Глава 21.

Вид у декана был пугающим, глаза натуральным огнем горели, да и вокруг тела словно пламя полыхало, удивительно, как еще одежда не задымилась. Впервые поняла, что значит «излучать ауру гнева».

Попались мы капитально. Мраку со Змыем хорошо – их и наказать нельзя, чего с кота, да дракона возьмешь? А вот мне, похоже, медный тазик пришел. Капитальный такой, размером со звезду смерти. Эх, жаль, что воображаемый. А то сдала бы в металлолом – столько бы лещей накупила, хоть всю Академию от пола до потолка засыпь, или магазин рыбий открывай. Интересно, в сказочном измерении медь принимают?

– О, братец мой любимый, – Змый поднялся, отряхиваясь от снега. – Ну привет, что ли, давно не виделись. А я тут это... решил в гости заскочить, да только глядя на твою кислую рожу передумал. Вспомнил, почему раньше не заскакивал.

И отсалютовав, он растворился в снопе алых искр, ехидненько ухмыляясь. Гад чешуйчатый, оставил значит! Хорошо, хоть в этот раз одетым из двери вышел, а то тазик можно было бы смело в гробик переплавлять, только обязательно с крышечкой, чтоб видом похмельным не позориться.

Ну ничего, у меня еще Мрак есть!

Огляделась и вдалеке увидела лишь мелькнувший пушистый хвост – этот тоже бросил. Удрал, предатель чернолапый, даже не попрощался! Ну ничего, я ему еще покажу, как друзей оставлять – веганом его сделаю! Будет, вместо пельменей, фалафели есть, и не булькать.

А вот на Змия смотреть охоты совсем не было – совесть мучала.

– И правильно, – хмыкнул декан. – Потому что вчера я тебя предупреждал.

Он развернулся.

– Постой! – схватила дракона за руку.

Не так ведь все было, как он думает! Совсем не так!

Змий обернулся, глаза снова огнем полыхнули, еще ярче прежнего. Дракон, что сказать.

– Маша, – проговорил он сквозь зубы. – Вот именно, дракон. А драконы свое делить не любят, сказки вспомни, да то, как они в них сокровища свои охраняли. Уходи лучше, пока сдерживаю.

Можно подумать, я боюсь. Змий-дракон очень даже милый, чего в нем страшного? Да еще, он меня, кажется, только что сокровищем назвал, значит, не все так плохо, как с виду кажется!

Декан свою руку вырвал, хоть и с трудом – хватка у меня цепкая. Сделал пару шагов по скрипучему снегу, упал на колени и действительно обратился. Секунда – на его месте уже натуральный дракон стоит. Золотой, тускло блестящий в предутреннем сумраке.

Шагнула вперед, ближе – к драконам уже привыкнуть успела, Змыя таким чаще, чем Мрака видела.

Зверь задрал голову и огнем в небо плюнул, словно сигнальную ракету выпустил. Если кто в Академии еще не спит – наверняка увидели, напугались. А во мне страха так и не появилось. Я, хоть мысли читать не умела, но каким-то образом прекрасно его эмоции сейчас чувствовала – ревность, обиду, горечь, гнев.

И жалко так его стало. Зачем только себя накручивает? Я же действительно не нарочно!

Подошла еще ближе, дракон от меня попятился, но я на цыпочки встала, морду его к себе приблизила. А глаза такие же, как у Змия, по ним узнать легко можно.

Зверь к моему лбу своим, теплым и чешуйчатым, прижался, пар из ноздрей выпустил, аж ноги жаром обдало. А потом вновь развернулся, крылья напряг.

Это он что, от меня улететь собрался? Ну нет уж, не позволю!

Итак, сколько вон друг на друга дулись, а если сейчас не поговорим, все по новой начнется.

Декан на меня за Змыя обидится, а я... да найду за что. Я такая – обидчивая, а еще упрямая там, где надо и не надо.

Побежала, в последний момент дракону в хвост вцепилась, когда он уже от земли отрываться начал, хотя ветром едва обратно не снесло.

– Ты что делаешь, глупая? – раздалось в голове.

Ох, я и забыла, что он даже в этой ипостаси говорить и мысли читать умеет. Дракон Змия менее человечным мне казался, в отличие от дракона его брата. Но куда более красивым, в своей животной грации.

– Не пущу тебя никуда! Буду крепко держать, вот! – проорала громко.

– Как пельмени свои? – хмыкнул дракон.

– Еще крепче!

Говорить мешал встречный ветер и весьма неустойчивое положение. Руки начали леденеть, хотя шкура Змия была теплой, как печка. Горячей даже, но от этого мороз с другой стороны острее ощущался. На контрасте.

– Тогда держись!

Дракон вильнул хвостом, а я, вопреки предупреждению, руки отпустила, и визжа понеслась вниз. Полетала, называется. Прошу мне посмертно выписать премию Дарвина, за нелепый финал.

В каком-то фильме видела, где девушка пусть и падает, но летит так красиво, лицо у нее одухотворенное, одежда по ветру развивается. А главное, молча все. Так вот, теперь могу авторитетно заявить: вранье это! Спецэффекты!

Я летела, кувыркаясь в воздухе, мороз задувал во все щели, а лицо у меня было красное от крика и с размазанной слезами тушью. Еще и орала истошно, как чайка над причалом.

– Дура ты набитая, ты какого лешего хвост мой отпустила? – раздалось в голове гневное. – Сказал ведь держаться!

Нет, вы посмотрите, я умру сейчас, а он ругается еще. Обзывается. Может, это последние слова, которые я в жизни услышу. Сам дурак!

– Я тебе умру! Ты пока наказание за нарушение правил не отбыла, так что умирать тебе запрещается уставом Академии! – прорычал дракон и поймал меня.

