идти...— Мне не нравится Чанёль ни в одном глазу, прекрати молоть чепуху! Никогда я не обращала на него внимания! — злостно выпаливает она.— А как ты это докажешь?— Не нравится и всё, как тут непонятно. Вступила я в команду с целью играть, а не заводить новых друзей, такой ответ тебя устроит?— Тогда может ради того парня, что ударил меня?— Сехуна? Он такой же идиот, как и ты, только в меньшей степени. Мне никто не нравится, отвали! Что не понятного?! — пуще злится девушка, борясь с желанием вцепиться в глотку парня остриженными ногтями. Почему он изводит ее?— Это из-за того загорелого парня значит? Чонина, да?— Хорошо, — выдыхает она, устало потирая переносицу. — Я — наивная дура, пришла в команду, дабы добиться Чонина путем сближения с чудаковатым Чанёлем? Ты это хотел услышать?

Когда Мэйли приходит в спортзал раздосадованная и взвинченная от разговора с Бёном, то не сразу замечает негативный настрой трех игроков. Минсок смотрит испуганно на девушку, которая вовсе и не подозревает, что ее ждет.Игра начнется через пять минут, и Чанёль уходит вытягивать карточку со своими потенциальными противниками. По глупой иронии судьбы на билете оказывается название пусанской команды «Лютоволк», и Пак невольно напрягается. Перспектива играть с Бэкхёном не прельщает.

— С пусанской играем? — вежливо интересуется Мэйли, но ее искусно игнорируют. Чанёль показывает листок рядом стоящим Сехуну и Тао, которые заметно мрачнеют. — Ребята?— Да, с пусанскими, — кивает Минсок, которому очень жалко девушку. По ее взглядам неравнодушным было сразу понятно, что Чанёль — тот, кто засел прочно в сердце. Только вот Пак этого не понимал. — Какова тактика, главный стратег?— Ну, я считаю, что капитана пусанской должен брать на себя Чанёль. Соотношение сил будет равносильное, а Чонину можно взять Исина. Минсок — Кёнсу, Тао — Бэкхён, Сехун — Чондэ, а я беру Чунмёна.— Ты всех их знаешь? — скептично бормочет Чанёль, не глядя на девушку. Мэйли поднимает горящий взгляд и кивает, не замечая крайне кошмарного расположения духа капитана.— Уже успел узнать.

Вскоре подходит тренер и говорит слова подбадривания, а настроение Чанёля падает ниже плинтуса. Даже всегда хмурый Чонин и то сегодня в прекрасном расположении духа.Они играют первыми, и Мэйли отчего-то предчувствует беду, но старательно продолжает игнорировать это ощущение.

Когда они выходят на поле и замирают напротив соперников, сердце девушки сжимается от злости к гаденько ухмыляющемуся Бэкхёну, а ноги по неизвестной причине начинают предательски дрожать. Если они проиграют, смысла ее перевоплощения в парня не было. Ведь изначально она записывалась в команду, чтоб попасть на городское соревнование, а не из-за Чонина или Чанёля. Всё, что говорила Беку — полная ерунда, высказанная с целью, чтоб тот отстал от нее. Это скорее Леви подталкивала Мэйли в команду ради мести Чонину, а сама девушка шла с чистыми намерениями.

— Сеульская команда государственного университета «Олень»!

— Почему мы не сменили это идиотское название, которое придумал Лухан?! — шипит Минсок, недовольно оглядывая капитана с каменным лицом.— Поздно ты спохватился, — кривит лицо Чанёль.— Участники: капитан — Пак Чанёль, Ким Чонин, О Сехун, Хуан Цзытао, Ким Минсок и Бён Бин.

Стоящий напротив Бэкхён выгибает бровь, с насмешкой глядя на Мэйли, что она тут же хочет провалится сквозь землю.

— Пусанская команда Государственного университета «Лютоволк»! Участники: капитан — Ву Ифань, Ким Чунмён, До Кёнсу, Ким Чондэ, Чжан Исин и Бён Бэкхён.

— Вы однофамильцы? — интересуется Чонин, а Мэйли становится так нехорошо на душе, хоть волком вой. На лице застывает гримаса отчаяния, и она, побледневшая и помутневшая, кивает Чонину. Не скажешь же ему, что она намеренно взяла фамилию Бэкхена.

— Да начнется игра и пусть победит сильнейший! Капитаны, просим на середину поля!

