июнь 4.

20 июня: После вчерашнего, мы с Оффом, как оказалось, до дома немножко не дошли... Просыпаюсь я, значит, и вижу над собой круглую фиговину с кучей лампочек, как в операционных. Странно, вроде по больницам вчера не шастали. Да и не люблю я больницы, человечки там несъедобные - с привкусом горьких лекарств. Когда огляделся вокруг, оказалось, что я лежал на железной каталке, пристегнутый к ней наручниками по рукам и ногам. На соседней каталке в таком же виде дрых Оффендер. Жаль, что я не помню подробностей, но видимо вчера было весело. Как только я об этом подумал, дверь в комнату открылась, и в нее осторожно вошли трое в защитных комбинезонах с масками на лицах. Один из них держал в руке поблескивающий скальпель. Бл*ть, что-то теперь мне не очень весело... Я перестал дышать, наблюдая за тем, как «доктор зло» медленно, но верно подходит к нам с Оффендером. Скальпель в его руке ходил ходуном. И кто дал этому нервному в руки такой острый предмет? Того и гляди отчикает мне или Оффу самое главное! И, если честно, уж лучше Оффендеру, чем мне. Он-то точно натра... то есть, налюбился по уши, а я – нет! Да еще и продолжение рода я организовать не успел! В это время проснулся Офф и офигевающе уставился на доктора, который уже занес над ним руку со скальпелем. – Я, конечно, люблю наручники и игры в докторов, но не с самого же утра! – неожиданно для всех заявил Оффендер. Нервный доктор подскочил и выронил скальпель, тот со звоном шмякнулся на пол. – Хотя с похмелья поиграть во врача и пациента будет самое то! – и брат, довольный подвернувшимся завтраком, исчез с каталки, но в тот же момент появился позади незадачливого ученого. Двое других в этот момент наложили кирпичей, да так, что не могли двинуться с места от страха. Они-то не знали, что мы умеем телепортироваться! Я проделал тот же фокус с исчезновением и появлением, и тоже решил позавтракать. Выбрал себе ученого поупитаннее. Пока я жевал в уголке нобелевского лауреата, Офф со вторым в другом уголке вытворял непонятно что. Хорошо хоть белая ширмочка скрывала всё это безобразие.– Вот и позавтракали, – сказал я, выковыривая остатки ученого между клыками.– Ага, даже полегчало, – согласился Оффендер. Он не спеша вырулил из-за ширмочки, застегивая на ходу плащ. И мы исчезли прямо на глазах третьего обделавшегося ученого. P.S.: Пить меньше надо...21 июня: Сегодня Многосрат стал учить Пи прицельному бомбометанию по Оффендеру. Но Пиздец Многосратович не унаследовал такого умения от папаши-ворона и метал мины куда угодно, только не в Оффа. Когда на моем лице, точнее на его отсутствии, стараниями вороненка появилось два «глаза» из черно-белых клякс, я не выдержал! Поймал обоих щупальцами за лапы, вытер воронами их же мины и вышвырнул пернатых из логова. Пущай полетают! Как же мне всё это надоело! Уж лучше бы завел хомячка... ну или енота-полоскуна, от него хоть какая-то польза была бы - он бы мне рубашки стирал. Хм... а что? Неплохая идея!22 июня: Просыпаюсь с утра пораньше и вижу, что злющий Оффендер разжигает костер возле логова. Оказывается на рассвете, когда полусонный брат решил выйти и отлить у ближайших кустиков, ему показалось, что труселя, которые он порвал в клочья и выбросил на прошлой неделе, медленно ползут к нему. В общем, обделался Офф, увидев кучку ненавистных ему предметов одежды.Чтобы они не валялись у логова и не снились в кошмарах, Оффендер решил устроить ритуальное сожжение труселей. Он осторожно поддевал обрывки нижнего белья лопатой и бросал их в огонь. Это зрелище меня повеселило:– Еще скажи, что всё это, чтобы не случилось восстание трусов или того хуже – чтобы они однажды ночью не приползли к тебе, как зомби и не облепили твой зад! – я ржал как ненормальный, наблюдая за братом.– Иди ты знаешь куда? – и Офф с довольным видом и чувством выполненного долга, грациозно удалился в логово. Ответить я ничего не смог, ибо приступ неудержимого смеха продолжался еще долго.P.S.: Ну и запашок был у труселей... Особенно у тех, которые он неделю не снимал... 23 июня: Возвращаюсь я значит домой, а там на моей кровати Оффендер со своим ужином развлекается! Какого, спрашивается, хрена?!У меня начал дергаться глаз, которого отродясь не было. Заметив меня, но не соизволив даже остановиться, Офф промурлыкал:– А чё, надо же обновить новый комплект шелкового постельного белья... У меня пропал дар речи:– Э... эмм... а... аб... абыр... абыр... оборзел что ли совсем?! – рявкнул я, когда ко мне вернулась способность говорить. – Верни эту, где взял, – ткнул я пальцем в ужин Оффа, – и мигом назад!– А волшебное слово? – Бегом!!! – рыкнул я так, что Многосрат и Пи молча сами сдриснули на улицу, на всякий случай. После нескольких дней расслабона до меня вдруг дошло, что мое логово опять превратилось в непонятно что. Везде срач, вороны совсем охренели, и покрыли пятнами весь пол. Сплендор перестал убирать свои игрушки. Офф тоже. Трендер вообще осмелился поменять у меня постельное белье. Неслыханное безобразие! Надо разобраться!24 июня: Первыми люлей огребли Сплендор и Оффендер. И если младший обреченно пошел убирать свое барахло, то второй так просто сдаваться не собирался:– А чё это ты развозмущался? – Офф прислонился к двери в свою комнату и закурил. – И вообще, иди исполняй волю нашего бати – подавай ему продолжение рода! – хихикнул брат, явно издеваясь.