39

Я осторожно приоткрыла дверь в коридор и, убедившись в том, что он пуст, выскользнула из комнаты. На цыпочках я пробралась к лестнице и начала медленно спускаться вниз. Не удивительно, что я никого не встретила, ибо Мстители, скорее всего, уже спят, восстанавливая силы после утомительного дня и запасаясь новыми для дальнейшей борьбы.

- Приложите палец, - попросил электронный голос, и я прислонила к голоэкрану фальшивый отпечаток. - Доступ разрешен. Скажите пароль, - я включила запись, и через несколько секунд двери лифта разъехались в стороны, пропуская меня внутрь стальной кабины. Тут передо мной встал выбор: пять абсолютно одинаковых кнопок располагались сверху вниз на панели. Я нажала самую нижнюю из них, совершенно справедливо рассудив, что самое важное, скорее всего, спрятано ниже всего.

Кабина мягко качнулась и скользнула вниз. Я нетерпеливо постукивала ногой по полу, про себя считая удары. До переломного момента, в который я, возможно, узнаю правду, оставались считанные секунды.

Наконец двери лифта опять разъехались в стороны, пропуская меня в небольшой коридор, который вёл в другое помещение, побольше этого.

Проделав необходимые махинации с отпечатком и голосовой записью, я быстрым шагом преодолела комнату с кучей, на мой взгляд, бесполезных приборов. Миновав ещё несколько коридоров, я оказалась перед массивной железной дверью. Шестое чувство подсказывало, что за ней меня ждёт то, что я так упорно искала. С замиранием сердца я открыла двери и нетвёрдым шагом вошла в большое просторное помещение.

Сердце пропустило удар. Прямо передо мной находилось стеклянная камера, в которой...

- Локи... - на выдохе прошептала я. На глаза навернулись слёзы, ноги подкосились, и мне пришлось придержаться за стенку, чтобы не упасть.

И правда, в стеклянной клетке стоял, прислонившись к стене, темноволосый Бог. На нём были потрёпанные зелёные доспехи, кое-где запачканные кровью. Он смотрел в потолок, не обращая на меня никакого внимания. Это насторожило меня, и я с волнением сделала шаг вперёд. Ноги не слушались, язык заплетался, но успокаивало одно: он жив, он здесь, рядом со мной, не фантом, не призрак, а реальный, живой Локи.

- Локи... - повторила я уже громче, силясь улыбнулся сквозь слёзы. И тогда он наконец посмотрел на меня, прямо в глаза. От этого взгляда меня передёрнуло: в нём была лишь ненависть, та самая, которую я видела во сне. - Локи? - я сделала осторожный шаг вперёд, тяжело дыша.

- Пришла увидеть плоды своего труда? - со злой, насмешливой усмешкой спросил он. Я вздрогнула, не веря собственным ушам. Что он несёт?

- Локи, о чём ты, я не понимаю...

- Не утруждай себя лишней ложью, - лениво бросил он, опять устремляя взгляд в потолок. - Я прекрасно знаю, что этой прекрасной камерой обязан тебе, - в его голосе появился сарказм. Я всё ещё отказывалась верить в происходящее, считая всё сном.

- Что же с тобой случилось, Локи? - почти шепотом спросила я. - Что он тебе сказал?

- Правду, - ответил он, и я увидела в изумрудных глазах, которые когда-то смотрели на меня с нежностью, ненависть. - Ты загубила мою жизнь и после этого думаешь, что я смогу поверить этому спектаклю?! - его голос сорвался на крик, и я невольно вздрогнула. - Я ненавижу этих ряженных клоунов, именующих себя Мстителями, ненавижу твоего самовлюблённого папашу, ненавижу вашу захудалую планетку, ненавижу тебя!

Бам. Словно внезапный удар по голове, парализующий в одно мгновение. Когда нет возможности ничего сделать, ты просто стоишь, и слёзы текут из глаз. Хочется убежать, не показывать ему своей слабости, чтобы он не видел, как я плачу, но я не могу сдвинуться с места. Просто смотрю ему прямо в глаза и вижу там лишь ненависть.

- Эти дешёвые трюки... - уже тише протянул Локи. - Эти фальшивые слёзы... Может, хватит уже...

- Замолчи! - отчаянно крикнула я, ударяя руками в стекло темницы. Мощный поток магии вырвался из ладоней, и по стеклу поползли трещины. Тут же включилась сигнализация, но мне было уже всё равно. Я продолжала бить холодную поверхность, захлёбываясь слезами. Бог смотрел на меня с удивлением и плохо скрытой насмешкой, однако я этого не видела. Не было ничего, кроме боли, которая сжигала изнутри, которую я старалась выплеснуть на это стекло, такое же холодное, как и его глаза.

Кто-то схватил меня за руки и оттащил назад, комната наполнилась голосами, которые что-то кричали...

- Я ненавижу тебя! - крикнула я в порыве слепой злости. - Лучше бы ты умер!

...

Я лежала на боку, уставившись в стену немигающим взглядом. Руки были в бинтах: я разбила костяшки пальцев, когда пыталась пробить стекло. Оно, словно преграда, отделяло меня от него. Такую же преграду воздвиг между нами Танос.

Сзади послышался хлопок двери, и я почувствовала, как кровать прогнулась под чьим-то весом.

- Эмма, я пришел поговорить... - начал Старк, но я перебила его, отрешённо проговорив:

- Уходи.

- Эмма, выслушай меня, я...

- Ты врал мне, папа, - опять перебила я. - Просто оставьте меня.

Сзади послышался тяжёлый вздох и хлопок двери. Я уткнулись лицом в матрас и тихо зарыдала, сжимая окоченевшими пальцами простынь.

Почему же так больно? Почему я не могу просто выкинуть его из головы? Почему не могу забыть?

Опять хлопок двери, и новый посетитель сел рядом со мной. Несколько минут мы молчали, а потом я спросила:

- Почему мне так плохо, Ванда?

Девушка тяжело вздохнула, поглаживая меня по плечу.

- Почему так больно? - предательские слёзы ручьём лились из глаз.

- Потому что твоя любовь - настоящая, - тихо ответила ведьма. - В глубине души он ещё помнит тебя, Эмма. Он любит тебя, просто сейчас забыл об этом.

- А если он никогда об этом не вспомнит? - спросила я, с замиранием сердца ожидая ответа, хотя и так знала его.

- Не знаю, насколько сильно Танос запрограммировал его, но одно могу сказать точно: это не будет длится вечно. Я видела, как он смотрел на тебя, видела, как опекал... Такое не забывают, Эмма...

- Я не знаю, - ответила я, принимая сидячее положение. Ванда ещё раз тяжело вздохнула и обняла меня.

- Всё будет хорошо, слышишь? Мы найдём решение, и всё встанет на свои места...

Я кивнула, однако не поверила ей. Ничего уже не будет, как раньше. Потому что изменилась я, изменился он... Всё изменилось... И это сделал Танос. Я знаю, что месть - это мелочно, но как ещё мне успокоить ноющую боль в сердце?