Мэйли с замиранием сердца глядит в сильную спину Чанёля, желая сейчас со всех сил разбежаться и обнять парня, сказать, кто она на самом деле и больше не отпускать. Чувство вины с каждым днем душит всё сильнее, а страх обвивает раз за разом, отчего признание Мэйли кажется чуть жутковатым поступком. Простит ли ей Пак?

Разводящий становится на середину поля, подняв правую руку в воздух, а игроки обеих сторон уже встают в исходные позиции. Кто по левую и правую руку от капитана, кто у кольца, а кто ближе к противникам. Всё — лишь бы мяч не ушел в чужие руки.

Мэйли не отрывая глаз, следит за рукой разводящего. Сердце делает пару волнительных кульбитов, начиная тут же отчаянно грохотать и биться о грудную клетку, что Ли становится волнительно и нестерпимо жарко.Вот разводящий подносит ко рту поблескивающий свисток и машет, наконец, рукой, подкидывая мяч.

Игра начинается.

Чанёлю удается вырваться вперед и откинуть мяч Чонину, который в свою очередь забирает его и ведет в противоположную сторону. Подоспевающий рядом Минсок ловит вовремя мяч и хочет его передать Мэйли, как вдруг и ее, и его блокируют. Ли просчитывается и очень крупно. Бэкхён то в курсе ее талантов стратега, в курсе ее слабых мест и в первую очередь он будет бить именно по ней!Тао не успевает перекрыть Бэкхена, ибо его самого с двух сторон ловко блокируют Чунмён и Ифань.

Кёнсу отбирает в два счета мяч у Минсока и передает пасс своему капитану, который в свою очередь забрасывает трехочковый с далекого расстояния. Мэйли стоит, разинув рот. Но самое обидное в этом, что никто, кроме Чонина и Минсока ее стратегии не следовал, потому они и проиграли.Крис вновь ведет, и когда он собирается метнуть мяч Бэкхёну, тут же вырастает из неоткуда Чанёль, блокирующий второго и забирающий мяч. Он, подобно птице, несется к чужому кольцу, надеясь на третьем ведении передать мяч Чонину. Но Чонин остается позади, защищать их кольцо вместе с Тао, а Сехуна перекрывают, как и Минсока. Остается лишь рядом идущая Мэйли, которая находится в паре шагов от него и кольца.

И в последнюю минуту Чанёль не дает мяч, делая штрафной четвертый шаг и закидывая мяч в кольцо.

— Пробежка! — тут же кричит судья, и Пак с остервенением разворачивается назад, хватаясь за волосы, а Мэйли с выпученными от удивления и возмущения глазами смотрит на него. Какого чёрта он не дал ей мяч?!

Мяч берет Кёнсу. Он касается им стены и после метает в сторону Чондэ, но Мэйли преуспевает и перехватывает мяч, начиная ведение.

Видя рядом находящегося капитана, она пасует мяч, но отчего-то он не ловит его. Смотрит остекленевшими глазами на скачущий по полу мяч и стоит без действий.

— Проклятье! — кричит Чонин через всё поле, стремительно подбегая к ним. — Что тут творится?! Чанёль, тебе разом вышибло память, и ты не помнишь правила игры?!

Пак лишь переводит усталый высокомерный взгляд на Кима и только цокает, складывая руки на груди. Этот жест больно напоминает Мэйли что-то, но что, в такой момент тяжело сказать.

Исин ловко подхватывает мяч и бежит в противоположную сторону, с бега забивая трехочковый. Шесть и ноль в пользу «лютоволков». Мэйли с растерянностью смотрит равнодушного ко всему происходящему капитана, а затем на таймер и с ужасом замечает, что до конца матча семь минут! Если они сейчас не обгонят, в следующий тур вряд-ли попадут!

Семь минут сливаются в какое-то мутное, блеклое пятно, и разобрать что да как очень тяжело. Мэйли бегает из стороны в сторону без цели, без мяча в руках.Когда таймер отсчитывает последние тридцать секунд, Минсок стоит под чужим кольцом и забивает первое очко, но, к сожалению, единственное. Ибо мяч, попавший в кольцо с близкого расстояния, дает лишь одно очко.

Звучит свисток судьи, и сердце на мгновение перестает биться. Мэйли пересекается взглядом с остекленевшими и равнодушными глазами Чанёля, который спокойно покидает поле и идет к разозлившемуся, словно бес, тренеру.

