Особенное место

- Пошёл нахер! И чтоб я тебя больше не видела! И манатки  свои забери!!! - кричала  девушка в голубом фартуке.

Её голос срывался, она хрипела и задыхалась. Она кричала на одном дыхании и, вылив всю желчь, жадно отдышалась. Она держала одной рукой стеклянную дверь, другой  резко бросила брезентовый рюкзак цвета хаки прямо в растерянного парня. Он стоял в паре метров от неё и хлопал длинными ресницами. Его щенячьи голубые глаза беспомощно уставились на неё.

Защититься он не успел. Рюкзак прилетел ему прямо в грудь. Благо не было слишком тяжёлых застёжек.

- Ну и жесть, - шептал парень, собирая с асфальта выпавшие из рюкзака вещи. Прохожие не обращали на эту сцену никакого внимания. Соседи напротив, маленький цветочный магазин и чайная лавка, спокойно занимались своими делами.

Девушка резко хлопнула дверью. Стекло двери неоднократно меняли, но в конце концов владелец поставил бронебойное. Иногда официанты  сильно перегибали уровень Hard. Он ничего не мог с этим сделать. Даже стажёры, поначалу скромные, всё равно в итоге до этого доходили. Бывали случаи, когда и клиенты сносили дверь с петель

- Ну и жесть… Что, прям вот так делать?! Ой, я не смогу! - хрупкая девушка с двумя русыми косичками, на вид совсем ребёнок, закрыла руками маленькое личико и сжалась в деревянный  стул.

Будь у неё возможность стать этим стулом прямо сейчас - она бы стала.

- Да это тебе кажется! Я в первый день даже на Лайте нахамить не могла! А сейчас - сама видишь! Легко! И хард - не хард! Они же сами этого хотят, понимаешь. Они за этим и приходят.  Деньги платят. Ой, пересядь на другой стул, а то занозу подцепишь. Кстати, ты псевдоним себе придумала? Что на бейдже тебе напишем

Стройная брюнетка с серыми глазами и хриплым от крика голосом, уставилась на новенькую. “Матильда” - было написано на бейдже брюнетки.

- Я не знаю, я даже не думала, мне бы работать научиться сначала…

- Ладно, может посмотрим на тебя и сами тебе ник придумаем. Меня же тоже не просто так Матильдой назвали, и не сразу, - рассмеялась брюнетка, - орешки хочешь? Солёные

- Нет, спасибо, у меня же брекеты. А почему тебя так назвали?

-А ты что, реально не понимаешь?  Ты в интернете бываешь вообще? Это потому что я самая дерзкая стала! - “Матильда” рассмеялась,-  ну ладно, потом поймёшь! Вот тебе блокнот, вот книга правил. Это у нас самое главное. Пока больше ничем другим голову не забивай.  Здесь все уровни расписаны. Смотри, видишь кнопки на столе? Это не просто кнопка вызова официанта. Тут их три. Клиент приходит, нажимает на одну из кнопок, и… получает, что хочет!

Девушка уставилась на кнопки:  "Lite”, “Medium”, “Hard”.

- Ты же знаешь, что это не про прожарку стейка? - снова засмеялась Матильда.

- Ага. Поняла…

- В этой книге написано самое главное, что нужно знать о нашей работе! Остальное ты догонишь. У тебя будет неделя стажировки.

Не успела Матильда закончить монолог, как входная дверь отворилась. Послышалась громкая брань.

Клиент, грузный мужчина с залысиной на полголовы, ввалился в помещение как мешок картошки, небрежно выброшенный пьяными грузчиками. Конечно же, он запнулся об тот самый порог. Высота порога почти в 20 сантиметров просто не оставляла посетителям шансов не запнуться. Раньше на месте порога была растяжка - канатная верёвка, натянутая над полом на высоте в те же 20 сантиметров. Но после владелец заведения понял, что это слишком даже для такого места как “Хамкафе”.

“Ты отсюда пойдешь в жопу” - привлекала посетителей белая надпись на деревянном рекламном стенде прямо у входа. “Здесь работают специалисты по снижению твоей самооценки” - написано чуть ниже.

-Смотри, детка, учись. Сейчас он не должен нас видеть, пошли за барную стойку. Надо чтобы он сел и выбрал уровень.

Новенькая кивнула. Она села на самый дальний стул за барной стойкой, где её сложно было увидеть не приглядываясь.

Она выглядывала из- за барной стойки: хмурый посетитель в спортивном костюме листал меню. Он кашлял как старый чахоточник, заслуженный работник местной шахты. Жидкие остатки каштановых волос обрамляли полянку лысины на макушке. Он пыхтел, кашлял и, нахмурившись, водил толстым как сарделька пальцем по глянцевыми страницам меню.

Наконец он нажал на кнопку. Послышался звук, как будто кто-то наступил в грязь. Звук шёл из колонки, висящей прямо над головой у девушек.

- Лайт? Фу, слабак! - тихо выругалась Матильда, - я пошла, а ты смотри, запоминай и записывай. На уровне Lite мы ещё пока здороваемся. Это запиши, а то забудешь.

Ученица быстро закивала головой и схватила блокнот. Она подвинула стул ближе к стойке и села как за парту. В это время Матильда застучала каблуками по мраморному полу направляясь к посетителю.

Никаких звуков, кроме стука её каблуков и тяжёлого дыхания антропоморфного мешка картошки в зале не было.

- Здрасьте! - челюсти Матильды двигались как у коровы, во рту она катала жвачку, звук чавканья отражался от стен

- Здравствуйте, девушка. Я не понял, у вас что за меню такое странное?  Что за “Слёзы бомжихи”? А это что - “СПИДозный тортик?” Что у вас за цирк? Будьте добры, скажите,  у вас есть обычная картошка фри и латте на безлактозном молоке?