Когтями поперек талии.

Нет, чтоб на спину там подсадить, так схватил меня своими лапищами, словно мешок с картохой, куртку всю разодрал. Больно вообще-то! И вещи жалко. У меня теперь, выходит, только тулуп деды Коша остался – шубка Алекса после одного мира тоже в тряпки превратилась. Хорошо, хоть, как хомяк, все сгребла, ничего назад не вернула.

– На спину бы не успел, – проскрипел Змий, плавно заходя на посадку. – Зачем вообще ко мне полезла?

– Так это... чтоб помириться.

Дракон выпустил меня прямо в сугроб, сам рядом приземлился, тут же вновь человеком стал.

Я к нему подбежала, обняла, поцеловала.

Змый ведь сам за мной увязался. И ничего такого у нас не было. Вот прям ничегошеньки! И вообще, я не виновата.

– Ты, Маш, всегда не виновата, – проговорил Змий.

Но голос у него потеплел. Уже хорошо.

– Мы просто... подружились. Правда, я к твоему брату ничего, кроме приязни не чувствую, – заговорила торопливо. – С ним весело по мирам ходить, но не более... так что ему кроме дружбы не на что и рассчитывать.

– Какая дружба, Маш? Ты же знаешь, что он темный, – вздохнул декан, наконец, обнимая меня в ответ. – Знаешь ведь, что мы с братом силы его заперли? Так куда лезешь, а? Это же все не просто так было...

– Откуда мне знать, если никто ничего не рассказывает? – вздохнула грустно.

И вправду, Академия тайн какая-то, а не сказок.

– Поверь мне, мы столько раз его исправить пытались. Изо всех сил от тьмы оттаскивали. Но в итоге он все равно только о себе одном и думает. Я ведь за тебя волнуюсь, Маш. Знаю, он не просто так в другие миры сунулся. Наверняка, цель какая-то имеется. Змый ничего просто так не делает, во всех поступках корысть у него прячется... думаю, это именно он твою предшественницу со свету сжил за то, что дар его украсть помогла и возвращать отказалась.

– Не верю, – покачала головой. – Он сказал, она исчезла просто. Она ведь...

– Куда-то же она должна была исчезнуть! Я искал, хорошо искал, но ее даже в нави не оказалась. В любом случае, пока у Змыя магия была, он зло творить совсем не стеснялся. Войны развязывал, эпидемии насылал, а какую-нибудь принцессу украсть для него совсем пустяком было... детской шалостью. Да мифы хоть вспомни! – Змий легонько меня по лбу хлопнул. – Аид, Морриган, Анубис, Танатос... ни о чем не говорит? А сказки русские? Он много зла принести успел, но вот с раскаяньем не торопится.

– Может исправился? Кощей тоже не добрый персонаж, а гляди, на пенсию вышел, работает, кроссворды решает. В Академии спокойно уживается, ко мне всегда по-хорошему относился, да и вообще милым стал.

– Хотел бы я в это верить, но очень сомневаюсь. Темный – оно обычно на всю жизнь... а Змый – не Кощей, он еще темнее... ты должна от него подальше держаться.

– Прямо квинтэссенция зла, – фыркнула я.

– Маша, – вздохнул Змий, как-то очень печально.

– Хорошо, но только от того, что ты просишь, – кивнула решительно. – Буду его избегать, пока лично не убедишься, что он не такой плохой. А пока, хочешь и тебя по мирам свожу?

– Покидать Академию строго запрещено, Велесова, – профессорским тоном проговорил Змий.

Поздновато как-то. Я ведь уже, и не раз. Ой, он же меня наказать обещал. Теперь снова в библиотеке отрабатывать?

– Нет, что иное выдумаю, похлеще, – покачал головой декан. – А насчет других миров... я туда не рвусь совсем, и тебя прошу воздержаться. Это опасно, особенно когда сил своих не знаешь. Миры разные бывают, где-то даже страж застрять может, где-то и вовсе условия для жизни непригодные, например пламя вместо земли, или притяжение такое, что в секунду расплющит. Залезешь туда случайно – так и я не спасу. Идем обратно лучше. Светать скоро начнет.

– Идем, – кивнула, за руку его взяла.

– Маш, – проговорил Змий тихо. – Ты в одном ошибалась.

– ?

– Ты как пара мешков с картошкой весишь. Только еще вертялвая.

Вновь фыркнула. Ну-ну, на себя бы посмотрел. Если б такой вес в картошку превратился – всю Академию накормить можно было бы... хотя, у него там мышцы одни, сама видела.

И почему, интересно, Змыя таким плохим считают? Заладили прямо – темный да темный. Ошибался в прошлом, так на ошибках учатся. Ну наглец, только иногда это полезно даже бывает. Эгоист – да. А кто из нас не эгоист?

Впрочем, раз Змий так хочет, я потерплю, ссориться с ним больше не желаю. А как помирить их еще придумаю.

Декан на мои мысли молчал, лишь поглядывал хмуро, значит, слышал все.

Ох, и бок еще болит. Тут лекарня-то имеется, или мне аптечку с доставкой до комнаты принесут? Раны (если они есть) обработать надо, а то мало ли какой заразы дракон себе на когти нацеплял?

– Единственная зараза, что на моих когтях была – это ты, – хмыкнул дракон немного виновато.

Стыдно, значит.

Хорошо, что в библиотеку больше не пошлет. И хорошо, что дома побывала. Сразу легче как-то стало, спокойней, уютней. Все же, они моя семья, считай.

Интересно, а как Змий меня накажет? Придумал уже?

– Посуду будешь мыть, – пробурчал дракон. – После всех студентов сразу. И картошку чистить.