— Что это было, Чанёль?! Объясни! Я требую именно от тебя объяснений! — почти что кричит тренер, не сводя глаз с понурившего голову Пака. Все выстраиваются рядом, готовясь к гневной тираде тренера, а Мэйли всё еще не может, что вот он — конец. Вот — результат их тренировок, ее переодеваний. — Не молчи! Почему ты не давал мяч Бину, когда это возможно было?! Почему даже пальцем не повел, когда мяч летел прямо в твои руки?! Твоё столь ветреное отношение, как капитана, просто непростительно! И знаешь, это проявляется не только в игре, но и в том, что творит твоя команда! Вы побывали в двух клубах абсолютно пьяные, разгромили кафе фаст-фуд, устроили погром на встрече всех команд! Я принял окончательное решение. Когда мы вернемся в Сеул, я тут же сниму тебя со звания капитана. Слава богу, что у вас будет еще два матча с пусанскими, сможете отыграться. Но запомни, это твои последние дни в роли капитана, а, возможно, и в роли игрока этой команды.Челюсти Чанёля крепко сжимаются, до боли ногти впиваются в кожу, и уже не в силах молчать, он с досадой выкрикивает:— Значит меня, нормального парня, вы вышвыриваете, как дворовую псину из команды, а паршивую девчонку, переодетую в парня и считающую всех нас круглыми идиотами, вы оставляете, да?! — Он указывает пальцем на Мэйли, и девушка с пяти секунд смотрит растерянно. Смысл слов доходит медленно, зато вот судьи и жюри всё прекрасно слышат.

— Чего? — только и выдыхает она, с любопытством глядя на Чанёля. В глазах Пака проносятся презрение, и он буквально выплевывает:— А ничего. Что мне перед тобой объясняться, Ли Мэйли? Тебе нужен Чонин? Так получи его, он рядом с тобой стоит!

Ошарашенный происходящим Чонин лишь ошеломлённо смотрит на всех, прежде чем вздохнуть, подтверждая свои догадки:— Так всё-таки девчонка.

— Чанёль, постой...— Можете дисквалифицировать нас, в нашей команде девчонка! — кричит он, выбегая из зала, оставляя Мэйли в нервном оцепенении. Чонин сжимает ее плечо и разворачивает к себе, тихо шепча:— Срочно беги за ним. А с тобой мы потом поговорим.

В висках стучит, давление поднимется, а сама девушка в каком-то тумане. Всё вокруг обостряется, шум и крики режут слух, а сама Ли еле поспевает за Паком. Он выскакивает во двор разъяренный и негодующий, обиженный и неуравновешенный. Как же он сейчас ненавидит ее... Просто хочет прижать и...

— Пожалуйста, постой! — в отчаянии кричит она, когда капитан оборачивается к ней. — Что произошло?— Ты это у меня спрашиваешь? Ты меня обманула, обвела вокруг пальца!— Я хотела играть, а вашу команду не брали девушек, и я...— Дело не в этом! — кричит Пак, и Мэйли чувствует, как предательски собираются слезы и подкашиваются коленки. Сердце сжимается от нестерпимой боли. — Я знал, знал, что ты девушка с самого начала! Но дело не в этом! Ты... пришла в команду, чтоб выставить нас полными идиотами!— С чего ты взял? — в слезах восклицает она.— Я слышал твой разговор с Бэкхёном перед матчем. Я стоял позади тебя.

Воспоминания обухом ударяют по голове, и теперь она понимает, почему Бэкхён так вытягивал слова из нее. Он знал, что всё обернется именно так.

— Ответь мне на один мучающий меня вопрос. Только честно, правду я всё равно узнаю. Ради кого ты пришла в команду?— Ради Чонина, — честно признается она, припоминая, как они с Леви хотели отомстить Киму. — Но по поводу Бэкхена, и наш с ним разговор... то было не правдой, — шепчет она, делая шаг навстречу, но Пак отшатывается, как от огня.— Не надо. Теперь поздно.— Раз так, то я хочу, чтоб ты знал! Ты мне нравишься!

Чанёль глядит на нее, словно на стенку, и только машет головой, прежде чем оставить ее, трясущуюся то ли от холода, то ли от рыданий. Ее признание потонуло во всей это лжи.

— Мэйли? — мягко касается ее плеча Минсок. — Как ты?— Он ненавидит меня...— Он любит тебя, поэтому так реагирует, — устало выдыхает парень, потирая переносицу. — Чанёль столько раз это доказывал...— Когда это?! Сейчас?!— Ты ведь не помнишь, что было в клубе? Чанёль просил тебе не рассказывать, но ради твоего же блага... ты обязана знать! Слушай внимательно и не перебивай!