– Чего? – я уже думал, что про это все благополучно забыли. Оказывается – нет.– Сделай Маше ребенка, – на полном серьезе сказал Оффендер и выпустил колечко из сигаретного дыма.– Че.. чего? – если честно, я об этом еще не думал, но, видимо, придется.– Чего, чего? Не знаешь как это делается что ли? Могу рассказать и даже показать..., – довольно скалился Офф во все клыки.– Да иди ты! Знаю я что делать! И получше тебя, – огрызнулся я.– Так в чем проблема?– Да не хочу я пока никаких детей! Я даже не знаю что с ними делать, – но почесав лысую макушку, я кое-что вспомнил и тут же пустил слюни, – хотя нет, единственное, что я знаю – дети вкусные и их можно есть. – Эх ты, папаша! Всему тебя учить придется! Щас вернусь, – и Офф, сверкнув клыкастой улыбкой, телепортнулся в неизвестном направлении. – Тоже мне специалист нашелся! – пробухтел я вслед. – Строит тут из себя знатока, а у самого ни одного детеныша нет! Меньше чем через пять минут передо мной неожиданно возник Оффендер. У него в руках был какой-то желто-белый сверток, который он сразу же кинул мне:– На, лови! Еще свеженький! Реакция у меня всегда была хорошей, и я поймал брошенный мне предмет. – Что это? – я повертел в руках нечто мягкое, с какими-то липучками.– Это урок номер один. А вообще – это самое главное приспособление для маленького спиногрыза, – Оффа трясло от смеха, но я не понимал, чего тот ржет. Я поднес к лицу эту штуку, чтобы разглядеть получше. Оказалось, что это простые мини-трусы весом, почему-то, в полкило. Заглянул внутрь, а там коричнево-зеленое пятно и что-то желтое. – Фууу! У меня такой гадости не было! – скривился я, когда понял, что держу в руках.– Конечно не было, ты же откладывал личинки прямо в штаны, – захохотал Оффендер на всё логово, – точнее в платья с рюшечками, в которые наряжал тебя Кабадатх!– На себя посмотри! Сам в таких платьях ходил! – я швырнул в Оффа обгаженный памперс и немножко не рассчитал... Липучки отклеились, и трусы для человеческих младенцев жадно присосались к лицу Оффендера, причем не совсем чистой стороной. Хорошо хоть я успел телепортироваться перед тем, как меня стошнило и до того, как Офф бросил памперс в мою сторону! Ха! Я победитель!25 июня: Захожу в логово после охоты, смотрю, а у моей кровати стоит какая-то будка на четырех колесах. На всякий случай я выпустил щупальца, вдруг из этой будки что-нибудь выскочит? В полной темноте подобрался ближе, заглянул внутрь – пусто. Почесал затылок, ломая голову над предназначением этой штуковины. Пока думал, услышал за спиной еле скрываемый ржачь.– Ты дурак или как? – спросил Оффендер, чуть не плача от смеха. – Это что еще такое? – спросил я, ткнув пальцем на будку. – Готовлю тебе приданое! – ответил Офф в очередном приступе дикого ржача. – Это место, куда люди кладут детей, чтоб на руках не таскать. А еще я принес затыкатель, – брат вытащил из кармана детскую соску, – начнет ребенок плакать, ты ему раз – эту штуку в рот, и всё, тишина обеспечена. Держи! – и он вручил мне соску. – Потеряешь – ничего страшного, подберем что-нибудь из моих игрушек! – Я своими тоже поделюсь! – неожиданно выглянул из-за дверей Сплендор.– А я могу пеленок и ползунков нашить, – послышалось из комнаты Трендера.– Да вы что тут, все с ума посходили?! – взвыл я и напоследок рявкнул: – Никаких детей в логове в ближайшее время не будет! Всем ясно?!– Ага, как же, – усмехнулся Оффендер, – воля бати – закон! Не выполнишь – пиз*дец тебе, братик.– Да пошли вы! – психанул я и телепортнулся куда глаза глядят. Продолжение рода, продолжение рода... В общем, решил я наведаться к Маше.26 июня: Ну а я направился к Маше. Пригласил опять на свидание в лес. Она с радостью согласилась. Конечно, ведь это так романтично – бродить по лесу под луной и под крики жертв Оффендера. Но крики бывают разные. Часто слышу божественные звуки типа «Ааааа! Спасите! Помогите! Нет! Не надо!», но иногда бывают и другие - «О, да! Давай еще! Еще!» Фу, мерзость! А вот всякие «Спасите-помогите!» ласкают слух. И сегодня были как раз такие вопли! Судя по тому, как Маша мило ко мне прижалась, на нее эти звуки действуют романтически.– А ты один живешь или с друзьями? – вдруг спросила она, украдкой взглянув на меня. – Вообще один, но сейчас у меня в гостях мои братья.– И сколько их?– Трое, – ответил я и принялся перечислять всех, – Оффендер, Трендер и Сплендор. Офф в прямом смысле слова любит всех и всё, Тренд любит только свои платья, а Спленди любит всё вокруг. А я... людей люблю, особенно свежих... – проговорился я и быстренько решил исправить положение, – то есть нежных... как ты, – блин, кажется, я покраснел. Маша едва заметно улыбнулась и стала такого же цвета, как я. Как сказал бы Оффендер, такими темпами до разговора о продолжении рода у нас дойдет лет так через сто... Ну и ладно! Мне и так неплохо!