- Ахаха!! - смех Матильды, как колокольчик ударил по ушам

- Девушка, что смешного? - мужчина развёл ладонями.

- Ты себя в зеркало видел? какая тебе картошка фри! Тебе рыбу варёную жрать до конца жизни! И никакой латте без лактозы тебя не спасёт! - Матильда намеренно делала свой голос высоким, разговаривая на связках, - вот лучше “Плесень с носков” возьми, с него жира меньше наешь!

-Что вы себе позволяете?? Что за заведение такое? Позовите менеджера!

Матильда закатила глаза: ну почему некоторые индивиды не умеют читать вывески? Увидел на входе листок с изображением пельменей и просто зашёл.

-Ща, - она бросила на стол приборы, они со звоном упали на деревянную поверхность.

Матильда вихрем пронеслась мимо новенькой, та сидела наблюдая происходящее.

Большие голубые глаза походили на два блестящих блюдца, она так вцепилась в матовую  столешницу барной стойки, что пальцы стали плоскими и бледными. Она сидела неподвижно, словно монумент. Только лёгкое колыхание рюш на нежно - бирюзовой блузке выдавало в ней живого человека. Из двери за баром вышел менеджер, босиком, в коричневых брюках и вязаной клетчатой жилетке. Обычно такие надевают сверху на рубашку, но “Адольфу” - так значилось на бейдже парня - на этот факт глубоко фиолетово. Жилет, снятый с деда, он надел на голое тело. Он уверенно вышагивал в сторону возмущённого клиента.

-Вашу мать! - орал он на весь зал, - вы чё меня от работы отвлекаете! Я жилетку от катышек чистил! Какого хрена!

- Да вон сидит, возмущается! - Матильда, спотыкаясь, бежала следом. Она тыкала пальцем в сторону растерянного мужчины

Новенькая, еле сдерживая порывы смеха, спряталась под барную стойку. Её красные щёки горели, живот содрогался в спазмах от хохота.

- Что ваша работница себе позволяет?! Дёргается, хамит!

- Аа, ну понятно, я б вам тоже хамил, - менеджер осматривал посетителя с ног до головы, поглаживая пальцем маленькие усы под носом

- Что?! Что вы сказали, молодой человек?! - мужчина медленно приподнялся из - за стола, - я буду жаловаться куда надо! Недолго вам работать осталось! Вас прикроют и глазом моргнуть не успеете! Хамы!

-Давай, вали, клиника  липосакции через две улицы!

Грязный ноготь усатого парня застрял у него в зубах. Парень громко выругался, после чего развернулся и пошел обратно. Через несколько секунд он скрылся в своей каморке. 

За соседней от каморки дверью лениво гремел посудой повар Вазген. Он обожал свою работу.  Он так редко выходил из кухни, что официанты чаще видели его спину, чем лицо.

Матильда зевнула и медленно пошла за барную стойку, картинно закатывая глаза. Разгневанный гость ударил ладонями по столу, и, продолжая громко орать самые нелицеприятные эпитеты, резко встал и направился к выходу.

- Совсем охренели! Что хотят, то и делают! Ну ничего, я им покажу, сволочи!

Девушка вздрогнула от резкого звука: мешок, выходя, со всей силы хлопнул дверью.

- Такое бывает чаще, чем надо, - Матильда пожала плечами, - не парься, он просто не понял, куда пришел. Но что - то мне подсказывает, что он ещё вернётся. Хм… Я не знаю, почему людей сюда тянет как мух в общественный туалет, а те, кто когда - то случайно зашёл, не понял куда попал, оскорбился, они всегда, я не вру, всегда! - становятся постоянными клиентами! Я не знаю, как это работает! Даже не спрашивай!

-Может людям в глубине души нравится, когда их оскорбляют? Вдруг у нас в подсознании заложено что - то такое, что требует иногда услышать  самые жёсткие  словесные унижения в свой адрес? Особенно если эти оскорбления прямо указывают на наши недостатки, которые мы в себе не видим? А из нашего окружения никто нам о них не скажет.  Люди приходят сюда. Здесь им говорят всю правду в глаза,- новенькая развела худенькими руками, - и это помогает им становиться лучше? Ведь часто именно унижения звучат как вызов.

- Интересная теория. Я много об этом думала за три года работы , но до такого не додумалась. Да ты философ! - улыбнулась Матильда, - завтра у нас вечеринка, начало в 18:00, там такие фрики соберутся, закачаешься! Будет весело, да и поучишься заодно.

С директором нашим познакомишься, только сразу говорю: он чуть со странностями, не обращай внимания!

- Со странностями? Да ты что? - девушка засмеялась. Кажется, напряжение её отпустило.

- А, ещё! Завтра пораньше приходи, для новеньких будет инструктаж. Вот в той каморке, где Адольф сидит! Вас всего трое, у нас коллектив редко меняется, в основном тут всем нравится работать. Уходят редко и не по своей воле. Так что инструктаж слушай внимательно и записывай, окей? Ты мне понравилась, я бы хотела, чтобы ты осталась. Все, кто до тебя были, они какие-то посредственные, даже стажировку не проходили, я их сама выгоняла сразу.  А в тебе что - то есть. Это место особенное, оно не для всех. И люди здесь работают особенные, кто попало не сможет. Я директору слово за тебя скажу, но и ты не подведи! - Матильда подмигнула покрасневшей девушке.

Она в ответ кивнула.

Не подведу - читалось в её горящих глазах.