***

Вечер посещения клуба. Днями ранее.

Раздвигая толпу руками, пробираясь сквозь пьяных людей, Мэйли искала путь к заветному столу с коктейлями, как неожиданно ее кто-то резко схватил за запястье и потянул на себя. Девушка позорно взмахнула руками и даже выматерилась. Соображать было тяжело в душном, набитом людьми помещении, и когда перед ее лицом предстал незнакомый высокий парень, Мэйли чуть испугалась.— Мэйли, это ты?! Что ты делаешь в моем городе? — раздался звонкий голос юноши, и Мэйли попыталась внимательнее вглядеться в лицо незнакомца.— Кто ты? — пошатываясь, спросила она и чуть не упала. Парень подхватил ее за талию и прижал к себе, не давая шанса распластаться морской звездой на танц-поле.— Ты не узнаешь? Это я, Бэкхён, Бён Бэкхён. Твой первый парень.Мэйли с изумлением глянула на теперь уже знакомого ей парня и улыбнулась во все тридцать два зуба, обнимая бывшего парня.— Бэкхёни-и-и, — протянула она, притягивая парня к себе за шею. — Только ты тише тут. Я не Мэйли, моё имя Бён Бин, и я — мальчишка, — прошептала она, прижимая палец к губам парня. Пришло время удивляться Бэкхёну.— Ты изменилась сильно... Пойдем, поговорим на улице?

Придерживая девушку всё также за талию, Бэкхён помогал ей ступать прямо.Мэйли уже совершенно ничего не помнила. Помнила лишь отрывками, а разум и вовсе ушел на покой, отказываясь служить.

— Она не одна, отпусти ее, — раздался голос всё еще вменяемого Пака.— Ты кто ей вообще? — удивленно вскинул брови Бэкхён, глядя на высокого парня.— Парень, — Чанёль легко перехватил Мэйли, отбирая ее у ошарашенного Бэкхёна. — Катись, куда шел.— Ну и покачусь, — хмыкнул парень, горделиво удаляясь и украдкой поглядывая на поддатую Мэйли.

Чанёль развернул к себе стоящую на ватных ногах девушку да прижал к себе. Уткнувшись в твердую грудь Пака, она что-то невнятно пробормотала и обвила на этот раз своими руками шею Чанёля. Он вдохнул аромат ее вишневых волос, но вместе с этим учуял и шлейф от алкогольных напитков.

— Мне так хорошо с тобой, Пак, — пробормотала она, притягивая лицо парня ближе к себе, так что, он даже дышать перестал. Жгучие миллиметры разделяли их губы, и Чанёль рефлекторно облизнул губы, не решаясь на отчаянный шаг. — Только для тебя я всего лишь мальчик.— Ты для меня больше, чем просто мальчик, — тихо хмыкнул он ей на ухо, проводя рукой по вишневым волосам.— Я — девушка, не мальчик, и моё имя Мэйли, — прошептала она, а Чанёль только слабо улыбнулся. Поздно что-то она со своим признанием, но лучше уж так, чем никогда. — Чанёль, посмотри на меня.Пак с замиранием сердца глянул на ее полураскрытые, раскрасневшиеся губы, и, кажется, водка подействовала пагубным образом на него только сейчас. Тяжело вздохнув, он наклонился, легко касаясь коралловых губ Мэйли с привкусом напитка «маргарита». Девушка незамедлительно ответила на поцелуй, словно только и ждала этого мгновения, да сильнее повисла на парне, который тут же прижал ее к себе за талию, не давая упасть.— Я так тебя люблю, люблю, слышишь? Только тебя, — заплетающимся языком пробормотала она, а Чанёль выпал из колеи в какое-то потустороннее пространство. Туда, где есть только он и Мэйли. — Не останавливайся.

Чанёль резко схватил ее за запястье и повел в конец зала, к кожаному дивану. Сев на него, он следом потянул на свои колени размякшую девушку, которая глупо хихикнув, расставила колени по обе стороны от ног Пака и обвила его шею.— Такая смущающая поза, — усмехнулась она, прикусывая мочку уха капитана, и он тут же вспыхнул, как школьник, от такого жеста.— Плевать.

Мэйли аккуратно коснулась пальцем его губ и стала с улыбкой водить по ним, вызывая мурашки по всему телу. Всё внимание Чанёля было сосредоточено только на ней, и он немигающим взглядом следил за ее махинациями, пока она не просунула свою тонкую ладошку под его футболку. Тут уже он не выдержал, и повалив ее на диван, принялся выцеловывать тонкую, лебединую шею, элегантные пальчики и прикрытые от удовольствия глаза.

