25

POV Ян

Наконец пришло время выписки. Утром меня разбудила общительная медсестра Ирина, напомнив про то, что к обеду, после того, как меня осмотрит врач, я смогу отправиться домой вместе со своим чадом. Счастлив? Да! Счастлив, как умалишённый идиот! Вопреки всем своим закоренелым принципам и прочей дребедени, я наконец-таки хочу повиснуть на шее у мужа и не отпускать его пару часов, хотя мне стоило бы сначала отругать его. Вчера Александр опоздал и приехал, когда посетителей уже не пускали, и что бы вы думали, он устроил? Настоящий сольный концерт с цветами и воздушными шариками, что сейчас стоят возле кровати. Половину ночи слушать его голос в динамике телефона и наблюдать за тем, как он скачет под окном, наплевав на холодный осенний дождь. Если бы мне прежнему сказать, что я вышел замуж и ждал бы своего альфу, гипнотизируя телефон, я, наверное, рассмеялся бы и ушёл. Но это реальность.Завтрак. Плановый осмотр. Сборы. Мне принесли моего сына, уже завёрнутого в одеяльце с синей лентой. Мой мальчик. Александр несколько раз у меня спрашивал, на кого похож наш сын, какого цвета у него глаза... Я не отвечал, потому что он безумно похож на Александра, вот только глаза у ребёнка разного цвета: один зелёный, другой карий.

***

В сопровождении медсестры и лечащего врача мы спустились вниз, где меня ждал мой альфа. Я волновался, но стоило взглянуть на счастливую улыбку на губах мужчины, как все сомнения отошли на задний план. Подойдя к мужу, я остановился, позволив себя нежно поцеловать.— Я так счастлив, любимый мой! — от этих слов всё внутри перевернулось.— Я тоже... Саша... — сказать, посмотреть в бездонные зелёные глаза и больше не возвращаться. — Мы так соскучились по тебе!Осторожно отгибаю край одеяльца, показав мужу лицо младенца. Оба замерли. Ребёнок уставился на Александра, а он в свою очередь на малыша. Такое чувство, что я здесь лишний.— У Арсения... Глаза, как у нас с тобой, только... — взрослый мужчина, а двух слов связать не может. Я тихо рассмеялся, поймав на себе взгляд, полный любви и обожания.— Да, Саш, зато теперь ты точно не отвертишься. Это сто процентов твой ребёнок! — я снова засмеялся.— А что, была вероятность, что он не от меня? — насмешливо изогнув бровь, поинтересовался альфа.— Дурак! — не желая больше ни о чём разговаривать, я пошёл на улицу. Сегодня я намереваюсь весь вечер провести в объятьях мужа, по которому истосковался за эти две недели. Зато теперь живот не будет мне мешать целоваться и просто прижиматься к любимому, требуя ласк. Зажмурившись от холодного ветра в лицо, я прижал ребёнка ближе к груди, прислушиваясь к тихим шагам Александра.— Прости, солнце, я не хотел тебя обидеть, я правда безумно счастлив...Какой же ты всё-таки альфа. Мне тебя ещё учить и учить, как и тебе меня.

***

— Он уснул... — тихо шепчу, прикрывая за собой дверь в детскую комнату. На улице уже вечер. Ребёнок уснул, и у нас появилось время побыть только вдвоём. Медленно подхожу к дивану, на котором вольготно расположился супруг, и, обняв того за плечи, страстно и несдержанно целую, прикусывая губы. Альфа тут же реагирует как надо, пытаясь перехватить инициативу в свои руки, но я не позволяю, запуская пальцы в мягкие волосы.— Я так соскучился по тебе, по твоим прикосновениям... — говорю, прежде чем снова поцеловать желанные губы. Такого напора с моей стороны Александр явно не ожидал. Улыбаюсь, целуя щёки и спускаясь на шею.— Ян... Неужели ты претендуешь на роль доминанта? — усмехается альфа, обнимая меня за талию и усаживая к себе на колени.— Нет, любимый, я претендую на «жили они долго и счастливо»... — поддаюсь мужу, позволяя уложить себя на диван. Александр нависает надо мной, жадно рассматривая своими пронзительными зелёными глазами.— Я никогда вас с Арсюшей никому не отдам... Поцелуи горячие, требовательные, обжигающие своей первобытной страстью. Тихо схожу с ума, стараясь не стонать в голос, чтоб не разбудить малыша. Саша, даже если ты решишь отпустить нас, я не позволю тебе этого сделать. Никогда!Рубашки на полу, прикосновения обнажённой кожи сводят с ума, я готов кончить от одной прелюдии, но... Из детской послышался громкий плач. Усмехаюсь, глядя на непроницаемое выражение лица супруга.— Ну что, любимый, пошли... Видимо, к десерту мы вернёмся чуть позже... — звонко смеюсь, выскальзывая из-под возбуждённого тела. Ну, ничего, после мы обязательно наверстаем упущенное, а сейчас мы оба будем убаюкивать наше маленькое сокровище.— Я люблю тебя... — выдыхает любимый мне в холку, целуя метку. — Я тоже люблю... — отвечаю, приоткрыв дверь детской комнаты.

The END...