— Это всё так странно, — шептал между перерывами от поцелуев.— Я люблю тебя, и мне это не кажется странным.

Нашарив в кармане брюк фломастер, Чанёль с насмешкой глянул на девушку и принялся вырисовывать на ее щеке фразу.

— Что ты делаешь? — хихикнула она, целуя парня за ушком.— Обозначаю, что ты — моя.— Мне нравится это.— Но давай не будем торопить события, — Пак поднялся с дивана, подавая руку разочарованной немного Мэйли.— Поцелуй меня, хотя бы разочек, — пролепетала она, зарываясь пальцами в тёмные волосы Чанёля. Парень ухмыльнулся и прошептал:— Это будет не последний раз. Ты еще всё это вспомнишь, может и не сразу. Но надеюсь, в твоей памяти навсегда останутся эти жаркие, нежные поцелуи...

Целовать в приоткрытые губы Мэйли было восхитительно, и Чанёль не отдавал себе отчета в происходящем. Он пытался прижать девушку как можно ближе к своему крепкому телу, надеясь, что так девушка намного лучше запомнит этот вечер, эти поцелуи и его самого...Сдерживать себя самого было сложно до жути, но ради нее Чанёль был готов ждать, сколько понадобится. А уж ошибок прошлого он никак не собирался повторять...

***

Нынешние дни.

Всхлипывая на ходу, Мэйли еле переставляет ноги. Всё, на что ей хватает сил, так это толкнуть дверь пустующего номера, быстро обмыться и лечь в прохладную постель. Сон старательно обходит ее стороной, а мысли путаются в клубок, и от того больно. Больно прижимать пальцы к губам, которых раньше так трепетно касались губы Чанёля. И, возможно, уже никогда не коснутся. В груди ноющая, зияющая дыра, и ощущение, что у нее отняли что-то ценное угнетает сильнее.

Когда дверь номера скрипт и раздаются шаги, Мэйли прекращает дышать, вслушиваясь в шуршание и чужое дыхание. Чанёль сбрасывает с себя всю одежду и, думая, что она спит, спокойно ложится рядом. Сердце девушки трепещет, порхает и стучит так гулко, что вот-вот, кажется, Пак услышит.

Но он молчит, и тогда Мэйли решает взять инициативу в свои руки. Повернувшись к нему, она кладет свою ладошку на его спину и проводит вниз, вызывая толпы мурашек. Парень ведет плечом и хмурится, а Мэйли поднимается и резко нависает над грозным Чанёлем. Тот отводит взгляд, не желая играть в эти глупые игры, а Мэйли со всей отчаянностью прижимается к его губам своими, обхватывая руками щеки. Чанёль не отвечает первые три секунды, затем сдается и потихоньку расслабляется, прежде чем оттолкнуть девушку.

— Не надо. Не испытывай судьбу, это бесполезно. Прекрати, Мэйли, давай спать.— Ты не можешь так поступить со мной, — дрожащим голосом шепчет она, не слезая с Пака. Тот окатывает ее волной холодного взгляда и устало выдыхает.— Однако ты со мной так поступила.

Мэйли не выдерживает. Опозоренная и ненужная она вскакивает с кровати, забирает свою подушку и покидает комнату, громко хлопнув дверью. Слезы ручьем скатываются со щек, а сама она чуть ли не падает от бессилия собственного в коридоре.

Постучав в комнату Леви, она приваливается боком к двери, ожидая, когда та отворит ее. Леви с бигудями на голове с испугом оглядывает подругу и незамедлительно проводит в свой номер, укладывая в кровать и давая валерьянки с водой.

— Что случилось? — обеспокоенно спрашивает она, обнимая подругу за плечи.— Чанёль случился, — всхлипывает Мэйли и заходится новой порцией рыданий. Леви тяжко вздыхает и прижимает подругу к своей груди.— Я так и знала! Знала, что этот паршивец уготовил свой скотский план! Я говорила тебе, не трогать его, забыть! А ты?!— Откуда мне было знать?! Да и ты откуда знаешь...Леви дергается отчего-то и в следующую секунду огорошивает Мэйли:

— Я знаю его лучше, чем кто-либо, а всё по той причине, что он мой родной брат. И человек он очень жестокий, так как однажды отказался от собственного ребенка.